Спустя девять лет

      Для многих, даже спустя много лет, жизнь никак не изменилась. Они всё так же работали, ели, отдыхали, спали, не подозревая о ситуации в Сказочном мире. Многим был неведом страх, большинство даже не подозревали, что царства разделились на тех, кто поддерживал законную принцессу, и тех, кто следовал приказам лжекоролевы. Чаще всего эти сказочные видели лишь плакаты с изображением «преступницы». Однако для остальных, тех кто не просто знал о происходящем, а был его участником, жизнь перевернулась с ног на голову. И для обоих сторон в худшую сторону. Для одних вечные убийства и следование жестоким указаниям, для других вечное скитание и страх за жизнь своих детей и близких.       Это противостояние продолжалось даже спустя девять лет. Целых девять лет! Законы за это время стали намного более строгие, а наказания ещё страшнее. Но это продолжали скрывать. Смерти целых деревень продолжали скидывать на беглянку. А люди уже боялись думать иначе, ведь стоило сказать против, даже в кругу своей семьи или друзей, то ты мог пропасть. А что с тобой случится никто не знает. Никто, кроме самой королевы и коридоров подвала замка.       В королевском пристанище всё шло своим чередом, каждый выполнял свои обязанности, и лишь Её Величество отсутствовала на своём посту. Она была в тёмных стенах подземной тюрьмы перед измученным и кричащим мужчиной, а за её спиной стояли двое слуг с опущенными головами.       — Прошу! Прекратите! Отпустите мою дочь! Она ни в чём не виновата! Я ничего не знаю! Клянусь! Не знаю! — кричал пленный, глядя запуганным взглядом в пустоту.       — Где лагерь? — ответила женщина вопросом на вопрос, взмахивая рукой.       Мужские глаза, скрытые голубой пеленой, видели маленькую девочку, что лежала в собственной крови и кричала от боли, умоляя отца спасти её. Однако никто, кроме самого кричавшего, её не видел. Это была иллюзия. Иллюзия, которую создала сама королева.       — Нет! Зара! Зарочка! Прошу прекратите! Хватит! Я ничего не знаю! Не знаю! — пленный заревел с новой силой, не в силах рваться из оков.       Холодные глаза женщины закатились. Этот сопляк уже злил её. Тяжело вздохнув, королева лёгким взмахом ладони открыла цепи пленного, который тут же ринулся к пустому полу и, словно держа маленькое тело, прижал руки к себе.       — Всё хорошо, моя девочка... — всхлипывая и рыдая, зашептал мужчина, качаясь взад-вперёд — Папа тебя защитит... Всё хорошо... Всё хорошо...       Женщина повернулась к одному из слуг за её спиной и резко провела ладонью около шеи. Тот всё понял, подошёл к рыдающему и одним взмахом меча убил. Чуть покрехтев, тело перестало дёргаться, выдыхая имя дочери, и упало без признаков жизни.       — Ваше Величество, — обратился второй слуга к хмурой женщине — почему вы его убили? Мы же...       — Сколько раз ты будешь приноситт мне бесполезные куски мусора? — прервала она его — Я столько энергии трачу, чтобы выбить правду, и всё зря.       — Я... Простите... Каждый может быть подозреваемый, п-поэтому я и...       — Я даю тебе последний шанс. Если это снова повторится, то пеняй на себя. — кратко сказала Снежка и пошла к выходу.       — Но, моя Королева! Я же на благо Сказочного мира! — вскочил мужчина к правительнице и схватил её за левое плечо. Женщина вскрикнула и схватилась за него, сжавшись всем телом — В-Ваше Величество, простите! Я не хотел...       Волшебница с гневом посмотрела на слугу и ударила его по щеке куском льда. По ней потекла кровь, но мужчина не стал жаловаться, знал, что переступил через дозволенные границы, не справившись со страхом перед женщиной.       — Вам не дозволено ни трогать меня, ни причинять мне боль! Вы слишком быстро лишили себя шанса.       Королева выпрямилась и ушла из камеры, замжурившись от звука пронзённой плоти. Боль в плече продолжала наростать, ощущение огня, горящего на коже, не отступала ни на секунду. Слёзы накручивались на глазах, но Снегурочка пыталась всеми силами перетерпеть это.       Совсем скоро она уже шла по коридору, торопясь к своему мужу — Васе, зная, что тот поможет. Он всегда помогал. Всегда спасал её от этой боли.       — Снежка! — за её спиной раздался голос. Она тут же обернулась и слабо улыбнулась, когда мужчина подбежал к ней и нежно положил ладонь на её щеку — Где же ты была? Я не мог тебя найти. Что случилось? Что с плечом?       — Васенька, я... Просто я не заметила косяк и плечом... Хе.       — Ох, глупышка моя. — хихикнул Василий, целуя жену в лоб, и посмотрел ей в глаза — Идём, тебе давно нужно нанести мазь.       С той самой встречи, когда Снегурочка чуть не сгорела, она была будто проклята. Её плечо в течении всех девяти лет каждый день пронзало жуткой горящей болью. Тот огонь, что ранил её был необычен. Она не могла вспомнить, что именно в нём необычного, однако Снегурочка точно знала, что он не был и близко похож на пламя Алёнки. По началу эта боль была постоянная. Королева не могла проводить ни встречи, ни мероприятия, даже спать ей было невозможно. Больше месяца женщина страдала от страшных ожогов, рыдала, буквально лезла на стенку, но становилось только хуже. Лишь когда Вася сделал мазь, которая могла противостоять проклятью, волшебница льда смогла хоть немного вздохнуть с облегчением, хотя бы на пару часов. С тех пор она ежедневно наносит спасительное лекарство, и оно заметно помогает. В первое время приходилось его наносить каждые два часа, а теперь хватало двух раз в сутки.       Василий принёс королеву в их покои, помогая снять верхнюю часть платья, оголяя больное плечо. Непроизвольно взгляд женщины упал на зеркало, которое всегда стояло рядом с кроватью. В нём она видела прекрасную молодую девушку, с длинными платиновыми волосами, которые разбавляли несколько голубых прядей, яркими голубыми глазами, лицом, что стало таким похожим на её тётю — Снежную Королеву, бледной и очень тонкой кожей, которую портил лишь огромный чёрный шрам на левом плече. Он был словно под кожей, похожий на чернила, что рестеклись отвратительным тёмным пятном. Женщина видела, как эта субстанция пульсирует в ней, как она стремится причинить ей боль. Это было так противно, что она не смогла сдержать отвращения.       — Снежка, — королева вздрогнула и посмотрела на мужчину, который нахмурился, открывая мазь — не смотри туда. Всё хорошо, сейчас станет легче.       Волшебница смогла лишь кивнуть, отворачиваясь от зеркала. Сколько бы она в него не смотрела, сколько бы раз не ощупывала клеймо и не боролась с болью, волшебница не смогла привыкнуть к этому и свыкнуться с тем, что теперь у неё дееспособна только правая рука. От мыслей её оторвал приятный холод на горящем участке кожи, так и стремившийся пробраться внутрь. Женщина закатила глаза, блаженно вздохнув, пока Сидоров заботливо обмазывал всю чёрную область.       — Вот так. — улыбнулся мужчина через пару минут, беря в руки бинт, и стал перебинтовать плечо — Я уже много раз просил и попрошу ещё раз — будь осторожнее.       — Знаю, Васенька, знаю. Я просто часто задумываюсь... О всяком... — она знала, что он поймёт, и это было так. Блондин нахмурился и, завязав финальный узел, прижал к себе жену, кладя подбородок на её макушку.       — Рано или поздно это всё закончится. Я уверен, скором мы найдём Алёнку и всё прекратится. — он даже говорил это не столько для жены, сколько для себя. Все ужасы, что происходили вокруг них его не просто пугали, а вгоняли в истерику. Куча смертей, разрушений. Он не мог верить, что это делает его давняя подруга, хоть он и не особо её знал, однако был уверен, что та на такое не способна.       Наверное, странно, что король не знает, что происходит на самом деле, но вы бы стали рассказывать своему единственному родному человеку, что все убийства висят на вашей душе, что все страдания народа происходят из-за вас, и что именно вы стали виновником всего происходящего. Нет. Вот и Снежка не рассказывала об этом мужу, боясь потерять его.       — Ваше Величество! — раздался за дверью голос, а за ним и стук.       — Войдите!       — Ваше Величество, — в комнату вошёл один из советников со свёрнутой бумагой в руках, но увидя Сидорова он изменился в лице — мы... Мы нашли теоретическое местоположение предательницы. — женщина сузила зрачки и, помрачнев в лице, выпрямилась.       — Говори.

