Глава 8

      Май 2014 года. Сербия.       Перемещения Саши никогда не поддавались особой логике. В ее голове всегда отчетливо хранилась карта всех стран мира с отметками тех, которые она уже посетила. Страна выбиралась самопроизвольно. Внутренний голос прошептал, что нужно взять билет в Сербию, и она взяла. Предчувствия никогда ее не подводили.       Приземлившись в Белград, Саша начала нервничать. Ничего необычного не происходило, но чувство будто вот-вот случится что-то ужасное не покидало ее несколько дней. Это состояние обострилось, когда проливной дождь набирал свои обороты. Саша готовилась к трагедии, но не знала, что она уже началась.       Середина месяца. Наводнение затопило столицу, как и многие другие города. Парализовано транспортное и железнодорожное сообщение. Все дороги размыты, мосты разрушены, затоплены десятки тысяч жилых домов. Власти Сербии объявили в стране режим чрезвычайной ситуации. На помощь в пострадавшие регионы прибывают спасатели из Европы и России. В страну постоянно отправляют врачей и гуманитарную помощь. Тысячи людей остались без крыши над головой, их размещают в спортзалах школ и других муниципальных строениях. Саша записалась в добровольцы и уже несколько дней помогает эвакуировать людей. Многие до последнего не хотят покидать свой дом, надеясь, что вскоре ситуация улучшится, приходится насильно вытаскивать их из полузатонувших развалин. — Ты откуда такая взялась? — спрашивает Марко. — Какая такая? — отвечает Саша.       Она еще не успела достаточно хорошо выучить Сербский, но банальные разговоры поддержать уже могла. Марко — главный в их группе. Несмотря на свой возраст (двадцать шесть лет), он уже руководил подобными мероприятиями, если быть точнее, являлся участником поисковой группы, которая специализировалась на пропавших детях. — Не боишься замарать руки? — Я боюсь за людей, которые нуждаются в нашей помощи, — отвечает Саша, пытаясь услышать какие-нибудь сигналы или голоса, но вокруг тихо. — Правильно говоришь, — влез в разговор Йован, сидящий на другом конце лодки. — Как тебя зовут? Мы толком и не познакомились. — Са… Алекс. Называй меня Алекс.       Город затопило так, что первые этажи ушли под воду. Почти всех жителей эвакуировали, осталось проверить еще раз и закончить свою работу в этом населенном пункте. Йован когда-то был врачом, но последние двадцать пять лет занимался своим делом. Марко не хотел брать его в группу по причине преклонного возраста, но старичок оказался напористым в своем желании помочь согражданам. Его дети давно иммигрировали в Штаты, а жена умерла несколько лет назад. Терять было нечего, поэтому Марко его все же принял. Помощь врача никогда не бывает лишней в таком деле.       Проплывая мимо трехэтажного дома, Алекс замерла и попыталась прислушаться. Ничего не было слышно, ни единой живой души кроме них на этой улице не было. — Что там? — серьезно поинтересовался Марко, когда увидел насторожившуюся Алекс. — Мне кажется в этом доме кто-то есть. — Ты что-то услышала? — поинтересовался Йован, пытаясь распознать крик о помощи. — Я чувствую, что там кто-то есть.       Марко начал разворачивать лодку чтобы подплыть ближе, но Алекс неожиданно плюхнулась в воду и стремительно подплыла к зданию. Ничего не было видно. Она попыталась открыть окно, но оно ни в какую не поддавалось. Никто не ожидал, что она нырнет, чтобы проплыть через первый этаж. Йован не на шутку испугался, что она сейчас утонет. Марко собирался ей на помощь, привязав к себе веревку, но к этому времени Алекс уже крикнула, что она внутри. Все немного успокоились. — Что видишь? — Пока ничего. — Хорошо. Если увидишь что-то — кричи. Мы пока попробуем разбить окно. — Ладно.       Алекс не было несколько минут, и, пока Марко пытался справиться с крепким пластиковым окном, она вынырнула, повергнув в шок обоих мужчин. В руках она держала маленькую девочку. Марко протянул руки и забрал бездыханное тело малютки. Алекс залезла в лодку. Йован ничего не мог сделать, потому что девочка была мертва уже несколько часов. Все трое молчали. Алекс не сдерживала слез, пока Марко неторопливо управлял лодкой. Йован держал малышку на руках, сжимая ее хрупкое тело и горько вздыхая, глядя на неутешную Алекс. Она закрыла лицо руками и тихо всхлипывала всю дорогу к их перевалочному пункту. Мужчины гадали, как она нашла эту девочку, но оба пока не хотели спрашивать об этом. Тело девочки было передано МЧС, что с ним было далее, они не знали.       