Интервью с богом. Завершение расследования.

      Утром Телеулов сиял от радости, словно сегодня был важнейший день в его жизни Собственно, так оно и было. Он вышел из дому, словно с иголочки одетый, такой важный. Словно у забугорского франта, в его руке расположилась трость Кетцалькоатля. У подъезда Телеулов заприметил знакомую "Волгу" и пошел к ней легкой скользящей походкой. Увидев его, водитель опустил стекло. "О, господин Телеулов собственной персоной!" - сказал он с самым радушным видом. Телеулов поднял руку в ответном жесте, и шофер чуть ли не вывалился наружу. - Чего стоишь? Залезай! - пригласил Дагон. Телеулов засмеялся: - Ты меня тут намеренно караулил? - Ну как же! Просто мимо проезжал да вас вспомнил. Ну и думаю, дай подвезу хорошего человека. Дагон хлопнул дверцей. Телеулов сел. Течение жизни в салоне заметно поменялось. Дагон включил радио, и салон наполнился приятной музыкой. На душе у Телеулова стало легче. - Рассказывай, - сказал он. - Я вижу, ты что-то знаешь. - Да, все знаю, - ответил Дагон. - Только вам ничего не скажу. Телеулов не понял, шутит его спутник или говорит серьезно. - То есть как? - спросил он. - А вот так. Но я всё равно рад, что вы таки собрались на встречу с нашим Великим Сатаной, даже аксессуар подобрали подходящий. Я бы сказал, что ОН оценит. Вдруг Дагон нажал на газ и резко повернул вправо. Телеулов вздрогнул и слегка испугался. Но все же сообразил, в чем дело. - Куда мы? - Да тут короче будет. Телеулов вздрогнул еще раз. Дагон был в своем репертуаре. Вскоре машина затормозила у серого здания в три этажа. Возле него не было ни одной машины. Входная дверь была наполовину открыта. - Ну, вот и приехали! - сказал Дагон, и его белая борода расплылась в улыбке. - Удачного дня! - добавил он, захлопнув дверцу. Телеулов вылез из машины и пошел к зданию. Он толкнул дверь и вошел. Сразу же за дверью оказался небольшой коридор с несколькими дверьми по обе стороны. Телеулов зашёл в свой кабинет и сел за стол. Кабинет был просторным и светлым. Или Телеулову это лишь казалось на волне хорошего настроения. На столе в беспорядке лежали бумаги и карты. Телеулов раскрыл папку. Дело №478, сегодня Телеулов намеревался его закрыть. Окончательно. Расставить все точки над "и" и завершить свои мытарства. Он посмотрел на дверь и вдруг заметил, что за ней кто-то стоит. Телеулов выпрямился и посмотрел на дверь. За ней никого не было. Тогда он снова углубился в бумаги. Но через несколько минут опять поднял голову и медленно обвел глазами помещение. Никого не было. И все же из угла, где раньше была дверь, все еще пробивалась тонкая полоска солнечного света. Наконец Телеулов решился. Он подошел к двери и открыл ее. В коридоре никого не было. За дверью все так же падал на пол светлый прямоугольник. Телеулов вошел и закрыл дверь. Он подошел к окну и распахнул его. В комнату ворвался свежий воздух, смешанный с запахом тёплого асфальта. "Как в детстве", подумал Телеулов и улыбнулся. И тут на пол что-то упало. Телеулов поднял выпавший из папки лист бумаги. Это было дело № 488. Заголовок на нем был вполне читаемым: "Deus scit Deus" Внизу была подпись: "К.И. Бланк". Телеулов поднес лист к глазам и прочел: "Инициатива начать расследование была поддержана мною, в связи с чем..." Телеулов хмыкнул. Это было странное дело. Кто такой этот Бланк? Да и заголовок больно знакомый. Телеулов поднатужился и вспомнил. Эти слова он раньше видел тут, в своём кабинете. "Инициатива по расследованию"... Но какое отношение это имеет к тому, о чем только что подумал Телеулов? Ну конечно. Теперь все стало ясно. Бланк... Бланк... Телеулов раскрыл папку и положил ее на стол. Бланк... Кетцалькоатль, например, Иванович Бланк. Аж забавно получилось. Просто Штирлиц отдыхает. Тоже мне, Бланк. Хотя какая разница. Телеулов положил ручку и задумался. Бланк, Кетцалькоатль... что за имена? Какие-то