***

      Небольшая деревушка, находившаяся в нескольких неделях от столицы, жила спокойной жизнью. И этот день тоже особо не отличался от других, имея лишь одно отличие. По улице шли две незнакомые для жителей девушки с чёрными шарфами, обвязанными вокруг шеи. Одна из них, что шла впереди, была высокой, с тёмными волосами, завязанными в небольшой хвост, большая часть лица была скрыта локонами, но и без этого можно было увидеть, как его обладательница хмурится. Вторая же шла позади, держась за протез, который слабо выполнял свои функции, девушка была чуть ниже, чем впереди идущая, но её более тёмные волосы были куда длиннее и завязаные в косу, на её лице была усталость и раздражение, направленное на хмурую девушку.       — Света! Ну иди ты помедленнее! — просила она у напарницы, однако та продолжала идти со своей скоростью.       — Аня, ты сама отказалась от моей помощи, значит сможешь и догнать. — ухмыльнулась Света, посмотрев на ту через плечо.       — Да, ты..! Это не значит, что ты должна бежать от меня!       — Я не бегу, это ты ползёшь.       Так они спорили на протяжении всего пути. Откуда они идут, куда направляются — никто не знал. Однако, что показалось странным, они заглядывали в каждый переулок, а после продолжали идти. Будто что-то искали.       И вот они заглянули в проулок, где стоял ещё один незнакомец с таким же шарфом. Светлана посмотрела на него и взмахнула рукой, и тот практически сразу сделал тоже самое.       — Ну наконец. Сколько вас можно ждать? — спросил тот, идя девушкам навстречу.       — Всё из-за Ани. — она тут же услышала за своей спиной возмущёный «Хей!» и встала, оперевшись о стену — Вы принесли?       — Обижаешь. — ухмыльнулся он, снимая сумку с плеч и доставая оттуда протез — Вот, как по заказу. Больше задерживаться не будете. И ещё. Советники лжекоролевы пронюхали, где вы находитесь, поэтому советуем поторопиться. И вот запасы. На этом пока всё.       — Угу, — отдавая искусственную конечность подруге, хмыкнула волшебница — мы вас поняли. Спасибо.       Света закинула вещи, подошла к радующейся Ане и, схватив её за бёдра, закинула на плечо.       — Чего!? Т-ты охренела там!? Отпусти сейчас же! — сразу задёргалась волшебница воздуха, покрываясь ярким румянцем.       — Что, глухая? Нужно поторапливаться, а с тобой мы и реку не обойдём. Не дёргайся, а то здесь без протезов оставлю! — бодро зашагала одноглазая, крепко сжимая подругу, которая уже не пыталась выбраться, но покрывала волшебницу воды трёхэтажным матом.

***

      Совсем рядом с той же деревней находился небольшой лагерь. Над горящем костром висел казан с бурлящим супом, импровизированные кровати были или растормошены, или аккуратно застелены. Это место нельзя было назвать заброшенным, но людей в нём не было. Однако, если пройти несколько метров к чаще, то можно было увидеть одних из его обитателей. Юная девушка и взрослая женщина устроили некий спарринг. Но если у второй всё движения были чёткими, то первая будто не понимала, что она делает. Поэтому уже через пару секунд, когда женщине надоело давать той шансы, она лёгким движением повалила её на землю.       — Саби, — потёрла старшая висок и нахмурилась — ты с врагом вальс танцевать собираешься? Или хочешь повеселить его?       — Д-да нет. Я... Я... Ну не могу я! Мне страшно! — тут же покрылась Сабрина синим румянцем и встала на ноги, держась за ушибленный бок.       — А если Аня или Света в беду попадут, тоже бояться будешь?       Девушка-оборотень тут же осунулась и, опустив длинные уши, расстроенно замычала сквозь сжатые губы. Женщина поубавила свой пыл, видя расстроенного подростка. Сколько уже лет она тренирует их, да только одна Саби не даёт никаких результатов. Сколько ей не объясняй, не показывай, всё равно она с испугом будет смотреть на оружия или на соперника. Она могла защищаться только в кошачьей форме и то не себя, а других. Алёнка тяжело вздохнула.       — Ладно, закончим. — не стала она более говорить. Хотя сказать хотелось многое.       Рыжова пошла обратно к лагерю, всматриваясь вглубь леса, куда ушли Света и Аня. Тех ещё не было, что неудивительно.       — И где они бродят? — несмотря на понимание, прорычала волшебница и прислонилась к стволу дерева — Если они опять устроили перепалку, клянусь, привяжу обоих к дереву!       — Наверное, опять обе упрямятся. — неловко улыбнулась девушка-оборотень и сняла суп с огня — Аня отказывается от помощи, а Света отказывается идти медленно.       — Твоя правда. Две мелкие ослицы!       