𝐂𝐡𝐚𝐩𝐭𝐞𝐫 7 ̴У̴ ̴н̴̴е̴̴г̴̴о̴ ̴п̴̴о̴̴л̴̴у̴̴ч̴̴и̴̴л̴̴о̴̴с̴̴ь̴̴.̴

      В вакфе Кёсем, как и всегда, раздавала еду людям, на что получала радостные именные восклики в её адрес. Кеманкеш стоял с Хаджи в стороне, наблюдая на процессом. Ему казалось, что будто ангел спустился с небес и помогает бедным не умереть, а ему быть счастливым. От тёплых мыслей Кеманкеш улыбнулся. Как только очередь закончилась, Султанша что-то приказала Эстер, её верной помощнице, и направилась в кабинет. Кеманкеш, увидев, что она пошла к кабинету, быстрым шагом направился за ней. Но вот, как только она начала подниматься по лестнице, почувствовала тянущую боль внизу живота. Скорчившись, она и не поняла, как начинала падать назад, благо Кеманкеш следовал за ней и сразу среагировал. Придерживая её одной рукой за талию, а другой — за её руку, она практически упала ему на грудь, но старалась стоять стойко. Паша. увидел её сморщенное лицо.  — Кёсем? — обеспокоенно произнёс Паша. Султанша будто очнулась. Открыв глаза, она выпрямилась.  — Всё, уже прошло, — пытаясь выбраться из рук Кеманкеш, сказала женщина.  — Кёсем, я вижу тебе плохо, может лекаря? — тихо спросил Паша.  — Нет, я же говорю, прошло, — чуть громче ответила Султанша и стала дальше подниматься по лестнице. В кабинете она до ночи разбирала бумаги, Кеманкеш терпеливо ждал, когда его жена встанет со готовой стопкой документов и скажет: «Возвращаемся». Но тут уже не удержался и громко зевнул на весь кабинет, от чего Кёсем посмотрела на него большими, широкими глазами, поджав губы и застыв с печатью в руке.  — Прости, не хотел, — вытянул Паша ладошки вперёд, показывая невинность. Султанша громко цокнула и опустила голову, поставив на документе свою печать, — Дорогая, когда вы вернёмся в наш дворец? — спустя пару минут спросил Кеманкеш.  — Может ещё пару часов… Тут…  — Ого! Ну, уж нет, Кёсем! Нечего себя так изматывать! — перебил её Паша, встав со стула. Кеманкеш подошёл ближе к Султанше и с силой облокотился на стол с документами, да так, что на несколько из них пролились чернила.  — Ой… — виновато произнёс Кеманкеш, поставив ладонь ко рту. Женщина прорычала, запустив руки в волосы и нервно их теребя. Через секунду она резко встала и снесла всё со стола с диким рёвом. Всё полетело на стену и пол. Мужчина, как маленький мальчик, отходил дальше от стола, не зная, что делать.  — Кеманкеш! Это был важные документы! Да Бог с ними, знаешь, сколько я их заполняю?! Столько, сколько ты меня ждёшь! Но благодаря тебе-время прошло впустую! — ругала Кёсем Пашу, размахивая руками. Казалось, будто вся империя услышала её крики.  — Кёсем, я случайно… Я не хотел… Давай, я помогу… — потянулся Кеманкеш к разбросанным документам, но она остановила его своим криком.  — Не трогай! Не дай Аллах, ещё что-нибудь испортишь! — Паша встал с корточек и обиженный взглядом посмотрел на супругу, — Посмотри, что ты сделал! — продолжила Султанша. Кеманкеш набрался смелости и вступил с женой в дискуссию.  — Я пролил чернила на некоторые документы, а ты разбросала абсолютно всё! Теперь твой труд точно был напрасен! — в крикнул Паша так громко, что Кёсем солдатиком встала, смотря на мужа. На её глазах начали наворачиваться слезы. Хотя раньше она их могла сдерживать… Кеманкеш весь вскипел от злости, но увидев, что супруга вот-вот заплачет, сразу изменился в лице.  — Любимая… Я не хотел, извини… — подошёл ближе к Кёсем Паша.  — Не подходи ко мне! — выставила руку вперёд Султанша, остановив мужа, — Сколько я буду огорчаться из-за близких людей? Сначала Мурад, теперь и ты ещё… Когда я смогу жить нормальной жизнью? — уже практически выпуская слезы, вскрикивала женщина.  — Кёсем, прости, прости, я правда не хотел! Я помогу, давай, — обнял жену Паша, несмотря на то, что она была против и била его по спине и плечами. Кеманкеш впервые видел такие её выходки, ему это показалось странным, но значения как такового он не придал. В объятиях они простояли около пяти минут. За это время она успокоилась, только периодически шморкала носой, вытирая его рукой. Паша первым начал движение; немного оторвавшись от неё, он рукой повернул её лицо к себе. Увидев покрасневшие глаза и нос от слёз, у него внутри что-то защемило. Он не мог поверить, что причиной для истерики и ссор стали простые документы. Султанша глазами бегала по всему кабинету, пытаясь не смотреть в глаза Кеманкеш, пока тот держал её подбородок.  — Посмотри на меня, Кёсем, — мягко попросил Паша. Та не сразу выполнила просьбу, но всё же от пристального взгляда мужа она направила заплаканные глаза на него.  — Не плачь, — начал Кеманкеш, — Я не могу смотреть на то, как ты проливаешь слёзы, — произнёс Паша, попутно вытирая большим пальцем дорожки от слёз, — Ты действительно из-за бумажек так расстроилась? — улыбнулся уголком губ мужчина. Кёсем лишь вздохнула, и то со сбивчивым дыханием, и снова прижалась к Кеманкешу.  — Поехали к нам во дворец, а завтра я сам решу вопрос с бумагами, — сильней прижал Султаншу Паша.  — Не нужно, я сама всё уберу, я же сделала хуже, — спокойно сказала женщина, опустившись на корточки, и начала собирать документы. Паша закатил глаза.  — Вот же ты упрямая, Кёсем, — резко произнёс Кеманкеш, увидев, что руки супруги после его слов замерли на месте, он поспешил исправить момент, — Но за это я тебя и люблю, — уверенно договорил Паша. Руки Султанши продолжили собирать бумаги, а Кеманкеш с облегчением вздохнул. Присев рядом к жене, он начал также собирать разбросанные вещи. Через час они управились, а Султанша держала в руках последний документ, тот самый, на котором были пролиты чернила. Кеманкеш внимательно смотрел за поведением Кёсем и был готов уже ко всему. Она посмотрела сначала на документ, затем на мужа и спокойно положила документ на стол. Из доказательств, к прошедшей недавно ссоре, могли свидетельствовать только разлитые по столу, стене и полу чернила, которыми, кстати, Кёсем благополучно запачкалась. Как только Кеманкеш увидел, что она хочет дотронуться к лицу, он тут же нежно перехватил её ладонь.  — У тебя руки испачканы, не нужно.  — Ладно, — коротко ответила она, скривив лицо и натянув губы дугой вниз.  — Поехали домой, — сказала Кёсем, видя, что Паша не двигался с места. Посмотрев в окно, он понял, что они могли уехать бы намного раньше, если бы у него было больше терпения, но в этот раз им придётся ночью возвращаться во дворец, причём позже обычного. Кеманкеш думал, как бы они нормально доехали до дома без происшествий и уже хотела предложить Кёсем остаться переночевать здесь, но почувствовал на своей руке холодную, трясущуюся ладонь жены.  — Пошли, чего ты стоишь? — уже нервно проговорила Султанша.  — Уже иду, Любимая, — улыбнулся мило Паша. Он спустился по лестнице, придерживая жену под руку, с желанием предложить мысль, но всё же боялся, как бы вновь не получить.  — Кёсем… Может нам лучше переночевать здесь, а утром уже отправиться во дворец? — решился произнести Паша, но пожалел, увидев холодный взгял супруги.  — Я не хочу ночевать здесь, едем домой, — нервно произнесла Султанша.  — Кёсем, та… — Не договорился Паша, увидев поднятую вверх руку жены, — Ладно, как хочешь, — вздохнул супруг и они продолжили шаг. Кеманкеш зря боялся, ведь до дома они доехали быстро и спокойно. Кёсем спала, облокотившись не на мужа, как, например, обычно, а уже на стенку кареты. Она сильно переутомилась, была измотанна, но старалась не подавать виду. Она мирно спала, но слышала звук едущей кареты. И вот карета остановилась. Увидев, что Кёсем спит, Паша хотел взять её на руки, донести до покоев, но Султанша, почувствовав руки мужа на своём теле, резко распахнула глаза, быстро выйдя из кареты. Кеманкеша это расстроило, но он решил просто промолчать и следовать за супругой в покои. Придя в покои, Кёсем села на кровать, а после громкого вздоха вовсе упала на неё с большим желанием заснуть. Но вот как только она погрузилась в сон, она услышала Кеманкеша, вошедшего в покои. Тот, увидев прямо в одежде, практически спящую жену, удивился. Подойдя к кровати и сев рядом к лежащей Султанше, он аккуратно снял корону, чтобы на утро её не замучали боли в голове. Кеманкеш думал, как ему снять платье, не будет ли против Кёсем? Мало ли она не очень зла, но Паша, Собравшись с силами, позволил себе развязать корсет её платья. Рассегнув его, он начал оголять Султаншу, пытаясь аккуратно снять платье. Женщине нравилось, что он проявляет заботу, но