Часть 5

Глава семьи Се хмуро смотрел на лежащих в палате друзей. Сердце встревоженной птицей билось в груди: лучший друг сейчас выглядел не лучше тех мумий в гробницах. Чёрные очки поместили вместе с Чжаном, чтобы было удобнее присматривать за обоими. Панцзы, у которого третий друг тоже потерял сознание, в первые минуты был безумный, хотел сорваться в пещеру и разнести всё там. Доктор сделал ему укол успокоительного, и Толстак сейчас находился в палате Наивняшки, который, хоть и пришёл в сознание, молчал, иногда хрипя что-то, а завидев Вана, цеплялся в него мёртвой хваткой. Расхититель не то что бы сопротивлялся, наоборот разговаривал с ним и рассказывал разные истории, а когда никого не было, уговаривал вернуться, потому что он один не сдюжит, ведь быть один он отвык. Отвык полагаться лишь на себя, и без лучших друзей было совсем худо. Глава семьи Се, случайно подслушав, позволил себе вздрогнуть и уйти, оставив там разбитое сердце. У него в распоряжении так много людей, а помочь он ничем не может, от этого появлялась ненависть к самому к себе. Состояние Хэя расценивалось как среднетяжёлое: резкие импульсы мозга вызывали судороги. Температура повысилась,и выжигала все лекарства. Цветочек теперь понимал брата, когда они не могли вытащить его из больницы, где лежал Цилин. Тревога змеёй свернулась вокруг сердца, не давая нормально дышать. Глава семьи Се потёр руками лицо, и в палату зашёл Панцзы: — Привет. Цветочек вздрогнул от хриплого голоса друга. Есть изменения? — Нет. Панцзы приземлился на стул рядом с товарищем: — У Се в бреду что-то говорил про Ту’льпу. Не знаю, как это связанно, но я поискал в Интернете и выяснил, что эта фигня является плодом воображения. Чем сильнее разум, тем сильнее иллюзия. Цветочек оторвался от разглядывания лиц друзей и перевёл взгляд на Толстяка. Тот без энергии Молчаливого братца и Наивняшки выглядел постаревшим, от привычной весёлости не осталось и следа. Но надежда всё ещё теплилась в его голосе и глазах: — Ты думаешь, это связанно с принцессой и драконом? — Ну. Док же говорил, что принцесса появлялась дракону после смерти. Он был настолько влюблён в неё, что мог создать эту Ту’льпу. Только вот, почему она свела его и жителей нижней деревни с ума…

