Глава 2. don't hide

Не беги быстро и не прячься. Подумай чуть-чуть и признайся, что ты любишь и никуда не денешься от любви

      Рейхан Калфа подала графин с вином своей Госпоже. Эсма Султан с жадностью отобрала его и быстро налила содержимое в бокал, после чего женщина послала прочь служанку. Эсма села на тахту, обратив лицо к окну, и одной рукой начала то сжимать, то разжимать в кулаке ткань платья. Она тяжело выдохнула, освободила руки и дотянулась до ящика стола. — Как знать, может я себя истязала и вовсе запуталась? — ровной интонацией произнесла женщина, — Зачем я тешила его надеждой на счастливое будущее, да хоть на какое-то будущее, эх, Эсма, как же ты дожила до этого...       Султанша мёртвой хваткой взяла в руки своё любимое оружие, свой символ и страсть — балканский пистолет с кремниевым замком, сделанным из дерева, латуни и стали, который был подарен ей Султаном Махмудом Вторым. Она убрала оружие за спину и повернулась к дверям, словно по щелчку. Одну руку она поставила на талию, а другую положила на воротник платья, женщина чувствовала, что ей не хватает воздуха, чтобы вдохнуть.       У неё не было иных мыслей кроме как сплошные вопросы: "Что же, Эсма, заслуживаешь ли ты бороться за любовь? Ты сама разрушила, что покорно строила!" Она чувствовала, как жар подступает быстро к груди. Эсма дёрнулась, когда двери в её покои распахнулись и вошёл Намык Паша. Султанша тут же обратила взор на мужчину.       Она хотела этого. Она хотела, чтобы он пришёл. Но сейчас Эсма настолько запуталась, что и вестимо не знает как действовать. Женщина сразу же выставляет руку, чтобы мужчина не приближался к ней. — Я так хотела разрушить нашу дружбу, чтобы мы стали кем-то большими чем просто друзья... Однако же, я ошиблась... Видимо так... — она медленно завела руку за спину. — Эсма, прекрати. Что творится здесь?! Ты просила прийти, я тут! Я не уйду, пока мы не разрешим всё, что происходит между нами. — он смотрел на неё и не мог отвести взгляд.       Намык чувствовал, что опять что-то не так, ей тяжело. Ей всегда было тяжело, однако она не умела показывала свои чувства. Эсма устала защищать себя. Ей нужен наконец тот, кто поможет справиться с этой жизнью. — Мне кажется, что я сдалась, Намык... Я не могла никому рассказать, что я люблю тебя, никто бы и внимания не обратил... И равно бы ничего не получилось с нашей свадьбой. Я не имею права идти против воли Повелителя. — Эсма, ты боишься. И ты позвала меня, чтобы мы в конце концов признались: мы не можем быть друг без друга. Если уйдёшь ты, то уйду и я, другого не дано. — мужчина попробовал сделать ещё пару шагов, чтобы приблизиться к Султанше, она вновь выставила руку и недоброжелательно посмотрела.       Их сердца проживали в свинцовых клетках, пытались освободиться, вспорхнуть и улететь на встречу свободе. Было много попыток. Тщетно. Когда число попыток запредельно, человеку свойственно опустить руки, закрыться в себе. У Эсмы Султан хватает отчаяния, чтобы... — Я устала! — Эсма сорвалась на крик.       Женщина вынула из пояса пистолет и направила на себя, её целью было сердце, как ей казалось, безжизненное и чёрствое сердце. Руки Госпожи начались трястись, она удивилась этому, пыталась сфокусироваться чтобы привести себя в расслабленное состояние, но не выходило. — Эсма! Ты не сделаешь этого! — он прокричал её имя, но понял, что дальше необходимо говорить шёпотом. Он боялся спугнуть её.       В тоже время Рейхан Калфа в спешке открыла гостям: Повелителю и Гюльфидан Султан. Девушка сделала глубокий поклон, она не смела поднимать глаз. — Будь добра, Рейхан, позови пожалуйста Госпожу. — Гюльфидан смотрела на служанку исподлобья, говорила монотонно и безрадостно. — Повелитель, Султанша, добро пожаловать. Я бы с радостью, но Госпожа с... — девушка замялась, она явно не желала выдавать все секреты своей Госпожи. Прежде чем она хотела продолжить, Султана и его племянницу привлёк громкий шум. — Я думаю, что Вам нужно в покои Эсмы Султан... — Я полагаю, что-то случилось, Повелитель. — Гюльфидан обернулась к Махмуду.       