Пролог

Беги. Я не знала куда, зачем и от кого, но отчетливо понимала, что должна. Животный страх подгонял заплетающиеся ноги нестись вперед, не оглядываясь. Легкие горели, отдавая болью по всему телу. И от чего-то невыносимо терзало сердце. Ощущение потери не давало покоя. От переизбытка чувств кружилась голова. Хотелось упасть, беспомощно умоляя о помощи. Беспорядочное прерывистое дыхание все никак не унималось, заглушая посторонние звуки вокруг. Перед глазами мелькали черные пятна, лишь нечеткие очертания арок служили маяком света из этого затянувшегося кошмара. Коснувшись босыми ногами (почему я без обуви?) шершавых каменных полов, я рефлекторно повернула на развилке. «Правильно, там помогут» — уверяло сознание. И, о чудо, впереди действительно замаячил человеческий силуэт. Такой же темный, как и все вокруг. Из глаз потекли слезы, ощущение спасения превзошло чувство безысходности. — Помогите! — незнакомый голос звучал тихо и хрипло. Горло тут же отозвалось режущей болью. Но, продолжая бежать, я повторила. — Прошу, помогите! Человек резко обернулся. Будто не поверив своим глазам, он замешкался, сделал пару шагов на встречу. А затем внезапно сорвался на бег. Поймал. Столкнувшись с ним, я больно ударилась всем телом. Наконец-то почувствовав поддержку, ноги обмякли. Крепче прижав к себе, незнакомец подхватил за талию, не давая до конца упасть. — Помогите, там…! — я не знала, о чем говорю. — Они! А потом он… И… — обрывки фраз, несуразный бред – это все на, что было способно разбитое создание. Мне не мешали выговариваться, лишь неловко гладили по голове. Эти попытки успокоить были нелепыми и неуместными. На место страха тут же пришла злость. Я уперлась руками в мужскую грудь и отстранилась. Не удержав равновесия, я упала на пол, не обращая внимания на давление в мышцах. — Не стойте, прошу! Там же...! — я обернулась, встречаясь с пустотой мрачного коридора, — Там опасно. Помогите им! — меня схватили за плечи и встряхнули. Тогда я осмелилась посмотреть на мутное лицо. Мужчина был спокоен, его темные глаза блуждали по моему лицу. Аккуратно заправив за ухо прядь спутанных из-за влаги волос, он твёрдо произнес. — Все в порядке, никто за вами не гонится. — его уверенность в голосе отвлекала от тревоги, — Вам нужно успокоиться. — сложно было до конца прийти в себя, но я замолчала и качнула головой. Меня схватили за руку и рывком подняли на ноги, к удивлению заметила отсутствия боли. В прочем, не это сейчас главное. Мужчина тем временем ещё раз осмотрел меня. Его хмурые брови чуть сильнее свело к носу, когда взгляд опустился в самый низ, а край губы дрогнул. Проследив за ним, я опустила глаза, невольно подмечая плачевное состояние окровавленных грязных ступней. Боль накатила с новой силой. – Идти сможете? – голова качнулась вниз, но больше не от согласия, а от усталости. – Понятно. – видимо, правильно оценив жест, он опустил мою руку себе на плечо. Не оставляя выбора, незнакомец повёл меня вперёд, уверено поддерживая за талию. Мы шли медленно. Но не смотря на это, каждый шаг давался всё сложнее. — Я отведу вас в лазарет, там проведут осмотр. — я вновь качнула головой. Сердце перестало бешено колотиться, это послужило поводом боле и менее здраво осмыслить происходящее. Начать я решила с места, где нахожусь. Пока мы медленно шли, я то и дело осматривалась. Замок – огромное каменное строение. Это я успела понять еще не улице. Изнутри он выглядел величественно. Тянущиеся к небу стены отдавали стариной. Мне было знакомы эти колонны, коридоры и стены. Но откуда, до сих пор оставалось загадкой. Мужчина продолжал хранить молчание, но его напряженность была видна невооруженным глазом. Он то и дело бросал на меня косые задумчивые взгляды. В его глазах я замечала немой вопрос, который он не решался задать. Я понимала, что не была в состоянии говорить о чем либо, поэтому игнорировала его. В гнетущем молчании мы мало по малу дошли до больничного крыла. В нос тут же ударил неприятный запах лекарств. Я поморщилась. Нас встретила пожилая женщина, хлопотавшая возле стеллажа с баночками. — Кого это прив… — причетая, она повернулась лицом. — Святой Мерлин! — она подошла ближе и с плохо скрываемым удивлением, взглянула на меня. — Неужели...? – будто не поверив, она в немом вопросе глянула на незнакомца и после утвердительного кивка, кинулась ко мне. – Как ты...? Ох, не важно, пойдём, пойдём, сейчас быстро тебя на ноги поставим, а все вопросы после. Встав по вторую руку, они довели меня до кровати. – Я предупрежу директора. – и не дожидаясь, мужчина тенью покинул зал. Оказавшись на мягкой кровати, тело расслабилось, обретая невесомую лёгкость, но, увы, это