Глава 18

      Потолок Выручай комнаты уже расплывался перед глазами. Здесь было до ужаса мрачно и сыро, но именно так же она себя сейчас и ощущала — Пэнси Паркинсон растянулась на дорогом кожаном диване с сигаретой в руках. Она поёжилась от холода, уперев взгляд в потолок. Её голова лежала на подлокотнике, и Пэнси чётко ощущала, как по щекам и подбородку текли слёзы. Они застилали глаза и заставляли её шмыгать носом, нервно кусая губы.       Прикрыв глаза Пэнси сделала не ровную затяжку, чуть не подавившись дымом, и выпустила его тонкой струйкой вверх.       Отвратительно.       Её рука потянулась вниз, к незаконченной бутылке эля. Отпив прямо из горла Пэнси со стуком поставила её на место, ощутив неприятную горечь во рту.       Отвратительно.       Пепел от сигареты упал на её ляжку, открытую из-за задравшейся юбки. Паркинсон не отреагировала на едва слышное шипение, даже не поморщилась. Через пару секунд лишь стряхнула серость, растерев её по покрасневшей от жара коже, и снова затянулась.        — Что бы ни случилось, помнишь? Всегда вместе!        — Всегда вместе!       Пэнси медленно поднесла бычок к ноге и прижала к коже. Она стиснула зубы глядя на то, как жар разъедал её, и ощутила резкую боль, зная, что ночью Драко будет сцеловывать все её неровности с тела. Что Драко любит её, не уйдёт, не отвернётся.       Пальцы ног дёрнулись от напряжения, а пальцы с окурком задрожали.        — Ну... мне нравится твой брат!        — Я знаю.       Пэнси закрыла лицо руками, зажав ладонями рот. Крепко зажмурилась, шумно втянув носом воздух.       Какая же она дура! Дура! Дура!       Пэнси хотелось снова повиснуть на шее Тео, поцеловать в щёку Викторию, услышать смех Блейза. Хотелось ощутить то тепло, которое испытывала рядом с ними, почувствовать... свою нужность. Ей хотелось, чтобы они все вместе снова обедали в Большом зале, чтобы ходили в Хогсмид вечером, чтобы вместе задирали гриффиндорцев. Каждый день просыпаться и чувствовать, что ты опустошён — отвратительно.       Её злоба рассеялась с осознанием того, что она наделала. Пэнси чувствовала себя идиоткой, что не стала смотреть с другой стороны, что не выслушала, не оказалась рядом в нужный момент. Виктория всегда была рядом когда ей было плохо. Она знала, что её закрытость ей на руку никогда не играла, но она всегда старалась быть открытой для своих близких.       Её дрожащие руки обхватывают подругу так крепко, что Пэнси было сложно дышать. Её всю трясёт. Дыхание было сбито напрочь. Она только и может, что погладить её по спутанным белым волосам и прижать её голову ближе к своей груди. Слышит едва различимый всхлип и как она шмыгает носом.        — Всё хорошо, Вик. Это просто сон...       А она просто свалила. Она просто бросила её в тот момент, когда Малфой она действительно была нужна.       Она никогда её не простит. Не сможет доверять, как минимум. Каждый раз, когда Виктория смотрела на неё этим ледяным, проницательным взглядом Пэнси была готова зареветь и удариться об стену. И Пэнси знала этот взгляд — "ты теперь чужая".       Как будто из жизни ушла не просто подруга, а какая-то частичка неё. Чего-то стало не хватать, и Паркинсон была готова скулить от этого чувства. Стыдно, как же, сука, стыдно!       Она роняет голову на подлокотник с глухим не то стоном, не то скулежом, закрывая глаза.        — Паркинсон?       Она испуганно подскакивает, отчего ноги падают с дивана, и оборачивается, натыкаясь взглядом на рыжеволосого парня в дверях.       Джордж хмурит брови, застыв в проходе. Оглядывает красное от слёз лицо и бутылку у дивана. Пэнси выпрямляет плечи, тут же пытаясь придать себе самоуверенное выражение лица, но получается, мягко, говоря, не особо. Она прищуривает глаза, смотря на него сверху-вниз, и Джордж хмыкает.       Слизеринцы такие слизеринцы — всегда гордые сволочи.       Как бы ни старалась Паркинсон, а он знает — пьющая в одно лицо девушка в пустой комнате — плохой знак.       Уизли закрывает за собой дверь и медленно проходит внутрь комнаты.        — Какого чёрта ты здесь забыл? — сквозь зубы цедит она.       Настороженно, злобно. Как раз в её духе, как думает Джордж.        — Пришёл открыть тебе глаза, стерва. И отдай мне бутылку, тебе уже хватит!

