Часть 3

— Эй, просыпайся, — ее рука скользнула по покрытой легкой щетиной щеке. — Се-е-ев, у тебя гости.       Снейп нехотя открыл глаза, чувствуя, как ее ладошка сильно давит на бедро, туда, где чуть ниже, на внутренней стороне, располагалась уникальная, особая метка, которую он принял от дочери Темного Лорда. Девушка мягко поцеловала его в губы и улыбнулась. — Сильно устал? — заботливо спросила она. — Я сменил пароли, — прохрипел Северус. — «Ирис» такой же предсказуемый пароль, как Лилия, Сатурн, Аспид и Персефона. Я знаю тебя слишком хорошо, — она снова прильнула к его губам, сладко причмокивая. — Да, я совсем забыл, — он закрыл глаза, запрокидывая голову назад.       Лили села рядом и, свернувшись калачиком, положила голову ему на плечо. Девушка приятно пахла его мятным шампунем. Он погладил ее по плечу, на ощупь определяя на ней свой собственный халат, и глубоко вздохнул. Эванс врывалась в его маленький дом в Паучьем тупике совершенно по-хозяйски, при чем началось это все как-то совершенно незаметно для него самого. В какой-то момент девушка просто стала вести себя так, словно она всю жизнь прожила здесь, и это он у нее дома, а не она у него. Выучила тут каждый уголок, носила его одежду, читала его книги, пила чай из его любимой кружки, и нещадно эксплуатировала его для удовлетворения своего либидо.       Впрочем, против последнего он ничего не имел…       Ее губы коснулись его щеки, спустились ниже, на шею. — Ты мой самый сильный и могущественный волшебник, — прошептала она ему на ухо. — И не настолько самовлюбленный, чтобы встало на нахваливание моих магических способностей, — прошептал он в ответ, поворачиваясь. Лили хмыкнула и поднялась с дивана. Девушка развернулась к нему спиной и, сбросив халат на пол, направилась к входу в спальню. — А это уже другой разговор, — фыркнул Северус, вставая и направляясь следом за девушкой.       Когда он узнал, что Лили — дочь Волан-де-Морта, степень его шока нельзя было описать цензурными словами, да и нецензурные вряд ли бы справились с этой задачей. Еще большее удивление постигло в тот момент, когда он понял, что она сама приняла метку. Снейпу сложно было представить, что добрая Лили, которой было жаль каждого брошенного щенка и котенка, которая плакала над его проблемами больше, чем он сам мог бы над ними плакать, если бы хотел, и в школе готовая подружиться с любым, кто проявит желание, вдруг решила воевать против магглорожденных просто потому, что выяснилось, что она не является таковой, и вовсе потомок Салазара Слизерина.       Именно Лили привела в итоге его к Темному Лорду, но Северусу было в тот момент плевать, к кому она его поведет — к Дамблдору ли, к Волан-де-Морту, а может, вовсе предложит сбежать из страны, только бы не пропала снова, не оставила одного. Да ему и сейчас было все равно, кому служить, ведь в сути, верен был он только ей, и шел он за ней, а не за кем-то из этих заигравшихся во владык мира поехавших маразматиков. Иногда она нуждалась в том, чтобы он направлял ее, и он с этим хорошо справлялся.       Девушка достала из-за пояса его палочку и провела ею вдоль его тела. Одежда упала к ногам, и Лили довольно ухмыльнулась. Конечно, тощий бледный Северус мало кем считался привлекательным, но у него был один большой плюс. К тому же, он действительно любил ее, а она любила его, и на фоне этого какие-то условные несовершенства терялись. Какая разница, как выглядит тело, если только от одних прикосновений к нему внутри все переворачивается?       Она подставила лицо и шею жарким поцелуям.       Северус не видел, слишком поглощенный процессом, как Лили подкралась, и когда заметил ее, он резко прекратил колдовать, едва не бросив на пол палочку. Снейп ожидал увидеть в ее глазах все, что угодно: гнев, ужас, ненависть, удивления, но только не, совсем непонятное ему, восхищение. Эванс сомкнула приоткрывшиеся непроизвольно губы и нервно сглотнула. Ну вот, сейчас побежит к МакГонагалл и сдаст его к чертовой матери! — Это… темная магия? — спросила она шепотом. — Да, — отступая, с опаской настороженно глядя на рыжую, ответил Северус. — Ну, давай, начинай отчитывать уже. Можешь еще за одно «грязнокровку» припомнить, и Поттером припугнуть, у вас ведь такой славный тандем получился. — Причем здесь вообще Поттер? — недоуменно спросила Эванс. — Покажи еще раз, — вдруг попросила она. — Покажи. Это невербальное заклятие, да?       Снейп удивленно вскинул брови и замер. — Покажи, — еще раз настойчиво попросила Лили. — Я не уйду, пока не покажешь.       