Жидкое не пролей, сыпучее не рассыпь!

      Поход до Громовой горы грозил затянуться. Рассматривая карту можно было понять, что маршрут пролегал так, чтобы удобно зацепить и пустыню и столицу Южной империи – Хурлан и наконец добраться до пункта назначения. Касикандриэра оставила команду, заявив, что не желает «месить грязь ногами». Хотя весь путь пролегал по ровной, мощённой камнем дороге. Сборы прошли быстро. Друзья отдыхали ровно сутки после пекла. Делать было нечего, разве что предаваться лёгкому разврату и дремать под голос Фреи, которая продолжала вслух зачитывать интересные факты о Южной империи. Матриархат Южной империи напоминал зеркально отражённый патриархат в Северной. То есть там женщины относились к мужчинам покровительственно и старались отстранить их от управляющих должностей, чтобы они не подхватили ненужный стресс. Более бережное отношение там было только к детям и беременным женщинам. Но никто не мешал мужчинам получать образование и работать. Даже разрешалось служить в легионе. Правда их соотношение к женскому составу было не два к одному, а один к двум. То есть процент мужчин был таким же, как процент женщин в легионе северного оппонента.       Сама Южная империя не была единым монолитом, подобно Северной в области архитектуры и культурных особенностей. В её состав вошло три больших государства и множество прежде независимых княжеств. Поскольку у императриц всегда было чувство вкуса, они не стали строить город в котором бы совмещались все три основных стиля. Это не касалось административных зданий, новых деревень и военных построек. Так что проходя от восточной к западной границе путешественники поочерёдно попадали: в Рабанику, Аццесию и Мааюну, в которой стоял самый главный храм, посвящённый Великой Ма. Особую пикантность придавал тот факт, что город Манана, бывшая столица Мааюны, располагался у подножия Громовой горы. А если быть совсем точным, дьяволицы подняли вулкан непосредственно у священного города.       Так или иначе, но отряд отправился из Нимбодинга, поливаемого сезоном дождей, в цветущую Южную империю, для которой этот сезон являлся благословением. Кроме верного Буцефала снова были взяты напрокат ослики. Когда Фрея посетовала на то, что деньги быстро тают, Германика ответила:       - Да это не проблема. Нам главное в Хурлан успеть.       - Зачем?       - Есть там возможность денег поднять. Только надо поспешить. Через несколько дней начнётся праздник, день рождение императрицы. А это значит, что на главной арене пройдут гладиаторские бои в честь великой Ма. В последний раз, когда я выступала на ней, я проиграла в одной восьмой финала. Но теперь готова ко всему. Так вот, победительнице сама императрица вручит главный приз: тысячу золотых динар, орден, украшенный жемчугом и бирюзой, который можно продать, если припрёт нужда. Даже по частям. А ещё будет секретный императорский дар. Это ларец из красного дерева, отделанный слоновьей костью. Что может быть внутри, никто не знает. Кстати, один раз там оказалось три плода выжиги. А ещё раз был птенец райской птицы. Какая разница, что там будет? Главное, что это будет не какая-то пустая хрень, а подарок от самой императрицы. Ещё она позволит победительнице поцеловать ей руку. Это большая честь. Кроме того, победительница становится очень известной. Её не забудут там до следующего года, когда появится новая победительница. В любом трактире – выпивка бесплатно. Ведь если туда пришла такая известная личность, то посмотреть на неё придёт много людей, а значит вырастет клиентура хозяина заведения.       - Чисто олимпионник. – Усмехнулся Михаил.       - Кто?       - Олимпионник. У нас была такая страна, как Эллада, ныне Греция. Там проходили олимпийские игры и победители таких игр становились известными и их все уважали и угощали. Даже за услуги брали только половину платы.       - Ты про спортивные игры говоришь? У нас В Рекое такое бывает. Раз в четыре года созываются гости из разных стран и прекращаются на время игр все войны. – Огорошила парней воительница. - Такое перемирие примерно на три месяца. Но до следующих игр ещё целый год ждать. А вот у вас войны, на время олимпийских игр не прекращались.       Михаил хотел возразить, но вспомнил кое-какие факты и вынужден был согласиться. А вот на лице Дмитрия появилась озабоченность:       - Герма, я не хочу, чтобы ты участвовала в гладиаторских боях. А вдруг тебя ранят или вообще убьют?       - Что за глупости? – Воительница облокотилась об ограду с ослами, где путешественники выбирали себе «транспорт». – Максимум, что там можно заработать, это синяк или вывих. А если что серьёзное случится, то у нас есть шаманка, элементалисты и целитель.       - Кстати о целителе. – Снова вмешался Михаил. – Я не могу учиться, пока мы путешествуем. Александру повезло, у него жена учительницей работает, а меня кто будет целительству учить?       - Да, не раскисай! Что-нибудь придумаем. – Отмахнулась Германика.       - Я не о том. Мне осесть придётся. Люба тоже скучает по садам. Пока мы тут носимся по миру, ей и поработать некогда. Как и мне, впрочем.       - Да ладно тебе. Ты нас спас, когда принял командование на корабле. Люба дважды побеждала дьяволиц. Вы у нас не заменимы.       - Чика, кстати, тоже хочет где-то осесть насовсем. Чтобы домик был, чтобы она профессии какой-нибудь обучилась. Фрея хочет вернуться в Араста. И я не слышал от Касикандриэры её планы на будущее, но она явно захочет прибрать Димыча со всеми вами в свои руки и укрыться в замке. Нам вскоре предстоит расстаться. И когда мы встретимся, кто его знает? Может двадцать лет спустя, а может через три-четыре столетия?       - Странный вы народ – мужики. – Усмехнулась воительница. – Весь мир для вас, а вы найдёте о чём беспокоиться. Давайте решать проблемы по мере их появления. Найдём мы и сад для твоей Любы и учительницу для тебя, а за Димку вообще не переживай. У него есть я и Грома, мы вдвоём найдём способ надеть намордник на дьяволицу и посадить её на цепь.       На этом разговор был закончен, а на следующий день, маленький караван выдвинулся в путь. Дождь заставил всех воспользоваться плащами, натянув капюшоны, так, что из под них иногда можно было увидеть только кончик носа. Глядя на высокую Германику верхом на Буцефале и растянувшуюся за ней вереницу осликов Михаил подумал, что если бы вместо осликов были пони, он бы почувствовал себя одним из гномов, отправившихся на борьбу со Смогом. Правда впечатление портила Грома, сидевшая верхом на огромном быке. Да и у валькирии был свой конь. Германика взяла с собой на седло Дмитрия, а за спиной Громы пристроились Светлана и Трика. Остальные делили между собой трёх осликов.       Дождь навевал скуку и грусть. Земля любви на полтора месяца лишилась жаркого солнца и покрывалась слоем холодной воды. Из всей команды радостной была только валькирия. Ещё бы! Она спускалась в пекло, она сражалась с инферналками и лавовыми тварями. Она даже получила несколько серьёзных ожогов. Было от чего прийти в восторг, хотя другие члены отряда не разделяли её радости. Одним приключения нравились, другие предпочли бы менее активный «отдых» на земле (вернее под землёй) любви.       Продвигались путешественники очень бодро, благодаря дороге. Ночевали на постоялых дворах, которые встречались часто вдоль всего тракта. Через три дня местность стала суше, леса встречались всё реже. Германика утверждала, что если бы не сезон дождей, то путники бы уже ощутили знойное дыхание пустыни.       Чего ожидали друзья от Южной империи? Все ждали погружения в атмосферу арабской ночи, приключений с джинами и шайтанами. Единственное, что отличало бы эти земли от древней Аравии, так это гаремы, которые управляли мужьями. Словно в насмешку над их старым миром тут всё должно было быть наоборот. Женщины правят, а мужчины сидят дома. Но непонятки начались уже на таможне. В отличие от границы с Арштагом, тут был пост таможни и даже стояла небольшая крепость. И вот к посту и крепости были серьёзные вопросы. Ни куполов, ни минаретов, ничего, что бы ассоциировалось с родиной Магомеда, отца ислама. Германика первая заметила, что пока она общалась с таможенницами, мужчины, открыв рты смотрят на крепость. В голове всплыли картины совсем другой цивилизации. Пиктограммы, покрывавшие стены говорили не то о майя, не то об ацтеках. Сами таможенницы были облачены в доспехи похожие на те, что носили легионеры Северной империи, но со своим специфическим колоритом. А самой колоритной была женщина, одетая точь-в-точь как воин ягуар.       - Эй, парни, вы чего? – Усмехнулась воительница. – Вы так смотрите на эти стены, будто увидели самую странную вещь в своей жизни.       - Так оно и есть. – Ответил за всех Александр. – Мы не ожидали увидеть тут такое.       - Ах, это. – Германика поняла их удивление по-своему. – Ну да, тут начинается Рабаника, но крепость и пост построены в имперской традиции, как ни как они считаются административными зданиями.       Вскоре мужчины поняли, что имела ввиду Германика. К вечеру они подошли к первому городу на земле Южной империи. Дорога стала намного оживлённее. Солнце проглянуло сквозь тучи и осветило красивую долину, покрытую цветами и цитрусовыми плантациями. Местами между камней появлялись кучки песка. А впереди раскинулся большой торговый город. Указав на него Фрея сказала:       - Похоже это Багдад. В книге сказано…       - Как? – Не поверили перенесенцы.       - Багдад. – Повторила Фрея, но уже не так уверенно. – В книге сказано, что если ехать по главному тракту, то первым городом, который встретит путников будет Багдад. Он стоит на самом краю пустыни.       - Завтра мы увидим Великую пустыню. – Германика улыбнулась. – Я раньше её видела только летом. Она тогда не очень красива, скорее уж слишком… пустая. Песок и ничего больше. Жилья может не встретиться на многие дни пути. Если только попадётся оазис. Но в сезон дождей, говорят, пустыня преображается.       За неспешным разговором, проталкиваясь между телег и вьючных животных, друзья въехали в город и тут они и увидели то, чего и ожидали. Архитектура города полностью соответствовала его названию. Тут были и небольшие домики из саманного кирпича, и шумный базар, и даже храм Великой Ма был украшен четырьмя минаретами. Женщины, правда, ходили с открытыми лицами, а одна даже вела своего мужа на поводке. Видимо недавно купила его как раба, что в условиях Южной империи было совершенно нормально. Рассмотреть город как следует в тот день не удалось. Германика быстро нашла подходящую гостиницу и сказала, что хочет помиловаться со своим мужем в нормальных условиях.       После долгой дискуссии друзья решили снять один номер на всех. Грома даже пошутила, что они могут отрепетировать оргию в замке Касикандриэры. А те, кто ещё не имеет мужа, пусть присоединятся к кому захотят. Хозяин гостиницы был излишне суетлив и отводил взгляд в сторону. Александр обратил на это внимание Германики, давно ставшей главой их маленького отряда, когда они уже поднимались по лестнице. Но воительница только отмахнулась.       - Ой, да не бери в голову. Наверное окна выходят на мусорную кучу, а он её выдавал за очень роскошную комнату. Он и денег взял за неё немного, чтобы мы не поднимали шума. Ничего, главное, чтобы комната была большой. Остальное - ерунда.       Номер, который хозяин выдавал за очень просторный (как раз на три гарема) и роскошный, находился на самом верху, на четвёртом этаже. Германика открыла дверь и застыла в немом изумлении. Александр и Дмитрий, шедшие прямо за ней и столкнувшиеся со спиной женщины, переглянулись и аккуратно заглянули внутрь протиснувшись между косяком и застывшей воительницей. Реакция Германики сразу стала им понятна. Посреди номера, погружённого в полумрак благодаря лиловым шторам, стояла огромная кровать с балдахином. Но не она была причиной эмоционального паралича женщины. Причина находилась на самой кровати. Касикандриэра собственной персоной, одетая как наложница какого-нибудь султана, величественно возлежала на ложе и с хищной улыбкой поглядывала на вошедших. Рядом стояла Пууналия одетая в шаровары и безрукавку, которая практически не прикрывала её грудь. Лицо было «скрыто» под лоскутом голубого газа. Она держала в руках поднос с большим фигурным сосудом, заполненным голубой же жидкостью. Её улыбка тоже была полна коварства. Чувствуется, что дьяволица воспитала служанку себе под стать. Всё это освещал десяток свечей в хаотичном порядке расставленных по всей комнате.       - Ой-ёй, Пууналия, как нехорошо получилось. – Касикандриэра облизнулась. – Ты смотри, в этот номер действительно кто-то вошёл.       - Госпожа, вы же их накажете? Позвольте мне вам помочь в этом!       - Какого хрена ты тут делаешь!? – Прорычала, пришедшая наконец в себя воительница.       - Жду свою добычу. Я же хищница.       - Так, пошли отсюда! Я попрошу другой номер у хозяина.       - Других свободных номеров в гостинице нет! – Окликнула её Пууналия.       - Тогда мы уйдём в другую гостиницу.       - Боюсь там тоже нет места. – Дьяволица грациозно поднялась с кровати. – Я приготовилась ко всему. Нет в Багдаде героини, нет полубогини. Городок сейчас весь в моих руках.       - Теперь есть! – В комнату вошла валькирия, положив руку на эфес меча, её взгляд не сулил демонице ничего хорошего. – Свергаю тьму везде, где вижу её след, и очищаю светом мир!       - Всё видишь во мне врага? – Дьяволица посмотрела прямо в глаза героини. – Даже после того, как мы вместе одолели лавового тролля.       - Да, мы сражались плечом к плечу и я б солгала, если б сказала, что было противно мне помощь принимать твою. Но почему тогда Германика не хочет быть с тобою рядом?       - Да, Германика, почему ты так меня ненавидишь? – Касикандриэра подошла вплотную к воительнице. – Ты даже не знаешь меня.       - А кто обещал меня посадить на цепь? – Мрачно процедила Германика не отводя взгляд. – Кто похитил Димочку? Кто поставил меня на колени своей силой? Будь у меня способности валькирии, тебя бы твои слуги отдирали бы от пола твоего замка.       - Ты слишком импульсивна.       - Это точно. – В беседу вмешался Александр. – Как только кто-то похищает Димку, так ты сразу грозишь похитителю геноцидом, наматыванием кишок на меч и прочим интересным времяпрепровождением, болезненным, коротким и как правило несовместимым с жизнью.       - Ого, да ты тоже садистка? – Дьяволица просияла. – Предлагаю обменяться опытом. Уверена, что ты узнаешь от меня много интересного о своём муже. А остальные просто посмотрят. А я ещё запишу всё это на свои кристаллы и потом покажу где Димочке было особенно приятно. Как тебе такое предложение?       - Ладно. – Воительница глубоко вздохнула. – Да и я обещала тебе доступ к Димкиному телу. Но как ты сюда попала?       - У дьяволиц свои секреты. Я пришла в этот город ещё вчера, поставила на колени здешнюю власть и заставила всё так подстроить, чтобы вы не промахнулись мимо моих сетей.       - А ты не боишься, что императрица сюда приведёт легионы? Это же чистой воды разбой.       - Скорее уж акт терроризма. – Поправил девушку Михаил.       - Пускай приводит. – Рассмеялась инферналка. – Завтра меня тут уже не будет! Да и я кое-что устроила местному градоначальнику, так что уж один денёк он меня потерпит.       - Ты хотя бы не тронешь Димку, пока мы будем омываться?       - Не могу обещать. – Вздохнула дьяволица. – Если он будет крутить своей попкой и быть милым, могу и не сдержаться.       - Меня больше интересует, что в бутылке у твоей служанки. – Вступила Грома.       - Это? Так, средство дарующее волшебные грёзы. Я пока ждала вас, развлекалась. Ну что ж. Кто ещё против того, чтобы я составила вам компанию на эту ночь?       На этих словах Димка жалобно посмотрел на своих друзей. Ему хотелось, чтобы Касикандриэра осталась и смогла сдружиться с Германикой и Громой. Против никто не был. Даже против оргии с двумя инферналками никто против не был.       - Отлично! Тогда девочки, оставляют тут вещи и идут в купальню. Потом идут мальчики, а мы приготовим им тут сюрприз. – Дьяволица была сама благожелательность, но многие заметили сумасшедший огонёк в её глазах.       У многих было не очень хорошее предчувствие, но все уже убедились, что в целом дьяволица безобидна. Девушки ушли, а Касикандриэра подозвала к себе Пууналию.       - Пока ждём девочек, я хочу, чтобы моя служанка пока развлекла вас танцем. Да, она умеет танцевать. Поверьте, вам это понравится. Танец называется «Пчёлка». Пууна, начинай.       Дьяволица снова устроилась на ложе сманив к себе Дмитрия. Михаил и Александр сели на пол, покрытый ковром. Они только сняли сапоги и плащи, а вещи раскидали по углам. Инферналка достала из-за кровати музыкальную шкатулку и завела её, Суккуба стала посреди комнаты и начала двигаться под музыку. Что такое «Пчёлка»? Это стриптиз. Пууналия изображала девушку, которая пыталась отмахнуться от назойливой пчелы. Но при этом она двигалась так и принимала такие позы, что у мужчин быстро возникло напряжение в штанах. Каждое движение суккубы было зовущим, выверенным и исполненным желанием и похотью. Резкое движение заставило пуговицу на безрукавке лопнуть и грудь соблазнительницы заколыхалась, едва ни гипнотизируя мужчин. А тем временем назойливое «насекомое» залезло под одежду и девушка стала скидывать с себя одежду, чтобы выгнать «пчелу». Движения и испуг выглядели естественными, но при этом это всё ещё был танец, а вещи летели с поразительной точностью в мужчин. Когда Пууналия скинула с себя всё, включая трусики, «злая пчела» таки «ужалила» девушку и та изогнулась от боли, словно в экстазе, прежде чем осесть на пол.       Как ни странно, но суккуба смогла растянуть танец на те четверть часа, которые девушки потратили в купальне. Так что когда они вернулись, то успели увидеть заключительную часть танца. На этот раз Германика сдержалась, хотя было видно, что ей хотелось многое высказать самовольной дьяволице. Мужчинам же пришлось идти в купальню, прикрыв переднюю часть штанов полотенцами. Стояки были хорошо заметны. Казалось, что своим танцем Пууналия заставила их члены вздуться ещё сильнее, чем обычно. Они ещё не знали, что дело не совсем в танце и что их клинки действительно стали больше. Хотя эмоций было много, мужчины не разговаривали, стремясь поскорее обмыться. Им настолько хотелось поскорее погрузиться в своих жён, что они все разговоры решили оставить на потом.       Когда же они вернулись в номер, там их встретила самая настоящая лесбийская оргия. Чика, согнувшись, стояла у края кровати и её по попе лупила Трика. Светлана и Пууналия, целовали и покусывали интимные места Фреи, которая была связана с широко раздвинутыми ногами, согнутыми так, что пятки касались ягодиц. Во рту элементалистки красовался кожаный кляп, а её глаза были завязаны. При этом Пууналия ещё и примеряла свой увеличившийся прибор к розовой раковине жертвы. На самой кровати, почти у стены Грома нежно зажимала стонущую Любу, используя свой страпон. Напротив них у другой стены сидела Ядвига мнущая свою грудь и активно маструбирующая. А в центре любовного ложа находились дьяволица и Германика. При этом воительница делала минет Касикандриэре, а та, в свою очередь, орудовала своим увеличившимся языком в рубиновой пещере бывшей соперницы.       Мужчины даже не сразу поняли, что перед ними на полу лежит опрокинутая бутыль, из которой медленно вытекала голубоватая жидкость, тут же превращавшаяся в голубоватую дымку.       