всё же была сильно огорчён произошедшем, поэтому она как лежала неподвижно, так и продолжила. Кеманкеш переворачивать её, приподнимал, но всё же ему удалось снять пышное платье, которое он положил на тахту. Далее он разделся сам до рубашки и брюк. Уложив Кёсем на подушку, он и сам лёг, накрыв обоих одеялом. На утром первым на удивление проснулся мужчина, причём он был бодр и полон сил. Кёсем же лежала, скрутившись в комочек, под одеялом, но нога и спина были открыты, а сама она сжимала в руках небольшую подушку. Кеманкеш посмотрев на неё, вновь почувствовал счастье. Он начал рассматривать её, любуясь, но увидел, что кожа Султанши покрылась муршками. Тогда он сразу же ринулся поправить одеяло, накинув его уже на всё тело. После его действий Кёсем перевернулась на спину, легко вздохнув. Правая рука Султанши лежала под грудью, вторая — на животе, а в придавок к этому на её лице была прял волос, лежащая прямо на открытом рту женщины, но не попадая в него. Кеманкеш убрал прядку, поглаживая её лицо, от чего она проснулась, но не открыла глаза. Почувствовав, что Кеманкеш гладил её по щеке, её снова накрыла пелена злости, но это было будто что-то другое. Движение Паши начали бесить Кёсем, и в один момент она, не открыв глаза, стянула его руку со своего лица:  — Кеманкеш, а можно так громко не дышать? — сонно проговорила женщина. Паша в недоумении посмотрел на Кёсем, не поняв её к слову вообще. Он был весь удивлён её словам и даже не сразу ответил.  — Всмысле «не дыши громко»? — переспросил мужчина, — А как, Ваше Величество, желает, чтобы я дышал? — съязвил мужчина.  — Так, чтобы я не слышала, — сухо ответила Султанша. Паша понял, что женщина действительно сказала, чтобы он громко не дышал, ему не послышалось. Из размышлений его вытянул удар подушкой по лицу.  — Кёсем! Что ты делаешь?! — возмутился Паша. Та цокнула и перевернулась на бок, спиной к мужу.  — Попросила же… — нервно произнесла Султанша. Мужчина ударил себя ладонью по лбу, громко и нервно вздохнув.  — Что с тобой, Дорогая? Я всё от тебя не представлял, но это что-то новое, — снова съязвил Паша. Кёсем услышала его слова, но продолжила лежать, не сдвинувшись смета и не проронив слова. Мужчина и знать не знал, что делать. Тогда он резко развернул жену, от чего она испуганно распахнула глаза, и поцеловал её в губы, держа легонько за шею. Широко раскрыв глаза, она возмутиться, но желание брало вверх, и она ответила на поцелуй. Когда воздуха не хватило и они оторвались, Паша победно посмотрел на женщину, на лице которой была видна хоть и маленькая, но улыбка.  — Моя любимая Кёсем проснулась? — улыбнулся мило Кеманкеш.  — Проснулась, — так же мило улыбнулась ему в ответ Султанша.  — Что у тебя за выходки? — с небывалым интересом спросил мужчина, — Никогда бы не подумал, что женщин может бесит, когда кто-то дышет, грочме обычного. Не находишь? — с акцентом спросил Паша.  — Нет, — коротко ответила Кёсем, — Я думаю, пора вставать. Позавтракаем в саду? — вставая, предложила она.  — Как пожелаешь, — снова улыбнулся Кеманкеш. Султанша, увидев его улыбку не сдержала и своей. Улыбнувшись ему, он не удержался и припал к супруге, положив телом её назад на кровать.  — Ну всё хватит, и вправду пора, — оторвалась от поцелуя Кёсем, чувствуя, что вот-вот и Кеманкеш может потерять самообладание. Наши супруги шли в шатр, где хотели потрапезничать, но увидели какого-то суетящегося Агу, стоящего у шатра. Как только Паша с Султанше появились в поле зрения, он выпрямился, склонив голову, и стал ожидать, когда они подойдут ближе.  — Валиде Султан, Кеманкеш Паша, — поклонился ага.  — Что случилось Ага? — спросил Кеманкеш, садять с Кёсем на подушки.  — Повелитель пожелал, чтобы сегодня вы приехали во дворец, — доложил предложение Повелителя тот. Супруги переглянулись, не поняв зачем так срочно приезжать во дворец.  — По какой причине нас зовут в ТопКапы? — спросила величественно Султанша. От холодного тона Ага чуть съёжился, но от ответа, конечно, не ушёл.  — Гюльбахар Султан прибудет во дворец, примерно через два дня, Повелитель попросил передать, — дополнил Ага.  — Хорошо, сегодня, так сегодня, — неохотно сказала Султанша, отведя взгляд в сторону. Ага поспешил удалиться, оставив Кёсем и Кеманкеш наедине.  — Что ж, видимо мой Сын так рад её приезду, что хочет, чтобы я помогла ему принять нашу гостью, — съязвила Кёсем, колупаясь в тарелке.  — Я думаю, ты преувеличиваешь, — возразил Паша.  — Мы только вчера оттуда приехали, снова придётся ехать назад, — взходнула устало женщина.  — Тебе начали, как я вижу, перестали нравится поездки от дворца до дворца, — утвердил Кеманкеш. -Я устаю. Пока мы доедем я снова погружусь в сон, причём длительный.  — Так ничего страшного, — в крикнул с акцентом Паша, — Поспать же тебе никто не мешает, — улыбнулся Паша.  — Да, ты прав, — опустила голову вниз Султанша и продолжила трапезу. Спустя три часа Султанша с Пашой уже прибывали во дворец ТопКапы. Кёсем все это время наблюдала за дорогой, склонившись на мужа, а тот облокотился о стенку кареты, тем самым чуть ли не лежав, и практически положил супругу на себя. Приехав во дворец, они направились в покои Султана Мурада, ожидавшего мать и Пашу. Он пока не получил благословения от своей Валиде за прошлый поступок и поэтому решил пойти по совету Фарьи. И вот, у поки входят Валиде Султан и Кеманкеш. Мурад стоял спиной к двери, со сложенными за спиной руками, но как только дверь открылась, от повернулся лицом к вошедшим.  — Повелитель, — поклонился Паша.  — Здравствуй, Кеманкеш Паша, — улыбнулся Мурад. Кёсем, высоко подняв голову, смотрела на сына не отведя глаз. Повелитель заметил это и направился к своей Султанше.  — Моя любимая Валиде, — мило поздоровался Мурад, поцеловав ей руку.  — Здравствуй, Мурад, — улыбнулась Кёсем. Она заметила, что Султан не отпускал её руку и продолжил держать, смотря на балкон. Кеманкеш с Кёсем переглянулись, и Кеманкеш решил спросить:  — Повелитель?  — Валиде, — начал Мурад, взяв её руку в уже обе ладони, — Я не знал, как попросить у вас прощения за то, что поднял руку, но надеюсь, у меня получится закрыть рану в вашем сердце, — проговорил Мурад. — Сынок… — положила ладонь на его щеку Султанша, — Мне очень обидно, что это сделал мой Сын, сын которого я больше всех любила. Рана в моём сердце не закроется полностью, а в любой момент оне может снова начать кровоточить, — чуть ли не со слезами на глазах говорила Кёсем. Мурад склонил голову, чтобы не показывать, как ему стыдно и поэтому сразу приступил к действиям.  — Валиде, пойдёмте за мной, — показал рукой вперёд Мурад, чтобы Кёсем прошла. Как только она прошла, он махнул головой к балкон, давая знак и Кеманкешу, чтобы тот также пошёл за ними. Кёсем подошла к перилам и опустила голову, смотря в сад, на её лице сразу засветилась улыбка; весь сад был в её любимых уветах, жасминах. Она очень мило улыбнулась, поварачиваясь к мужчинам. Султан тоже не сдержал своей искренней улыбки и, подойдя к своей Валиде, взял её за руку.  — Валиде… Я долго думал, как завоевать вновь ваше доверие, но всё было напрасно. Тогда Фарья мне помогла, — рассказывал Султан, — Валиде, — вновь обратился он, — Я надеюсь, что вы простите меня, — поцеловал Мурад руку матери. От таких трогательный слов на лице Султанши показались слёзы, которые она пыталась не показывать.  — Мурад, сынок… Конечно, я прощаю тебя! — крепко обняла сына Султанша, — Только, пожалуйста, не делай таких ошибок впредь, — прошептала Валиде сыну. Тот, ничего не сказав, обнял покрепче и после начал расцеловывать в обе щёки. Кеманкеш, стоящий рядом, не сдержался и широко улыбнулся милой картине. А Кёсем начала смеяться.  — Ну, всё, сынок, хватит! — оторвалась от сына женщина.  — Валиде, спасибо большое, обещаю, больше я такого не сделаю! — опустил голову Мурад. Кёсем положила свою руку на его щеку, погладив.  — Валиде, Кеманкеш, может посидим в саду? — предложил Повелитель.  — Я не против. Султанша? — обратился Кеманкеш к жене.  — Я тоже не против, — улыбнулась она. Когда они заходили в покои, Кёсем решила предложить Мурад пригласить Фарью с ними в сад.  — Сынок, — обратилась она к Мураду, — Если хочешь, можешь позвать Фарью, — положила она ему руку на плечо. Мурад удивился её предложению, ему казалось, что она сама никогда не предложила бы что-то насчёт Принцессы.  — Спасибо, Валиде! — радостно воскликнул Падишах, — Вы пока идите в сад, а я зайду за Фарьёй.