уродские. Даже не имена - фамилии. Ну их в пень. Телеулов попытался сосредоточиться, но мысль снова соскользнула. Он взял со стола исписанный лист бумаги и положил его обратно. Бумага уже валялась на полу. Вот чёрт... Телеулов сунул руку под стол, пошарил рукой по полу, достал оттуда скомканный лист и разгладил его. Что это там? Записка. Кто-то подсунул ему записку под стол. Что это? Телеулов приблизил бумагу к глазам. На ней было написано: "Ты тупой. Иди умри". Вот уроды. Телеулов скомкал записку и бросил ее в мусорную корзину. Ладно. Все это не имеет никакого значения. Главное, что он уже все решил. В том числе и то, как ему умереть. Телеулов поглядел на часы. Было около одиннадцати утра. Все шло по плану. Осталось только дождаться вечера. Где-то в комнате громко хлопнула дверь, и Телеулов вздрогнул. В коридоре послышались быстрые и лёгкие шаги. Это была она. Он узнал этот шаг. Это была она. Телеулов не сомневался в этом. В дверях стояла Иштар. Телеулов почувствовал, как по его телу прошла дрожь, и, чтобы хоть как-то успокоиться, сложил пальцы на животе. Она подошла к столу. "Садись" - сказал Телеулов. "Я зашла попрощаться, - сказала Иштар. - Ты сделал свой выбор". "Сделал. Я решил, что умру в бою". Иштар засмеялась. "Какой ты у нас воинственный. Я просто хотела сказать, что перед тем, как окончательно уйти, хочу тебя попросить кое о чем". "О чем же?" "Я хотела попросить тебя о подарке". "Ну, говори", - лениво сказал Телеулов. " Есть одна вещь, которую ты, наверно, не сможешь мне дать просто так". "Ну скажи". "Дело №478". Телеулов понял, что происходит. В глазах Иштар загорелся нехороший огонёк. "Зачем тебе это не нужно, - сказал Телеулов. - Эти бумажки - не твоё дело" "Это верно, - сказала Иштар. - Но мне нужно замести следы нашего пребывания. Я чутка подкорректирую, где надо и верну. Честное пионерское!" "Каким боком ты пионерка-то? - сказал Телеулов. - Во всяком случае, это важнейшее моё дело и так просто я его не отдам!". "Но почему?", - с обидой спросила Иштар. " Это дело запачкано кровью - и это ещё мягко сказано", - ответил Телеулов. - Это было убийство невинных людей". "Но у меня приказ", - сказала Иштар. "А у меня приказ защищать невинных людей", - ответил Телеулов. "Я верю", - сказала Иштар. "Правда?" - спросил Телеулов. "Да. Я верю, что ты отдашь мне эту бумажонку. Я знаю тебя", - сказала Иштар. Телеулов закрыл глаза. "О, Богиня", - прошептал он. Иштар повернулась, склонилась над ним и поцеловала его в щёку. Телеулов вздрогнул от боли. "Спи", - сказала Иштар и вышла из комнаты. Телеулов вырубился сию секунду. "Все, Телеулов, - ласково сказала Иштар, - готово. Держись. Встреча с Кетцалькоатлем тебе точно запомнится. Это вообще последнее, что ты запомнишь..." Очнулся Телеулов уже на закате. Глаза были ясными, и он чувствовал себя отдохнувшим и бодрым. Он сел и с удивлением огляделся по сторонам. Синяки на его лице совсем исчезли, лицо, словно покрылось свежим загаром. Телеулов вспомнил всю сцену, вспомнил поцелуй Иштар и её слова, вспомнил, как она в последний момент увела папку с делом №478. "Какая странная девушка, - подумал Телеулов. - Никогда прежде не испытывал ничего подобного". Хоть он и понимал, что это была не просто "странная девушка", а настоящая богиня смерти. Или что-то около того. Неожиданно в коридоре раздались шаги. Телеулов выглянул в коридор и увидел следователя Дегтярёва. Следователь был в хорошем настроении. "О, Сёмыч, а ты чего домой не ушёл? - сказал он, подходя к Телеулову. - Да, задержался маленько, делишки всякие... Не бери в голову, дружочек. Скучища смертная..." Не успел Телеулов договорить, как Дегтярёв уже вылетел из здания участка. Телеулов вздохнул и тоже собрался уходить. Взяв трость Кетцалькоатля, он закрыл кабинет на ключ и пошёл на выход. На улице уже смеркалось. Приятный тёплый ветер обдавал лицо служителя правопорядка. Сегодня