***

Призрак смеющейся девушки проплыл мимо Хэя и Цилина, чёрная дымка вокруг её головы стала диадемой. Чёрные очки взглянул на ослаблено друга и приподнял бровь. Братец кивнул, и тот поднялся с места, хмуро окинул его взглядом и направился вслед за призраком. Девушка всё ещё смеясь села на кресло, свесив с него ноги. Раздался грохот, и в комнате, обвитой золотом, появился дракон, который пару раз махнул крыльями и спустя секунду перед ошалевшим Хэем появился мужчина с длинными волосами и мягкой улыбкой. Чёрные очки отступил, когда дракон прошёл сквозь него. Кровь зашумела в ушах, и он был вынужден схватиться за стену. Цилин оказался рядом с ним: — В чём дело? Очки помахал рукой: — Всё хорошо… Братец нахмурился, когда мужчина и девушка стали исчезать, а Хэй побледнел: — Я ничего не чествую, объясни. Наёмник мягко покачал головой: — Не привык, что сквозь меня кто-то проходит. Комната, в которой они стояли, растворилась, и оба друга рухнули в темноту, в которой раздавались крики. Молчаливый братец схватил товарища за руку, чтобы не потерять, и внезапно наступила тишина. Снова заиграла флейта, и на сей раз к ней добавились и слёзы. Цилин посмотрел вверх. Темнота исчезла — над ними было хмурое небо, дождь штормом окружал их, слёзы в конце концов перешли в вой. И перед друзьями предстала картина, как мужчина с мягкой улыбкой сейчас рыдал над телом когда-то смеющейся девушки. Волосы и платье — всё было в крови, Хэй сделал несколько шагов к ним, но был остановлен братце; тот покачал головой. Чёрные очки нахмурился: — Я что-то почувствовал, когда он прошёл сквозь меня. Ты не очень хорошо выглядишь, чтобы узнать что это было. — Это может быть опасно. — Не опасней твоего сердечного приступа. Я уверен, у Толстяка добавилось седины. Непонимающий взгляд был ему ответом, Очки икнул: — То есть у вас тут всё было хорошо? — Я не знаю. Когда? — Очень много времени назад, спустя десять часов, как ты потерял сознание. Цилин нахмурился, и Очки воспользовался моментом, чтобы подойти к рыдающему мужчине. Ветер усилился, и братец поднял голову, чтобы увидеть, как мужчина растворяется, и перед Хэем появился дракон. Очки обернулся, и молчаливый братец бросился к другу, увидев в его глазах скрытый страх: — Хэй!!! Но его поглотило пламя. Дракон и Ци Хэй исчезли. Дождь прекратился. Рядом с Цилинем появилась девушка, и тот отступил, напряжённо осматривая территорию. Принцесса мягко улыбнулась, её голос ветром разлетелся по округе: — Тебе нет нужды беспокоится мой друг… Чжан прищурился, девушка засмеялась. — Юный господин. Огонь этого мужа не причиняет вреда. Цилин поверил бы, но в тот момент он из-за слияния разумов с безбашенным другом почувствовал ужас. Принцесса махнула рукой, и место, заполненное отчаяньем исчезло, и они оказались всё в той же обрамлённой золотом комнате. Девушка изящно поклонилась ему: — Позвольте представится, Чень Веики, — на что он прищурился, смех колокольчиком прошёлся через него. - Можете не говорить своё имя, господин Чжан. Расхититель гробниц напрягся. Не то чтобы он помнил много чего,мно уж дракона точно даже с постоянной амнезией запомнил. — Я знала очень хорошо Вашу семью, господин, — она всё так же изящно разлила по чаркам вино. — Именно поэтому Вы смогли остаться здесь, — молчаливость её спутника полностью устраивала принцессу. — Я должна рассказать Вам историю. Но вижу Вы её и так знаете. Цилин нахмурился, девушка кивнула на его невысказанный вопрос. — Мой муж создал это место, чтобы мы могли видеться. — Чжан увидел её печальный и тоскливый взгляд, чарку с вином он так и оставил возле себя. — Что привело к этому? — У дам, пленённых драконом, иногда судьба умереть от рук рыцаря, даже если он был черепахой. Молчаливый братец приподнял брови: «Чистая победа» не вязалась с историей в книге. Но теперь пришло понимание слов У Се: «Золото было её клановым цветом» Цилин на секунду позволил собственной тоске просочиться. Он долго был один и благодарил богов за то, что те познакомили его с У Сан Шенем. Если бы не это, то у него не было бы верных друзей. — Если воробей не съест цикаду, он останется голодным, — Лицо девушки исказилось гримасой. — Я встретила своего благородного мужа, когда моё королевство принесло меня в жертву. Расхититель гробниц удивлённо распахнул глаза: — Госпожа Чень? — Верно. Столь угодно было отдать юную деву на скорую смерть. И быть не съеденными чудовищами. Девушка исчезала, расплываясь в неожиданном тумане: «Даже если в книгах всё считалось иначе». — Я знаю, что ты была Т’ульпой. — Не была, — голос стал тихим, и оттого насколько много боли в нём звучало. Чжан покрылся мурашками: — Есть. Принцесса пропала, оставив лишь чарку выпавшую из прозрачных рук: «Спасайся, юный дракон. И спасай своих друзей, не позволяй им идти по тому же пути. Не позволяй твоей боли уничтожить твой мир. Голос замолчал, и Цилин опустил голову, чувствуя тревогу, сжавшую сердце, он проглотил вязкую слюну и сосредоточился на сознании слепого друга.