продлилось недолго. Будто налившись металом, руки вдавились в одеяло, спина изогнулась, не выдерживая тяжести плеч. Женщина присела на коленях и коснувшись подбородка, приподняла лицо. В её ореховых мокрых глазах отразилось жалость и какая то глубокая, не скрываемая печаль. Но эти эмоции быстро утонули в сосредоточенности и нужном продлении профессионализма. Я была не в состоянии помочь, поэтому отлипать мокрую одежду с пульсирующего от ранений тела, ей пришлось самой. Мне лишь оставалось наблюдать, как открывались участки кожи и держать рот закрытым, пытаясь подавить накатывающую тошноту. Руки и плечи были в ссадинах и глубоких порезах, из которых медленно вытекала бурая жидкость. Видимо, повидавшая не мало за свои годы работы, женщина никак не реагировала на красочно расписанное тело. Только глубоко дышала, до того момента, пока остатки кофты не оказались на полу. Тогда её спокойствие дало трещину, выкатывая истинную тяжесть переживаний тяжёлым резким вздохом. Опуская взгляд, я быстро поняла причину. Ею был рельефный, более широкий и длинный на фоне остальных, рубец крестом рассекающий грудь. Врач отпрянула. Она в ужасе прикрыла рот рукой, вжимая ногти в щеку, чтобы не потерять остатки резко крошившегося самообладания. Подбегая к стеллажу с разноцветными пузырьками, она начала перебирать их один за другим, ища нужный. Её руки дрожали. Не знаю, как ей удалось, но она довольно быстро его нашла в этом тусклом освещении. Кислый тошнотворный запах коснулся кончика носа. — Это яд из аконита, реакция может быть разной, но не смотря ни на что, — её приказ холодный рукой вцепился за разум. – не теряй сознание. Выбора, разумеется, мне не дали, залпом опрокидывая жидкость в рот. Женщина не соврала, это был действительно яд, жидкий расколенный металл, который огнём стек по горлу. Бросило в жар, нет, в холод, стоп, или всё таки...? Мысли не держались за сознание, утекая куда-то вниз, вместе с жидкостью. В ушах раздался звон, вперемешку с глухими колющими ударами сердца. Дыхание же было цикличным, глубоким и до ужаса спокойным. Паника, которая густой слизью поднималась по спине, стекла вниз, забирая с собой всё помутнение. Я глубоко вдохнула, расслабляя мышцы лба, и на выдохе обратила внимание на озадаченное лицо женщины. Она сомкнула губы в тонкую линию, от чего морщинки на щеках разгладились, и застыла. Минута, две, три. Ничего не происходило. Тишину наполнявшую комнату, разрезал скрипучий смешок врача. – Как ты себя чувствуешь? – она отошла в сторону, выискивая на полках. – Нормально. – получив быстрый ответ, она отрешённо кивнула. – Мерлин... Угораздило же... – Дрожащая улыбка всё ещё играла на её губах. Я посмотрела на грудь. Видимо, смещаясь с ядом, кровь отдела чёрный цвет, продолжая течь по рёбрам и животу. Женщина вернулась, держа в руках таз с водой и горой лоскутов. Смочив ткань, она, продолжая причитать, начала вытирать спину. Одна тряпка, вторая, третья, вода настолько перемешалась с кровью, что начала сама походить на чёрную субстанцию. Где-то спустя час, она закончила. — Извините… — голос все еще был хриплым — А где я? И кто вы? Женщина искренне удивилась. Она нервно сложила в руке окровавленную ткань и кинула ее в воду. Поджав губы, она понимающе качнула головой. Голос ее дрогнул. — Можешь называть меня мадам Помфри. Ты находишься в Хогвартсе, в школе чародейства и волшебства. А мужчину, который тебя привел, зовут Северус Снейп. Он преподаватель — женщина присела рядом и нежно коснулась руки. При упоминании этого имени, сердце встрепенулось — Что последнее ты помнишь? — Я очнулась в лесу… А до этого ничего… — доброжелательность женщины располагала к себе, поэтому я начал понемногу открываться — Мне было очень страшно, я… Мне кажется, я… — как бы не пыталась, как бы не хотела, я не могла вспомнить ничего. — Не знаю, я бежала от чего-то, там был монстр… Он преследовал меня… Их, а потом… Нет, простите — предчувствуя истерику, я отрицательно качнула головой. — Ничего страшного, тебе нужно отдохнуть — не пойми откуда, мадам Помфри достала и положила рядом одежду, — У меня есть лекарство от амнезии, но пока лучше тебе до конца восстановиться. Не пытайся вспоминать, не выйдет — в последний раз сжав мою кисть, она встала — Скоро вернусь — женщина скрылась за дверьми. Карем глаза, я заметила мужчину. Он стоял прямо у дверей. Когда ворота закрылись, я встала и наспех одела предоставленную сорочку. Эти двое определенно знали кто я такая, но намеренно не договаривали. Можно было объяснить их поведение. Я была не в лучшем состоянии, чтобы увидеть всю картину происходящего, но неведение угнетало еще больше, чем мысль