Глава одиннадцатая. Доброе утро, Москва!

Вяло плетясь по бульварам, Влад читал утреннюю газету. В этом тонком сероватом листке бумаги не было ничего примечательного ни для музыканта, ни для автора статьи, но сам процесс чтения ежедневной сводки событий вперемешку с рекламой и интервью неизвестных личностей, успокаивал парня и давал ему пищу для размышлений. Когда гитарист жил в Санкт-Петербурге, он покупал подобные экземпляры каждый день. Вот и сейчас, даже не смотря на то, что ему так и не удалось не только выспаться, но и в целом поспать, молодой человек шёл, уткнувшись в новоприобретенную макулатуру. В то же самое утро, около девяти, в безымянной гостинице София Клёнова проверяла почту. Но когда она уже собиралась очистить папку «спам», накопившую в себе уже больше тысячи сообщений, её взгляд зацепился за письмо с незнакомого адреса «vashskripach@mail.ru». Не задумываясь ни о каких последствиях, солистка нажала на письмо. Её глазам открылся текст весьма печального содержания, которое, тем не менее, было мнение удручающим, чем она себе представляла. - Костя, Юра, он жив! Написал мне на почту, зараза такая, даже не со своего адреса. - София показала парням письмо с маленького, разбитого экрана телефона. - Женщина, ты спятила. Это наверняка ловушка, и если ты ответишь на это сообщение… - Юрий скептически отнесся к такой незаурядной новости. - Нам уже нечего терять, можешь ответить. - голос Кости был не похож на себя, отстранённый, мрачный, - Влад такое учинил этой ночью, что нам уже сам бог не поможет. - Он всех нас сдал полиции? - с ужасом вопросила девушка. - Если не хуже. Он позвонил Алексею. Абонент не доступен, а вот мы наверняка теперь как на ладони. Этот идиот куда-то пропал вслед за своим здравым смыслом, и уж не знаю, кого мы теперь вероятнее увидим, его или нашего пропавшего без вести. - Меня, не сомневайся. - голос появившегося в дверях Влада, как ни странно, был вопреки обыкновенному весел. На парне была в черная рубашка и такого же цвета поношенные джинсы. В руках у него была та самая газета, свёрнутая в трубку после прочтения. Волосы его были чуть растрёпаны и, как ни странно, распущены. Такая прическа ему не шла и придавала немного безумный вид. - Сдал нас и теперь ещё радуешься, мудила? - прорычала Клёнова. Юрий засмеялся. - Похож на городского сумасшедшего. - И ведёт себя соответствующе - буравя новоприбывшего своими зелёными глазами, холодно упрекнул барабанщик. - Что за травля, ребята, не уж то вы забыли, что мы одна группа, лучшие друзья на век и в целом духовная родня? Ах да, это я забыл. Ведь позвонить человеку, с которым прошел огонь и воду, у нас считается непростительным преступлением. - парень усмехнулся на секунду, но эта саркастичная ухмылка быстро сменилась обыкновенным угрюмым выражением лица. Он кинул газету на табурет и повернулся к запачканному зеркалу, чтобы завязать привычный тугой пучок. - Твой наркоман писал. Сказал, что его за решетку упекут, скорее всего. - не особо оскорбившись от слов коллеги, продолжил Юра. Он закинул свои ноги на соседнюю кровать и лёг, положив покрытые светло-русыми волосками руки за голову. Владислав попытался закончить начатую прическу, но мозолистые пальцы перестали его слушаться, и, сдавшись, он резко повернулся к говорившему. - Конкретнее. - На, читай. - Соня, не смотря в глаза гитаристу, протянула ему телефон . - Это точно от него? - Владислав впился глазами в экран, с подозрением изучая написанные без пяти минут заключённым строки. - Мы не знаем. Если хочешь ответь, всё равно уже нас не спасти. Парень проигнорировал эту фразу. В дверь деликатно постучали. Как оказалось, это была уборщица: бабушка низкого роста, восточной внешности, одетая в синее с белым рабочее платье, но с заляпанным фартуком. - Вас в холле ждёт мужчина по имени Павел. Попросил подойти как только будет возможность. - Как он нашёл нас? - выпучила глаза Соня. - Ну так спроси у него. - пожал плечами солист. - Пойдёмте узнаем. - не менее удивленный Константин направился к дверям. Через несколько минут вся компания сидела в холле и попивала зелёный чай из старых, белых, гостиничных кружек. Павел своим глубоким и низким голосом поздоровался: - Здравствуйте, родные. Надеюсь, я вас не разбудил, простите уж, что без приглашения заявился. - А по какому поводу? - чуть прищурив глаза, еле скрывая свою неприязнь, сказала Клёнова. - Хотел вас проведать. Вы же ничего не знаете в Москве. Предложить прогуляться с вами хотел. А что вы забыли в этой нищенской гостинчике? Я помышлял, вы у родственников вашего гитариста ночуете. - Так уж вышло, что родственница эта померла уже как месяц, а мы об этом только сейчас узнали. - не задумываясь, отчеканил Влад. - Соболезную, милый друг. Это, безусловно, прискорбно. Я тут не хотел задерживаться надолго. Давайте мы после обеда, на Китай городе встретимся, часов эдак в четверть третьего, и там уж и побеседуем? - А как вы нас нашли? - любопытство пересилило стеснительность в Юре, и он задал этот, безусловно, волнующий всех присутствующих вопрос. - Да тут моя супруга работает, она мне про вас и сказала, представьте моё удивление. - мужчина, немного кряхтя встал с места, кивнул сначала музыкантам, затем черноволосой женщине за рецепшеном и ушёл из временной обители беглецов восвояси, оставив за собой больше вопросов, чем ответов. Стрелки квадратных настенных часов сместились на отделение указали на римскую десятку.