Часть 1

Снег шёл с самого утра. Плитки тротуара Косой Аллеи заледенели, и какой-нибудь незадачливый прохожий обязательно поскальзывался. Кучка детей с хитрыми и взволнованными лицами, притаившаяся за углом магазинчика Уизли, взрывалась от хохота, когда очередной волшебник громко вскрикивал и ронял свои многочисленные покупки, приземляясь в сугроб. Джордж Уизли тоже позволял себе короткую усмешку, изредка поглядывая на отряхивающихся и возмущенных прохожих из окна, но отвлекаться было некогда. В его магазине была целая толпа народу. Подростки, дети, мамы и папы, бабушки и дедушки задавали вопросы, искали уникальные подарки, требовали постоянного внимания, и всё это в страшной спешке — до Рождества оставалось всего два дня. Джордж любил эти последние дни. Вокруг всегда было много людей, вечная суета, куча дел и самое главное — некогда думать о чём-то другом, например, вспоминать события двухлетней давности, просыпаться от кошмаров, в которых Фред умирает снова и снова… — Мистер Уизли, вы меня слышите? Мистер Уизли! Джордж вздрогнул и заставил себя вынырнуть из потока мыслей. Такое случалось с ним довольно часто, его это уже даже перестало смущать. Но сейчас было не место и не время. Для самобичевания и кошмаров у него ещё будет целая неделя праздников. — Да, мой юный друг, что-то подсказать? — дружелюбно спросил он маленького мальчика. — Эм, я не знаю, как объяснить, — мальчик явно нервничал, — дело в том, что в прошлом году кошка Мистера Филча Миссис Норрис съела одну из ваших кровоточащих ирисок. Я не знаю, почему, — мальчик опустил глаза в пол, — но её шерсть стала зелёной и она начала плеваться огнём. Джордж с трудом подавил улыбку, представив себе эту картину. Порой, их с Фредом изобретения превосходили все ожидания, и никогда нельзя было предположить, что будет, если их товары используют на животных. — В общем, она подожгла плащ Мистера Филча, а заодно и парик Мисс Пинс. — Ну что ж, такое бывает, — хмыкнул Джордж (и про себя добавил «пять очков Гриффиндору), — но что именно ты хочешь от меня? Мальчик покраснел и принялся теребить край рубашки. Не поднимая глаз, он произнёс: — Просто на это Рождество к нам в гости приезжает тётя Роберта со своими кошками, и родители оставляют меня с ней, пока сами организовывают бал в Министерстве. Она всегда запрещает мне есть сладкое, и требует, чтобы я читал ей свой учебник истории магии. А её кошки царапаются. Не могли бы вы продать мне несколько кровоточащий ирисок? Я знаю, что вы больше их не выпускаете, но вдруг у вас что-то еще осталось? Это ради благого дела… Джордж не выдержал и рассмеялся. Он действительно больше не выпускал эти конфеты, потому что крови в магическую войну ему хватило, но лицо мальчика было настолько умоляющим, а его будущая шалость настолько напомнила ему их с Фредом детские проделки, что он с удовольствием подарил мальчику целую коробку ирисок из собственных запасов. День протекал в шумной суете. Поющие новогодние открытки постоянно заканчивались, а танцующий балет снеговик вечно начинал таять, но Джордж был только рад неиссякающему потоку дел. Он как раз расставлял по полкам новые подарочные наборы, когда услышал вежливое покашливание. Обернувшись, он встретился взглядом с Джо. Эта девушка уже целый год помогала ему в магазине, и Джордж очень ценил её бухгалтерские навыки. — Мистер Уизли, к вам пришли. Я проводила гостью в ваш кабинет. — Кто пришёл, Джо? Это могла быть его мать или Джинни, но они всегда предупреждали о своём визите. — Я уверена, вы сами захотите это узнать, — пробормотала Джо и быстро скрылась в передней части магазина. Джордж был немного заинтригован. Обычно Джо так не стеснялась, ей палец в рот не клади, а тут на её лице явно проступало смущение и даже благоговение. Кто же ждал его в кабинете? Ступеньки заскрипели под нетерпеливыми шагами Джорджа. Он остановился перед старой дверью, его рука зависла над ручкой, он потряс головой, отгоняя сомнения, и вошёл внутрь. В уютном кресле у камина рядом с высокими полками, заваленными разными экспериментами, находящимися в разработке, сидела молодая