Ошибка

Многие люди не в силах понять, где ошиблись. Да та же Люмин, надежда Мондштадта, она не идеальна, со своими недочётами, и всё время задаётся вопросом по этому поводу: почему именно она? Человек должен верить, чтобы не окунуться в самые недры животного страха. Однако, а как же сама Путешественница? После пропажи её брата в сердце блондинки осталась огромная пустая дыра. Она пыталась закрыть её: общалась, влюблялась, закидывала себя поручениями, чтобы забыться. Только вот каждое новое действие, с её стороны, наполнено тем самым страхом, что так боятся люди. Ошибка — решение девушки, чтобы заглушить пустоту от потери самого близкого и родного человека. Но не всегда она будет для блондинки безопасным действием. Что если, выбрав пойти с ним, Люмин подписала контракт с самим дьяволом? — Итэр... — тихо пробормотала девушка, остановившись возле очередной листовки о пропаже. Тонкими пальцами она провела по бумаге. Мечница даже не знает, зачем это сделала. Однако сердце сжалось, из-за чего дыхание перехватило. Она уже проходила через такое много раз и каждый из них был пропитан болью. Желтоглазая не может привыкнуть к временам без этого добродушного и улыбчивого братика, готового всем и вся помочь, параллельно заботясь о сестрёнке. Слёзы уже давно не наворачиваются на глазах. «Хоть бы не перестать надеяться» — молила она себя перед статуей Архонта. — Люмин! Да, этот голос всегда прерывал её с таких раздумий. Хотя возгласы Паймон давно не раздражают её. — Путешественница-а, — протянул тошно-сладкий голос возле ее уха, обжигая его горячим дыханием. Табун мурашек прошёл по коже, создавая не самое приятное ощущение. Как бы ей хотелось с ним сейчас сразиться, но кишка тонка, страх после битвы в палате всё ещё остался. Девушка отошла от листовки. Кинув вопросительный взгляд, она осмотрелась вокруг. Когда же мечница успела погрузиться в свои мысли настолько сильно, что не заметила, как оказалась в каком-то непонятном месте? — Вот мы и пришли. Здесь я частенько отдыхаю после заданий, поэтому не бойся о качестве выпитого и съеденного. Многоэтажное здание, выполненное в традиционных цветах Ли Юэ. Даже на улице было слышно, какая там суматоха. Только вот, цивильная винокурня не дарит ощущение чего-то настораживающего, не считая факта того, что сюда её позвал сам Чайльд, но блондинке стало страшно — поистине страшно. Как же описать это чувство? Когда она понимает, что на неё надеются, появляется это ощущение, но менее нагнетающее, а ещё этот душераздирающий взгляд Тартальи… — Мы могли бы поесть и в «Народном выборе». — фыркнула феечка, сложив руки на груди. Она тихонько подлетела к зданию, смотря прямо на чёрную дверь. Что-то здесь точно не так. — Там нет разных напитков, да и тут подают еду из Снежной. А, может, Чайльд просто хочет вспомнить Родину? Как вариант. Только для чего ему тогда заставлять её сюда идти? Сразу же прокладывается мысль о чём-то не сильно хорошем. «А может его здесь и убить?» — пронеслась легкомысленная идея. — «Думай о последствиях Люмин, он тебе ещё понадобится с поисками Итэра.» Девушка заключила для себя, что совсем уже не та добрая сестра, как была раньше. Она стала ледяной и сильной. Примет ли Итэр такие изменения в ней? И вновь это ощущение холода по всему телу. Становится не по себе, понимая, как свободно рыжеволосый взял её за руку. Он уже не боялся осуждающего взгляда со стороны Путешественницы. Это и пугает. Теперь он возможно готов на всё. «Только дать ему повод контролировать и он начнёт самовольничать.» Да, она подписала себе смертный приговор. Пути назад уже нет. Что будет, то будет. Плыть по течению легче, чем принимать решения. — Хм, — рыжеволосый самодовольно ухмыльнулся смотря прямо на блондинку. — Пойдём. Её потянули в здание, и как только она шагнула за дверь, глаза сразу же защипало, а лёгкие начали гореть. Было чувство, будто она сейчас задохнется, потому логично было бы сбежать, что она и попыталась сделать, но тяжёлая рука Аякса остановила её. — Ты привыкнешь. — рассмеявшись, произнёс парень. Если место снаружи и выглядело цивильно, то внутри полностью прогнило. Везде Фатуи и разные люди в богатых одеждах. Запах курева и алкоголя вбивались в нос. Как-то странно понимать, что Тарталья бывает в таких заведениях. — Тебя здесь никто не обидит, можешь не бояться на этот счёт. — пропел Чайльд, усаживая девушку за барную стойку и сам садясь рядом с ней. «Ч-что происходит?» — думала Паймон, летая по всему зданию. В клубах дыма было невозможно увидеть хоть кого-то, тем более феечка поддавалась панике, из-за чего всё больше терялась. Её толкали недовольные посетители. «Прости, Люмин.» Маленькое существо со всей возможной скоростью выскочила из здания, придумывая план дальнейших действий.