Он поднял палочку и, закрыв глаза, про себя произнес заклинание. Эванс завороженно застыла, глядя на то, как из палочки течет темная субстанция, переливающаяся оттенками от темно-синего до изумрудного. Девушка подошла ближе и протянула руку. — Не прикасайся! — выпалил Северус и сотни блестящих капель упали на пол, оставляя на нем темные следы. — Это опасно! — Что это? — Вызывает паралич дыхательных путей. — Зачем тебе такие заклинания? — нахмурившись, спросила девушка. — Для общего развития, — усмехнулся Северус. — Научи меня, — вдруг попросила Эванс. — Оно слишком сложное?       Снейп нервно сглотнул. Лили просит научить ее темной магии? А что дальше? Снег выпадет прямо под конец сентября? За окном завыл ветер, и ребята непроизвольно обернулись.       Крупные снежинки медленно пролетали мимо.       Лили взвизгнула, выпуская изо рта его твердую плоть и непроизвольно стискивая сильнее пальцами ствол у основания. Низ живота сводило от удовольствия, бедра дрожали, колени не держали, ей казалось, она чувствует, как сокращается каждая мышца голеней. Он вновь скользнул языком прямо в нее и снова вернулся к клитору, жадно прильнув, и заставляя девушку вновь застонать в голос. Эванс скосила глаза, прошептав себе под нос: «О Боже», и уткнулась носом в его лобок. — Ты можешь полегче? — попросила рыжая. — Я же тебя так и укусить могу.       В ответ послышалось неоднозначное мычание. Она снова обхватила губами член, то стараясь взять глубже, то посасывая нежно одну головку, проходя самым кончиком языка по венам, пальчиками чуть двигая у самого ствола и скользя ими под ассиметричные придатки, заставляя Снейпа вздрагивать, а он все не желал униматься, продолжая ласкать ее промежность языком. Его пальцы впивались в ее ягодицы, с силой стискивая.       Девушка поверхностно часто задышала. Она уперлась руками в низ его живота, опуская таз ближе к его лицу и вздрагивая от каждого движения языка Северуса. Она закрыла рот рукой, скуля и содрогаясь всем телом в оргазме. — Соскучилась, малышка, — усмехнулся парень. — От малейшего прикосновения трясешься. — Тебе же это нравится, — фыркнула в ответ рыжая.       Лили не могла устоять на ногах под сильным ветром. Девушка непроизвольно шагала вперед и тут же возвращала ногу на место, надеясь, что Беллатрикс не замечала. Северус подтянул ее в темных искусствах, и все же, ей они давались крайне тяжело. Она покосилась на слизеринца, с которым ей пришлось наладить в начале учебного года отношения, о чем теперь совсем не жалела и даже была рада тому, что они помирились. Снейп твердо стоял на ногах, а ведь его физподготовка куда хуже ее собственной — она только в этом году ушла из команды по квиддичу, уступив место вышибалы парнишке с третьего курса, чтобы совсем себя не перегружать.       Он выглядел уверенным в себе, на его лице не отражалось напряжения. Она видела, как этим же темным заклятием испытывали других слизеринцев: все невольно подрагивали под порывами холодного воздуха, шатались и дрожали, но только не Северус. Неудивительно, что отец отметил его. — Ты не понимаешь, — сказал вдруг парень. — Ты не понимаешь, Лили. — Что? — девушка отвлеклась и оказалась сбита с ног. Раздалось недовольное ворчание Беллатрикс. — Я делаю все, как она показала! — Вставай, — Северус подал ей руку. — Первое: поза. Ноги должны находиться в максимально устойчивой позиции, если ты просто поставишь их на ширине плеч, ничего не получится. Ты видела, как я стою? Попробуй встать так же, — он прижал ее спиной к себе. — Уже устойчивее, чувствуешь? — А-ага, — выдохнула Лили. Так действительно было легче стоять, тем более, когда ее удерживал Снейп. — Второе: палочка. Возьми ее по другому, как тебе удобно, а не как тебя приучили. Для стандартных заклинаний, да, лучше держать как все, но когда собираешься воспользоваться темной магией, возьмись так, как хочется.       Эванс взглянула на него, и порыв ветра растрепал ее волосы, закрывая весь обзор. Какой он красивый сейчас! Она крепко обхватила палочку пальцами, как рукоятку ножа, совсем не изящно и красиво, практически у самой ее середины. Сколько она мучилась на первом курсе, учась держать палочку правильно… — Теперь, давай, напряги корпус и ноги. Вот так. Стой. Стой.       Он отступил назад, и она замерла, не шелохнувшись под очередным порывом.       Северус вцепился в ее бедра, прикусывая губу и выгибаясь. Лили раскачивалась на нем, ладонями вновь упираясь в низ его живота, грозя оставить на его коже свои отпечатки. Рыжая специально двигалась медленно, растягивая удовольствие и изводя его. Она с довольной улыбкой снова и снова не спеша, плавно насаживалась на член под стоны парня. То, как он прижал ее к себе, и резко перевернулся, подминая ее под себя, стало для нее неожиданностью. — Сев! Сев, погоди! А-а-ах, Сев!..       Северус впился в ее губы, заглушая стоны.