***

Шёпот, разносившийся рядом с ним, заставил Хэя поморщиться. Боль, разгуливавшая по телу, мешала сосредоточиться: — Ци Хэй… Разобрав голос, он открыл глаза и на секунду увидел, как лицо молчаливого братца расслабились от беспокойства, но тут же стало хмурым, видя, как он морщится: — Братец, я рад тебя видеть. — Ты не должен был уходить. «Позаботься о ней» «Я совершил ошибку» «Спасите от демонов душу А-И» Цилин сжал его плечо, когда его голова завалилась вперёд: — Хэй? Чёрные очки перевёл взгляд на друга: «Она не моя А-И... Она демон» А потом всё тот же голос закричал, и Слепец дёрнулся из-под руки друга на приличное расстояние и вывернул последнее из желудка. Чжан тут же оказался рядом с ним и помог отойти к месту рядом с рекой, так напомнившую ему место, где они потеряли А-Нин: глупую наёмницу с отважным сердцем. Тогда он без сожалений убил ту змею и на сей раз оглянулся на восхождение реки и, не увидев в ней ни одной ползучей твари, вернулся к состоянию друга. Приложив тыльную сторону руки ко лбу наёмника, едва заметно нахмурил брови. Температура проходила даже сквозь перчатку, он мягко встряхнул друга: — Очки? Ты слышишь меня? Хрип друга живо напомнил ему хрипы У Се в той пещере, и он неосознанно сжал плечо друга, вырвав из его горла стон, на что тут же одёрнул руку. Блуждая по чужим воспоминаниям, Наёмник нахмурился: картина перед его глазами рассказывала ему историю создания той самой Т’ульпы. Боль в плече заставила его оттолкнуть неприятное ощущение, потом в его голове снова раздался крик, и он очнулся и, почувствовав рядом друга, выдохнул: — Я здесь. Видя облегчение в глазах товарища по оружию, он мягко кивнул. Цилин встал со своего места и окинул его взглядом: — Нам нужно в безопасное место. Но на этот раз Очки, знавший, что делать, перенёс их в безопасное место. Это оказались главные залы наследника семьи Се. Чжан был не удивлён, его безопасное место находилось в магазинчике антиквариата, где его всегда встречал Панцзы в своём смешном розовом фартуке и У Се, даривший ему самую ласковую улыбку. Оторвавшись от мыслей, он усадил друга на диван и сам встал рядом. Налив в гайвань из чайника зелёного чая, он почувствовал его запах и, если он бы он не был бы собой, он обязательно рассказал, как только они выберутся из этой заварушки Панцзы, что Чёрные Очки очень часто бывает у главы Се в гостях, что во время, как его сознание было в опасности, он отправил их обоих в зал семьи двоюродного брата У Се, считая это безопасным местом и даже запомнив запах свежих фруктов и листьев чая. Слепец принял гайвань и медленно отпил чай, предпочитая всё же, чтобы это было вино. Поймав на секунду улыбку, так сильно похожую на ухмылку Толстяка, когда тот снова что-то задумал, нахмурился и оглянулся, пытаясь найти причину веселья хмурого доселе друга. Огляделся, а потом понял и закатил глаза: — Я надеюсь, что никто об этом не узнает… — мужчина закашлялся так сильно, что чаша с чаем выскользнула из его рук. Цилин поймал её, небрежно поставил на стол и оказался рядом с другом. Тот всё ещё кашлял, и они оба поняли, что это не просто кашель от чая, когда на руке наёмника осталась кровь. — Остановка сердца. С лица господина Се ушли все краски, и Панцзы лишь крепче сжал руку безучастного друга, который словно услышав это, заворочался на кровати. — Он… — на то, чтобы продолжить, сил не осталось, и Цветочек сел на стул. Доктор сочувственно поморщился: — На данный момент мы вернули его обратно, но мы потеряли его на несколько минут. Панцзы нахмурился: — Что это значит? — Что-то произошло, и состояние господина Хэя ухудшается, у него несколько часов назад поднялась температура. Мы вводим внутривенно жаропонижающее и поддерживаем его от обезвоживания. Но лекарства не помогают. Из-за повышенной температуры и произошла остановка. — Что дальше? — Мы решаем, что делать... — Сяо Хуа. Слабый шёпот заставил всех к палате вздрогнуть. Панцзы обернулся к другу. Тот моргнул, окинул взглядом и мягко улыбнулся. Толстяк кинулся его обнимать: — У Се! Цветочек встал по другую сторону койки брата, наследник семьи У сжал его руку, и на его вопросительный взгляд доктор ответил улыбкой: — Приятно видеть тебя в добром здравии, малыш У. Парень поморщился: — Дядя я уже давно не малыш. Поймав удивлённые взгляды, доктор засмеялся: — Я говорил, что был знаком с вашими семьями. У Се улыбнулся, осмотрелся, и тревога прошлась по его лицу: — Он ещё там, верно? Панцзы переглянулся с Цветочком и промолчал. Поймав взгляд главы Се, доктор махнул рукой: — Вы должны выйти, мне нужно осмотреть Господина, я уже не малыш. Оба Искателей приключений засмеялись от возмущений наследника девяти семей. Панцзы затворил за собой дверь и бросил взгляд на главу семьи Се. Его улыбка тут же погасла, и он сел на стул. Толстяк вздохнул: — Если этот маленький паршивец вернулся, то те двое точно вернутся. Вы мужчины из девяти семей притягиваете неприятности. Кто-то же должен за вами присмотреть, — слова произнесённые для успокоения, звучали сломлено. Но ни один их них это не признал. Хуа опустил голову. «Я буду защищать тебя» Очки улыбался своей хитрой лисьей улыбкой. Тогда всё было проще: он не знал, что его дядя на самом деле жив. Тогда были приключения, он помогал брату, закатывал глаза на улыбку лучшего друга хоть и не признавал это. А сейчас этот самый лучший друг лежал в реанимации, с кучей проводов, и хоть он и был наёмником, в трудную ситуацию он всегда был рядом. Сяо Хуа поджал губы: очень сильно хотелось плакать. Но он не будет, не из-за этого чертёныша с глупой, раздражающей улыбкой. Цветочек вздрогнул от прикосновения к плечу, перед ним появился кофе и грустная улыбка Толстяка: — Твои ребята нашли что-нибудь о духовном оружии? — Нет. Сю Сю обещала расспросить бабулю Хо. Паньцзы сейчас в Японии, тоже сказал, что разузнает. — Когда он прилетит? — Через четыре дня. Панцзы поджал губы и глянул на дверь, где разговаривали лучший друг и доктор Цзе. Глава семьи Се выглядел разбито. Вдохновлённый то что товарищ по оружию пришёл в себя, Толстяк хлопнул руками: — Так. Большой парень поднимайся, — взгляд хмурых глаз был ему ответом, но расхитителя гробниц это даже не задело, и он тянул его, пока тот не встал сам. — Мы идём есть, я голоден, как волк, — увидев, что Се окинул взглядом дверь, где был его брат, Толстяк хмыкнул. — Это затянется надолго, эти двое, думаю, давно не виделись, да и Наивняшка должен будет его допросить. Он хихикнул, от щенячьего взора друга не спасался даже Цилин. Хотя не то чтобы собирался. Хуа кивнул, и они вместе спустились на первый этаж.