***

— Что ты будешь? — подперев кулаком щеку, спросил синеглазый, перебирая в руках прядь пшеничных волос. Честно, девушке было на него наплевать, её больше волновало долгое отсутствие консервы. — Ничего. — быстро проговорила мечница. — Ты не видел Паймон? Парень закатил глаза, однако быстро улыбнулся, отпустив волосы. Если бы не это её беспокойство, то он бы радовался исчезновению такого надоедливого существа. — Она уже давно ест в своё удовольствие, думаю не стоит её тревожить. — нагло лгал парень, а когда Люмин уже вставала, не поверив его словам, то и вовсе схватил её за локоть более жёстче, процедив: — Не стоит. Кулаки сами по себе сжались, вот только ей и оставалось ответить ему милой улыбкой, сев обратно. — Я буду ягодный напиток с мятой. — сдавшись, девушка сказала бармену свой любимый напиток из Мондштадта. Мужчина средних лет кивнул, перебирая стаканы. То, как он звенел посудой, подбрасывая и ловя, завораживало девушку. Она, под впечатлением, смотрела за его действиями, что не сильно нравилось Предвестнику. Он уже хотел позвать своих поручённых в порыве ревности, но в его голове что-то щёлкнуло. Пусть смотрит, пока может. «Ты совсем слетел с катушек.» — говорил он себе, тянув руку к тому самому пакетику. Этот «сувенир» достался ему от одного торговца из Снежной, с которым он встретился по поручению Царицы. Тогда-то он и обзавёлся этим дорогим порошком. Зачем он оставил это незаконное, и, такое опасное вещество? Сам не знает, чтобы было. Тарталья даже и не думал, что когда-нибудь достанет «это». «Сошёл с ума, ты сошёл с ума. Чайльд, ты понимаешь, что подводишь Царицу? Да нет, это всё воздействие глаза порчи, да.» — утешал себя рыжеволосый, медленно приоткрывая пакетик — «Зато, она теперь будет всегда твоей, представь, сколько у тебя будет возможностей.» Вроде бы прошло уже много времени, а когда он очнулся от своих мышлений, напиток всё ещё не был готов. Хотя, чего парень возникает — это ему на руку. — Я заплачу. — усмехнувшись, обратился к Путешественнице Чайльд. В этот раз её чутьё подводит девушку. Рыжеволосый свистнул, обращая на себя внимание бармена. Тот, увидев деньги, отложил стаканы наклонившись к парню и протягивая руку. — С вас пятьсот мора. Тарталья мило улыбнулся, положив деньги в руки. — Здесь десять тысяч. Однако это не просто так… Тут же он положил тот самый пакетик с порошком на деньги. Глаза мужчины округлились, и он уже хотел замотать головой, как Фатуец блеснул своим аксельбантом с красным камнем указывающим на его титул. — Подсыпь в её напиток. — шепнул на ухо мужчины рыжеволосый, похлопав того по плечу, а потом уже громче, чтобы Люмин услышала, добавил. — У вас такие низкие цены, да и персонал не подводит. — С-спасибо. Это честь, слышать такие слова от самого Одиннадцатого Предвестника. Безумие, никак иначе. Подумать ему не суждено, как видно. Он правда хочет набрать себе ещё больше проблем на голову. Чайльд даже не выполнил сегодняшнее поручение. А ведь, оно было очень важным — выведать информацию из приезжего Инадзумы. Теперь, как Царица узнает дела в этом регионе? Именно электро Архонт следующий на её цели, а эта информация была по большей части связана с Баал. — Прошу, миледи. — пододвинул напиток Тарталья, предвкушая, что скоро произойдёт. Как приятно чувствовать вновь вкус опасности, азарта. Она уже попробовала заветную жидкость, и теперь наркотик постепенно будет распространяться по организму, сильно затемняя рассудок, будто от спиртного. Этим то он и опасен, делает употребившего беспомощным, погружённым в самые заветные мечты, а когда эта гадость выветрится, безжалостно вырывает из мира грёз. Фактически, это алкоголь в виде порошка, только более сильный и быстрее испаряющийся. Однако такой пакетик запретили, так как он вызывает зависимость похлеще алкогольной. «Скоро, уже совсем скоро.» — М, а есть что-нибудь на закуску? — спросила мечница, сморщив свой нос. Напиток показался ей довольно горьким. Она подумала, что это осадок от выпавшего в этом здании дыма, и не придала большого значения. Конечно же была мысль о том, что