𝐂𝐡𝐚𝐩𝐭𝐞𝐫 2 ̴П̴̴о̴̴к̴̴у̴̴ш̴̴е̴̴н̴̴и̴̴е̴ ̴н̴̴а̴ ̴К̴̴ё̴̴с̴̴е̴̴м̴̴?̴

      Пока Кеманкеш сидел в их с женой покоях, Кёсем раздавала приказы, чтобы к приезду её Сына-Повелителя всё было шикарно. Кеманкеш сидел, облокотившись локтём о тахту. Как только он услышал грозный голос своей жены, он встрепенулся и начал думать, что его Кёсем снова не довольна работой слуг. Он нервно вздохнул и, не сдвинувшись с места, стал ожидать прихода супруги. Через пару секунд Кёсем зашла в покой и, когда за ней закрылись двери, она громко вздохнула, вскрикнув на все покои от злости так, что аж Кеманкеш вздрогнул.  — Кёсем, родная, что такое? Чем тебе не угодили? — поинтересовался спокойно Кеманкеш. Женщина, зайдя в покои чуть ранее, не заметила сидящего на тахте Кеманкеша, поэтому от неожиданности вздрогнула, положив руку на сердце.  — О, Аллах, Кеманкеш! Зачем так пугать? — ругалась Султанша.  — Извини, не хотел тебя напугать, — Кеманкеш встал с тахты, медленно подходя к Кёсем, которая стояла неподвижно.  — Так, что случилось? — он подошёл к ней, положив руки на её предплечья.  — Одна из служанок пролила мне на платье мой кофе! — размахивала она руками.  — Тебе большое за кофе обидно или за платье? — издевался, спрашивая с акцентом, Кеманкеш. Кёсем ничего не ответила, а просто посмотрела испепеляющим взглядом на своего мужа и позвала Хаджи.  — Султанша, — войдя в покои, поклонился Хаджи.  — Прикажи, чтобы мне приготовили другое платье, — сухо ответила Кёсем.  — В каком цвете прикажете? — спросил Хаджи.  — Сколько можно испытывать моё терпение? — сама себе под нос пробубнила Султанша, уходя из их общества и выходя на балкон. Евнух вопросительно посмотрел на Пашу, провожавшего глазами жену.  — Паша… — тихо позвал задумавшегося Кеманкеша Хаджи.  — А? А… Готовь красное, — любимое платье Султанши. Кеманкеш всё ещё стоял в середине покоев, а Кёсем уже возвращалась в покои. Сев на тахту, она молча смотрела в одну точку. Кеманкеш тихо подошёл к тахте, сев рядом с ней. Кёсем положила голову на плечо Паши, а тот повернулся к ней и, полностью облокотив её на себя, обнял. Так они просидели около десяти минут, пока Кёсем не привстала, чтобы помассировать шею, которая затекла. Кеманкеш, заметивший это, также привстал и, положив руки чуть ниже шеи, принялся массировать шею. От горячих прикосновений она расслабилась. И, когда через какое-то время, Кеманкеш окончил она немного огорчилась, ей хотелось больше. Кеманкеш хотел убрать руки с шеи жены, но та своей рукой держала его руку, не отпускав.  — Сегодня вечером проведём время вместе, — иронично сказал Кеманкеш, убрав руку. Кёсем лишь усмехнулась, но согласилась. В покоях раздался стук.  — Войди, — грозно произнёс Паша, на что Кёсем усмехнулась, уж так смешно в гневе выглядел Кеманкеш, но увидев нахмуренный взгляд мужа, она сделала серьёзное лицо и поправила платье.  — Султанша, принесли ваше платье, — сказала Хаджи.  — Пусть войдут, — подняв высоко голову сказала Кёсем. В покои вошли две служанки: одна держала платье ядерного красного цвета, которое отливало блеском, а вторая — корона к платью. Положив всё на кровать, служанки удалились.  — Красивое платье, — восхитился Кеманкеш, смотря на жену, которая была рада не меньше него.  — Да, чудесная работа, — улыбнулась Кёсем. Зайдя за ширму, она принялась расстегивать корсет, стягивающий её нежную кожу, но почувствовав тёплые руки Кеманкеша, опустила их. Он молча спустил корсет. И помог надеть другое платье. Его прикосновения были настолько горячими, что она закусил губу, тихо вздохнув. Кеманкеш увидел её слабость, но отступать не решил. Начав целовать её шею, он услышал тихие вздохи. Кёсем, повернувшись к Кеманкешу, прильнула к его губам, обхватив руками его шею. Кеманкеш положил одну руку за её талию, второй рукой поглаживая спину. Вспомнив, что её сын вот-вот должен будет прибыть в Ая-Флориб, Кёсем нехотя оторвалась от желанных губ.  — Давай не будем торопить события, — произнесла она, поглаживая его щетину.  — Уф… Так хорошо начиналось, а ты испортила этот момент, — возмутился грустно Кеманкеш.  — А ничего, что мой Сын-Повелитель скоро прибудет сюда? — не менее возмущённо ответила Кёсем. Паша, ничего не ответив, поправил платье супруги и вышел. Кёсем разочарованно вздохнула и также вышла. Не успела она что-либо сказать, как тут же снова стук в дверь. Повелитель через пять минут прибудет. Выйдя в сад, где всё было в цветах, которые Кёсем лично распорядилась посадить, она легко вздохнула и, улыбнувшись Кеманкешу, села на большую подушку. На столе было много разной еды, которая вызывала бешеный аппетит не только у Султанши, но все держались. Кеманкеш сидел рядом по правую руку от Кёсем. И вот, подъезжает большая, шикарная карета, где сидел Султан Мурад.  — Дорогу! Султан Мурад Хан Хазретлери! — громко объявил евнух. Кеманкеш поднялся с места и склонить голову, ожидая Повелителя, а Кёсем выпрямила спину и не скрывала на лице веднеющуюся улыбку. Мурад медленно вышел из кареты, подходя к шатру.  — Повелитель, — поклонился Кеманкеш.  — Здравствуй, сынок! Мы тебя уже заждались! — радостно произносила Кёсем.  — Валиде, — произнёс Падишах, поцеловав руку матери, — Кеманкеш Паша, — поприветствовал Мурад супругу своей Валиде, — Как вы обустроились? Всё хорошо, Иншаллах? — не спешил садиться за стол Мурад.  — Да, всё замечательно, — посмотрев на Кеманкеша, ответила Кёсем. Заметив, что Мурад не садиться за стол, она вопросительным глянула на него.  — Ах, да, — воскликнул Мурад, — Я бы хотел познакомить вас и Кеманкеша с одной гостей, — заинтриговал обоих Мурад. Супруги вопросительно переглянулись друг на друга.  — Хм, и кто же это? — спросила Кёсем. Мурад оставил этот вопрос пока без ответа. И, подойдя к карете, протянул руку девушке. Из кареты выглянула молодая, красивая девушка, в красивом персиковом платье. Она смущённо опустила голову, заметив пристальные взгляды Кеманкеша и Кёсем, которая слегка удивилась.  — Это венгерская принцесса — Фарья, — представил Мурад свою возлюбленную.  — Валиде Кёсем Султан, Кеманкеш-Мустафа Паша, — поклонилась девушка.  — Здравствуй, Фарья, приятно познакомиться. Присаживайтесь, — сказала Кёсем. Когда все трапезничали образовалось молчание в перемешку с напряжением. Валиде это молчание не устроило и она решила как-то разгладить ситуацию.  — Принцесса Фарья, — обратилась Кёсем к принцессе, которая при просьбе Валиде отвлеклась от еды, — Расскажи нам о себе, у нас ещё не было венгерских принцесс, — улыбнулась Кёсем. Когда Фарья рассказывала о себе тишина ушла прочь. Её история была действительно интересной, но вот Кёсем задумалась, что будет с Айше, которая для Кёсем была «дочкой», ведь может случится, в лучшем случае, переполох в гареме. Из раздумий её вытянул голос Мурада.  — Валиде? — который раз спросил её сын. Кёсем посмотрела на Мурада, а затем на Кеманкеша, рука которого лежала на её плече, пытаясь спустить её с облаков. Кёсем решила не отвечать ни на что, и продолжила разговор с Фарьёй.  — Значит, ты дерёшься на мечах? — удивлённо спросила Кёсем, гладя в рот кусочек лукума. Не успела Фарья дать положительный ответ, как Мурад перебил её:  — Валиде, она не просто умеет держать меч в руках, а убивает даже опытных янычар, — гордо сказала Мурад, от чего Фарья покраснела.  — Не ожидала, что за такой скромной девушкой кроется «Воин», — восхитилась Валиде Султан, — Как-нибудь я посмотрю на твою тренировку, — подмигнула Кёсем.  — Да, конечно! Для меня это большая честь! — радостно сказала Фарья, посмотрев на каждого из присутствующих.  — Валиде, — обратился к матери Мурад, — как насчёт того, чтобы завтра устроить тренировку прямо с здесь в саду? — предложил Мурада.  — Хорошая идея, что думаешь, Кеманкеш? — посмотрела Кёсем на него.  — Я согласен. Давайте пригласим к нам ваших Султанш и Шехзаде? — дополнил Кеманкеш.  — Давайте. Я отправлю письмо во дворец, пусть приезжают, — согласился Мурад. Ближе к вечеру Кёсем приказала приготовить покои для Мурада с Фарьёй. И, когда они ушли в свои покои, Кёсем с Кеманкешем пошли в свои. Войдя с покои, Кеманкеш подошёл к Кёсем, стоящей к нему спиной, и снял корону, положив её на стол.  — Что ты делаешь? — недоумевала Кёсем.  — Снял корону. Сейчас прикажу нам готовить хамам, — не успела Кёсем ответить, как Кеманкеш тут же вышел за дверь. Кёсем лишь вздохнула и вышла на балкон. Не успела она закрыть глаза, как тут кто-то с хватает её за предплечья, крепко сжимая.