Часть 1

Перед глазами Хиджикаты плясали восемь восходящих и нисходящих облаков, и ни одно из них не было похоже на божественное оружие. Раздражающие облака мешали ему впасть в забытье. Мозг функционировал отвратительно нормально. Итак, что тут у нас? Преступление. Хиджиката Тоширо, двадцать семь лет, приехал провести незабываемый отпуск в тихой глуши, и до того потерялся во времени, что удил рыбу во время весеннего равноденствия. Что привело… Кстати, танцующие облака ему снятся или провожают в мир иной? Он открыл глаза и увидел роскошный потолок, усыпанный жемчужинами. Таких крупных жемчужин ему не доводилось видеть даже в арестованном контрабандном грузе. Он протер глаза, но жемчужины продолжали сиять и переливаться всеми цветами радуги. Хиджиката медленно сел на перламутровом ложе, устланном шелками. Он находился в круглой красивой комнате с дверью, как будто бы выложенной из ракушек. За единственным окном открывался вид на диковинный пейзаж: таких растений в его мире не цвело. Хиджиката спустил ноги на пол и увидел несметные богатства, небрежно разбросанные то там, то тут: драгоценные камни, жемчуг, серебряный песок. «До чего странное место причудилось, — подумал Хиджиката. — А говорят, что во время смерти человек вспоминает всю жизнь». Ракушечная дверь отворилась, и в комнату проник неуловимый запах моря. А еще появился хозяин всего этого великолепия — красивый молодой человек с зелеными глазами в причудливом наряде под стать обстановке: бусы из чистого золота, тонкое покрывало на голове, украшения из чешуек на месте ушей — все сине-сиреневое, в тон бесконечным шёлковым одеждам, что струились за ним. Хозяин дома глянул в сторону Хиджикаты, достал из рукава ракушку, подошёл и заботливо влил ему в рот нечто, напоминающее божественный нектар, только без майонеза. — Дизайнера нанимали? — спросил Хиджиката. — Скажите мне его телефон. Я тоже хочу жить в посмертии среди жемчуга и серебряного песка. — Посмертие? Ты же живой, — ответил хозяин дома. Хиджикате показалось, что из-под полы его одежды мелькнуло что-то чешуйчатое и длинное. Чего только не привидится после трудного... Что он сказал?! — Зря вы спасли мне жизнь, — возмущенно начал Хиджиката. — Вы хоть понимаете, что наделали? — И не думал спасать тебе жизнь, — уклончиво отозвался хозяин дома. — Вообще-то меня принесли в жертву речному дракону, — ворчал Хиджиката. — А вы значит такой умный, вытащили меня из воды и получается, речной дракон не получил своё. Теперь он разгневается, река выйдет из берегов, посевы погибнут, люди… Незнакомец внимательно слушал, играл ракушкой, из которой только что поил Хиджикату. — И что же делать? Хиджикате почудилось, он еле сдерживает рыдания или смех. — Я пойду, снова нырну и умру, вот и всё. Хиджиката решительно направился к ракушечной двери, дернул на себя. — Осторожнее! Но поздно хозяин спохватился, вода уже хлынула внутрь. *** Восемь облаков с веерами танцевали старинный обрядовый танец. Хиджиката открыл глаза и увидел потолок, усыпанный жемчужинами. Речная вода, пахнущая морем, толчками выходила у него изо горла. Хозяин сидел на краю постели и растирал ему грудь холодной рукой со странным украшением в виде перепонок между пальцами. Видимо, благодаря этой своевременной помощи Хиджиката и не захлебнулся насмерть. — Начинаю понимать, почему именно тебя принесли в жертву, — сказал хозяин задумчиво. Хиджиката был должен, просто обязан объяснить ему. — Я… ловил рыбу в Хиган. Это усталость, но я себя не оправдываю: вина на мне. И, кажется, поймал одну из рыб, что сопровождали господина речного дракона. Я сразу же отпустил ее, я ведь ловлю рыбу не для еды. Но дракон разгневался и наслал бурю на деревню, а жители… связали меня и бросили в реку. — Да-да, я знаю, это называется во искупление, — пробормотал хозяин. — Но вы снова меня спасли, — обиженно проговорил Хиджиката. — Я вам все объяснил, теперь-то вы дадите мне сдохнуть? Хозяин отдернул руку со странным смешком. Хиджиката снова закашлялся. После того, как он закончил, вода вся вышла. Можно было спокойно умирать заново. — Так если открыть дверь, я умру? Вот и славно. Не трудитесь спасать меня снова. Хозяин уставился на него как на психа. Постучал пальцем у виска: там, где красивые чешуйки закрывали его уши. — Но я тебя уже забрал. Живым, потому что мне так захотелось. В чём проблема вообще? — А вы-то тут причем? — заорал Хиджиката. — Меня речному дракону отдали вообще-то, а не вам! Вместо ответа хозяин задрал подол своих стелющихся по полу одежд, и Хиджиката увидел хвост. Синий чешуйчатый хвост речного дракона, под цвет драконьим ушам. — До тебя дошло или мне принять устрашающий вид? — устало спросил хозяин реки, господин речной дракон. Речной дракон умеет принимать человеческий облик! А ведь Хиджиката знал, что так бывает, вот только отказывался верить своим глазам. Нужно было пасть ниц, но Хиджиката всего лишь склонил голову перед божеством. — Господин речной дракон, я виноват перед вами. — И моя божественная кара тебя настигла: придётся теперь жить у меня. — Почему же вы оставили мне жизнь? Господин речной дракон улыбнулся, блеснули острые серебряные зубы: — Тому есть причина, и когда-нибудь… До драконьего «когда-нибудь» Хиджикате пришлось ждать в драконьем доме долгий человеческий год.