9. Слизерин

— Сквозь это зелье нельзя провести руку, — профессор подошел к нам, — его нельзя испарить, разделить, вычерпать или сдуть. Оно вообще не может быть подвергнуто любому воздействию, меняющему его природу. Почти рассеянно Дамблдор вновь поднял волшебную палочку, дернул ей разок в воздухе и поймал образовавшийся из ниоткуда хрустальный кубок. Магия… — Единственное заключение, к которому я могу прийти, — он как-то ехидно улыбнулся, что напугало меня, — что это зелье следует выпить. — Что? Нет! — хором с Седриком. — Лишь выпив это, я могу опустошить чашу и увидеть то, что в ней лежит. Верно? — Да, — Диггори кивнул, — а если, оно убьет вас? — О, сомневаюсь, что это работает таким образом, — фыркнув, ответил Дамблдор, — это глупость, убивать того, кто достиг, а перед этим нашел данное место. — Это же Темный Лорд, — почти шепотом произнесла я. Альбус зачерпнул зелье в кубок и долгое время рассматривал содержимое. — Не вызывает сомнений, — наконец произнес он, — это зелье должно действовать таким образом, чтобы не позволить мне взять крестраж. Мы переглянулись. — Оно должно меня парализовать, или заставить забыть, зачем я здесь, или причинить столь сильную боль, что я отвлекусь, или еще каким-либо способом лишить меня способности продолжать. Если это так, — смотрит на нас, — вашей задачей будет проследить, чтобы я продолжал пить, даже если придется лить зелье в мой протестующий рот. Вам все понятно? Я шокировано застыла на месте. — Подождите, — наконец-то дар речи вернулся ко мне. — София, — Дамблдор перебил меня, — ты помнишь то условие, на котором Седрик взял тебя с собой? — Да, но, — смотрю на юного волшебника, — это же… — Ты поклялась или нет, что будешь следовать любому приказу, который будет озвучен? — Да, но… — Он предупреждал или не предупреждал, что это может быть опасно? ДАЙТЕ СКАЗАТЬ ТО! — Да, но… — А кто попросил взять с тебя это обещание? — Альбус улыбнулся, видя мое негодование. — Седрик! , — махнула рукой. — Нет — кивает, — это я попросил Седрика взять его с тебя, в случае, если ты начнешь противиться, — подмигнул, — так, на всякий случай. Спасибо, Седрик, за то что предупредил, ты просто чудо! — Но почему, — Диггори недовольно фыркнул, — кто-то из нас не может выпить это зелье? — Потому что я намного старше, намного умнее и намного менее ценен, — ответил Дамблдор, — ваши роли еще не сыграны, а моя, — усмехнулся, — уже давно песенка спета. Итак, даете ли вы мне слово, что сделаете все что угодно, лишь бы я не переставал пить зелье? — смотрит на Седрика. — Да, сэр, — резко ответил он. Прежде чем я как-либо успела бы выразить свое несогласие, Дамблдор погрузил хрустальный кубок в жидкость. В моей голове закралась мысль о том, что ему не удастся коснуться зелья кубком, но, в отличие от всех предыдущих предметов, кубок легко прошел сквозь поверхность. — Ваше здоровье, ребята, — произнес Дамблдор, осушая кубок до дна. Мы с ужасом наблюдали за профессоров в ожидании чего-то дикого и ужасного, и оно произошло, пальцы волшебника ухватились за края чаши с такой силой, что их кончики онемели. В полном молчании Дамблдор осушил три полных кубка зелья. Затем, выпив половину четвертого кубка, он пошатнулся и рухнул лицом вперед, прямо на чашу, Седрик вовремя подхватил его, а глаза по-прежнему были закрыты, Дамблдор тяжело дышал. — Профессор Дамблдор? — сдавленным голосом, в панике спросила я, — вы меня слышите? Дамблдор не ответил. Его лицо подергивалось, словно он спал и видел кошмарный сон. — Профессор, вы меня слышите? — громко повторил Седрик. Голоса в пещере прозвучали гулким и громким эхом. — Я не хочу… Не заставляй меня… — наконец-то произнес профессор. Его голос не был похож сам на себя, создавалось впечатление, что Альбуса просто озвучивают, а он лишь открывает рот. Жутко и страшно, мать вашу! И, ненавидя самого себя, испытывая сильнейшее отвращение к тому, что он делает, Седрик насильно поднес кубок обратно ко рту Дамблдора и тонкой струйкой вылил туда его содержимое, так что Дамблдору пришлось его проглотить. — Нет… — простонал он, — я не хочу… Не хочу… Отпусти меня… — Все будет хорошо, профессор, — мои руки трясутся крупной дрожью, — Все будет хорошо, я здесь… — Прекрати это… прекрати… — стонал Дамблдор. — Осталось немного, — произнес Диггори, наполняя кубок зельем. Дамблдор начал съеживаться. — Это я виноват! Я! — кричал он, — прошу тебя, не делай им больно, не делай им больно, пожалуйста, пожалуйста, это я виноват, мне делай больно… — профессор упал на колени. — Много еще? — спросила я, — глядя на Седрика. — Около двух. Он поддержал Дамблдора за плечи, и тот снова осушил сосуд, а в следующий момент профессор начал кричать с еще большей мукой в голосе: — Я хочу умереть! Я хочу умереть! Прекрати это, прекрати, я хочу умереть! — Немного осталось, профессор, — успокаиваю. Зелье наконец-то закончилось. Подойдя к своеобразному контейнеру крестража, увидев, что на самом дне лежал он. Медальон выполнен из тёмного золота с гравировкой на лицевой стороне в виде стилизованной змеи, по форме напоминающей букву S и декорированной зелёными камнями и белыми камнями. — Это что, медальон Слизерина? — шокировано спросил Седрик, поддерживая Дамблдора, — того самого? — Да, — киваю, разглядывая его, — думаю, да. Улыбнувшись, я радостно захохотала. Мы нашли его! В этот момент, меня отбросило назад и я оказалась в этой ужасной ледяной, похожей на кисель воде, которая пахла тухлыми яйцами. Увидев меня, подводные твари оживились и всей своей тусовкой направились в мою сторону, попутно атакуя меня. Повернув голову вправо, я увидела, что далеко не одна в воде. Седрик тоже тут. Попутно отбиваясь от этих ужасных созданий, я подплыла к Седрику и оглядевшись поняла, что они нас окружили. Воздух уже заканчивался. И тут тьму разорвал огонь — багрово-золотое кольцо, окружившее островок. Подводные твари испугались огня и начали отступать, дав нам с Седриком шанс на то, чтобы вынырнуть. Дамблдор вновь стоял на ногах, бледный, но огонь плясал в его глазах. Его палочка была поднята вверх, словно факел, огонь вырывался из ее кончика наподобие огромного лассо, окружая их теплом. Я облегченно выдохнула, а Седрик помог мне подняться. Не произнося ни слова, он жестом пригласил нас подойти к нему поближе. Взяв нас за руки, словно по волшебству, мы оказались в Астрономической башне.