При эвакуации одной семьи в соседнем городе произошел еще один инцидент. В момент, когда Алекс начала выводить нескольких человек из дома и располагать их на спасательной лодке, здание обрушилось. Двое родителей чудом очутились в воде, но Алекс вместе с их пятилетним сыном оказались под развалинами. Она услышала резкий крик, потом какую-то шумиху, но единственное, что ей действительно нужно было услышать — дышит ли ребенок, которого она закрыла своим телом. В ушах все гудело, в легкие с каждым вдохом забивалась пыль, и ничего вокруг не было видно. Здание вот-вот уйдет под воду полностью, поэтому было необходимо экстренно что-то предпринимать. Ребенок под весом ее тела начинает брыкаться, чтобы выбраться. Алекс приподнимается, и малыш начинает кашлять. — Слава богу, живой, — шепчет она. — Я хочу к маме, — плачет малыш. — Потерпи, сейчас нам нужно быть храбрыми и выбраться отсюда. Ты меня понимаешь? — мальчик махнул головой в ответ. — Скажи, ты можешь встать? — Могу. — Отлично. Тогда тебе нужно подняться и идти на звук голоса дяденьки, который сейчас тебя зовет. Ты слышишь? — Да. А ты пойдешь? — испуганно схватившись за руку Алекс, спросил он. — Я сразу за тобой.       Она не хотела пугать мальчика, но пойти с ним ей не позволяли развалины, которыми ей придавило обе ноги. Боль была резкой и невыносимой, но Алекс старалась сохранять спокойствие ради мальчика. Голос Марко доносился эхом, но понять, откуда он исходил, было сложно. Пыль не позволяла ничего увидеть, поэтому малыш вернулся обратно к своей спасительнице. Обнаружив ее в попытке поднять кусок бетонной плиты, мальчик не растерялся и начал толкать вместе с ней, чем здорово удивил Алекс. — Тебе нужно уходить. Здание может упасть в любую минуту. Иди! — легонько толкнув его, спокойным голосом произнесла Алекс. — Но я не знаю, куда мне идти. Там тупик, — плакал мальчик. — Хорошо. Тогда отойди, не мешай.       Собрав все силы, которые у нее оставались, она резким рывком опрокинула плиту в сторону. Из ног струилась кровь, но времени ее остановить у них не было. Пробираясь ползком, Алекс старалась вспомнить откуда начался звук проваливавшегося пола, чтобы понять в какую сторону им необходимо двигаться, чтобы выбраться. Ее путали звуки криков исходящие из той части дома, где мальчик обнаружил тупик. Пришлось улечься на спину и отключиться от всего происходящего хотя бы на несколько секунд. Малыш испугался, что Алекс умерла, поэтому начал громко плакать и трясти ее за плечи. К счастью, ей уже удалось вспомнить все детали обрушения и понять нужный маршрут. К тому моменту, когда эти двое подобрались к неприметному окну, Марко снаружи уже отчаянно выбивал в нем стекло. Через пару минут мальчика посадили в лодку к перепуганным родителям, а Алекс в другую, более мощную, чтобы как можно скорее доставить ее к каретам скорой помощи. Йован ужаснулся при виде двух открытых переломов ног, но Алекс этого не увидела, потому что отключилась. — Ну как тут наша красавица поживает? — раздался женский голос. — Где я? — прохрипела Алекс, не понимая, как оказалась в этой маленькой комнатке. — Не волнуйся. Все хорошо. Я принесла тебе покушать. Вот здесь поставлю, пусть пока остывает, — произнесла медсестра. — Спасибо.       Алекс потянулась к одеялу, чтобы посмотреть полученные ранения, но рука добродушной приятной женщины ее остановила. Она ободряюще улыбнулась и протянула тарелку с горячим супом. Алекс пришлось взять ее в руки. Есть совсем не хотелось, но медсестра настаивала. — Что с мальчиком? — С ним все прекрасно. Пару царапин и легкий испуг. Жить будет. — Это хорошая новость. — Тебе нужно беречь силы. Период восстановления затянется на долгие месяцы, моя дорогая. Но знай, мы все тобой гордимся. Вся страна тобой гордится! Еще пара минут, и здание обрушилось под воду, и вы бы вместе с ним, если бы не твой героизм. — Как я здесь оказалась? — Тебя доставили на вертолете и сразу в операционную. Сложная операция, — вздохнула она. — Я что, не смогу ходить? — Конечно сможешь, что за глупости. Но впереди тебя ждет много трудностей. Ладно, не буду тебя утомлять. Покушай и ложись отдыхать.       