5. Ее утро...

      Все же я уснул… И проснулся только к рассвету. Но при этом нихрена не выспался, блядь! Да, я люблю просыпаться с утра пораньше, особенно в последние несколько месяцев… Но, сука, этот диван сильно жёсткий. Теперь понятно почему у нее болела спина. Надо было соглашаться делать ей массаж… И не спрашивайте, почему она просила об этом меня! — Кофе… — прошипел я, разминая шею — Где ты, блядь, его хранишь?       Подойдя к столу Рины, я стал осматривать его на наличие спасительного напитка. Хотя быстро растворимый кофе, который она пьет пачками — та еще редкостная дрянь… Про себя сделал отметку, чтобы в будущем чаще готовить ей завтраки. Да я готов готовить их каждый день и приносить ей в постель, только было бы кому… Вернее будет! Обязательно, нахрен, будет! — Где ж этот сранный кофе? — прошипел я, залазя в очередную тумбочку стола. И вот — удача! Полупустая банка порошка…       Я быстро включил чайник и насыпал приличную горсть порошка в свою кружку. Фу, он даже сейчас пахнет мерзко. Как она это пьет по три раза на дню? Не иначе меня ждало хуевое утро.       Но мне ли не привыкать?

***

      Иии… — Подъем! — прокричал я во весь голос, играясь мелкими взрывами на руках. Шума было предостаточно, что даже люди в коридоре всполошились! Хотя на это мне насрать…       Испуганная девушка подскочила с постели и тут же рухнула обратно. Запуталась в собственном одеяле… Она что, еще и безмозглая? Хотя это даже забавно. Ее помятое лицо, спутанные черные волосы, глаза размером с блюдца и бесполезные попытки. Да, детка! Этого я и ожидал. — Доброе утро, соня… — попытался я спародировать ее голос, но вышло хрипло… Возможно, не стоило прям так кричать? Да похуй, сработало же! — Сволочь… — прошипела Рина и начала выпутываться из собственного «капкана».       Я не удержался и, прикрыв рот кулаком, издал смешок… Не в моей привычке смеяться, но картина-маслом с ползающей туда-сюда дурочкой в главной роли меня сразила. Ну и к тому же у меня теперь прекрасное настроение! Да, я отомстил! Ее же монетой. И мне стало горааааааздо легче. Знай, свое место, сучка!       Пару минут длилась тишина, нарушаемая лишь кряхтением и бурчанием Рины. Все, что я мог расслышать это «мудак», «спать» и «кофе»… Но пока мудака я решил опустить, слишком уж весело мне сейчас. — 7:15?! — охренела она позже, увидев на телефоне время. Ответом ей послужил мой новый смешок, который теперь звучал чуть громче… Теперь она его заметила, а потому надула свои губки и грациозно сложила ногу на ногу — Брааааво, браво. Хренов мститель. — Выкуси. — сказал я с улыбкой, вытирая слезу, которая скопилась в уголке глаза. Да, уж… Ранний подъем действительно того стоил. — А в агентстве все говорили, что у тебя нет чувства юмора… — неожиданно выпалила она. — Чего?! — рыкнул я от неожиданности и злости — Все у меня есть! — Ага, конечно… — она поправила маечку и собиралась лечь обратно в постель. — А ну стоять! — резко я схватил ее за ноги и стал стаскивать с кровати — Кто разрешил тебе обратно ложиться спать?! — Аай! Пусти! — закричала она больше от страха, нежели от боли. Черноволосая дрянь сначала пыталась просто вырвать свои ноги из захвата, но у нее ничего не вышло. Поэтому, видимо, она решила применить иную тактику — Будь человеком, Кааааацу! — А ты вчера значит по-человечески поступила, да?! — про себя закончил — Хрена с маслом, а не сон тебе, мелкая черноволосая дрянь! — Ну простииииииииии меняяяяяяяя! — заверещала Рина голосом банши и сделала кошачьи глазки… Не понял. За что ее простить? — Че? — Я больше не буду тебя будить… — не прекращала черноволосая выпучивать свои глаза. Это типо должно выглядеть жалостливо? — Да, потому что теперь тебя буду будить я! — рыкнул я и стал снова тащить ее за ноги с кровати. — Неееееет! — она пыталась зацепиться за спинку кушетки, но я оказался быстрее и снова дернул ее со всей силы.       