Обладательница зелёных волос тут же засмеялась, вызывая улыбку и у наставницы. С того самого дня, когда волшебницы поссорились впервые, между ними началось некое соревнование абсолютно во всём: тренировки, магия, ум, даже рост (в чём, к удивлению законной королевы, побеждала Света). Когда же не было ни одного повода для соперничества, девушки просто начинали вредничать друг другу. В чём была причина подобного поведения? Почему они начали соревноваться? Подобные вопросы возникали в рыжей голове каждый раз после ссоры двух подростков. Не беспокоилась об этом только Сабрина, видя в этой нездоровой атмосфере некий подтекст, который был доселе ей не понятен. В общем, держалась самая старшая из учениц навеселе.       Но вот уже слышен спор. Точнее только возмущённые крики, а в ответ были лишь нечленораздельные звуки, что стало понятно только ещё через пару минут. Когда на поляну ступила волшебница воды, удерживая подругу, которая очень активно дергалась и оскорбляла державшую её, на плече, ни Алёна, ни Саби даже не дёрнулись и смотрели на них насмехающимися взглядами. Как обычно, Светлана не обратила на это внимание, глазом смотря на землю под ногами, подошла к одному из спальных мешков и кинула туда волшебницу ветра, а поверх неё припасы и протез. На длинной косе застряли ветки, листья и ползало несколько насекомых, которых девушка начала судорожно стряхивать.       — Света, чёрт тебя побери! — крикнула на неё Аня и попыталась встать, но не смогла, ведь протез она всё ещё не надела — Как мне теперь это всё очищать по-твоему!?       — А что? Так сложно взять волосы в руки? А ещё легче состричь. — безэмоцианально сказала голубоглазая и села рядом с сестрой.       — В чём дело? Почему вы опять ссоритесь? — устало спросила Алёнка и злобно посмотрела на Свету.       В ответ девушка сильно напряглась и отвела взгляд. Сколько лет прошло, а этот взор полный раздражения пугал её всё также сильно.       — Света меня по земле волочила!       — Чушь собачья. У тебя только волосы на земле валялись. Да и вообще, Алёна Ивановна, — несмотря на испуг, обратилась она к наставнице, и женщина вопросительно подняла бровь — нужно выдвигаться. И как можно скорее! Советники что-то пронюхали и, скорее всего, знают, где мы находимся.       — Боже, они как собаки, что гонятся за палкой... Когда им надоест? — хлопнула та себя по лбу и посмотрела на всех — Хорошо, поедим и отправимся в дорогу. А вы! — она указала на волшебниц воды и воздуха — Без споров. Я ясно выразилась?       Девушки кивнули, Аня надулась и скрестила руки на груди, а Света привычно отвернулась к сестре, ища в ней поддержки, которую всегда получала в виде поглаживаний по голове. Пусть этого и мало, но лучше, чем ничего.       Уже через час четыре спутницы шли по лесной тропе быстрее, чем было до этого. В одной из прошлых стычек, протез Ани был повреждён, и девушки передвигались очень медленно. Теперь же, с новым протезом и мотивацией в виде догоняющих солдат лжекоролевы, они шли быстрее раза в два. Шагали они молча, ведь огненная запретила кое-кому спорить, поэтому те отвернулись друг от друга, а Сабрина никак не могла разговорить сестру и подругу. В этой тишине Алёну в очередной раз посещали навязчивые мысли и волнение. Вопрос, как слуги Снежки смогли вынюхать, где они, вертелся в голове в бесконтрольной гонке. Из-за этого девушка решила отвлечься. Была у неё странная привычка временами сравнивать учениц с прошлым, со своими друзьями. За многие годы обучения самоконтролю, она могла это делать с холодной головой, не поддаваясь лишним эмоциям.       Самым очевидным и, одновременно, противоречивым сравнением было сравнение Ани с ней самой. Да, в первое время, да и позже, она видела в волшебнице Варю: та же стихия, внешность, волосы, но с каждым днём она всё больше убеждалась, что этот безрассудный ребёнок копия её характера. Может, думала она, если бы у нас с Варей был ребёнок, то, наверное, он был бы именно таким: с внешностью и магией Варечки, но моим характером.       Саби со своей нежностью и добросердечностью была похожа на Снежку. Да, сравнение болезненное и даже оскорбительное, но если опираться лишь на ту Снегурочку, что была ей когда-то подругой, то их характеры и поведение довольно похожи, а разница в том, что Сабрина ведёт себя взрослее и, в определенных моментах, разумнее, чем внучка Деда мороза. Тем более она намного ответственней, ведь с ранних лет ей приходилось заботиться о Свете.       Кстати о ней. Сравнить волшебницу воды с кем-либо было очень сложно. С одной стороны она также холодна и умна как Маша или Владик, в принципе и по силе её можно сравнить с последним, но что-то в ней было не то, из-за чего законная королева не могла сказать, что она на них похожа. Её же упрямство и вечное желание делать всё на отлично очень напоминали девушке о Варе, но и здесь нельзя было сказать, что они похожи. Даже сравнивать Свету было ужасно сложно, что уж говорить об общении? Да, даже спустя столько времени Алёна не смогла найти общего языка с самой младшей из учениц. Её характер был ей просто неподвластен, она даже предположить не могла, о чём одноглазая думает или мечтает. Как не пыталась огненная с ней поговорить, всё заканчивалось нравоучениями с её стороны, и подросток злобно уходил куда подальше. Вспыльчивой она была, конечно, до жути, но всегда старалась держать это в себе.       