Никак не замечая слов юной Султанше, Султан решает последовать наверх и разобраться.       Последовала тишина. Устрашающее и неведомое отсутствие любых звуков. Рука с оружием до сих пор не слушается хозяйку, непослушно трясётся. Намык не позволяет этому продолжаться, он рванул к ней и успел ухватить за плечо. Он сильно схватил её. И женщина оказывается быстрее. В этот раз она спустила курок и ранила себя, хоть и не как задумывала, а просто в плечо... Она хотела уйти, чтобы больше не чувствовать боль внутри себя.       Резкая боль пронзила её правое плечо, потом осознание того, что она сделала с собой, повлекло острую боль и шок.       В момент приглушённого выстрела Махмуд и Гюльфидан нашли Эсму Султан, там же и Намыка Пашу. У юной Госпожи забилось сердце при виде кровавых пятен на одежде Госпожи, она прислонилась к дверному проёму и чтобы поддержать её, собственная служанка придерживала её за руку. Они стояли позади виновников события. Через мгновение появилась и Рейхан, она сразу же охнула и позвала за лекарем. — Эсма, Эсма, ты слышишь меня, милая? — Намык прижал женщину к себе, они опустились на пол, — Твоя Калфа позовёт лекаршу, скоро будет всё в порядке. Скажи мне, ты чувствуешь, словно тебя ранили ножом?       Султан с Гюльфидан переглянулись, Махмуд прислонил палец к губам, тем самым показывая Гюльфидан, чтобы она молчала. Эсма Султан дотронулась до раны, поднесла окровавленную руку к лицу, с дальнего расстояния было видно, что у неё накатились крупные слезинки.       Эсма Султан посмотрела вновь на ладонь, а потом в глаза Намыку. Мужчина был на грани того, чтобы отругать Госпожу, как она смела делать такое с собой?.. с ними?.. — Нет... Ничего такого... — она испытывала жгучую боль, женщина сжалась, и сказала стиснув зубы, — Я поняла о чём ты. Значит, если я не чувствую словно меня порезали ножом, то пуля не задела кость. И Слава Богу... — Да, верно... Я всё же надеюсь, что этот лекарь поторопится, иначе я не знаю что сделаю... Эсма, ты сильная, знаешь это? — мужчина положил голову Султанши к себе на колени, она сжала его руку. — Эти силы всю жизнь ты мне давал. С самого детства меня не покидали мысли о том, что мы когда-нибудь будем вместе. — она говорила шёпотом, иногда кашель мешал ей высказаться. — И под конец я просто с ума сошла. Я же всегда любила и буду тебя любить!       Паша наклонился к её лицу и шёпотом произнёс: "Я тоже тебя люблю." За этим последовал тяжёлый вдох Эсмы, она отвела ладонь от раны и положила её на живот. Несколько капель тёмно-алой крови упали с кисти на пол. — Я же не знала! И не догадывалась, Госпожа! Я не посмела бы мешать вам!.. — Гюльфидан прошла мимо Махмуда и бросилась на пол к ногам Эсмы Султан. Беспокойная девушка двумя руками смахнула слёзы с щёк и прижалась головой к коленям Султанши, а потом вскинула голову и стала смотреть на будущего мужа и тётю.       Намык Паша и Эсма Султан вдруг осознали, что довольно продолжительное время были не одни, их тихий, но наполненный чувствами разговор слышали и за ними наблюдали. — Повелитель, — выдавливает из себя Эсма перед тем как Гюльфидан начинает судорожно повторять слова прощения. — Простите меня, Госпожа... Паша... Вы бы только рассказали сразу, я бы осознала! Госпожа, сейчас ничего не говорите, прошу, вам нельзя тратить силы! — девушка не на шутку испугалась. Она и не думала, что её любовь к Паше принесёт страшные последствия. — Повелитель, умоляю вас, я не хочу более выходить замуж. Эсма Султан этого больше заслуживает! — юная Султанша стеснила пухлые губы и обратилась к Повелителю. Махмуд не мог ничего ответить ей, лишь следил взглядом за происходящим. Он поднял юную девушку на ноги и отвёл в сторону, давая проход лекарше.