узнать правду. Любопытство взяло вверх над разумом. На носках подойдя к двери, я притихла и прислушалась. — Северус, я не могу ничего сказать. Я знаю не больше вашего, у нее амнезия и боюсь… — договорить ей не дали. Дверь резко распахнулась. Я не успела отойти, от чего деревяшка впечаталась в плечо. — Твою ж… — я отошла назад и виновато посмотрела на мужчину. — Мисс, советую воздержаться от шпионажа. Вы сейчас находитесь не в том положении — его глаза колко встретились с моими. Краешек губ дрогнул, выдавая горькую ухмылку — Поспите. С утра поговорим. — Д-да, простите… — я развернулась и пошла прочь. Мужчина зашел внутрь и проследил за тем, как я ложусь в кровать. Я с головой нырнула под ткань, выстраивая себе укрытие. От этого проницательного взгляда, прожигающего одеяло стало некомфортно. Могу поклясться, он долго сверлил меня глазами. Когда же усталость потянула ко сну, я сдалась, полностью отдаваясь царству грез. * На следующий день я встала с больной головой. Осмотревшись, я обнаружила, что нахожусь одна. На этажерке рядом с кроватью, стояла баночка с лекарствами. И записка гласящая: «выпей». Я беспрекословно подчинилась листку. Да, скрывали, но эти люди точно не желали мне зла. Поэтому не слушать их, я не видела смысла. А пока можно спокойно порассуждать и прикинуть, как выпутываться из этого дурдома. Логичнее было бы дождаться взрослых, но что-то мне подсказывало, что логика это не про меня. Если я очутилась на территории магической школы, значит я как-то связана с этим миром. Училась здесь, искала помощи, может решила повидаться с кем-то. Это место однозначно я знала, поэтому опустим вариант, что я по незнанию решила исследовать старый замок или лес. Опустим. Но не исключаем. Это есть, едем дальше. В голове полный кавардак. Память все отказывается возвращаться, а из этого следует, что меня хорошенько так приложили головой. Намеренно то было или нет. При каких обстоятельствах? Вспоминать страшно те жуткие рубцы на руках, про полностью перебинтованную грудную клетку промолчу. Моих вещей в лазарете не было. Выяснить в чем я была нет возможности. Плохо. Могла бы хоть сообразить когда и как давно произошли все те ужасные вещи. Но одно я помнила отчетливо — вода. Одежда была мокрой. Даже слишком. Тонула? Не исключаем. Северус. Се-ве-рус. Ну и имечко. Если у всех магов такие имена, то интересно как зовут меня. Может поменяю? Ан, нет. Они то уже меня знают, значит отвертеться не получится. Обидно. Остаётся надеяться, что с рождения меня не нарекли Офелией или Джоанной. Хотя, не так уж и плохо. Но все же, Северус… От чего это имя вызвало такую реакцию? Я отчетливо помню как заскребло сердце, пропуская удар. И его действия. Он хотел задать вопрос, но от чего же не решился? От мыслей голова вновь пошла по наклонной вниз. Я улеглась на кровать, прикрывая лицо ладонями. Едкий запах мази не был противным. Скорее обыденным. Очень знакомым. Двери с легким скрипом отворились. В проходе показались четверо взрослых, среди них я узнала только мадам Помфри и Северуса. Чуть впереди шел пожилой старец, одетый в серую просторную мантию. Заметив меня, его глаза, через линзы, заинтересованно блеснули. Последней же была пожилая статная дама в остроконечной шляпе. Из всех присутствующих, она больше всех походила на ведьму. — Доброе утро, вижу, вы уже выпили зелье — самый старший красноречиво глянул на пустой флакон. — Это хорошо… — задумчиво протянул он. — Доброе, сэр…? — я вопросительно глянула на него. — Альбус Дамболдор, будем знакомы — повернувшись, он головой указал на дамочку — А это профессор МакГонаглл. — женщина тоскливо улыбнулась, с горечью посмотрев на мои перебинтованные руки. — Как вы себя чувствуете? — Лучше чем было, благодаря мадам Помфри. Настоящая кудесница. — никто не отменял элементарную вежливость. Я посмотрела на женщину. Она благодарно кивнула и как-то нервно сжала подол платья. — Рад слышать, а теперь позвольте еще раз спросить, — старик сел рядом на кушетку и выразительно на меня посмотрел — Что с вами случилось? — Боюсь вас огорчать, но мне нечего рассказать. Разве, что… — выдержав минутную паузу, чтобы заинтриговать слушателей, продолжила — Нет, и все же я лучше послушаю ваш рассказ. Смертника увидели? — мужчины держали себя в руках, что нельзя сказать о женщинах. Их жесты и мимика, отстранённость в диалоге помогли до конца убедиться в доводах. — Объяснитесь. Может тогда я что-нибудь и вспомню. — загадочно подмигнув профессору, я положила лицо ну руки. — Пыл вы свой не растеряли, мисс Смит. Похвально. — директор склонил голову в бок, отвечая на взгляд — Да, вы на самом деле мертвы. И, боюсь, уже очень давно.