Часть 1

Лена, держась под услужливо подставленный ей локоть, шла рядом со Шнайдером. На днях он с невинным видом пригласил ее на свидание в кино, на что она сразу же согласилась. Она ведь и подумать тогда не могла, куда он на самом деле ее поведёт. На ее расспросы о том, что за фильм они будут смотреть, он не отвечал до самого конца и обещал, что это будет сюрприз. Ее и без того смущал этот легкий флёр загадочности, который Томас напустил вокруг обычного похода в кино, так смущение усилилось, когда в назначенный день он пришёл в штатском. Конечно же, это было простым свиданием, и было бы странным, если бы Шнайдер пришёл в своём идеально выглаженном кителе с бренчащими медалями и крестом под шеей, но все равно Лена заподозрила что-то неладное. Все сомнения и подозрения быстро рассеялись, когда она увидела маленькое, ничем не примечательное зданьице, где располагался киносалон. Уже фасад самого дома напоминал известный «Салон Китти»* и явно пришел ему на замену. И хоть Томас и сказал, что это будет сюрприз, но Лена уже обо всем догадалась, когда они зашли в маленький тёмный зал, находившийся в подвале дома. Только они миновали несколько рядов стульев с высокими спинками и подлокотниками, где сидели пару человек — как заметила Лена, все они хоть и были мужчинами, но на неё никто из них внимания не обратил, — и Шнайдер затащил ее на последний ряд, где никого кроме них не было, и в и без того темном зале погас свет и в маленьком окошке под потолком зашумела пленка. На экране появилось название фильма «Am Abend»** и год выпуска — и Лена невольно удивилась, что уже тридцать с лишним лет назад немцы снимали эротику. Но это была не просто эротика… Во всяком случае, первое время все выглядело именно так — мужчина подглядывал за девушкой в замочную скважину и все было вполне прилично. До тех пор, пока не показали саму девушку, мастурбирующую в комнате на кровати. Наблюдая за откровенной порнографией, Лена просто не представляла, как позволила затащить себя на нечто подобное. Но когда на экране подглядывающий за ублажавшей себя девушкой мужчина проник к ней в комнату, она затаила дыхание. Лена неотрывно следила взглядом за голыми телами на экране. Они изгибались, прижимались друг к другу, сплетались, сливаясь в единое целое, а зал наполняли лишь звуки шуршащей пленки. Чьи-то руки на экране трогали чужие гениталии, мелькали кадры с крупным планом женской промежности. Лена, глядя на это, с ужасом понимала, что совершенно не стесняется. Неожиданно она почувствовала, как мужская рука легла ей на коленку и сразу же скользнула под юбку, тут же замерев на месте. Чуть испугано взглянула на Шнайдера — его глаза лукаво блестели в темноте, — но противиться не стала. Потому что она знала, что возбуждена. И из-за происходящего на экране, и из-за присутствия штандартенфюрера, который сидел непростительно близко рядом с ней. Тогда рука его, чуть помедлив, поползла вверх и застыла лишь возле промежности. Пальцами он нежно провёл по тонкой ткани белья, заставив Лену непроизвольно вздрогнуть и раздвинуть чуть шире ноги в стороны, ещё больше подставляясь под ласкающие пальцы. Томас довольно и многообещающе улыбнулся Лене и отвернулся к экрану, пока никто из зрителей или работников кинотеатра ничего не заметил, но руку не убрал и продолжил ею поглаживать промежность девушки. Он пока просто заигрывал с ней, движения его были медленные и едва ощутимые, но Лена знала, что это только начало. Зато сердце уже сейчас быстро билось в предвкушении чего-то приятного, а внизу живота приятно тянуло. Девушка едва заметно вздрогнула, когда он легко и быстро отодвинул краешек ее белья и неглубоко проник в неё одним пальцем. Она была достаточно влажная, поэтому его палец легко проскользнул внутрь на одну фалангу. Мучительно медленно он двигал им взад и вперёд, разгоняя по всему ее телу волны приятного удовольствия. В это время на экране демонстрировалась сцена с крупными планами гениталий в процессе совокупления. Девушка, глядя на экран, шумно сглотнула и почувствовала, как краска слегка заливает щеки — благо, в зале темно и никто, особенно Томас, этого не увидит. Через пару секунд к первому добавился второй палец. Лена судорожно вздохнула, зажмурила глаза на пару секунд и немного повела бёдрами вперёд, позволяя Шнайдеру проникнуть поглубже. Лена сжала высокий подлокотник стула, чувствуя, как мужские пальцы растягивают ее, как он мягко оглаживает ими ее стенки и как между ног становится невыносимо влажно. Шнайдер же в этот момент невозмутимо следил за действием на экране, и лишь по его едва заметной улыбке можно было понять, что ему нравится происходящее. Происходящее и на экране, и под его пальцами. Мужчина, двигая в ней пальцами, задал ужасно медленный темп, явно решив растянуть удовольствие подольше. Но Лену это не устраивало — он разжег внутри неё слишком сильный огонь, который срочно должен был перерасти в пожар, который поглотит ее с головой. Поэтому Лена подалась бёдрами ему навстречу, сильнее насаживаясь на его пальцы, и закусила нижнюю губу, чтобы не застонать. Тут Шнайдер, будто бы сжалившись над ней, добавил ещё один палец. Но он не запустил его внутрь неё, а большим накрыл ее складки, сразу же нащупав ее самую чувствительную точку, и в такт своим движением стал массировать ее круговыми движениями. Девушка чувствовала, как подступающее ощущение оргазма накатывает на неё. Как приятно побаливают напряженные ноги, как сводит низ живота, как влажно между ее ног… И эти движения пальцев Томаса — медленные, точные и уверенные, ошеломительно нежные, — от них темнело в глазах. Хотелось стонать, громко и искренне, полушепотом произносить его имя или что-то невнятно шептать на русском, но она старалась держать челюсти плотно сомкнутыми и не давала ни единому звуку сорваться с ее губ. Но чем дольше Шнайдер изводил ее своими пальцами, тем больше понимала, что не продержится долго. Наконец Лена напряглась всем телом, вздрогнула и шумно выдохнула сквозь сжатые зубы, с силой вцепившись пальцами в подлокотники стула. Мышцы ее с силой сжимали его пальцы изнутри, спазмируя. Бёдра мелко потряхивало, ноги вздрагивали, а рот пошло и призывно приоткрылся. Томас, испугавшись, что она сейчас застонет, притянул рывком к себе и заткнул рот поцелуем. То, что происходило на экране, их уже не интересовало. Лена, немного отойдя после оргазма и вновь вернув контроль над своими эмоциями, отстранилась от Томаса и, облизнув губы, слабо и благодарно улыбнулась. Ей было чертовски хорошо. Перед глазами до сих пор бегали чёрные мушки, в голове шумела кровь, сердце стучало в груди как ненормальное, а внизу все приятно пульсировало. Шнайдер окинув ее взглядом, довольно ухмыльнулся, достал платок и молча протянул его девушке. Та отрицательно покачала головой, он хмыкнул и вытер им свои пальцы, а затем убрал его обратно в карман. Экран погас, но свет в зале не включили — кажется, вот-вот должны были начать показывать следующую картину, но Шнайдер решил, что с них обоих на сегодня этого хватит. Аккуратно подняв девушку со стула, он медленно повёл ее к выходу, галантно удерживая под локоть. Как и до этого, никто из оставшихся в зале не обратил никакого внимания на выходящую из темного зала парочку. Лена, прислонив голову к плечу Шнайдера и повиснув на его локте, шла рядом с ним и думала о том, что это был ее лучший поход в кино.