Так мчалось время. Оно всегда было медленным, а в такие моменты особенно. Аня не выдержала тишины и начала переговариваться с Саби обо всём, что в голову придёт. На первый взгляд, Света не участвовала в их диалоге, но приподнятое в сторону девушек ухо говорило об обратном. Она предпочитала молчать, но разговоры ей были интересны, даже если она сама того не осознавала.       — Не ну признай, — сквозь смех сказала Сабрина, кладя руку на до жути возмущённую синеглазую — что тот мальчик был красивым!       — Да ни разу! Слащавый и, определённо, самовлюблённый, напыщенный индюк! — твёрдо ответила Анна и, рискуя, обратилась к второй сестре: — Света!       — Он — враг. — не дожидаясь вопроса, ответила та — А все враги мне на одно лицо. И, сестрёнка, что за разговоры? Как ты можешь этих убийц и насильников называть красивыми?       — Ну... — посинела девушка-оборотень от смущения и неловко опустила взгляд — Я не их самих обсуждаю, а лишь внешность. И тем более, я уже в том возрасте, когда можно даже выходить замуж, вот и смотрю.       — Замуж? В семнадцать? Из ума выжила, сестра? Я не позволю! — скривилась Света и схватила её за руку, смотря в глаза. Пусть раньше у них и была сильная разница в росте, но теперь они были одинаково высокие.       — Света, вообще-то в некоторых народах даже ты — Аня дёрнула её за чёлку и издевательски посмеялась — уже должна иметь мужа.       — Я не принадлежу к народам-лоликоньщикам, как и Саби. Но если ты одна из них, то где твой муж?       В тот же миг на щеках волшебницы ветра появился возмущённый румянец, и девушка начала бить подругу по плечу, оскарбляя её.       — Девочки! Когда всё это закончится, у каждой из нас будет свой мужчина, но пока, куда важнее, прекратить творящийся вокруг беспредел. — отодвинула девушка-кошка младшую и старшую друг от друга и обняла их, но удивилась, когда не увидела солидарности в глазах.       — А нафиг они нам? — в унисон спросили Аня и Света.       — Да как же зачем? Чтобы семья была! Дети, муж, домашний очаг...       — Не! Ерунда какая-то! Мне рассказывали про роды. И скажу тебе: это страшнее любой пытки!       — Аня, ты просто ещё маленькая и не осознаёшь, какое это счастье: иметь свою плоть и кровь, маленький цветок жизни...       — Вечно срущий и орущий цветок бессонницы, ты хотела сказать? — сдерживая насмешки, спросила её сестра.       — Ну... Нет... Это... Алёна Ивановна, — потеряв владение над ситуацией, Сабрина обернулась к наставнице, которая шла, плывя в собственных раздумьях, и женщина подняла взгляд — ну скажите! Вы же взрослая!       — Дети? — законная королева приложила палец к подбородку, несмотря на жар, обжигающий пальцы — Знаешь, Саби, если дети были бы такие, как ты, то, наверное, это действительно было бы счастье.       Она потрепала макушку девушки-оборотня, улыбаясь ей, и она тут же задёргала ушками, думая, что огненная поддерживает её мысли.       — Однако, — убрала Алёнка руку и опустила ладони на плечи Ани и Светы, крепко сжав их — Если у тебя будут такие дети, то лучше от этих «цветов жизни» отказаться сразу.       — Хотите сказать, что мы плохие!? — конечно же сразу огрызнулась волшебница ветра и вывернулась из хватки.       Волшебница воды же ничего не ответила, а лишь опустила глаз, сдерживая дрожь в руках. Отказаться, думала она, так что же не отказались сразу?       Зеленоволосая смотрела на Рыжову, было ей внедомёк подобная фраза, но не согласиться она не могла. Света и Аня вместе были той ещё гремучей смесью. Как ещё Алёнка с ним не сошла с ума?       — Нет, я имела в виду вас вместе. Вы слишком много спорите. По отдельности, естественно, я бы такого никогда не сказала, но ваше «собачество» — скривила рыжая пальцы — пытается высосать все мои нервные клетки. Да и как я от вас откажусь?       Женщина потрепала девочек и мягко улыбнулась им. Именно, как она могла отказаться от этих глупышек? Они уже не просто маленькие девчонки, которых она подобрала из жалости, а часть её семьи. Семьи, которой лишили и её, и их. Сабрина права, дети — цветы жизни. И как бы с ними не было тяжело, сколько бы они не ссорились между собой, сколько бы они не были ей не родными, эти искалеченные сиротки подарили ей тот подарок, который она будет ценить до самой смерти — желание жить.       Тут Саби дёрнула ушами. Сначала в одну сторону, потом в другую. Взгляд стал сосредоточенным и напуганным. Алёнка оторвалась от радостных мыслей, и улыбку стёрло будто ластиком. Она молчала и показала, чтобы и девочки были тише. Девушка-оборотень дёрнула голову вглубь леса и сжала губы в одну тонкую нить.       — Солдаты остановились здесь.       — Привал, наверное. Они за нами? — тут же подошла к ней наставница, всматриваясь туда же.       — Нет. Точнее, не совсем. Кажется, они идут в деревню. — она вновь навострила ухо и нахмурилась — И надеются встретить нас.       — Тогда нужно остановить их. Девочки. — полушёпотом обратилась она к подросткам, которые избавились от ребячества в мгновение ока, взгляд их стал столь же сосредоточенным, а руки были в боевой готовности.       Им не нужны были слова. Все четверо тихими, но быстрыми шагами приблизились к соседней чаще и отодвинули кусты. Да, солдаты лжекоролевы разложили лагерь рядом с ними (прекрасное совпадение), некоторые уже валялись и спали, а большинство сидело, обсуждая план.       — Не думаю, что предательница будет здесь. Вспомни, Саныч, сколько раз нам говорили: «Ой! Предательница недалеко от вас, идите в болото! Ля-ля-ля!» — один из них изобразил писклявый голос, изображая, возможно, королеву, и недовольно отпил из кружки — Чтоб эту верхушку...       — Идиот, закрой пасть, если жить хочешь! — прошипел стоящий рядом и ударил коллегу по затылку — У них же и своих агентов полно, наверняка, сообщают. Да и что ты жалуешься вообще!? Нам сказали: «Если встретите...». Если! То есть, нам не говорили, что она точно здесь. Поэтому заткнись и спи!       — Да как тут уснёшь!? Почти десять лет одну несчастную девчонку поймать не можем!       — Эта «несчастная девчонка» собрала вокруг себя больше тысячи сторонников! Заткнись пока тебя не отправили под трибунал!       Посыпались оскорбления, и не только со стороны спорящих. Алёнка наблюдала за ними, пытаясь подобрать момент.       — Можно мне просто заморозить их? — спросила Света. Как же её бесили эти солдаты, что вечно ищут крови даже в своих соратниках.       — Нет. Будем действовать как обычно. И в этот раз, Аня, — обернулась Рыжова к ученице и взглянула на её протез — без глупостей.       Закатанные глаза в ответ не были удивлением, даже, скорее, другой ответ поразил бы Рыжову.       — Алёна Ивановна, — дёрнула её за плечо Сабрина — я думаю, сейчас, пока все спорят.       Женщина обернулась обратно к лагерю противника. И да, все солдаты чуть ли в глотки друг другу не вцепились. Одни спорили из-за плана, другие орали на первых, чтобы те легли спать и не мешали другим. Да, девушка была права, пора.       — Света, давай, но осторожно. — легонько махнула рыжая рукой самой младшей.       Волшебница воды в тот же миг ухмыльнулась и направила обе руки к привалу. Девушка прикрыла глаз, сосредоточившись на окружающей влаге: речная вода, микрокапли в воздухе, пот и иные жидкости. Света пустила энергию к ладоням, миг — и вся вода лагеря подвластна ей. Чтобы видеть происходящее, она открыла глаз. Никто не обратил внимания на бурлящие жидкости. Ухмылка стала шире, и волшебница быстрыми, но плавными движениями направила каждую каплю к ногам врагов, которые уже чуть ли не драку устроили. Заметил ли кто из этих придурков ручейки, что словно змеи ползли к ним? Навряд ли, а если и заметили, то не обратили внимания.       — Аня, чего медлишь? — прошипела Света, когда под каждым из солдат была лужа, бурлившая и дрожащая под действиями магии.       — Ты же знаешь, я успею. — ухмыльнулась рядом сидящая девушка.       — Ага, особенно как в прошлый раз.       — Сколько вы мне напоминать это будете?       Волшебница ветра направила руки в ту же сторону, что и подруга, задерживая ветер в своих руках. Они посмотрели друг на друга. Не издавая звуков, одними лишь губами Света начала вести обратный отсчёт, и Аня нахмурилась, сосредоточившись. Когда уста девушки сказали «один», волшебницы взмахнули руками. Дальнейшие события происходили в один миг, что ни один из солдат не успел даже моргнуть. Каждому из мужчина в рот прилетела своеобразная воздушная затычка, а за ней все их тела покрылись льдом, который вылез из-под ног, образовав ледяной купол, а воздушная пломба лопнула, оставив за собой раскрытые рты. Этот способ оставлял противников обездвиженными, но и позволял им дышать, хотя и от смерти это особо никого не защищало. Хотя, как считала Света, какая разница, умрёт враг или нет, главное, чтобы от его рук не погибли невинные.       Девушки вылезли из кустов, осматривая ледяные статуи.       — Воды здесь мало. — сказала волшебница воды и изподлобья посмотрела на наставницу — Поэтому лёд получился тонким. Лучше поторопиться.       — Хорошо. — задумчиво ответила Рыжова, подойдя к заполненным сумкам.       Ничего интересного там не было. Еда, одежда, оружие. Стандартный набор.       — Саби, — обратилась женщина к ученице, которая, как и она, осматривала вещи — есть что-то?       — Да, — встала девушка, поднимая свёртки бумаги — тут карта и какие-то документы. Должно быть, информация из замка.       — А ещё кроссворды и... Порножурналы... — с удивительным интересом рассматривала Аня журнал для взрослых. Что ещё удивительней, так то, что над ней нагнулась Света, со спокойным лицом рассматривая горячие фотографии разных голых рас.       — Девочки! Вы ещё маленькие для такого! — Сабрина подбежала к ним и выхватила порножурнал, посинев и пытаясь сдержать дрожь в руках.       — А по-моему, здесь только ты не доросла до таких фотографий, сестрёнка. — спокойно ответила Светлана и смогла с лёгкостью взять обратно источник недетских фотографий.       — Да, Саби, не ломай свою нежную психику, а мы сами всё тут «изучим». — Аня уж было хотела вместе с одноглазой вновь начать разгадывание эротических картинок, но неожиданно журнал опять вырвали из их рук. В этот раз это была Алёна Ивановна, которая посмотрела на голых моделей и выкинула журнал в кусты.       — Девочки, вам ещё правда рано такое смотреть. Да и мы тут делом заняты.       — Да, дело важное. Но детский интерес тоже нужно удовлетворить...       Все вздрогнули и медленно, будто надеясь, что им показалось, развернулись. Однако удача сегодня была не на их стороне. Рослый мужчина, кажется полубаран, смотрел на них сверху вниз с насмешкой. Когда он успел освободиться!? Судя по плечам, на которых осталась ледяная крошка, он-таки был закован, но каким образом он смог тихо выбраться изо льда!?       — А... Всё же ты здесь, чертовка-предательница. — стряхнул он с плеч льдинки — Давай-ка размораживай моих товарищей и спокойно, без агресси в замок с нами поплетешься, и, возможно, оставим твоим девочкам пару журналов и жизнь.       Алёна нахмурилась, приподнимая руки, как бы закрывая подростков. На ум ничего не шло. Если она использует огонь, то есть риск разморозить и других врагов, но если хитростью то тут тоже куча рисков.       — А у вас ещё есть? — неожиданно вылезла из-под пазухи Аня, заставляя солдата поднять брови. Опять лезет!       — Да?       Синие глаза тут же засветились. Волшебница ветра вылезла к противнику, подходя к нему вплотную, и, светясь от интереса, улыбнулась.       — А какие? Не, я как бы понимаю, что голых мужиков я не найду, по крайней мере, по вам и вашим товарищам не скажешь, что вы из тех... Ну, которые эти... Короче, вы меня поняли. Хотя, кто вас знает? Но и женские не менее интересные, согласны? Даже веет такой... М-м-м... Нежной сексуальностью, вот!       — Так, заткнись! У меня уже уши вянут! — отошёл он на пару шагов от неумолкающей девушки и схватился за рукоять.       — Ну с мужчинами я, конечно, фоток не видела, — несмотря на просьбу продолжила Аня и опять подошла к солдату, а тот снова назад — но, думаю, они веют больше брутальностью, наверное? О! Знаю! Когда договоримся, давайте вы нам личный журнал составите? А то как-то не очень получается, что только на голые сиськи смотреть будем. Хочется разнообразия, да и вроде девочкам полагается больше любить мужские тела, так что не стоит отходить от нормы. Ну так что?       Девушка сделала ещё шаг, но полубаран напротив прекратил отступать, из-за чего первая врезалась в его тело, но не успела даже отойти, как её шкирку тут же схватили, а тело подняли на несколько сантиметров. Глаза мужчины горели от раздражения, а левый глаз непроизвольно дёргался. Волшебница, несмотря на ситуацию, продолжала оставаться спокойной и, даже когда её подняли, начала болтать ногами по воздуху.       — Это ответ: «Нет»? — невинно улыбнулась она.       — Это ответ: — вынул он меч и поднёс его к горлу девушки — «Тебе конец»!       Он не получил желаемого испуга, лишь ухмылку. Противную, победную улыбочку.       — Точнее тебе.       В тот же миг его обе икры пронзила страшная горящая боль, а открывшееся мясо пробрало отвратительным холодом. С криком он выронил девчонку и упал на колени, однако ногам эта идея не понравилась. Раны буквально начали разрываться, сухожилия и суставы также порвались, а из глотки раздался ещё один вопль. Солдат уронил лицо на сырую землю и сквозь пелену слёз посмотрел на источник боли. Ледяные иглы пронзили его плоть насквозь, по стеклянной поверхности стекала свежая кровь и ошмётки кожи.       — Света, достаточно было заморозить! — прикрикнула на волшебницу воды Алёна, злобно сверля её глазом.       — Он слишком буйный. — отвернулась она, подходя к сидящей на земле Ане — Да и скажите спасибо, что я не проткнула ему живот.       — Ой, смотрите, кто опять включил режим: — поднявшись, не без помощи младшей, длинновлосая начала изображать робота и пародировать его манеру речи — «Киборг-убийца»! Ха-ха!       — Светочка, но зачем ты так? — испуганно спросила Саби и, подбежав к девочкам, обняла сестру со спины — Ему же больно...       — А нам бы он сделал «эротический массаж», судя по вашей реакции. — нахмурилась девушка, вырвавшись из объятий.       — Света. — твёрдый, недовольный голос и горячая рука, упавшая на её плечо, заставили Свету вздрогнуть и развернуться обратно к наставнице, смотревшая на неё недовольно — Надо оставаться человечной с кем бы то ни было! А не превращать его ноги в фарш!       — Он бы превратил в фарш Аню, если бы я ему...       — Достаточно было его заморозить! Если хочешь быть такой же кровожадной, как они, то придётся стать нашим врагом. Я понятно объяснила?       Света опустила взгляд, сжимая кулаки до дрожи и челюсть, пока ту не сведёт. Она спасла Аню от смерти, а по итогу на неё все кричат! Да почему всегда так!? Она же хотела как лучше! Да ещё и сравнили с этим мусором!       — Я не слышу ответ. — прошипела рыжеволосая.       — Да поняла я. Что сразу вскипаете? — дёрнулась волшебница — Сами-то ничего не сделали, а ещё на меня орёте.       — Ага, теперь ты предъявляешь мне претензии? — Алёнка хотела заругаться, ух, как же хотела, но чёртов жар на левой стороне лица тут же остановил её. Вдох. Выдох. — Потом поговорим. А ты!       Женщина развернулась к раненному мужчине, пытавшемуся выбраться из плена боли, и направила на него руку.       — Спи.       Прошла секунда, и, не успев сказать ни слова, полубаран упал, погрузившись в глубокий сон. Законная королева осмотрела лагерь внимательней. Все были замороженны, это да, но те, кто сидел у огня, уже начали потихоньку оттаивать. Наверное, этот так и выбрался.       — Света, подморозь тех, кто сидит возле костра, Саби, бери все документы, которые найдёшь, Аня, отправь господину Визирю сообщение о пленных.       Распоряжение наставницы были исполнены всего за пару минут. Одно оставалось делать: молиться, чтобы информация не была перехвачена и все солдаты остались замороженными. На этот раз удача повернулась к ним лицом и спустя час все замороженные статуи были переправлены на допрос к союзникам.       — Было что-то важное? — спросила Алиса, которая, как обычно, отправилась на задние прямиком к подруге, рассматривая остатки лагеря. Сильно изменилась она из-за стресса и времени. Эмоциональность ушла в небытие, лицо вечно бледное, синяки под глазами, волосы потускнели. Её уже не так сильно заботила внешность, как лет десять назад, все силы уходили на планы.       — Не очень, Алиса. — пожала плечами Алёнка и протянула всего одну бумагу из двадцати — Только тут есть пара слов. В остальных чисто приказы, где-то письма.       — М-да. Но главное, что до деревни они не добрались. — неловко улыбнулась хранительница времени и опёрлась об тоже дерево, что и рыжая — В этот раз снова девочки всё делали? — попыталась она завести беседу.       — Да. — улыбнулась Рыжова — И в этот раз они очень быстро соображали. Я даже в один момент долго не могла понять, что они хотят сделать.       — Хм... Быстро растут. Глядишь, скоро и без тебя все задания будут выполнять. — стукнула она женщину по плечу, вместе с ней засмеявшись.       — Не, я ещё не настолько старая, чтобы всё им поручить. Да и они ещё далеко не зрелые...       — Ну знаешь, если сравнить, Света вот уже в том возрасте, когда я с вами познакомилась, но при этом, по поведению, она такая же как я сейчас, даже старше!       — Она эмоционально нестабильная. — тут же нахмурилась Алёнка и посмотрела на подругу — Света взрослее тебя, когда ты была в её возрасте, это да. Но она всё такой же подросток, зависимый от чувств. Сегодня она сильно начудила. Видела спящего солдата? — та кивнула — Его ноги в кровавое месиво превратила как раз Света. Я понимаю, что она испугалась за Аню и рассердилась, но нужно же иметь грани!       — Помнится, ты Любаве однажды чуть хвосты не оторвала, когда... — скрыла розоволосая улыбку за ладонью.       — То было другое! Да и сравнила ты, конечно! Пару локонов и обе ноги!       — Алёнка, Света просто вспыльчивая. Начни с ней тренироваться не только по части магии и самообороны, но и медитации. Ты же смогла обуздать свои эмоции?       — Да, но ты видишь, какой ценой. — указала женщина на пятно.       За годы оно выросло ещё больше и теперь покрывало всю левую часть лица рыжеволосой, корни волос на той же стороне тоже были полностью чёрные, проклятие было столь большим, что покрывало почти всё плечо.       — Знаю. — она положила ладонь на щеку подруги, нежно ей улыбаясь — Я видела все твои муки. Но разве тебе хочется, чтобы Света страдала также?       — У неё же нет такого проклятия...       — Ну! Фигурально страдала! Алёнка, не тупи!       Подруги тут же засмеялись. Законная королева перевела взгляд не девочек, которые отдыхали под деревом. Аня-таки нашла порножурнал в кустах и продолжила рассматривать фотографии, Света краем глаза, будто пытаясь не палиться, смотрела на голые тела, а Сабрина ругалась на волшебниц, мол: «Алёна Ивановна вам запретила!». Но в ответ её лишь передразнивали. Алёнка улыбнулась. Как бы споры её не бесили, но после опасной ситуации бытовые ссоры были для неё настоящей идиллией и лечебной мазью на душу.