***

       — Святой Салазар!       Малфой прикрывает руками рот, широко распахнув глаза. Взгляд уставился на слизеринцев, а точнее — на Блейза, держащего у носа кровавый платок, и Тео, с синяком на скуле и разбитой губой. Драко устало сидел в кресле, подпирая рукой голову. Рядом с ним Пьюси, сидящий так, словно был на важном заседании, и Кассиус, который нашёл себе место на широком подлокотнике. По уши в пыли и уставшие. Даже изображать удивление было не нужно. Виктория ошарашенно замерла на пороге кабинета, едва услышав как МакГонагалл закрыла за ней двери.        — Проходите пожалуйста, мисс Малфой! Не волнуйтесь, с вашими друзьями всё в порядке, — любезно проговорил Дамблдор глядя на то, как блондинка подскочила к Блейзу. — Отделались лёгкими ушибами...        — Ушибами? — возмущённо произнёс Малфой. — Меня избили и заперли в шкафу. Вы считаете это нормальным, сэр?       Блейз прыснул в кулак, сдерживая смех. Тео стукнул его в плечо.        — Мы во всём разберёмся, мистер Малфой, — спокойным тоном ответил он. — Сейчас очень важно понять всю ситуацию.       Снейп, за всё время проведённое в кабинете, даже слова не сказал. Стоял рядом с сидящим в соседнем кресле Монтегю на случай, если тот снова попытается что-нибудь выкинуть. У декана Слизерина лица не было, но вид явно давал понять, что он очень и очень зол.       Грэхэм смотрел на Викторию так, словно будь здесь они одни он бы убил её на месте. Желваки на его побитом лице напряглись, глаза потемнели от ярости. Выглядел он ни лучше Малфоя.       Как они всё это провернули? Когда успели?       Виктория ума не могла приложить. Сердце нервно билось в быстром темпе когда она смотрела на избитые лица друзей и брата. Неужели Монтегю действительно побил их? Неужели они позволили ему это сделать?        — Мисс Малфой, где Вы были сегодня утром? — спросил Альбус, присаживаясь за излюбленный стол.       Эдриан, кажется, весь побледнел наравне с остальными. Слизеринцы перевели на Малфой ошарашенные взгляды. Это они не продумали, ничего с ней не обговаривали.       Если она сейчас осечётся, то они все попадутся!        — Я ушла на завтрак рано, профессор, — спокойным голосом ответила она, встав рядом с Тео, — я очень плохо спала сегодня, мне хотелось есть. Я решила не ждать остальных.       У Малфой нервно задрожали руки. Ногти по привычке впились в собственную руку. Стоя перед столом директора она ощущала себя маленькой провинившейся девочкой.        — Вы не стали ждать? — решил уточнить он.        — Я не хотела мешать остальным.        — Это правда, — вдруг заговорил Снейп ледяным тоном, — я видел мисс Малфой с утра в Большом зале, буквально пол часа назад.       Она тихо-тихо выдохнула от облегчения, кажется, как и все остальные. Фред с ней на завтрак не пошёл, ссылаясь, что ему нужно вернуться в свою комнату, а Джорджа здесь и в помине не было. Видимо, его отпустили.        — Позвольте мне, профессор? — аккуратно спросил Эдриан, поднявшись. Дамблдор кивнул головой. — Я, Драко и Кассиус вместе шли на завтрак сегодня. Когда мы проходили мимо кабинета ЗОТИ, то услышали оттуда странный звук. Было похоже на какое-то шипение. Как оказалось, он был открыт, но когда мы вошли я уже ничего не помню...        — Он отключил тебя, — вмешался Кассиус, — потом накинулся на Драко. Меня отбросило заклинанием в противоположную сторону кабинета.        — Мистер Малфой, Грэхэм действительно избил Вас? — спросил Альбус.        — Да, профессор. — Ответил Драко. — Я помню, что как только мы вошли за нами захлопнулась дверь. Эдриан упал на пол, меня ослепила какая-то вспышка и он повалил меня на пол...        — Что за чушь?! — взревел Монтегю, подскочив. — Меня там даже не было, вы подловили меня возле кабинета!        — И сами друг друга избили? — специфично произнёс Снейп с долей иронии в голосе.        — Они набросились на меня в коридоре! Профессор МакГонагалл, ну вы же видели!        — Да, мистер Монтегю, видела. Как Забини истекал кровью из носа, а Нотт выглядел так, будто сейчас упадёт в обморок. — Жёстким тоном проговорила она. — Ещё повезло, что Вы им ничего не сломали! Пьюси, Уоррингтона и Малфоя я так и вовсе увидела, когда они втроём, связанные, вывалились из шкафа. Благо мистер Уизли оказался в нужное время, в нужном месте...        — Уизли? — наигранно-удивлённо переспросила Виктория.        — Джордж обезвредил Монтегю, — пояснил Тео, — и привёл профессора. Если бы не он, то мы бы сейчас тоже сидели в шкафу.        — Уизли сам и засунул вас в этот сранный шкаф! — сорвался на крик Монтегю.       Снейп резко отвесил ему подзатыльник, на что слизеринец схватился за голову, застонав от боли, но никто из учителей и глазом не моргнул.        — Не выражайтесь! — процедил зельевар сквозь зубы, наклонившись к нему.        — Вы серьёзно им верите? — усмехнувшись проговорил он, потирая ушиб. — Директор, Вы считаете, что я на такое способен?        — Я не могу судить тебя, Грэхэм, но на матче по квиддичу ты запустил бладжер в мисс Малфой, и она получила сотрясение. Мы с тобой уже говорили об этом и ты обещал, что такого больше не повторится.        — Я не запирал их в шкафу! Я шёл на завтрак, а они вышли на меня толпой вместе с Уизли!        — Звучит не очень-то убедительно после Вашей выходки на игре, — покачала головой Минерва. — Уизли, буквально, чуть не сбил меня с ног в коридоре. И поверьте, выглядел он очень встревоженным, мистер Монтегю.       У Грэхэма заскрипела челюсть, кулаки сжались.        — Решили меня подставить? — его глаза метнулись к некогда лучшим друзьям. — И думаете, что самые умные?        — Ну да, и бладжер в Викторию тоже мы запустили, — усмехнулся Нотт, откинув назад голову. — Ты сам-то себе веришь? Ты Малфоя избил до неузнаваемости, а Блейзу и мне чуть не подарил черепно-мозговую. И спасибо Уизли, что он появился ровно там, где его никто не ждал, потому что бесплатную путёвку в больницу Святого Мунго я выигрывать как-то не хотел.       Слизеринцы едва сдерживали себя от смеха.       Спасибо Мерлину за Теодора Нотта.       Спасибо Мерлину за талант Теодора Нотта — врать как ни в чём ни бывало и приукрашивать лучше любого сказочника.       Тео умеет раздувать из мухи слона, но и врёт он так, словно учился этому с самого детства.       Дамблдор смерил их всех тяжёлым взглядом. Выглядели они, мягко говоря, не очень, но и Монтегю тоже сидел не лучше.        — Профессор Снейп, — обратился он к Северусу, — пожалуйста, дайте мистеру Монтегю сыворотку правды. Нам нужно понять, кто прав?       У Виктории едва не спёрло дыхание, ровно так же, как и у всех актёров этого театра абсурда. Прямо под горлом громко застучало сердце, вырываясь из груди.        — Ну всё, нам пиздец! — едва слышно и неумолимо быстро зашептал Кассиус.       Замерли и затихли в ожидании все, кроме расслабленно сидящего Эдриана, который едва заметно ухмылялся, откинувшись на спинку дивана и оставаясь неприклонным.        — Твой план не сработает, — отведя его в сторону проговорил Фред. — Они узнают правду любым путём. Просто так исключить его они не могут.        — С чего такие... — он вдруг осёкся, понимая, что Уизли прав.       Дамблдор может применить любой способ ради получения того, что ему нужно. И если это действительно так, то исключат их всех даже ни смотря на чистоту крови и статусы. Никакие деньги не помогут.        — Возьми, — Фред достал из кармана маленький бутылёк и протянул его Пьюси, — капнешь туда сначала каплю своей крови, а потом Монтегю.        — Я похож на вампира? — недовольно изогнул он бровь. — Это чё за хрень?        — Это зелье поможет обойти сыворотку правды, а Дамблдор точно попросит её у Снейпа. С нами точно так же делали как-то раз. Выпьешь немного сам, затем дашь выпить ему. Это свяжет ваши сознания — сможешь контролировать любое его действие или слово.        — Прошлое ваше зелье провалилось прахом. Думаешь, это сработает?        — Мы его уже протестировали. И кстати... — он наклонился, понизив голос, — это зелье — заказ Виктории. Она сказала отдать его тебе...        — Не отказывайся, Уизли! — она настойчиво сунула ему в руки увесистый мешочек с галлеонами. — Думаю, это достаточная плата. Даже не думай возвращать!        — Малфой... — Фред тяжело вздохнул, протянув взамен бутылёк со светло-зелёной жидкостью ей. Он аккуратно засунул мешочек в карман мантии, услышав лязг монет, понимая, что если попытается вернуть, то она засунет ему их за шиворот. — Боюсь спросить, зачем оно тебе? Ты хоть знаешь, как долго мы готовили это зелье?        — Оно не для меня, — резко проговорила она, медленно сгибая его пальцы и смыкая их на бутылочке, — отдашь его Эдриану.        — Что?! — гриффиндорец ошарашенно уставился на неё, замерев. — Отдать его Пьюси? На какой чёрт? Я не для него это зелье настаивал!        — Если вдруг что-то пойдёт не так. Эдриан справится. — Задумчиво ответита она. — Ты сам поймёшь, когда его нужно будет отдать...       Эдриан ухмыльнулся, представляя сколько денег она отвалила Уизли за это зелье, которое он настойчиво пытался ему всучить.       Умная девочка, продумала всё наперёд.        — И как оно работает?        — Капнешь по одной капли крови — своей, и его. Главное, убедись чтобы он его проглотил и не забудь выпить сам. — Пояснил Фред, сложив на груди руки. — Чтобы оно начало действовать просто проговори...        — Алаффейн! — тихо прошептал Эдриан наблюдая за тем, как Монтегю глотает капли сыворотки правды.        — Он не знает заклинание, поэтому он не сможет контролировать тебя так же, как ты его...       Пьюси вдруг резко вздрогнул, ощутив секундную, резкую боль в голове. Ему пришлось приложить много усилий чтобы не вскрикнуть, но он чётко видел, что Кассиус проследил за крупной дрожью его руки, обеспокоенно взглянув на него. Эдриан зажмурился, стиснув зубы. Грэхэма едва не передёрнуло на мгновение. Видимо, почувствовал то же самое, на секунду зажмурившись.       Он поднял на Эдриана ошарашенный, потемневший взгляд.       Пьюси услышал в голове шум, почувствовал как сжались его рёбра и быстрее застучало сердце, но затем настала идеальная тишина. Она практически оглушила, как вдруг он ощутил поток едва различимого шёпота. Такого быстрого, что было сложно разобрать слова. Внутри закипела кровь. Слизеринец едва заметно ухмыльнулся, опустил взгляд, и закинул ногу на ногу. Грэхэм, с широко распахнутыми глазами, повторил его движения, точно так же откинувшись на спинку своего кресла.       Оно работает!        — Мистер Монтегю, Вы действительно напали на мистера Малфоя? — начал Дамблдор, подавшись немного вперёд и заглядывая ученику в глаза.       Да, профессор! — подумал Эдриан. — Я поджидал их в кабинете, но не знал, точно-ли они пройдут мимо, так что это стало случайностью.        — Да, профессор! — незамедлительно ответил Монтегю, не смея отрывать от директора напряжённого взгляда. По его виску потекла капелька пота. — Я поджидал их в кабинете, но не знал, точно-ли они пройдут мимо, так что это стало случайностью.       Парни ошарашенно переглянулись, словно не поверили в услышанное, и уставились на брюнета как на прокажённого. С чего бы Монтегю сейчас врать если он находится под действием сыворотки? Он же должен говорить всё с точностью да наоборот!       