ей что-то подсыпали, только вот что-то прервало такие размышлени, девушка сама не понимала, что. — Вот меню. А Тарталья просто смотрел. Смотрел и восхищался: как бледнеет кожа, как она всё время глотает слюну, как клюёт носом. Что может быть более обворожительней, чем беззащитная мечница, недавно крепко стоявшая на ногах и направившая меч на него? Только… она связанная. Как же сильно ему хотелось увидеть связанные руки и ноги Люмин, мотающуюся голову из-за связанных глаз, мычание через кляп. Предвестник не любил ждать, даже ненавидел, но сейчас ожидание длится для него негою, отдаваясь по всему телу. — Ха-а, пожалуй, закажу всё же копчёного цыплёнка. — выдохнула девушка, чувствуя небольшую усталость. Это блюдо она выбрала по личному опыту. Оно восстанавливает, хоть и немного, но энергию, что сейчас очень нужна блондинке. Понимая всю сложившуюся ситуацию, усталость и рассеянность, Путешественница всё больше догадывалась о плане Чайльда. Возможно, она просто устала, однако поведение рыжеволосого напрягало. «Думаю стоит перестраховаться и уйти. Лучше уж я выживу, чем оставлю людей на произвол судьбы. Конечно, они и без меня жили до этого, но чувствую моя помощь им нужна. Да и пока я жива, воспоминания о брате не потеряны.» — рассуждала девушка, быстро съев треть блюда. Всё-таки она уйдёт. Её отравили, либо еда здесь плохого качества, ведь энергия не восполнилась. Логичнее будет первое, так как в этом заведении одни богатеи, а значит и поданное на высшем качестве, да и кто осмелится подать испорченное при Предвестнике? Вроде бы суставы не болели, а ноющей боли в ногах не было, вот только пройти и несколько шагов не получается. Как бы она не уверяла себя, что ей всё-равно, все же стало страшно. Она поняла, в какие паучьи лапы попала. «Я обещаю бороться, брат.» Теперь рыжеволосый мог делать с девушкой, что хотел. Её глаза были затуманены. Он легко положил её хрупкую руку себе на плечо, а свою на талию, чтобы было удобнее довести до его дома. — Думаю, тебе не хорошо. Всё же много всего произошло. — проговорил ей Тарталья, хоть и понимал, что она не слышит. — Ну ничего, я отведу тебя домой, милая леди. Теперь только сама судьба распоряжается жизнью Люмин.

***

Когда ты просыпаешься и к тебе медленно приходит сознание, ты чувствуешь сладкое удовлетворение после долгого, а может нет, сна. Чтобы полностью проснуться — ворочаешься. Когда же понимаешь, что начался новый день, сладко зеваешь и потягиваешься, разминая затёкшие суставы. По крайней мере такое всегда происходило с Путешественницей, когда она ещё имела крышу над головой. Сейчас же, с сознанием приходит и жгучая боль в районе кистей и лодыжек. Не просто боль, а чувство рваной кожи и струек жидкости, стекающей по ней. Сразу же начинается паника. Девушка пытается открыть глаза, посмотреть где она, но лишь безрезультатно, резво мотает головой, понимая, что её глаза завязаны. Осознание приходит не сразу, его вытесняет тот самый страх, который блондинка так яро ненавидела. — Ты проснулась. — прозвучал радостный голос возле её уха. Что-то тяжёлое упало на её плечи, а открытой шеи коснулась чья-то щека, как поняла девушка по знакомым ощущениям. Сразу вспоминаются ранее прошедшие событие. На мгновение желтоглазая замирает, однако, не успел рыжеволосый поволноваться, как послышался истошный звук, что-то вроде мычания, по-видимому, означающий крик, прикрытый кляпом. Белые лоскуты ткани потемнели на месте глаз. Рука парня нежно прошлась по шее, обвивая её. Шуточно он сжал горло и развязал повязку, закрывающую опухшие глаза. Предвестник сжал пальцы ещё сильнее, а потом также быстро отпустил. Взявшись за подбородок, он наклонил голову девушки так, что их глаза встретились. — Путешественница, ты как всегда прекрасна. Хотя связанной ты выглядишь ещё лучше. За эти недолгие секунды, Путешественница уже поняла всю безысходность ситуации. Как же ей отвратительно смотреть в его глаза, что она отвела свой взгляд. Плохое это было решение. — Путешественница, я не люблю, когда делают что-то не по моей воле. — сладко промурлыкал Чайльд на