***

Хэй потерял сознание. Цилин очистил его лицо от крови и уложил на диване поудобней, время от времени проверяя его температуру. Тишина в зале была настолько сильной, что он мог бы разрезать её своим мечом. Спустя несколько часов, когда тревога стала уже душить, Очки пришёл в себя, оповестив это протяжным стоном. Сяо Гэ обернулся и оказался рядом с другом, надев тому очки на глаза. Тот слабо улыбнулся на это. — Я потребую от Сяо Хуа доплаты за такое. Цилин удержался от того, чтобы дать ему по плечу, тот и так выглядел, как будто развалится. — Что ты видел? — Ммм… дракона. Он сказал, что создал Ту’льпу, но его принцесса оказалась злой. Она замучила жителей деревни, а потом и самого дракона. Мне кажется, что это существо, которое мы видели, и есть она. Цилин кивнул: — После того, как ты исчез, она ожила и рассказала, что её убил. Хмыканье было ему ответом, Сяо Гэ прищурился; друг лежал на диване полу, сидя и обняв подушку: — Полагаю, рыцарь, да? — Он тебе и это сказал? — Нет. Просто догадался. Рыцари, драконы, спасение принцесс… — Только вот принцесса не хотела быть спасённой рыцарем черепахой. Наступившая тишина заставила нахмуриться. Когда он снова посмотрел на друга, тот казался шокированным: — Черепаха? — Да. — Это четыре охранника севера, юга, запада и востока? Поняв, куда идёт речь, Чжан Цилин кивнул. Чёрные очки хихикнул: — Я дожил до того, что буду драться с четырьмя хранителями. — С одним. — А? — Ту’льпа похож на феникса. Чёрные очки рассмеялся, и молчаливый братец положил руку ему на ногу, смех друга был нервным: — Хэй. Твёрдый голос товарища заставил мужчину прекратить и с ужасом посмотреть на него: — Что происходит? Нужно… нужно уходить. Скорее… Цилин схватил друга, когда зал покрылся трещинами и начал осыпаться: — Хэй! Но тот в панике начал задыхаться, внезапно стало трудно дышать и они оба канули во тьму.

***