Виктория прищурилась, повернув голову к своему жениху, сидящему на другом конце дивана. Эдриан не отрывал от Монтегю взгляда, смотря так пронзительно и прямо, словно был в его голове. И никто, кроме неё, не замечал того, как сосредоточенно смотрел Пьюси на Грэхэма.       Она догадалась — он управлял им.       Фред сделал то, о чем она его просила.        — И Вы намеренно связали своих сокурсников и запихнули их в шкаф?        — Я думал позже перепрятать их в более укромное место. Надеялся, никто не найдёт их и не станет искать... — напряжённо ответил Грэхэм. — Кроме папаши Малфоев, разве что.        — Ты охренел, Монтегю?! — взревел Драко.       Эдриан внутри ликовал.       Грэхэм попытался поджать губы, но Пьюси не позволял ему этого делать. Вместо этого он громко сглотнул и нервно сжал край своей мантии. Эдриан делал всё, чтобы Монтегю сейчас казался максимально взволнованным, и у него это хорошо получалось — он контролировал каждое его движение и каждый звук, вырывающийся из его рта. Но его и без помощи Пьюси трясло так сильно, словно у него началась лихорадка. Он почувствовал дикую боль в голове.       Он видит его глазами, чувствует его пульс точно так же, как свой. Он словно стал им.       Но Эдриану казалось, что у него самого трясутся руки. Голова как-то странно кружилась и темнело в глазах, но виду он не подавал. Нельзя! Должно быть, это были последствия зелья, но Уизли о них даже не предупредил.        — Выметайся на хуй! Я слышу, о чём ты думаешь.        — Взаимно, мудак, взаимно... Ты ещё пять минут потерпи, не развались.       Дамблдор бросил на МакГонагалл и Снейпа тревожный взгляд, а затем снова вернулся к Монтегю.        — Вы планировали убить их, мистер Монтегю? — медленно спросил он, глядя ему прямо в глаза, словно пытался прочитать его мысли.       Грэхэм замер, почувствовав, что не может дышать. Он приоткрыл рот, но тут же закрыл его обратно, вздрогнув. Виктория проследила как на шее Эдриана выступила венка, а сам он сидел весь напряжённый, впившись в слизеринца взглядом.        — Выметайся из моей головы, сукин сын!        — Заткнись!       Видно, что Пьюси тратил большое количество сил чтобы удерживать его под контролем, так как сейчас Грэхэм мысленно сражался с ним в подсознании.        — Какого хрена происходит? — тихо прошептал Блейз, уставившись на Эдриана. — Эд?        — Грэхэм? — терпеливо повторил Дамблдор.       Он громко сглотнул, нервно стукнув пальцами по столу. Нога от нервов дрожала, а по его лбу стекла капелька солёного пота.        — Да, сэр. — Ответил он дрожащим, ледяным голосом. — Я хотел это сделать!       Директор на мгновение замер. Послышался громкий выдох МакГонагалл. Повисла гробовая тишина.       Он сказал это.       Они справились!       Эдриан победно улыбнулся.        — Мистер Монтегю не является магом способным противостоять сыворотке правды... — сказал Снейп, обращаясь к Альбусу.       Он перевёл взгляд на своих учеников, которые, казалось, были белее мела.        — На сегодня вы освобождаетесь от занятий. Посетите больничное крыло и отправляйтесь по комнатам.       Тонкий намёк — пошли вон!       Вся компания поднялась на ноги одновременно, вскочив со своих мест. Они молча прошли мимо ужаснувшейся профессора МакГонагалл, выходя за двери один за другим, чувствуя на себе пронзительные взгляды учителей. Виктория буквально ощутила впившийся ей в спину взгляд Грэхэма, но оборачиваться не стала.       Только когда двери за ними захлопнулись, оставляя Монтегю в кабинете совершенно одного, Тео развернулся в ту сторону откуда они только что вышли, и показал дверям два средних пальца.        — Так тебе и надо, сука! — чуть не вскрикнул он, как его за шиворот резко схватил Драко.        — Уходим! — скомандовал он, потащив Нотта за собой.       