Хогвартс. Астрономическая башня

Меня тошнит. — Седрик, — прошептал Альбус, еле как держась за нас, — позови Северуса… Расскажи ему, что произошло, и приведи его ко мне. Ничего больше не делай, ни с кем больше не говори… Диггори посмотрел на меня и кивнув, пулей отправился к Снейпу. — София, — смотрит на меня, — позови Минерву. — Хорошо, — отпускаю его, — вы справитесь? — Да, — хватается за стенку, — я справлюсь. На ватных ногах я поспешила к двери, ведущей на винтовую лестницу, но как только моя рука коснулась ручки, наверху услышала звук шагов по ту сторону. А оглянувшись на Дамблдора — профессор жестом предложил мне отойти в сторону. Попятившись и скрывшись, я попутно достала палочку. Дверь распахнулась, и кто-то вырвался из нее с криком: — Экспеллиармус! Странно, но, меня почему-то, словно, заморозило. Очень странно. Из-за искажения звука, я не смогла понять, кто является обладателем голоса. Затем в свете Знака мне удалось увидеть, как палочка Дамблдора летит по дуге через стенку площадки. В мою голову пришло понимание происходящего: Дамблдор бесшумно парализовал меня, и та секунда, которая у него ушла на это заклинание, стоило ему шанса защититься самому. Для чего? Прислонившись к стенке, профессор почему-то не показывал признаков паники или беспокойства. Он просто посмотрел на того, кто его обезоружил, и произнес: — Добрый вечер, Драко. Что? Какого черта? Паника и своего рода страх окутал меня. Столько много вопросов, на которые нет ни одного ответа! — Кто еще здесь? — рыкнул он, оглядываясь. — Этот вопрос и я тебе мог бы задать. Или ты действуешь в одиночку? — Нет, — ответил он, — сегодня в вашей школе Пожиратели Смерти! — Что ж, — произнес Дамблдор, максимально беззаботно, — ты сумел найти способ провести их сюда, да? — Ага, — Малфой все еще не мог отдышаться. У Драко паника. По глазам видно! — Прямо у вас под носом, а вы так и не поняли! — Весьма изобретательно. Но… извиняюсь… где они? Впечатление такое, что ты один. — Они повстречались с кем-то из охраны. Сейчас они дерутся там внизу, — замялся, — а у меня тут работка есть. — Что ж, в таком случае ты должен ее выполнить, мой мальчик, — мягко сказал Дамблдор. Пало молчание. У меня не было сил отвести взгляда от Дамблдора и Малфоя, напрягая слух в попытках уловить звуки сражения с Пожирателями. Я ничего не слышу. — Драко, Драко, — профессор пытается его успокоить, — ты же не убийца. — Откуда Вам знать? — тут же спросил Малфой. Голос Драко дрожал и менял свою громкость. То тише, то громче. Он плакал? — Вы не знаете, на что я способен, — с нажимом произнес Малфой, в попытках убрать дрожь из голос, — вы не знаете, что я уже сделал! — О, отлично знаю, — мягко ответил Дамблдор. — Ты чуть не убил Кэти Белл и Рональда Уизли. Ты пытался убить меня весь этот год, с каждым разом все более отчаянно. Где-то в замке раздался приглушенный вскрик. Малфой напрягся и глянул через плечо назад. — Кто-то там хорошо сражается, — профессор Дамблдор улыбнулся, — как ты это сделал? — Я должен был починить тот сломанный Исчезальный шкаф, который давно никто не использовал. И мне это удалось! — довольно ответил Драко. — Умно… Я так понимаю, у него где-то есть пара? — Второй стоит в «Горбин и Бэркес», и между ними что-то типа прохода. — Очень хорошо, — пробормотал