Услышав скрип двери, девушки некоторое время продолжали свои действия, но потом остановились и оглянулись на мужчин. Две стороны быстро сблизились, возвращаясь на постель или располагаясь прямо на ковре.       Поделились довольно быстро и не сговариваясь. Дмитрия утянули Германика, Грома и Касикандриэра. Александр был зажат между Фреей, Трикой и Ядвигой. Михаил же попал в плен объятий Чики, Любы, Светланы и Пууналии. Каждая группа образовала свой маленький мирок, не обращая внимания на остальных.       Группа, сформировавшаяся вокруг Дмитрия, заняла часть кровати у дальней стены. Дмитрий быстро оказался в привычной для себя позе. Его уложили на спину, а на его корешок, к удивлению Дмитрия уселась дьяволица собственной персоной. Это был первый раз в сексуальной жизни этих двоих, когда Касикандриэра отказалась от своего доминирования своим псевдо членом и решила попробовать классический способ. На лицо мужчины опустилась Грома. Что тоже сильно отличалось от её обычного поведения. Германика села поперёк тела мужчины, опустив попу на кровать, так что на животе и груди Дмитрия покоились только широко раздвинутые ноги воительницы и край промежности. Когда она начала играть со страпоном, на тело мужа брызнули капли смазки. Впрочем Дьяволица двигалась с такой силой и скоростью, что её собственные соки разлетались во все стороны. Грома практически не двигалась, позволяя любовнику творить своим языком всё, что бы тот ни пожелал. Она наклонилась вперёд и периодически целовалась с дьяволицей, когда та на мгновение замирала после серии сильных и быстрых скачков, насаживаясь полностью на клинок Дмитрия. Сам мужчина работал только языком и губами, одной рукой обнимая бедро орчихи, второй щипая Германику за грудь, до которой смог дотянуться. Но потом он с удивлением заметил, что вполне может подкидывать дьяволицу движениями своих бёдер. Силы ему хватало, чем он и занялся, намеренно сбивая ритм движения женщины и таким образом дразня её. Германика заметила это и томно спросила у инферналки:       - Что, норовистый жеребчик достался? Объезжать жеребцов я умею.       - Я так хотела покататься на этом пони. – Пожаловалась дьяволица.       - Так садись позади меня. – Усмехнулась Германика.       - Лучше я просто сяду вместо тебя.       Женщины поменялись, несмотря на то, что Дмитрий пытался пообещать быть послушным, чтобы не обижать Касикандриэру. Ему помешали губы шаманки и её густые соки, получилось какое-то невнятное бульканье. Так что вскоре Германика уверенно оседлала жеребца и поскакала вперёд, ловко подгадывая моменты, когда Дмитрий пытался взбрыкнуть и принимая соответствующие движения и уже она дразнила мужчину. Касикандриэра села прямо на живот мужчины, но при этом она немного откинулась назад, упираясь рукой о кровать, чтобы не давить на «пони» слишком сильно. При этом у неё вытянулся клитор и вскоре он стоял как стебель неведомого растения, слегка подёргиваясь. Грома и Германика наклонились вперёд и принялись вылизывать ствол дьяволицы. А потом Германика заглотила его в рот и стала двигаться, направляемая рукой Громы. Касикандриэра свободной рукой мяла себе грудь и теперь её соки растекались по животу Дмитрия.       Александр со своими женщинами занял середину кровати. Фрея в этой группе была самым пассивным элементом. Ядвига и Трика, подведя Александра к его первой жене, начали мять и гладить груди и половые губы девушки, предлагая ему взять её. Сама Фрея могла только нечленораздельно мычать от удовольствия. Мужчина не заставил себя долго просить, его змей и без того был напряжён до предела и скоро исчез в истекающем соками жерле девушки, заставив ту замычать ещё сильнее. Ядвига и Трика легли с двух сторон от элементалистки Они играли с грудью своей подруги и облизывали её лицо и шею размазывая слюну, стекающую мимо кляпа. Шурик, в свою очередь, массировал девушкам их лепестки и горошинки свободными руками. От его толчков Фрея сдвигалась вверх и валькирии с кавайкой даже пришлось её придерживать, чтобы она не убегала. Первой в этой комнате кончила Фрея, поскольку её уже довольно сильно завели девушки, а уж в отсутствии зрительных раздражителей ощущения оказались намного сильнее. Она изогнулась и издала протяжное мычание, мелко трясясь в волнах наступившего оргазма. Александр вышел из элементалистки, на её тело тут же улеглась Трика, задрав хвостик. Мужчина смазал соками Фреи её мышиную норку и вошёл в подхвостье кавайки, намереваясь дойти до нужной точки, слегка придерживая егозу за хвост. Ядвига встала напротив него, прижав свою промежность к лицу мужчины и таким образом заставив его ублажить себя мужским язычком.       