𝐂𝐡𝐚𝐩𝐭𝐞𝐫 21 ̴Н̴̴о̴̴в̴̴ы̴̴е̴ ̴п̴̴р̴̴и̴̴к̴̴л̴̴ю̴̴ч̴̴е̴̴н̴̴и̴̴я̴̴,̴ ̴к̴̴а̴̴ж̴̴е̴̴т̴̴с̴̴я̴̴?̴

      Стоит начать описывать утро с того, как Кеманкеш готовился к пробуждению своей жены, всё ещё мирно спящей под тёплым одеялом, тихо посапывая. Паша вышел из покоев, приказав, чтобы им с Кёсем приготовили завтрак. Как раз пока она ещё не проснулась, к трапезе будет всё готово. Примерно через двадцать минут всё было готово, а Кеманкеш стоял у окна, придумывая занятия на сегодня, ведь не гулять же им в саду каждый день. Мужчина так задумался, что не услышал голос сзади: — Кеманкеш? Поздно уже не сбежишь! — намекнула на ребёнка женщина. «О, жёнушка моя проснулась и уже язвит!» — подумал Кеманкеш и с тёплой, приветливо улыбкой направился к кровати.  — Доброе утро, любимая! — присел Паша на кровать, начав поглаживать лицо жены.  — И тебе, любимый! — радостно произнесла Султанша.  — Завтра уже готов, так что не разлёживайся особо.  — А куда так спешить? Мы здесь на долго, — подняла бровь Кёсем.  — Ну… Остынет же еда… Так, всё, вставай, успеешь поваляться! Я голоден не меньше, чем ты, даже учитывая то, что ты беременна! — с нотками язвы произнёс Кеманкеш и получил смешок от жены, — Как я рад слышать твой смех!  — Я тоже не меньше твоего рада, что проснулась, — спокойно ответила женщина, вставая из-под тёплого одеяла.  — Тебе опасно шутить, Кёсем. А то смотри, я могу не понять шутку и в последствии не выпускать тебя из покоев вообще! — серьёзно сказал Кеманкеш, но всё же это было шуткой, которую Султанша, естественно, не оценила.  — Нууу, у меня есть решение! — решила пошутить Кёсем, — Я разведусь и всё! — гордо подняла голову она.  — Эээй, ну так не интересно! У тебя вечно один конец! Развод, развод! — размахивал рукам Паша, иронично импровизируя свою супругу, и направилялся к ней.  — Ну-ну, Кеманкеш, покривляйся, покривляйся! — невозмутимо ответила она, сев назад на кровать, поглажвивая живот.  — Интересно, что ты уже для мести надум… — не успел мужчина договорить, как перевернул стол, перевернув весь завтрак на пол. — Ааааа! — вскрикнул Кеманкеш, топнув ногой.  — Ну вот, ты поплатился за свои шуточки!  — звонко засмеялась Кёсем, упав на кровать и закрыв лицо руками.  — Чего ты смеёшься?! Между прочим это был наш завтрак… — расстроенно сказал Кеманкеш, опустив виновато голову.  — Ну ладно тебе! Не знаю, как ты, но, а я хочу чего-нибудь мясного! — наигранно подняла голову женщину и приставила указательный палец к щеке, закинув ногу на ногу.  — Ля! Та что ты будешь делать!.. — махнул рукой мужчина и, развернувшись, направился к выходу.  — Вот так вот! И пускай только принесёт мне что-то несъедобное, назад пошлю! Пусть знает, кто здесь «Мамочка»! — подбедно улыбнулась Султанша. Через двадцать минут в покои вошёл Кеманкеш, а за ним пару слуг с подносами в руках. Как только они вышли мужчина тут же «вспыхнул».  — Ну что, Ваше Величество, приступим к трапезе? — съязвила Паша с нотками злости — видимо, он был на нервах.  — Кеманкеш, я не хочу кофе! — держа чашку в руках, жалобно произнесла Кёсем.  — Ну так, вылей. Султанша взяла и выпила свой кофе на ковёр, от чего у мужчины челюсть отвисла.  — Любимая, ты шуток не понимаешь?! Я пошутил же… — вскрикнул удивлённо Кеманкеш. Женщина звонко засмеялась.  — Да, гармоны творят чудеса! — взходнула она и принялась к поеданию мяса.  — Ты итак опасна, а тут ещё и беременна! Пах! — сделал Паша из руки что-то в виде «пистолета», якобы выстрелив себе в висок, и упал набок. А Султанша решила озвучить:  — Ну, хотя бы на одно дело меньше. Теперь я съем все эти булочки! — серьёзно произнесла та, в конце выпустив лёгкий смешок. Кеманкеш, явно ошарашенный её словами, резко поднялся, округлив глаза от удивления.  — Уговорила, если я умру, так уж и быть, оставлю тебе в наследство пару булочек! — подключился он в игру.  — Пока можешь не умирать, на сегодня мне и этого хватит, — гордо подняла голову Кёсем.  — Ох, за что ж мне такое сокровище-то досталось… — вздохнул «проигравший» Кеманкеш и позвал слуг, чтобы те поменяли ковёр, после того как трапеза будет окончена.  — Любимый, может… Это… — запнулась Кёсем, сделав руками жест, в котором указательные пальцы упёрлись друга о друга (👉🏻👈🏻).  — Что ты удумала? — уже не удивился Паша.  — Давай, может, погуляем по лесу?.. На лошадях! — радостно подпрыгнула она, сопроводив движение яркой улыбкой.  — Я, конечно, удивлён, что всё так банально, но идея мне нравится. На какой лошади поедем?  — Всмысле на какой? — встала в ступор женщина, — Ты на своей, я на своей.  — О, нет! Не дай бог, ты ещё убежишь! — съязвил Кеманкеш, но тут же получил требовательный, страстный поцелуй в губы, на который он охотно ответил, обхватив её талию и голову (затылок).  — Всё! Две лошади, Кеманкеш! Если будет одна, то ты будешь бежать следом! — последнее, что сказала Кёсем, удалившись.  — Что за чудо? — усмехнулся Кеманкеш и вышел следом за женой. И действительно, как и пожелала Султанша: лошади было две — белая и чёрная.  — Тебе помочь? — подошёл к супруге муж.  — Обижаешь! — протянула Кёсем, смело забравшись на лошадь.  — Да ну на… — помолился Кеманкеш, рассмешив своими действиями жену. Поездка шла полным ходом, вот только Кёсем вновь стало нехорошо.  — Кеманкеш, а что с Гюльбахар? Она уже уехала? — взволнованно спросила Султанша.  — Я не знаю, предполагаю, что она уже уехала в Амасью, как и приказывал Повелитель. Не беспокойся, она нас больше не по тревожит.  — Давай поедем назад, мне уже не хочется кататься, — проигнорировала она реплику мужа, остановив лошадь за поводья.  — Тебя что-то тревожит? Мы же только выехали, — грустно произнёс Кеманкеш.  — Нет, просто поедем назад в домик.  — Хорошо, как пожелаешь. Тут напряжение нарушил Паша: он всё смотрел на жену, не зная, как ей сказать, и, скорее всего, так бы и не сказал, если бы Кёсем не заметила его судорожный, бегающий взгляд.  — Теперь я вижу, беспокоит уже что-то тебя? — вывела женщина из ступора супруга риторическим вопросом.  — Да вот думаю, говорить тебе или нет…  — Есть то, о чём я ещё не знаю?! — взбодрилась Кёсем, чуть вскрикнув.  — Ну, как сказать…  — Да ну хватит уже нюни пускать! Ты мужик или женщина? — нахмурила она брови.  — Вообщем, там змея! — проигнорил слова жены тот. Теперь судорожно бегала глаз и уже Кёсем. Чуть отойдя в сторону с места, она начала смотреть во всем стороны, и, не увидив ничего, решила, не слезая с лошади, пройтись по тропинке.  — Кёсем! Я тебе это сказал не для того, чтобы ты к своей родне пошла! А наоборот! — поругался Паша, но женщина лишь кинула на него ухмылку и пошла дальше. Кеманкеш тут же направился за ней, но змею уже не видел, поэтому был частично спокоен.  — По-моему, если бы ты была не в положении, то твой след уже простыл бы. Ты бы от страха либо ко мне пересела, либо прямиком в домик на своих двух, — начал смеяться мужчина, на что супруга очень ядовита отреагировала:  — Смотри, как бы ты сейчас не испугался! Как ты там сказал: моя родня? Так вот, ты явно не впишешься в наше общество, поэтому ускакивать отсюда придётся тебе!  — Прекрасно! Я поскакал! — развернул лошадь Кеманкеш и поехал к домику. Кёсем решила всё же не отставать и отправилась вслед за мужем, но вот только догнать его не совсем получалось.  — Кеманкеш! Подожди! Подожди меня! — кричала изо всех сил женщина. Видимо, мужская гордость была сильно затронута, раз тот даже не обернулся. Султанша замолчала и ускорилась, но тут вот произошло неожиданное: прямо пред лошадью пробежала мышь, белая такая, большая, жуть! Лошадь резко затормозила и «выкинула» Кёсем, которая даже с реагировать не успела, чтобы покрепче взяться за поводья. Упав на спину, она почувствовала ужаснейшую боль, упасть на камни, палки было, знаете ли, больно! Лошадь ускакала вперёд, в сторону Кеманкеша.  — О, Аллах, проклятая мышь! Как мне теперь добраться до домика? — кое-как перевернулась набок Султанша, приподнявшись на локте. Платье было уже в пыли; причёска испорчена; корона почти упала с головы; руки, ноги и лицо были в пару царапинах и садинах, от чего Кёсем невольно сморщилась.  — Надеюсь, этот идиот додумается, что это моя лошадь! — пробубнила она и, встав с земли, вновь упала туда же, — Ай! Моя нога, спина, голова… О, боже! И сколько мне теперь ждать моего муженька?! Кёсем принялась ждать подногу, сидя у дерева, чтобы её, не дай бог, не увидели разбойники. Кеманкеш, бедав на своей скорой лошади в домик, вдруг услышал сзади топот уже других копыт: — Что, Кёсем? Догоняшь? — и решил повернуть голову назад. Увидев, одинокобегущую лошадь жены, он испугался, тут же отдёрнув лошадь.  — Э, кобыла, ты где мою жену посеяла? — усмехнулся Паша то-ли от того, что с лошадью вдруг заговорил, то-ли о того, что его супруга где-то потерялась. Мужчина двинулся в путь. Всё же в его голове был немалый страх за Кёсем и его не рождённого ребёнка, поэтому он мчал назад со всех сил, лишь бы побыстрей найти её. Кёсем услышала топот копыт и тут же подорвались с места, чуть не упав. Хромая, она вышла на тропу, и да, там ехал Паша на своей лошади. Поедав к жене, он спрыгнул с кобылы, не удержавшись от смешка.  — Ты знаешь, кто это? И я нет! Женщина, не подскажете, где моя жена потерялась? — засмеялся Кеманкеш, держа поволья, дабы лошадь не ускакала.  — Не смешно, идиот, у меня всё и без того болит, а ты тут ржёшь! Погуляли называется!.. — на последних словах Султанша почувствовала, что начала падать, она подошла медленно к мужу.  — Помоги сесть, мне действительно больно, — устало произнесла она, облокотившись на плечо мужа. Увидев её печальное состояние, Паша не посмел и слова сказать: запрыгнув на лошадь, он рывком усадил жену впереди себя и они направились во дворец.  — Ты так и не нашла ту змею? — напомнил янычар, слабо улыбнувшись.  — Кеманкеш! Мне не до твоих змей сейчас! Я итак рассержана на тебя куда-некуда! — прорычала Кёсем, но также вздыхая от боли в спине.  — Извини, я хотел хоть как-то развеселить на…  — Хватит! Вечно у нас что-то не удачно! И как всегда: я страдаю, ты ржёшь. Думаешь, приятно?! Мог ли бы молча уже доехать, без твоих реплик… — проругалась жена, чувствую, что ещё чуть-чуть и она убьёт своего мужа!  — Я тебя очень сильно люблю, Кёсем, — спокойно ответил Паша на её реплику.  — И мы тебя! — спустя время ответила она, успокоившись, и улыбнулась, поглаживая свой живот. Супруги, доехав до домика, увидели чью-то карету и стражу.  — Кто это? — нервно спросила Кёсем, испуганно посмотря на мужа, который пытался определить, кто к ним пожаловал…