Дамблдор, –таким образом, Пожиратели смогли из «Горбин и Бэркес» пробраться в школу, тебе на помощь… Умный план, очень умный… и, как ты сказал, прямо у меня под носом… — Да, — похвала Дамблдора взбодрила и успокоила. — Но время от времени, — продолжил профессор, — ты терял уверенность в том, что преуспеешь в починке шкафа, не правда ли? И тогда ты прибегал к грубым и непродуманным средствам, вроде того проклятого ожерелья, которое просто не могло не попасть в посторонние руки… или отравленного меда — шанс, что его выпью именно был, — вздохнул, — но, очень и очень мал… Почему? — Потому что, — крикнул Малфой, — он верит в меня! Он меня выбрал! Драко задрал левый рукав водолазки и мне удалось увидеть ее. Черную метку. Боже… Скатившись по моей щеке, слеза упала на пол и разбилась на мелкие частицы, как и моя вера в то, что Драко — хороший. — Драко, я уже встречал мальчика, который сделал неправильный выбор, — Альбус вроде бы подошел ближе к нему, — позволь мне помочь тебе. — Да не нужна мне ваша помощь! — всхлипнул он, — я должен! Должен! Я, — замялся, — обязан убить вас! Или он убьет меня и её! Я должен это сделать! Он меня убьет! Он всю мою семью убьет! — Добры-ы-ый вечер! — раздался голос Беллы. — О, Беллатриса, не представишь мне своих друзей? — Увы, — засмеялась, — у нас очень плотных график. Драко, — рыкнула она, — давай! Те люди, которые пришли вместе с ней начали различно подначивать Драко. Хорошо, что заклинание немного ослабило силу. Подняв палочку, я нацелилась на Драко, но, краем глаза увидела, как нацелившись на меня, ко мне подошел Северус. А где Седрик?! Жестом показав, что необходимо соблюдать тишину, Снейп присоединился к Пожирателям. — Северус, — Дамблдор как-то мягко произнес это, — ты все знаешь. Повисла тишина. — Прошу тебя. Посмотрев вниз, мы встретились глазами с профессором. — Авада Кедавра! Вспышка зеленого света исторглась из кончика волшебной палочки Снейпа и ударила Альбуса точно в грудь. Крик ужаса так и не вырвался из моей груди, а страх парализовал меня. Дамблдора подбросило вверх, а потом он медленно упал спиной вперед, подобно огромной тряпичной кукле, перевалился через зубцы стенки и исчез. Исчезли и Пожиратели Смерти.

***

      После боя, школа выглядела так себе: тела людей, разбитые окна и грязь. У башни собралась целая толпа студентов и учеников. Все смотрели на Альбуса. Кто-то плакал, а кто-то шокировано молчал. Проходя сквозь нее, практически каждый посмотрел на меня, а пройдя в самое начало, я увидела профессора, а рядом с ним Гарри, который положил на его грудь голову и горько плакал. Рон и Гермиона посмотрели на меня, почему-то отводя взгляд в пол. Из толпы выбежал Седрик, а увидев это, чуть ли не рухнул на землю. Подойдя к Гарри, я присела рядом с ним и что было силы, обняла его, при это слегка покачивая как ребенка, в попытках успокоить. Еле сдерживая слезы и повторяя одну и ту же фразу: — Мы победим, — замялась, — обязательно победим. Все будет хорошо… Я понимала одно: победа будет стоить жизни. Вытерев слезы, Минерва вознесла свою волшебную вверх прямо к Черной метке в небе, так и поступили остальные ученики Хогвартса, создавая звездное небо, в том числе и мы. Мы обязаны закончить это дело. Любой ценой. Впереди война. Страшная. Жестокая. Кровавая.