ухо девушки, пальцами нажав на место на запястьях, где была стёрта кожа. Теперь он не понимал, любит ли её. Да, это одержимость, но правильно ли наслаждаться страданиями любимой? О чём это он, самое неправильное то, что он украл её. Однако даже крупицы совести в нём не было. Сам факт того, что она полностью в его владении, уже до невозможности сводит с ума. Прямо перед его глазами бледная и гладкая кожа мечницы, как он удержится не оставить на ней малюсенький укусик? Послышался писк. Парень совсем не контролировал себя, что вообще с ним творится. Он не был таким… или был? В любом случае, он прокусил кожу девушки. — Ох, какая жалость, теперь на твоей милой шейке болезненно выглядящий укус. — смеялся парень, проведя языком по ране. А Люмин уже не понимала происходящего. Боль — единственное, что она чувствует. Но даже это её не волнует. Перед глазами её милый Итэр. Всего лишь встать с этого злосчастного стула и прыгнуть в эти позабывшиеся объятия. — Хм. — задумался Тарталья, но сразу же со смехом встал в полный рост. Медленным шагом он прошёл полукруг, остановившись перед желтоглазой. Парень уже не был ни тем двуличным Предвестником, ни Чайльдом, это уже зверь, под воздействием глаза порчи. Слишком много он его использовал, дурак. — Как же давно мы не сражались. А не хочешь побороться за свободу, раз уж так вышло? Знаешь ли, мне довольно скучно так легко чего-то добиваться, да и если я хожу по грани между жизнью и смертью с тобой, то давай выберем кто как закончит. — сказал Фатуец, наклонившись к самому лицу девушки. Она услышала эти слова, она сможет его победить, ради народа, ради брата. — Можешь… и не надеяться. — прохрипела она, опустив взгляд. Руки легко освободили, как и ноги. Девушка надеется не обращать внимания на боль, но это бесполезно. Она потянулась к карману платья и, о слава Архонтам, он оставил ей там лечащую еду. Только даже такое не отменяет факта того, что девушке отвратно, «побыстрее бы всё это пережить». — Какой хороший настрой, но можешь даже и не надеяться. — активируя глаз порчи, произнёс свои последния слова в рассудке… Чайльд, Тарталья, Аякс? Здоровье она, хоть и не максимально, но восстановила, однако её откинуло в сторону, из-за чего она немного лишилась его. В панике рука пошарила по полу в поисках оружия, о чудо… — Ты думала, я буду таким безжалостным и не оставлю тебе меча? — услышала девушка этот басистый голос возле себя. Возле её уха, вонзилось в деревянную стену - лезвие. Отрезанные пряди волос медленно упали на пол. Девушка хотела сделать какой-нибудь манёвр, но в замешательстве застыла на мгновение. Взявшись за живот, Предвестник залился непрерывным кашлем. «Последний шанс.» Люмин откатилась от опасности, быстро взяв меч в руку, сделав рывок в сторону парня, она попыталась сделать удар. — Какой крысиный трюк. — рассмеялся Тарталья, уклонившись. И вот этот момент, навевающий воспоминания. Они стоят друг напротив друга, как в палате. Мечница вновь сделала рывок в его сторону, и уже хотела резко отпрыгнуть, как её лёгким движением руки взяли за горло, и со всей силы кинули на пол. Сейчас девушка и поняла, насколько он превосходит её по силе, когда знает противника и его техники. — Вот и конец нашей битвы. Всё же я стал сильнее, милая. Ну ничего не поделать, теперь ты навечно моя. — нависнув над кашляющий кровью девушкой, произнёс Предвестник, обвив пальцами лицо беспомощной блондинки, и перевоплотившись в свою истинную форму. Из-за затуманенного рассудка рыжеволосый совсем забыл, что у девушки в руках меч. — Поверь мне, я не ум… — сквозь зубы, зло процедила слова блондинка, двумя руками подняв меч над сердцем Чайльда, она вонзила, вот только она не рассчитала силы, и меч прошёл и сквозь её грудь. Комната залилась истерическим смехом. — Как мило… мы… умрём… вместе. «Прости, Тевкр, Тоня… все. Моё безумие достигло пика, и вот, я вновь разочаровал вас. Даже мысль о том, что я победил Путешественницу, хоть и отдав свою жизнь, не утешает. Ваш брат не смог стать тем самым героем. Однако будьте уверены, я умер счастливо.» — такими были его