женщина. Со спины Джордж не узнал её. Волосы собраны в элегантную прическу, темный пиджак перетянут на талии дорогим ремнём, изящные пальцы перебирают в руках волшебную палочку. Дверь за спиной Джорджа захлопнулась, и женщина обернулась. Какого же было удивление близнеца, когда в женственной и загадочной посетительнице он узнал Гермиону Грейнджер. — Джордж, — Гермиона встала на ноги и подошла ближе, — как я рада тебя видеть! Радость в её словах была действительно искренняя, и Джордж невольно улыбнулся. Какой же красивой она стала… — Гермиона! Какой сюрприз, мы не виделись, сколько? — Джордж тоже сделал несколько шагов вперёд. — Я думаю, полтора года, — грустно улыбнулась девушка (женщина?) и крепко обняла его. Джордж ответил на объятия, утыкаясь носом ей в волосы. Они пахли апельсином и миндалем. Он постарался отогнать странные мысли, списав их на неожиданность встречи. — Как ты? Как Рон? — продолжил разговор близнец, наконец делая шаг назад. — Оу, — улыбка исчезла с лица Гермионы, — твоя мама тебе не рассказала? Джордж нахмурил брови, пытаясь вспомнить, что именно его мать говорила про отношения Рона и Гермионы, но в последнее время они всё реже виделись. И хотя Молли Уизли прилагала все усилия, чтобы удержать семью вместе, война что-то надломила внутри каждого из них. Да и к тому же, они все уже выросли. — Нет, я чего-то не знаю? — Мы расстались ещё несколько месяцев назад. — Оу. Оу, да уж. Джордж не мог понять, почему эта новость его не расстроила и не удивила. — В любом случае, я здесь не для того, чтобы говорить о своих неудачах в личной жизни, — наигранно улыбнулась Гермиона, — у меня к тебе дело. — Дело? — машинально повторил Джордж. — Да, как ты знаешь, Министерство проводит праздничный бал, и я бы хотела сделать заказ на необходимые вещи для украшения и банкета. — Да да, конечно, пойдём, я покажу. Они вышли из кабинета и прошли в переднюю часть магазина. Во время небольшой экскурсии Гермиона очень внимательно его слушала, задавала вопросы по делу, оставалась максимально сосредоточенной. Джордж вспомнил ее пятнадцатилетнюю, сидящей в библиотеке, в гостиной факультета или за столом в большом зале. Она с таким же заинтересованным лицом как сейчас читала книги, хмурила брови, когда не понимала что-то, резко перечеркивала слова, если считала, что написанное недостаточно хорошо. Джордж только в эту минуту понял, что на протяжение всех школьных лет он неосознанно выделял Гермиону среди других, наблюдал за ней с интересом. Она всегда была другой. — Гермиона, ты сегодня не занята? — поинтересовался Джордж, чувствуя себя одиннадцатилетним мальчиком со вспотевшими ладонями. — На самом деле, нет. Я должна была только заказать у тебя товары, а вот кошмар ждет меня завтра, — хмыкнула она. — Тогда могу я предложить тебе чашечку кофе? — Если только чаю, — устало улыбнулась Гермиона. Они вернулись в кабинет. Вместо чая и кофе решили выпить какао. Разговор завязался легко. Они словно молча сговорились не упоминать всё плохое, что случилось за последние годы. Говорили про работу, вспоминали школу, обсуждали предстоящий бал в Министерстве. Когда стемнело, Гермиона поднялась с кресла и устало потёрла глаза. — Мне уже пора, Джордж, но я была очень рада видеть тебя. Ты, — она на несколько секунд замялась, — хорошо справляешься. Джордж заметил, что эта фраза была сказана не с жалостью. Гермиона будто хотела подчеркнуть, что она, в свою очередь, справляется плохо. Мышцы на лице Джорджа дрогнули, но он вернул им прежнее выражение. Гермиона подошла к нему и снова обняла. Джордж прижал её к себе. Вдруг ему захотелось убедить ее, что она самая сильная и со всем справится, сказать, что он восхищается ей. Но Гермиона отстранилась раньше, чем Джордж успел осуществить этот порыв. Она направилась в сторону двери. Ему показалось на мгновение, что с ней уходит тёплое и родное чувство, которое он испытывал весь этот вечер. Джорджу до боли не хотелось терять только что вернувшуюся магию Рождества, и он решил для себя: «сейчас или никогда»: — Гермиона, а вам не нужны лишние руки для организации бала?