Михаилу пришлось несколько труднее из-за числа женщин, оставшихся на его попечение. На то, что они сами его потащили к кровати он уже не обращал внимания – привык. А затем он попал в не очень удобное положение, женщины повалили его у самой кровати на ковёр, принявшись целовать и облизывать во всех местах, куда могли дотянуться. Сам мужчина пытался гладить и обнимать девушек и даже лапал их интимные места, к которым явно питал особенную слабость. Затем суккубе удалось восстановить некое подобие порядка:       - Спокойнее, девочки, его на всех хватит. - Инферналка уселась на край кровати и притянула к себе мужчину. - Не против, если я возьму его попку? Тогда помогите подготовить его.       Чика и Люба решительно задрали ноги мужчине, и стали намазывать его шоколадную дырочку своими соками. Светлана расположилась прямо напротив него и добавляя своих соков, разминала мужское колечко. Позади мужчины стояла Пууналия, придерживая его руками. А сам мужчина, уже завёл одну руку за спину, поглаживая растущий хобот суккубы. Через минуту активной подготовки мужчина был нежно насажен на горячий суккубий отросток. Инферналка застонала от удовольствия. Создавалось такое впечатление, что она лет пять не занималась сексом и вот, наконец, дорвалась.       - Как же долго я ждала этого! – Дрожащим голосом произнесла Пууналия.       Сверху на Михаила скакнула Чика быстро загоняя твёрдого зайчонка в свою зайку. Она ни чего не говорила, но её лицо светилось похотью и счастьем. Она сразу начала прыгать на мужчине, словно оправдывая свою внешность. Светлана поднялась на кровать и зашла сбоку, располагая свою сладкую киску рядом с ухом Михаила. Тот сразу понял намёк и, повернув голову, занялся кунилингусом. Впрочем он иногда отвлекался чтобы поцеловаться с Чикой. А иногда Чика замедлялась, чтобы лизнуть Светлану в её развратном месте или поцеловаться с выглядывающей из-за мужского плеча Пууналией. А у кровати, на полу, между ног мужчины сидела Люба. Она лизала место соединения Чики и Михаила и иногда посасывала кончик суккубьего хвоста, активно ублажая себя пальчиками. В этой группе ничего не менялось довольно долго. Но потом Пууналия повалилась на спину, вместе с Михаилом и Чикой. В результате чего Светлана смогла просто сесть на лицо мужчине, а Люба получила доступ к промежности не только Михаила и Чики, но и суккубы, так что её широкие лизки теперь заводили дополнительно уже троих участников оргии. Хвост Пууналии, в свою очередь, обрёл собственную гибкость и начал шлёпать садовницу прямо по раскрытым лепесткам её бутона.       Тем временем Дмитрий едва уже сдерживался, чтобы не выплеснуться в лоно воительницы, но и все женщины на нём были на грани. Первой сдалась Грома. Она выдала струю сквирта в лицо своего любимого мужа и, издав полу стон, полу рык, повалилась набок, тяжело дыша. Второй была Касикандриэра. Её струя была такой силы, что Даже Германика, которая выдержала проникновение в пищевод безо всякого рвотного рефлекса, подалась назад выпуская из себя ствол, получая часть струи на своё лицо. Дьяволица повалилась на спину и её клитор направился ровно к зениту, создавая некое подобие фонтана, забрызгав псевдосеменем всех участников групповухи. Последней была Германика. Она с силой насаживалась на Дмитрия, заставляя его кончить. Но клинок мужчины ещё оставался твёрдым и воительница содрогнулась от экстаза лишь через десяток фрикций. Кончала она громко и даже выкрикнула в тумане наслаждения:       - Победа-а-а!       После чего буквально рухнула на Дмитрия. Из всех четверых она продержалась дольше всех. Этого Дмитрию никогда так и не удалось понять. В чём победа? Почему Германика считает своим поражением, если кончила после него? Для него раем был бы мир, где девушки получают удовольствие. По крайней мере раньше его. А может это просто загадка этого мира? И надо её разгадать, чтобы получить ключик к настоящему раю?       Мужчина даже не стал подниматься и прикрыл глаза. Однако его воин всё ещё оставался стойким, упираясь спинкой в промежность Германики. Женщины, уже пришли в себя и снова стали приставать к Дмитрию, стараясь сдвинуть с него воительницу.       А по комнате уже прокатывалась волна оргазмов. Один за другим участники этой внезапной оргии начали разряжаться. Александр активно двигаясь уже через три минуты спускал свой белый груз в кишку Трики, которая дважды успела отхватить свою порцию наслаждения от анального оргазма. Кошара лежала на Фрее, вывалив язык наружу, в её глазах блестели звёзды, а с лица не сползала улыбка. Ядвига продержалась немного дольше. Когда Мужчина закончил она повалила его на ложе, уверенно седлая его лицо. А уже через полминуты она рухнула на матрац, выгибаясь о удовольствия. И она была единственной женщиной в комнате, которая не сквиртанула даже чуть-чуть. Как ни странно именно эта её черта и нравилась Александру. Ну не любил он когда девушка «умывает» его лицо своими выделениями. Он же был первым в этой комнате, кто первым смог сесть и осмотреться. В комнате явно творилось что-то не то. Но в чём причина? Дьяволица что-то наворожила или у Громы с зельями непорядок вышел. А ещё эта странная бутылка и синеватый туман в комнате. Впрочем мысли из его головы быстро выветрились, поскольку его копьё всё ещё осталось несгибаемым, а тело хотело продолжения. В этот момент Фрее удалось вытолкнуть кляп изо рта и мужчина услышал, как она его зовёт:       - Саша, Саша, ты тут? Помоги, у меня всё затекло.       