последние мысль перед кончиной. Он навалился всем телом на хрупкую девушку, умиротворённо смотря в никуда. Его щеки коснулись пшеничных волос владельца, которых он так возжелал, что умер. Из последних сил, он тыльной стороной ладони провёл по лицу желтоглазой. — … Это… вновь ничья. — на последнем выдохе произнёс Тарталья, перед тем, как его голова шумно упала на грудь девушки. А ей было всё равно. Пустой взгляд смотрел прямо на разрушенный, от превращения Тартальи, потолок. Она понимала, что если Тарталья почти умер, то она тем более скоро. Как же смешно, сколько надежд подавала, а умерла от рук безумца. «Если бы только тогда, в бою с богиней, я успела отреагировать, меня бы здесь не было, Итэр бы был со мной. Братец, прошу, прости свою слабую сестру. Я просто… хотела помочь людям и увязла в проблемах этого мира. Надеюсь, ты жив, хотя хотелось бы увидеть тебя на том свете, чтобы мы провели оставшееся время вместе… Однако, этот мир… я рада, что мы попали сюда, сколько же друзей я нашла… но так грустно прощаться. Я так и не разыскала тебя, не попрощалась с Паймон… Со всеми… Как же больно, физически и морально, вот только уже думать я не в силах, истекать кровью не сильно приятно… Хах, вот и всё, надеюсь, мы когда-нибудь встретимся… Итэр, все.» Больше никто из них не пошевелился. Их тела окутал безмерный холод, а неспокойные душу отправились к грани между жизнью и смертью.

***

— Чжун Ли, ты уверен, что Люмин там? — встревоженно спросила феечка у Архонта, летя за ним. — По твоим словам Путешественница была с Чайльдом, а вспомнив недавно увиденный всплеск электро элемента неподалёку, можно предположить, что Предвестник использовал свой глаз порчи. — Паймон поняла! Чайльд хочет… реванша... Чжун Ли, мне страшно за Люмин, сделай что-нибудь, ты же Архонт! Голос мужчины был серьёзным, а взгляд холодным. Он уже догадывался, что произошло, но надеялся, что ошибся. — Я сам решил следовать пути человека и продолжу ему придерживаться. Больше я не Архонт, и прошу не называть меня таковым. — чем ближе они подходили к разрушенному зданию, тем больше видели миллелитов. — В любом случае, мы пришли. Шокированная Паймон со всей возможной ей скоростью начала подлетать к зданию, однако перед её лицом скрестили два копья. — Здесь может быть опасно, поэтому гражданам подходить близко запрещено. Феечка растерялась и обернулась на подходящего Чжун Ли, вот только услышала тот самый величественный голос на фестивале с нотками беспокойства. — Пропустите её. — сказала Нин Гуан. Консерва ещё больше занервничала при виде Воли Небес. — Думаю вам лучше самим увидеть. — вздохнула она, поворачиваясь спиной и идя куда-то вглубь. Паймон бесцеремонно пролетела мимо девушки и остановилась возле обломков дома. От увиденного, она обомлела, а сердце застучало так быстро, как могло. По щекам уже текли ручьи слёз, которые консерва дрожащими руками вытирала. Она просто не верила в это. Как непобедимая Путешественница могла умереть? Медленно она подлетела к трупам, опустившись на колени и заглядывая в лицо Люмин. Маленькое существо знало про этот исход, и если бы она была чуть сильней и быстрей, тогда бы не увидела такую ужасную картину, как бездыханное тело Чайльда, лежащее на такое же у мечницы, и через спину первого выходил великий меч Путешественницы. — Мне надо было лишь поверить ей, и тогда бы такое не произошло. Чёртовы Фатуи, как они могли поступить так. Этот поступок равносилен вызову к войне. Однако лишь я виновата в её смерти и только я понесу за неё ответственность. — послышался тихий шёпот Нин Гуан возле феечки. Все были раздавлены таким событием, все. А когда весть дошла до Мондштадта, по всему Тейвату началась какая-то неразбериха. «Как печально. Теперь уже неизвестна судьба Тейвата. Смерть Люмин довольно сильный укол по всем регионам, а поступок Одиннадцатого Предвестника сильно подпортил репутацию организации Фатуи. Что же будет… Теперь из близнецов остался лишь брат. Это была огромная оплошность Царицы, но также и самой Путешественницы. Эх, осталось наблюдать за долголетним представлением.»