***

      Лили взмахнула палочкой, но с водой в кружке ничего не произошло. Девушка сделала глубокий вдох и снова попыталась проделать то, что проделывала постоянно: просто элементарно вскипятить воду, но вновь случилось лишь необыкновенное удивительное ничего. В третий раз вода в кружке превратилась в вино, и Эванс недовольно зарычала, возводя глаза к небу. Нет, у нее, конечно, важная и тяжелая миссия, но быть распятой на кресте она еще не готова.       Над кружкой возник кончик черной палочки. Северус положил руку ей на талию, одним взмахом возвращая жидкости в кружке первозданный вид, и вторым превращая ее в кипяток. — Мелисса? С бергамотом? С гибискусом? — С гибискусом, — Лили тяжело вздохнула, положив палочку на стол. Девушка отошла к окну, выглядывая на удручающий серый пейзаж через застиранные некогда белые занавески. — Мне тебе кое-что важное сказать нужно. — Валяй, Лилс, — Снейп подал ей кружку с чаем. Он оперся на подоконник, вставая спиной к окну. — Я беременна, — спокойно сказала Эванс отпивая из кружки. — Это объясняет, почему ты не то, что трансгрессировать не можешь, чай сделать не в состоянии, — задумчиво сказал парень. — И зачем? — Что зачем? — Я знаю, что ты подменила тогда зелье, поэтому это и случилось. Мне интересно: зачем? — Хочу стать молодой мамочкой и осчастливить тебя сынишкой, а отца внуком. — И ты хочешь, чтобы я тебе сейчас поверил? — Почему нет? — она пожала плечами, отпивая из кружки. — Война на дворе, Лилс. А твой отец — поехавший маньяк, — напомнил Северус, как бы невзначай. — Да и я буду хреновым папашей. — Хреновее моего папаши не будет, — горько усмехнулась Эванс. — А если я буду хреновым, как мой папаша? Это будет страшно. — Не будешь. Я уверена. Ты совсем другой человек, Северус, — она прижалась к его плечу. — Ты наивная, как ребенок, — Снейп покачал головой. — Как будто ты не видела, что я сделал с Поттером. — Он годами напрашивался. — Хочешь сказать, он заслужил смерть?       Лили посмотрела в глаза парня и пожала плечами. — Ты совсем не рад? — девушка поджала губы. — Не знаю, — он хмыкнул. — В любом случае, раз это произошло, значит так надо… и я постараюсь сделать все, чтобы вы были счастливы, — Северус поцеловал ее в висок. — Я не знаю, что за игры ты ведешь, малышка, и по чьим играешь правилам, — он подошел к одному из шкафов кухонного гарнитура и достал оттуда конверт. Лили ужаснулась: как она могла забыть письмо от Дамблдора на видном месте?! — Но я постараюсь защитить тебя от возможных последствий. Вас защитить.       Эванс улыбнулась. Она знала, что чтобы там ни говорил Дамблдор, ее выбор был правильным. Лучшего отца для ребенка, который должен стать погибелью Волан-де-Морта, найти будет сложно.