Медсестра явно что-то недоговаривала, но сил распознать, что именно, у Алекс не было. Ее подташнивало, а все тело изнывало от боли. Не обнаружив рядом своего телефона, она решила все же последовать совету приятной женщины и отдохнуть. За последние несколько дней она почти не спала, а сейчас от нее все равно никакого толку, можно и отдохнуть. Каждый раз закрывая глаза, в сознании появлялось лицо утонувшей девочки в том проклятом доме. Это воспоминание преследовало ее очень долго. Она корила себя за то, что они опоздали. Каких-то несколько часов и девочка была бы жива. Каждый раз, когда медсестры находили Алекс в слезах, никто из них и не догадывался о настоящих причинах ее страданий. Они думали, что юная спасительница плачет из-за переломанных ног, и всячески успокаивали, но она плакала из-за утонувшей девочки и тех других, кого она не сможет спасти, лежа бесполезным грузом в этой больнице.       Через пару недель ее навестили Марко и Йован. Они принесли с собой букет цветов и много сладостей. Первые полчаса оба, перебивая друг друга, расхваливали героизм Алекс. Затем приступили к последним новостям. Она была рада видеть их живыми и здоровыми. Несчастных случаев они больше не застали, что не могло не радовать. Пока Йован ушел на поиски уборной, Марко решил не тянуть и прямо задал вопрос, который интересовал его последние несколько недель. — Я знаю, тебе тяжело об этом говорить, но мне правда нужно знать. Как ты нашла ту девочку? — Марко… боюсь я не смогу ответить на этот вопрос. — Почему? — Потому что сама не знаю ответ на него. — Йован сказал, она была мертва не менее четырех часов. Ты никак не могла услышать ее. — Я знаю. Это сложно… — Ты что, экстрасенс? Алекс посмотрела на него с иронической усмешкой. — Ладно. Глупость сказал. Но как еще это объяснить? — Не ищи объяснений. Даже я не могу их отыскать. — Пугаешь меня, — сказал Марко, хотя Алекс знала, что это совсем не так.       В палату вернулся Йован, и Марко поспешил сменить тему. Они пробыли еще немного и медсестры их выпроводили. Уже на выходе Марко чуть задержался, чтобы на секунду остаться наедине и сказал: — Йован считает будто ты святая. Только ему не говори, — посмеялся он. — Передай ему, что это заблуждение. — Обязательно.       Больше они никогда не виделись. После того происшествия прошло три недели, когда Алекс вдруг почувствовала, что боли в ногах давно нет. Она свободно шевелила пальцами и не ощущала никакого дискомфорта в области переломов. Ночью, когда свет в палатах погас, Алекс принялась изучать свои ноги. Если еще утром они были опухшие и в синяках, то сейчас на них не было ничего кроме шрамов после операции. Она попыталась встать на ноги и приготовилась упасть от боли, но, к своему удивлению, ничего не почувствовала. Ей необходимо было узнать наверняка, поэтому в голову пришла безумная мысль слегка подпрыгнуть. Алекс зажмурилась и оттолкнулась ногами, приготовившись к резкой боли после приземления. Но снова ничего! Абсолютно! Это не укладывалось в голове. Всю ночь она топталась по палате туда-сюда, пока не поняла, что ей необходимо срочно бежать. Во время утреннего обхода медсестры заподозрят неладное, не обнаружив никаких гематом на ее ногах, тогда к ней пришлют врача, и все вскроется. Ей нельзя было так рисковать, поэтому, освободившись от всех металлических конструкций, она незаметно выбралась из больницы.       Сербия осталась в памяти, как самый кошмарный период за все ее девятнадцать лет. Многое в ней изменилось, но лицо мальчика, который отчаянно пытался поднять бетонную плиту, чтобы помочь своей спасительнице, придавало ей силы. Совсем маленький, но уже такой смелый ребенок вызывал в ней чувство высочайшей гордости. Свое предназначение в этом месте она частично выполнила, хоть и корила себя за неосторожность с обвалом. Оставался главный вопрос — почему переломы так быстро заросли. Это не на шутку ее пугало, но обратиться с таким вопросом было не к кому. Она сама должна была разгадать эту тайну всеми возможными путями.