последний день июня. На небе не было видно ни одного облачка, и Телеулов вдруг подумал, что над миром, должно быть, разлита красота и покой. Какая, должно быть, великая радость жить в этот день! Сделав два шага по направлению к светофору, он вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд и обернулся. Перед ним стоял Дагон. "Чудный вечер, - сказал Дагон. - Не так ли?" Телеулов поднял глаза. "И не говорите, - сказал он. - Замечательный вечер. Погодка-то какая... Красота!" "Пожалуй, - согласился Дагон. - Вас подвезти?" Телеулов замялся. Ему почему-то вдруг стало совестно сесть в машину к Дагону. "Не смущайтесь, - сказал Дагон. - Я вас подвезу". "Нет, не надо, - сказал Телеулов. - Я пройдусь". "Как хотите. Не хотите - как хотите, - сказал Дагон. - Счастливой Пасхи". Телеулов шёл по улице и чувствовал, что Дагон смотрит ему в спину. "Какой ещё Пасхи?!" - подумал Телеулов. "Привет от Андрея Петровича! - сказал Дагон. - Ну, который Зубков, если ещё не забыл". Телеулов даже споткнулся от неожиданности. "Андрей Петрович?!" - переспросил он. "А кто ж ещё, - сказал Дагон. - Не Иоанн же, в самом деле". Телеулов поглядел на Дагона: тот стоял, глядя себе под ноги, и на его лице блуждала странная ухмылка. Телеулов побрёл прочь, совершенно сбитый с толку. Телеулов даже не знал, смеяться ему или плакать. От внезапной догадки ему стало страшно. "Слушай, - спросил он с тоской, - ты не убил его случайно?" "Кого? - спросил Дагон. - Зубкова?" "Его самого" "Ну, я. А вот Голубцова вашего Кетцалькоатль лично забрал" - ответил Дагон. Телеулов умолк и пошёл прочь. Дагон что-то крикнул ему вслед, но Телеулов, даже не оборачиваясь, ускорил шаг. Наконец, он окончательно дошёл до какого-то места и прислонился к дереву. На секунду он зажмурился. "Вот гад, - сказал он. - Ну, погоди, скотина". Телеулов осторожно открыл глаза. Над городом висела огромная полная луна, заливая всё вокруг мёртвым серебристым светом. Изредка по траве пробегал ветерок. Стало зябко. Телеулов передёрнул плечами. Он услышал свист. Сначала он подумал, что это ему показалось. Но свист повторился. Телеулов двинулся вперёд. Рядом прошёл мужчина в чёрном пальто, насвистывая простенькую мелодию. "Сударь, какая чудесная у вас трость! - воскликнул неизвестный. - Много лет назад у меня была такая же" Телеулов вздрогнул. "Неужто вы и есть Кетцалькоатль?" - спросил он сдавленным голосом. Но мужчины и след простыл, словно он передвигался на огромной скорости. Телеулов решил, во что бы то ни стало догнать Кетцалькоатля. Он бежал по пустой дороге, совершенно не представляя, в какую сторону идти. Сзади некоторое время ещё доносился свист. Наконец Телеулов понял, что мужчина в чёрном пальто свернул на другую улицу. Телеулов побежал дальше. "Где же этот Кетцалькоатль? - думал он. - Куда он меня завёл?" Неожиданно впереди возникла фигура. Телеулов остановился. Это был Дагон. "Он пошёл туда, честно-честно" - хихикнул он и махнул рукой. Телеулов побежал за ним и вскоре приметил фигуру в пальто. "Не соврал" - подумал Телеулов. Он быстро сократил разделявшее их расстояние, но услышал знакомый голос: "Не спеши, Телеулов. Может быть чаю?". Телеулов пригляделся. Перед ним была Иштар. Она смеялась. Телеулов напряг силы и бросился мимо. Нельзя было терять ни секунды. Вскоре Иштар и Дагон уже скрылись в темноте ночной. Телеулов выбежал на площадь и остановил первого попавшегося прохожего. "Вот он, Кетцалькоатль! Повернул в переулок!" Телеулов побежал следом. В переулке было темно и тихо. Телеулов понял, что Кетцалькоатля здесь нет. Но куда же он делся? Телеулов долго не мог понять, где остался Кетцалькоатль, и наконец, догадался. Он свернул в ещё одну улицу, тоже тёмную и тихую. Вдруг совсем рядом раздался шорох и звук удара. Телеулов почувствовал, как сила тяжести обрушилась на него сверху, раздался громкий вздох, и он потерял сознание. Очнувшись, Телеулов