Мужчина развязал свою первую любовь и почти сразу девушка повисла на нём жарко шепча на ухо:       - Возьми меня. Пожалуйста, что хочешь, делай. Пори меня, свяжи меня, кончи в меня, но выдери меня ещё раз, я просто сгораю от страсти и похоти!       Её шёпот слегка насторожил Шурика, но вскоре он махнул на всё рукой, располагая супругу под собой и краем глаза замечая, что Трика и Ядвига снова подходят к нему с теми же намереньями.       Со стороны компании Михаила, где всем заправляла суккуб стоны и хлюпающие звуки раздавались непрерывно. Девушки не сдерживались. Первыми кончили Чика и Пууналия. Суккуба, впрочем, в отличии от кавайки не упала без сил, а помогла Любе занять её место. Сама она уже не сидела под Михаилом, а активно делала куни сидящей на краю кровати Светлане, которая время от времени целовалась с мужчиной. Когда и Люба уже сползла на пол в экстазе, на его не уставший клинок уселась Светлана. В неё Мужчина разрядился почти сразу, поскольку уже сам находился на пределе. Последней была всё та же Пууналия. Когда на полу у ног мужчины уже лежали три удовлетворённых девушки она последней наминала его бойца своими грудями, заставив выдать в своё лицо белую струю ненамного позже белых брызг, прилетевших от её госпожи.       Но перерыв не продлился долго и вскоре рядом с Михаилом уже сидела Чика и вместе с суккубой они гладили его по голове и проверяли стойкость его «зайчища». Оргия только набирала обороты.       В какой-то момент произошло и кое-что выходящее за рамки обычных оргий, протекающих в этой дружной команде. Всё началось с того, что Михаил и его девушки перебрались на кровать, потеснив уже находящихся на ней друзей. В возникшей сутолоке никто не заметил, что участники массового милования смешались и началось самое настоящее блудодейство. Касикандриэра скакала на члене Михаила, одной рукой сжимая клинок Александра, который делал куни Светлане, а та в засос целовалась с Германикой, которую в попку имела Пууналия своим мегаклитором. В это же время Грома старпонила вновь связанную Фрею, уже без повязки на глазах и кляпа, но элементалистка не могла толком стонать, поскольку её рот перекрывала Чика своей щёлочкой. А рядом Трика шлёпала Дмитрия по заду, который старательно окучивал Любу, и делал куни Ядвиге.       Через час стало ясно, что ситуацию надо срочно спасать. Поскольку все уже устали, но при этом не могли прекратить безобразие. Суккубе в какой-то момент удалость выбраться из под груды совокупляющихся тел и схватить бутылку с остатками содержимого. Инферналка едва держалась. Нет, она не устала, она была полна энергии, но ей пришлось сделать то, чего она совсем не хотела. Так что бутылка вскоре оказалась закрыта пробкой и убрана под кровать. Затем Пууналия открыла окно, едва не вывалившись из него. А потом она начала крутить хвостом, чтобы проветрить номер и оргия наконец, стала стихать.       Десять минут спустя участники небольшого отряда сидели на большой кровати и смотрели на Пууналию, которая сидела на коленях перед ними, покаянно опустив глаза вниз. Первым заговорил Михаил:       - Говоришь ты во всём виновата? Хорошо, расскажи всё по порядку. Чистосердечное признание уменьшит твоё наказание. Будешь сотрудничать со следствием и, думаю, мы даже сможем тебя простить.       - Давай, выкладывай, что ты натворила! – Поторопила её дьяволица, хотя в её голосе слышалось скорее одобрение.       - Госпожа приказала мне достать зелье совращения. – Начала свою исповедь суккуба не поднимая глаз. – Это зелье имеет вид очень мелкого порошка, фактически как вулканический пепел. Вдохнувший его получает страстное желание соития. Госпожа хотела устроить оргию если не у неё в замке, то хотя бы в другом месте. Она надеялась таким образом заставить Грому и Германику подчиниться ей.       - Ничего подобного! – Возмутилась Касикандриэра.       - Молчать! – Тут же вскочила Германика. – Так, Пууналия, давай с этого места поподробнее. И не надо прикрывать свою хозяйку! Только чистосердечное признание, только правду!       - Ну она хотела чтобы вы оказались под ней, как Дима. Особенно она хотела поквитаться с Громой за то, что та её изнасиловала старпоном.       - Это ты про то время, когда Германика слегла с болотной лихорадкой? – Грома покосилась на Касикандриэру, но та лишь фыркнула и отвернулась.       - Так. – Воительница развернулась к орчихе. – А почему я об этом ничего не знаю.       - Герма, помнишь я тебе признался, что миловался с тобой когда ты была без сознания во время лихорадки. – Вмешался Дмитрий. – Я тебе не всё рассказал. Там был не я один.       - Давайте сначала дослушаем Пууналию. – Призвал к порядку Михаил. – Что было дальше?       - В общем я полетела в магазин Витьзуулкры. Она не только жрица лунной богини, но и ещё и знаток нашей суккубьей магии. Она поставила передо мной бутыль с нужным порошком и тут я заметила, что рядом стоит ещё одна бутыль с очень похожим порошком, но только с красной лентой на горлышке, что означает мощное зелье. Я спросила, что это такое и Витьзуулкра сказала, что это очень сильная дрянь. Не зелье совращения, а зелье извращения. Оно работает как зелье совращения, только ещё делает тело очень чувствительным к милованию. И кроме того под его воздействием желание становится таким сильным, что вытесняет все остальные мысли из головы. Я решила взять его, поскольку хотела устроить для госпожи оргию суккубьего размаха. Перед вашим приходом я обсыпалась этим порошком. Танцуя, я рассеяла его по комнате, и госпожа ещё немного добавила, пока вы не замечали её и смотрели на мой танец.       - Я была уверена, что это зелье совращения. – Буркнула Касикандриэра. – Просто хотела немного получить удовольствия. Вы ушли, а мне пришлось всё отменять! Да ещё выдерживать нравоучения этой Люцифины Цанцер! Мне нужно было как-то снять стресс.       - Когда вы ушли мыться, сюда пришли ваши подруги и у нас возник конфликт.       - Я видела как ты высыпала из этой бутылки что-то в наши чашки! – Возмутилась Грома. – А я не доверяю инфернальным зельям.       - Госпожа сцепилась с шаманкой и они толкнули меня. – Продолжала суккуба. – Я выронила бутыль и порошок начал разлетаться по комнате. Я хотела закрыть её быстрее, но потом подумала, может так будет лучше? Германика, Грома и Ядвига перестанут ссориться и соединятся в прекрасном и чувственном акте однополой любви. А потом придёт Димочка и они соединятся в акте любви к нему. Но когда всё начало выходить из под контроля, я поняла, что это надо прекращать. Раскаиваюсь в том, что я совершила и прошу о снисхождении. Поверьте, если в этом и было что-то плохое, то только из желания сделать лучше.       - Лучшее, враг хорошего. – Задумчиво произнёс Михаил. – Ну что будем решать? Лично я не сержусь на неё. Было даже весело.       - А мне понравилось. – Дмитрий сиял. – Я был так счастлив, когда увидел, что Герма и Каси ладят. Я даже хотел бы ещё раз увидеть это.       - Блин, я мог и кони двинуть. – Александр поморщился. – Кстати, кто надоумил Фрею согласиться быть связанной?       Суккуба подняла вверх руку, так и не поднимая глаз.       - Понятно.       - А мне даже понравилось. – Фрея обняла Александра. - Если это делать не часто, то я не против. Такие необычные ощущения.       - Ну раз так… - Александр задумался. А потом махнул рукой. – Я вообще хотел познакомить с таким способом милования Фрею и не знал как ей сказать об этом. Так что я даже благодарен Пууналии. Оправдана!       Постепенно высказались все участники отряда. Одни просто пожалели суккубу, которая хотела как лучше, а получилось как всегда. Другие были ей даже благодарны за такой опыт. Многие вещи они сами не решались сделать. Та же Касикандриэра давно мечтала получить корешок Димы в свою киску, но её гордость не позволяла ей иного совокупления, как унижения мужчины своим псевдочленом.       Так что все примирились с действительностью и решили, что в целом получилось неплохо. Однако, когда все уже спали, Михаил встал чтобы сходить до ветра, а возвращаясь обратно, разбудил Пууналию и вызвал её в коридор.       - Мишенька, в чём дело? – Удивилась суккуба, сонно потирая глаза. – Хочешь индивидуального милования?       - Нет. Пууна, я никому не скажу, только признайся, то что ты сказала правда? Меня не оставляет ощущение, что ты чего-то не договариваешь.       - Правильно кажется. – Коварно улыбнулась суккуба. – Я же говорила, что ты настоящий целитель, такой проницательный. Всё, что я сказала, чистая правда. Но дело в том, что я не просила у Витьзу зелья совращения. Я сразу заказала зелье извращения. И оно хранилось у меня лет десять. А когда госпожа дала мне денег на зелье совращения, я припрятала деньги до лучших времён и взяла то зелье, которое хранила на вот такой случай.       - Но зачем?       - Хотелось большой оргии, а когда вы придёте в замок госпожи, кто знает? И потом, меня раздражает, что дьяволицы считают себя пупом пекла, что они владеют этой властью. Я хотела, чтобы Касикандриэра почувствовала себя похотливой дикой суккубой. Я смогла закрыть бутыль именно по той причине, что в отличие от этой самовлюблённой дуры умею контролировать себя в любой ситуации. Нет, ты не думай, я люблю свою госпожу, но мне хотелось немного её приподнять.       - Ты хотела сказать опустить?       - Нет. Именно приподнять. Хотя я понимаю о чём ты. Если говорить языком верхних жителей, то, конечно, опустить. Не сильно, самую капельку.