И как только они оказались достаточно далеко от кабинета директора раздались радостные крики. Блейз и Тео отбили друг другу пять, Кассиус и Драко обхватили Викторию, что-то едва различимо говоря друг другу наперебой и посыпая проклятьями оставшегося внутри Монтегю. Но она их не слышала. Голоса звучали эхом. Её взгляд был прикован к Пьюси, который совсем не ровно стоял на ногах. Эдриан устало повалился в бок, практически навалившись на ближайшую стену.        — Алаффейн! — обессиленно произнёс он, на что другие резко обернулись.       Он судорожно выдохнул, почувствовав долгожданное облегчение. Как будто бы его тело не принадлежало ему, а мозг был чем-то сильно загружен. В глазах от усталости едва заметно двоилось.       Но он должен отдать должное Уизли, которые в зельях разбирались так же, как гипогриф в семенах растений. Он явно закажет у них такую штуковину, и не в одном экземпляре.       Парни, наконец, заметили побледневшее лицо друга, который едва держался на ногах, привалившись к стене.        — Пьюси, что с тобой? — нахмурившись спросил Драко. — Ты сейчас в обморок упадёшь.        — Всё нормально! — отмахнулся он. — Мне просто надо немного посидеть...       Он запрокинул голову, втягивая воздух сквозь зубы. К голове прилила кровь, отчего он чуть не съехал вниз по стене.        — Тебе нужно в кровать, — отрезала Малфой, стремительно подойдя к нему вплотную. — Зелье отняло у тебя слишком много сил...       Она мягко взяла его лицо в свои ледяные ладони, повернув к себе голову. Её глаза столкнулись с его и Виктория заметила насколько расширенны были зрачки Эдриана. Дыхание было сбито, оно опалило её кожу. Пьюси медленно моргнул, улыбнувшись ей кончиками губ. Повёл головой, прижавшись щекой к её раскрытой ладони, и прикрыл на мгновение глаза.       Казалось, словно никого кроме них здесь больше не было. Викторию окутал запах сосновых иголок.        — Ты волнуешься за меня, ангел? — сквозь лёгкую улыбку спросил он тихим голосом.       Малфой не ответила. Лишь наблюдала за тем, как он прижался к её руке, поверх накрыв её своей, до ужаса горячей.       И с каких пор она действительно стала беспокоиться за него?..        — Я, конечно, извиняюсь! — подал голос Тео. — Любовь там вспыхнула, все дела, но может кто-нибудь нам объяснит о каком зелье вы говорите и что там произошло?       Они оба повернулись, разрывая контакт. Друзья уставились на них как на идиотов, ожидая ответов. Они-то уж точно не понимают, что произошло.        — Расскажем позже, ладно? Сейчас вам нужно посетить больничное крыло.        — А ему туда не надо? — изогнул бровь Блейз, сложив на груди руки. — Вид такой, будто он прямо тут дементору отдаст свою душу.        — Не дождёшься.        — Тебя всего трясёт, — сказал Кассиус, положив руку ему на плечо. — Твою мать... ну и зрачки! Помочь дойти до мадам Помфри?        — Нет, не нужно, — покачал Эдриан головой. — Я пойду к себе. Мне просто нужно немного отдохнуть.        — Уверен?        — Я провожу, всё в порядке. — Сказала Виктория, закинув руку Пьюси себе на плечо, на что он благодарно посмотрел на неё. — Встретимся позже, ладно?       Они немного потупили взгляды, начиная нерешительно спускаться вниз по лестнице. Малфой словила на себе голубые глаза Драко, который выглядел слегка взволнованным. Тот быстро провёл указательным пальцем над верхней губой и опустил взгляд на пол, тут же удаляясь за Блейзом, который потянул его следом за собой.        — Потом поговорим.       У Малфоев была своя методика общения на людях. Не ментальная — знаковая. Они придумали её когда им было девять, если не хотели о чём-то переговариваться при посторонних. В последнее время они пользовались ей крайне редко, но губы Виктории дрогнули в глупой улыбке.       Он не забыл.