увидел перед собой Кетцалькоатля. В руках у него была пачка из-под конфет "Чупа-чупс". Телеулов попытался закричать, но вместо этого издал странный хриплый звук. Кетцалькоатль протянул леденец Телеулову. "Ешь. Потом расскажешь. Выпей чаю. Рядом находились Иштар и Дагон. Да и само место уже не напоминало тёмный переулок. Теперь это была не улица, а большая площадь с фонтаном посередине. Он бил широкой струёй, в которой плавали листья и лепестки цветов. Дул ветер. Кетцалькоатль весело смеялся. Из ниоткуда появился столик, на который Иштар поставила чашку с чаем и блюдце с нарезанным лимоном. Кетцалькоатль потянул Телеулова к столику, усадил его и сам сел напротив. Он стал серьёзным и спросил: - Ну-с, зачем ты так усердно меня преследовал? Зачем искал со мной встречи? - Простите, - ответил Телеулов, - но уж очень важное у меня дело к Вам. Кетцалькоатль приподнял брови. – К сожалению, ничего для тебя важного в моём облике нет. - Нет, есть. - Что же это такое? - Это зло, - сказал Телеулов. - Зло? - Да. - А какое оно? - Зло. Самое обычное. Бесстыжее. Жестокое. Но также уродливое. Кетцалькоатль задумался. - Нет, - сказал он, - не думаю, что оно уродливое. Скорее наоборот. - Тогда какое? - Не знаю, - сказал Кетцалькоатль. – Я не знаю. Я же не злодей, в конце концов! Телеулов был обескуражен. - Как не злодей? – сказал он. - Очень даже злодей. Все эти убитые вами и вашими подчинёнными люди. Некоторые были моими друзьями и коллегами. А есть и те, которых я не знаю. Вы убили сотни их своими руками. - Я не злодей, - сказал Кетцалькоатль. – Ты ошибаешься. Я просто выполняю свою работу, Самуил, как и ты, простой служащий. Только ведомства у нас разные. Я не убийца, каким ты меня нарисовал. Я лишь проводник. - Зачем же вы тогда творите все эти злодеяния? – спросил Телеулов. - Смерть не есть зло. Каждому в этом мире отведено определённое время. И его не продлить. Кто-то уже приходит в этот мир мёртвым. Иной же доживает до сотни лет. Смерти все равно, кого забрать с собой в могилу. Она приходит во все времена. И моя задача - встретить человека в момент смерти и отвести его бренную душу туда, откуда всё берёт начало. - А куда потом? – спросил Телеулов. - Сущность вечна. Она появляется в следующем рождении, в новом теле и с новым именем. Она не менялась от жизни к жизни, она вечна. - Почему же это происходит? - Это закон жизни. - Но закон жизни нерушим. Он один для всех. Что же это за жизнь такая, если за смерть одного человека её приходится нарушать другим? Кетцалькоатль пожал плечами. - Что позволено Юпитеру, не позволено быку. Что позволено любви, не позволено ненависти. То, что дозволено Богу, не дозволено человеку. Воля Бога - это великая сила. Она сильнее любой другой. И её невозможно остановить. Телеулов задумался. А что есть Бог? Многие великие умы думали над этим вопросом. И всё же не могли найти на него ответа. Кетцалькоатль, глядя в землю, заговорил: - По мнению некоторых, Высшая Сила – это Солнце. По мнению других, это есть Отец всех богов. По мнению третьих, это – дух, который появляется из космической бездны. Но все три точки зрения ошибочны. В качестве ответа на главный вопрос нет такого способа, которым можно было бы измерить Высшую Силу. Скажу, что это просто космический принцип. Бог в каждом из нас, и мы есть частички Бога. Даже я, даже ты. И все остальные. Точно так же каждая клетка вселенной – это частичка Бога. И ничего больше. Все эти слова имеют такое же значение. Телеулов промолчал. - Когда-нибудь, – продолжал Кетцалькоатль, – некоторые поймут, что слова не так важны. Достаточно увидеть или услышать. Телеулов не ответил. Кетцалькоатль добавил: - И вот что. Я скажу тебе, Телеулов. Многое может случиться с вами, людьми. Может произойти многое. Но будет ли от этого что-нибудь новое? Скажу честно, что нет. Задолго до того, как мы появились, не было даже богов. А уж