***

      Гюльфидан стояла у покоев Эсмы Султан, часто вытирала слёзы батистовым платком и прижималась спиной к холодным стенам. Её трепетная душа думала о том, как она лживо жила эти месяцы, веря в любовь, которой нет действительно. Она полюбила того человека, который отдал сердце другому. Также глубоко в себе была уверена, она рада что тётя призналась, хоть и признание они с Повелителем услышали таким некудышным образом. Гюльфидан несколько раз ходила из стороны в сторону, потому что волновалась, сначала переживала из-за Эсмы, а потом когда Повелитель удалился в гостиную и позвал за собой Намыка Пашу. В первом случае она сразу же успокоилась, так как Султанша быстро погрузилась в сон после удачного извлечения пули. — Госпожа, как вы? — её рассуждения нарушил Паша.       Девушка встрепенулась и опасливо спросила: — Для чего надобно было Повелителю вас вызывать? Прошу, не скрывайте ничего от меня. Сокрытие чего-либо чревато последствиями, как вы поняли... — Верно... Султан только сказал, что впредь такие серьёзные вещи не подобает скрывать. Извините, Госпожа, Повелитель ожидает вас. — Мне пора, вы правы. — она мило улыбнулась и сообщила, что ей пора откланяться.       За девушкой и последовала лекарша, которая вышла от Эсмы Султан. Она доложила, что Султанша в полном порядке. Паша был по истине спокоен и счастлив. Последние события изрядно заставили волноваться и то, что сказал Султан Махмуд для Намыка, было настоящим подарком.

***

— Эсма, милая. — Паша смотрел на спящую Госпожу. Она довольно улыбалась чему-то во сне, изредка кривила улыбку, причиной тому была ноющая боль в плече.       Мужчина сидел на стуле напротив неё и держал за руку. Эсма шептала во сне, она говорила весело, голос звучал уютно, что конечно же вызывало яркую улыбку на лице Намыка. — Довольно я уже поспала... — слащаво растягивая слова, произнесла Эсма. Женщина осторожно потянулась и перевернулась лицом к Намыку. Она приоткрыла глаза и сразу же закрыла их, словно от испуга. Однако руку его она не отпустила. — Эсма, я понял, что ты проснулась. Перестань пожалуйста стесняться. — Паша приблизил её ладонь к губам и поцеловал. — Ничего я и не стесняюсь, что за вздор! — она фыркнула в сторону, словно обиделась. Однако её заставляли какие-то силы перестать враждебно воспринимать человека, который пытается добиться её внимания. — Помоги мне пожалуйста встать.       Намык помог ей встать, она сумела устоять на ногах. Эсма несколько раз поморгала, чтобы зрение пришло в норму и посмотрела на Намыка. Вдруг они замолчали, простояли так в неудобной тишине несколько минут, после чего друг на друга посмеялись. Паша на всякий случай намеревался придержать за локти Госпожу, но она отдёрнулась и отошла дальше. — Я бы мог злиться на тебя за то что вознамеривалась убить своими же руками себя, но я всего-то благодарен Аллаху за то, что ты промахнулась и облегчила себе жизнь. — он выдал смешок, за что Эсма брыкнулась и дала по руке мужчине. — Тише, Эсма, перестань себя так вести! — Намык притянул Госпожу к себе и положил руки на её талию. — Хочу и буду!.. — она не имела возможности высвободиться, — Ладно... Не буду!.. — Султанша упёрлась руками в грудь мужчины. Он прижал её ещё ближе к себе. — Если я поцелую тебя, ты вновь не оттолкнёшь меня? — он сощурился и пристально изучал её взоры. — М-м-м, не против. Я больше никогда так не сделаю. — она загадочно улыбнулась, взор её излучал блаженство.       Намык прикоснулся руками к шее Госпожи и поцеловал её в губы, женщина не сопротивлялась, лишь придала настойчивость поцелую, углубив его. — Прости меня пожалуйста за мои выступления безумной ревности и с тем непристойные ответы на твои действия... — она кинулась мужчине на шею и уткнулась в его плечо. — Прощаю, Эсма. — он гладил её по спине, — Тем более, что после свадьбы ещё будет достаточно времени на искупление ошибок наших. — Повелитель увидел то, что происходило вечером и разрешил нам воссоединиться? — Именно. — Намык провёл пальцами по бархатной щеке возлюбленной. — Делов то. Нужно было убить себя да и всё! Тогда-то и заметили бы нас! — к её радости добавилась и лёгкая настойчивость с серьёзностью.       Порой многие вещи мы не замечаем или не желаем замечать. И как тяжело и непросто становится, когда для улучшения собственного существования приходится идти на опасные шаги...