В итоге она не выдержала и поддалась. Я рухнул на пол, потеряв точку опоры — а она на меня. — Блядь! — сматерился я, ведь ударился затылком об пол. — Ой! — почти одновременно со мной крикнула Рина, прижав руки к лицу — Ты идиота кусок! — Сама виновата, сука! — крикнул я, ладони мои заискрились от взрывов, но… Девушка обернулась и я увидел как из ее носа течет кровь. Долбанулась носом об пол? Ну и кто из нас идиота кусок?! Добровольно бы встала, нихрена бы не случилось! — Дай посмотреть. — сказал я, протянивая к ее лицу свою руку. — Отвали! — шикнула она, хлопая своей ладошкой по моей руке. Да так, что красный след остался… — Больно! — взревел я… — А мне не больно?! — но ее голос сорвался, и она всхлипнула… Блядь, вот слез ее мне только и не хватало.       Чтоб ее! Точно только второй сорт! Бесит… Я встал, проигнорировав ее зарождающиеся рыдания, и вышел из палаты.       Почти сразу же по пути встретил медсестру и сказал: — Моей соседке по палате нужен лед… — сказал я, потирая затылок… Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы сделать голос нормальным, потому что на самом деле хотелось кричать. — Оу, хорошо… — слегка опешила медсестра, хлопая глазками. Но поняв всю суть моей просьбы, побежала куда-то стуча каблучками.       Ну, а мне-то что теперь делать?! Не могу ж я просто вернуться и слушать рыдания, а также гору матов в свой адрес в придачу? Нос ее сломан, в этом я уверен. Но это ж не отменяет, что… Я виноват? Нет, блядь! С хуя ли я виновен?! Встала бы сама, то никто бы ее не тянул! Блядь… Неожиданно я вспомнил ее лицо… Немного крови над верхней губой, глаза на мокром месте, дрожащие губы. Жалкий вид. Будь моя воля, я бы. Я… Я бы повалил эту сучку и поцеловал, предварительно слизав языком всю кровь… Даже сейчас представляя это я чувствую металлический вкус крови. Да, я бы впился в ее дрожащие губы, проникнул бы в ее рот своим языком, а если не пустила бы, то сначала искусал ее губы. Играл бы с ее язычком, или наоборот, исследовал бы ее неба, или еще чего… — Рина… — прошептал я, а потом почувствовал как в моих штанах стало слишком тесно.       Да, еще тогда… Одно ее существование в моей жизни начало сводить меня с ума! К примеру, я стал сильно много дрочить. Что собственно я и пошел делать в мужском туалете… Да, блядь это единственное место, где я мог бы побыть один!       Закончив «дело в туалете», я подумал: успокоилась ли эта сучка? Времени прошло достаточно, так что… Я направился обратно в палату. Но по пути мне попался автомат с кофе… Не долго думая, пошарил по карманам. Благо, мелочь я всегда с собой таскал. Поэтому купил кофе, и вот теперь дошел до палаты.       Роуз сидела на своей злосчастной кушетке с охлаждающим пластырем на носу… Под глазами были синяки, щеки надуты, а губы выпучены в трубочку. И все же ее лицо порой мерзость настоящая… — Эй, — окликнул ее я, и подал стаканчик с кофе ей. — Чего?! — хотела начать возмущаться она, но увидела стаканчик… Глаза сразу округлились, а возмущение повисло в воздухе. Я терпеливо, насколько мог ждал. И вот, наконец, она промолвила — Что это? — Мо-мокачи-но. — проговорил я, вспоминая на какую кнопку в автомате я нажал. Да, мне в принципе было плевать… Я нажал первопопавшееся. — Мне?       Этот вопрос я оставил без ответа, но по-моему и так понятно. Не просто же так блядь, я ей его протягиваю. — С-спасибо. — заикнулась она и все же взяла стаканчик обеими руками. — Забудь. — рыкнул я и отошел к окну…       Все, о чем я думал тогда… Когда ж нас блядь выпишут из больницы?! А еще в стекле отражался силуэт Рины, которая маленькими глоточками пила кофе и постоянно облизывала губы.

***

      Сейчас я попивал кофе из своей кружки, также глядя в окно… Обычные помои. До сих пор не могу понять, почему она пьет это, если тогда ей понравился этот… Как его? Мокачино. Или это потому, что это я ей его тогда принес? Но, тогда мне так не показалось, да и вообще… Черт! Мой мозг сейчас взорвется!       Дохуя вопросов и нихрена ответов. Но все, что я могу сделать… Это каждое ебаное утро снова приезжать к ней в больницу, ждать когда она проснется… И мне будет срать, день или вечер! Я просто скажу ей то, что говорил каждое совместное утро… — Доброе утро, соня…