тем более человечества. Все это – вечный цикл жизни и смерти. А что до Высшего Начала, на которое пытается опереться современный ум, то я скажу тебе, что Высшее Начало – это просто колесо, безостановочно вращающееся само в себе. Телеулов вспомнил "бессмысленную историю" Иштар. - А что ты скажешь насчет Колеса? – спросил он. – Если принять твою теорию? Кетцалькоатль задумался. - Скажу, что в нем нет никакого смысла, – ответил он наконец. – Но кто знает? Когда-нибудь колесо будет остановлено. И это будет значить, что окончилась одна эпоха. Начнется другая. А может, это конец вселенной. Кто знает? Так что не будем пока об этом. Но ты прав. Сегодня мы встретились не случайно. Я сам настоял на этой встрече. Ещё конфетку? Телеулов отрицательно покачал головой. – Что-то не так? - спросил Кетцалькоатль. – Я... Телеулов не успел договорить. Откуда-то издалека раздался протяжный, звенящий и переливающийся звук, похожий на далекий колокол. Он постепенно нарастал и скоро превратился в непрерывный гул. От этого звука по коже побежали мурашки. Казалось, что он исходит не от земли и даже не от неба – в нем не было ничего материального. Он просто был. И пока длился этот странный гул, Телеулов сидел как завороженный, не в силах пошевельнуться. Наконец все стихло. Но Кетцалькоатль по-прежнему оставался спокойным и уравновешенным. – Теперь я готов ответить на твои вопросы, – сказал он. – Что тебя интересует? Телеулов чуть улыбнулся. – У меня был один вопрос, и я боялся услышать что-нибудь неприятное. Но, к счастью, он оказался неверным. Так что я прошу ответить тебя. Я хочу понять... – Что ты хочешь понять? – Больше всего я хотел бы понять, что ты такое. Я даже не знаю, каким словом обозначить то, что вижу. Это невозможно выразить словами. Ты – дух, в котором слились четыре разных состояния. Я не знаю, как тебе объяснить. Это как сон наяву. Кетцалькоатль усмехнулся. – Знаешь, что такое сон наяву? Телеулов промолчал. – Это состояние, когда сознание отключено, а организм работает по инерции. Когда человек забывает, кто он и что он такое. Кетцалькоатль опять усмехнулся. – Вот примерно это и происходит, когда выключается сознание. Как только сознание выключается, организм теряет способность функционировать и гибнет. С этим ничего нельзя сделать. Так что ты – просто воспоминание. Телеулов молчал. Кетцалькоатль засмеялся. Смех его был негромким, но вполне отчетливым. – Что ты теперь будешь делать? – Я лишь хочу завершить расследование, – ответил Телеулов. – Мне это необходимо. – Понимаю. Кетцалькоатль подмигнул и достал из ниоткуда папку "Дело №478" – коричневого цвета кожаную папку с двумя блестящими замками. Кетцалькоатль открыл ее и бросил Телеулову. Телеулов поймал ее и раскрыл. На красной ленте лежала вырезанная из газеты фотография. На ней был портрет мужчины средних лет в военной форме. Телеулов стал внимательно изучать фотографию. Она изображала его самого и еще кого-то. Кто это был – непонятно. На заднем плане мерцала желто-коричневая точка фонаря. Телеулов еще раз прочитал про себя крупно напечатанный текст: "Погиб при исполнении..." И надпись под фотографией. Это был его, Телеулова, военный билет. Он закрыл папку. Перед ним стояла чашка с остывшим чаем. Телеулов решил допить ее. Чашка опустела. Телеулов поднял глаза и увидел улыбающегося Кетцалькоатля. Тот тоже допил чай и поставил чашку на поднос, где рядом лежала еще одна. – Я умер? – спросил Телеулов. – Как видишь. – А где я теперь буду? – В нашем мире. – И что это за мир? – О, не спеши. Для начала я должен дать тебе новое имя. Ты – Мечтатель. И ты узнаешь, что это значит. Кетцалькоатль посмотрел на Телеулова с улыбкой. Телеулов, поколебавшись, пожал плечами. – Знаешь, я не очень люблю новое имя, – сказал он. Кетцалькоатль покачал головой. – Ты еще не все знаешь, – сказал он. – Скоро поймешь. А пока привыкай к своему новому имени. Оно, кстати, не из наших. Так что слушай внимательно. Твое имя – Мечтатель. Телеулов грустно усмехнулся. – Да, пожалуй. Но, знаешь, я не уверен, что оно мне нравится. Я считаю, что оно какое-то... неживое. – Верно, – сказал Кетцалькоатль. – Но кто ты такой, чтобы выбирать? Ты Мечтатель – так почему бы тебе не принять свое новое имя? Телеулов нахмурился и задумался. – Слушай, а что случилось с моим телом? – спросил он наконец. – Этого тебе знать не положено, – сказал Кетцалькоатль. – Хотя, с другой стороны, я тебя, пожалуй, понимаю. Тебе в жизни сильно не везло. – Как не везло? – обиделся Телеулов. – Ты ведь еще молодой, – сказал Кетцалькоатль. – А так не везет всем. Вот ты забежал с моей тростью в неблагополучный квартал, ну тебя двое бугаёв и приложили. Насмерть. Каково было их удивление, когда трости при тебе они не обнаружили. А под утро первого июля тебя нашли. Много крови потерял, голову рассекли знатно... Ладно, не хочу дальше знать – погрустнел Телеулов. – Наверно, лучше забыть. Я и сам виноват. Не надо было заходить в этот паршивый переулок. – Наверное, – согласился Кетцалькоатль. – Жаль, что так вышло. Спасибо, кстати, за мою трость! Телеулов оживился. – А где она теперь? – Да вот она, – ответил Кетцалькоатль. – Мой скипетр. Правда, это никакой не жезл смерти. Просто красивый придаток к моему образу. Прикольная такая игрушка. Мой ритуальный жезл. Называется «Кетцалькоатль». В честь меня. – Круто! – сказал Телеулов. – А что такое «Кетцалькоатль»? – М-м- м… Сам не знаешь? Теперь уже вряд ли узнаешь. Но название хорошее. Под ним-то я и попал в этот мир. Здесь раньше была цивилизация майя. А потом… Его прервала Иштар: – Господа, часики тикают! Телеулов с Кетцалькоатлем переглянулись. Затем Кетцалькоатль улыбнулся и покачал головой. – Извини, дорогая, – сказал он. – Заболтался. Пойдем. Кетцалькоатль встал из-за стола, Телеулов последовал его примеру. – Господа, – объявил Кетцалькоатль, выходя из-за стола, – не будем терять время. Так или иначе, нам пора. Проводим же этого пытливого сыщика в его последний путь! Он щелкнул пальцами. Вокруг вспыхнул ослепительный свет, и к ним ворвался вихрь золотистых искр. Дагон и Иштар исчезли. Теперь на том месте, где они только что стояли, был свет, и этот свет разгорался все сильнее. Вскоре за ним уже нельзя было различить ничего, кроме золотистого огня. Наконец он стал таким ярким, что Телеулов невольно закрыл глаза. Когда он снова открыл их, перед ним простиралась бескрайняя степь. – Куда мы направляемся? – спросил Телеулов. – В наш мир, – ответил Кетцалькоатль. Телеулов огляделся. – Но где он? – Поедем вперед. Ты увидишь. Телеулов двинулся за Кетцалькоатлем. – Вон там, впереди, – сказал Кетцалькоатль, – наша цель. Телеулов напряг зрение. Перед ним действительно виднелась земля, поросшая яркой зеленой травой. На ней виднелись маленькие ярко-синие цветы. На небе сияло солнце, и казалось, что стоит легкий летний день. – Ты видишь наш мир? – спросил Кетцалькоатль. Телеулов кивнул. – Тогда иди прямо к нему. Телеулов пошел вперед. Он приблизился к тому месту, где увидел свой новый мир, и обнаружил, что под ногами лежит мягкая, сочная трава. Некоторое время он не двигался с места, и только ветер шевелил его кучерявые волосы. Потом он поднял глаза и увидел перед собой серебристо-голубое небо. – Вот, – сказал Кетцалькоатль, – наш мир. – Какой он красивый, – прошептал Телеулов. Кетцалькоатль протянул к нему руки. – Посмотри на небо. Теперь тебе все видно. Наш мир, мир Кетцалькоатля и мир самого солнца. – Как хорошо, – прошептал Телеулов. Он глубоко вздохнул и лег на траву. Телеулов закрыл глаза и почувствовал, словно ничего не весит. Словно душа воспарила, воспряла! И не было больше суеты мирской, незаконченных дел, не было больше Самуила Телеулова, была лишь абсолютная лёгкость и блаженство небытия! И всё стало ничем, и ничто стало всем!