Часть 10. Сенсей

      «Привет, С.       Это я должен тебя благодарить. Я понятия не имею, что происходит у меня в голове. Совсем. И я не знаю, как это выразить, выплеснуть. Да и надо ли? Не знаю. Я так много чего не знаю, что это пугает. Пугает и преследует по пятам, куда бы я ни пошёл.       А иногда кажется, что всё это зря, что я слишком увлёкся и ввожу в заблуждение и тебя, и себя. Настолько, что теряюсь в реальности, выискивая подсказки и твой образ там, где не надо. Но я очень рад, безумно рад, что тебе от этой игры хорошо. Мне, наверное, тоже.       Извини, не обращай внимание. Давай лучше перейдём к твоему заданию.       Дело в том, что я не знаю, как чётко сформулировать его. Но надеюсь, у меня получится донести главную идею.       Я хочу, чтобы ты решилась на что-то. Что именно — это на твоё усмотрение. Может, ты о чём-то мечтала в детстве, что-то глупое, наивное. Может, ты чего-то боишься, но тебе было бы лучше переступить через свой бессмысленный страх и скинуть груз с плеч. А может, тебе не хватает смелости решиться на что-то, что другие могут осудить или как-то предвзято посмотреть со стороны. Хотя тут ты вроде успела отличиться. Я про Забузу. До сих пор не верится.       В общем, твоё задание — исполнить заветное желание, может даже мечту. Маленькую, досягаемую, для других незначительную. Главное — решиться.       Вот. Как-то так. Извини, что так скомкано вышло.       С.»       Порывистый ветер трепал страницы тетради. Яркий солнечный свет отражался о поверхность бумаги, ослепляя и стирая последние остатки утренней сонливости. Чувствительность в замёрзших пальцах становилась всё слабее, но Сакура не спешила закрывать блокнот, чтобы спрятать ладони в тёплые карманы.       Трепетное волнение, которое охватило девушку, стоило подушечками пальцев почувствовать пластиковую упаковку под выступом фонтана, исчезло. На смену ему пришло неясное чувство тревоги.       Первое, что бросилось в глаза, когда Сакура распахнула блокнот — это неровные кромки огрызков бумаги. Судя по всему, несколько листов тетради были вырваны, и незнакомец даже не потрудился это скрыть. Более того, в первый раз за их игру записка была выведена неидеальным почерком. С. либо торопился куда-то, либо нервничал, так как практически все буквы были неровные, а строки прыгали то вверх, то вниз. Запись была сравнима с конспектами Наруто, которые он вёл во время семинаров, прямо перед тем, как хорошенько вздремнуть.       А зачёркнутые строки и вовсе вызвали дурное предчувствие.       Сакура никогда не думала о том, как долго будет длиться их диковинная игра, и чем закончится эта авантюра. Может, ей предстояло пройти ещё десятки заданий, а может, всего лишь одно. Нельзя было сказать наверняка, раскроют ли они свои личности другу другу или просто выкинут тетрадь в мусорник, утешаясь приятными воспоминаниями. Чистыми, неомрачёнными, до самого конца анонимными.       Только вот сейчас, как никогда прежде, Сакуре был очень необходим какой-то намёк на определённость. Возвращаться к блёклой рутине, в которой не было этой мимолётной переписки с незнакомцем, не хотелось вдвойне. Даже втройне.       Утешало лишь одно: задание, хоть и смутное, но всё же было, а об остальном Сакура подумает позже.

***

      — Сакура, эй, ты меня слышишь? Сакура?       Сквозь громоздкие наушники доносился взволнованный голос Яманака, который Сакура бесстыже игнорировала. Харуно настолько комфортно уткнулась взглядом в экран компьютера, что прерывать своё незатейливое занятие было, мягко говоря, лень. Взор монотонно скользил по таблице с данными, которые вот-вот должны были превратиться в графики, с кропотливо выбранной цветовой гаммой и не слишком большой шкалой погрешностей. По крайней мере, Сакура очень на это надеялась, нервно постукивая ноготками по компьютерной мышке. Ей не прельщала перспектива сказать профессору Хатаке о том, что измерения не показательны, и их нельзя будет использовать в модели. Поэтому отрываться от столь щепетильного занятия не хотелось. Даже если это касалось подруги, которая не появлялась в поле зрения вот уже несколько дней.       — Сакура!       К несчастью девушки, терпением Ино не отличалась. Оставшись без наушников, Харуно развернулась на кресле и хмуро оглядела возвышающуюся подругу. От негодования у той проступил лёгкий румянец, а прядь волос выбилась из тугого хвоста.       — Чего тебе, Яманака?       — Это я хочу тебя спросить! — девушка упёрла руки в боки. — Ты что, игнорируешь меня?       — Ага, конечно, делать мне больше нечего! — фыркнула Сакура и, обороняясь, скрестила руки на груди.       — Это ты от Сасори едкостей понабралась?       — Что?! — услышав знакомое имя, сказанное чуть громче положенного, Сакура подскочила и испуганно огляделась по сторонам. Убедившись, что конфиденциальная информация не долетела до ушей любознательных коллег, Харуно встряхнула подругу за плечи: — Совсем разума лишилась? Зачем орать на весь офис про… Про сама знаешь кого!       — Грубить не надо было, я же пообщаться пришла.       — Ну да, — Харуно понурила взгляд, но быстро вспомнила, что это она сама хотела предъявить подруге за то, что пропадала вот уже несколько дней. — Ты сама где была? Я уже волноваться начала.       — Э-э, съела что-то не то… Отравилась в общем, — Ино попыталась сделать вид, что совсем не врёт, но язык предательски заплетался, а руки потерянно метались, не зная куда податься. Заметив, как расплылась на лице подруги довольная улыбочка, Ино покраснела до кончиков ушей. — Вообще-то я работала! Хватит себе там надумывать…       — Ну да, ну да. Сай, по-видимому, тоже доволен, — протянула Сакура, в открытую наслаждаясь конфузом на лице Ино. Харуно очень прельщал тот факт, что уже второй раз краснеть приходилось не ей, а Яманака с её репутацией порядочной девочки. — Жажду подробностей! И кофе.       — Эй, никаких подробностей! Это вообще я к тебе пришла, чтобы узнать, как прошло твоё свидание.       — Ой, спасибо, что напомнила, — фыркнула Сакура. — Теперь точно без кофе не обойдусь. Может, сходим в кофейню? Как раз время почти обеденное.       Харуно прекрасно понимала две вещи: что Ино так просто не отстанет, и что обсуждать личное в офисе чревато последствиями. Поэтому самым безопасным выходом из ситуации было посплетничать на независимой территории. А там, поди, и Яманака разговорится настолько, что Сакуре не составит труда выведать интересующие её детали.       — Ну, рассказывай!       — Да подожди ты, — цыкнула Сакура и виновато улыбнулась бариста, когда Ино в очередной раз дёрнула её за рукав пальто. — Лучше найди свободное место.       Расплатившись за заказ, Харуно взяла поднос и осмотрелась. Найти Ино труда не составило — подруга сидела за маленьким столиком у окна, опираясь подбородком о кулак. Несмотря на то, что они с Яманака были знакомы не первый год, Сакура невольно удивилась тому, как подруга выделялась из серой толпы. Конечно, можно было списать всё на яркие наряды, необычно пшеничный цвет волос, идеальную кожу для такого погрязшего в дымке города — причин было немало. Но сильнее всего бросался в глаза свет, что исходил от Ино. Такой тёплый, душевный, располагающий к себе с первого взгляда — некоторые называли это аурой. Сакуре на ум мог прийти только один человек, который вот так же внушал к себе доверие: Забуза. Только у этого недавнего знакомого докторантки аура была тёмная, с насыщенными тонами бордового. Как вино Шираз.       Именно этот сорт вчера предложил Сакуре мужчина. В этот раз он не спрашивал, чего желала девушка. Едва услышав о том, что она здесь ради повторного сеанса, Забуза жестом пригласил Харуно следовать за ним в подвальные помещения. Оставив Сакуру одну в той же самой комнате, что и в прошлый раз, он скрылся за дверью и через минут пять вернулся с немного запылившейся бутылкой вина и двумя бокалами.       От тихого «Приступим?», с которого вчера начался сеанс, у Сакуры пробежала стая мурашек по спине, а во рту отчётливо появилось послевкусие от вина. Терпкого, наполненного нотами шоколада, слегка сладкого…       Харуно облизнула губы, и холодный ветерок, пробежавший следом, вернул девушку из воспоминаний вчерашнего вечера. Болезненно моргнув, она сфокусировалась на Ино, что махала рукой, и аккуратной поступью направилась к столику. Тяжёлый поднос оттягивал руки, и Сакура была рада избавиться от него, разложив импровизированный обед и напитки.       — Ну, так как прошло свидание? — Ино не обратила внимание на оказавшийся рядом с ней бутерброд и вместо этого нетерпеливо поёрзала на стуле. Сакура скривилась, но всё же ответила:       — Никак.       — Как никак?       — Да вот так, — Харуно сделала глоток кофе. Признаться, она понятия не имела, как ещё охарактеризовать вчерашний вечер с Сасори. Она была уверена лишь в одном: второго свидания не будет. Но на вопрос «Почему?» ответа не было, только приторное послевкусие.       — Хм, давай по порядку, — Ино настороженно свела брови. — Где вы встретились?       — На работе, — Сакура хотела откусить сэндвич, но, заметив выжидающий взгляд Яманака, поняла: подробностей ей не избежать, и с обедом придётся повременить. — Мы вместе дошли до ресторана. Потом сели, заказали еду…       — Молча? — перебила Ино.       — Э-э, нет, — Харуно призадумалась. — Кстати, Сасори вчера много говорил. И не просто рассказывал о себе — он, конечно, в этом горазд — но и меня расспрашивал обо всём. Даже казалось, что ему на самом деле интересно.       — О-о, да? Это на него непохоже! Не думала, что он может вести себя как обычный мужик, — Яманака просияла улыбкой, но её лицо моментально приняло серьёзный вид, стоило Ино заметить напряжение в глазах Сакуры. Она осторожно спросила: — Это ведь хорошо? Тебе понравилось?       — Не уверена, — Харуно облокотилась о стол и вгляделась в лицо подруги. — Знаешь, у меня после вчерашнего вечера словно что-то включилось в голове. Или выключилось. Не знаю, как объяснить, но Сасори мне стал безразличен, что ли… Точнее, я не хочу с ним отношений.       — Хм-м, ну, секс ведь и без отношений бывает! Это вполне нормально, — Ино приподняла подбородок и посмотрела в окно, о чём-то задумавшись. — Вы ведь потом к нему поехали?       — С чего ты взяла?       — Ну как, дома-то тебя не было!       — Э? — Сакура ошарашенно вытаращила глаза, а затем прищурилась: — А ты откуда это знаешь?!       — Ну-у, — Ино прикусила язык: ляпнула, а подумать забыла.       — Ты что, у меня была? — спросила Харуно. Рассуждая вслух, озарение пришло на ум само по себе: — Или ты к Ли ходила?       — Нигде я не была! — Яманака начала отнекиваться, но щёки девушки вновь приобрели красный цвет, выдавая хозяйку с потрохами.       — Ох, Яманака! Знала же, что тебе понравится! Но, всё равно, зачем ты к Ли ходила так поздно?       — Ну… — Ино потупила взгляд, никак не решаясь озвучивать правду.       — Не стесняйся, я очень внимательно слушаю, — Сакура откусила наконец заветный сэндвич.       — Ли обещал помочь настроить очки виртуальной реальности… Сай тоже такие себе купил, вот я и пыталась разобраться в них, — Яманака вцепилась пальцами в стул. — Ли как раз был свободен после одиннадцати вечера.       — А поподробнее?..       — Без поподробнее! — фыркнула Ино. — Я пока его ждала, постучалась к тебе, а в ответ тишина. Вот и подумала, что ты у Сасори, — внезапно меж бровей девушки пролегла морщинка. — Но раз ты не с ним была, то где?       — Эм, да нигде, — теперь настал черёд Харуно жалеть о начатом разговоре, но, почувствовав на себе пристальный взгляд подруги, она поняла, что скрыть правду не получится. Точнее, это было возможно, но очень непросто, и сил ворошить фантазию не было. — Я была в «Замке».       — Да ладно?!       — Ага.       — Просто выпить зашла? — неуверенно спросила Ино.       — Э, нет.       «Своих пристрастий стыдиться не стоит. Вот если бы у тебя их вообще не было, то это был бы тревожный звоночек», — в голове Сакуры пронеслись вчерашние слова Забузы. Вслед за ними по телу прошёлся приятный озноб, а стопы окатило жаром.       Второй сеанс был не сродни первому.       Та же комната. Та же стена. Тот же приглушённый свет. Но что-то было иначе.       Вполне возможно, разница была в том, что разморенная вином, она осмелела и стянула с себя осточертевшую блузку. Отныне она будет ассоциироваться с блудливым взглядом Сасори и наверняка полетит прямиком в мусорник. Но зато благодаря оголённым плечам, Сакура ещё чётче ощущала лёгкий ветерок, что исходил от каждого движения Забузы. Мягкие кисточки плети заботливо касались белой кожи, заставляя каждый волосок на теле встать дыбом. Всё-таки удовольствие — странная вещь…       А может, всё дело было в том, что на этот раз Сакура знала, что именно ей предстоит. И она этого хотела. Хотела, чтобы мышцы сводило от томительного ожидания, чтобы вдоль позвоночника скользил разряд электричества, чтобы озноб сменялся жаром. Она жаждала почувствовать ту лёгкость, которая окутывала тело по окончании сеанса, которая заставляла поверить, что всё хорошо.       И, конечно, Сакура не могла отрицать, что компания Забузы ей нравилась. Ей было до чёртиков приятно не притворяться, ведь, судя по всему, чтобы удивить этого мужчину, надо было очень и очень постараться.       — Я не просто выпить зашла, — очнувшись от вновь нахлынувших ощущений, сказала Сакура. Её голос был ровным, без намёка не стеснительность или неуверенность. — У меня был сеанс. Ты, кстати, кушай, а то обеденный перерыв не резиновый…       Ино сглотнула и покладисто последовала совету подруги. Судя по тому, как озадаченно она рассматривала начинку бутерброда, Яманака понадобится чуть больше времени, чтобы переварить полученную информацию.       На какой-то момент обе подруги замолчали. Каждый думал о своём, но мысли их были схожи: и Ино, и Сакура делали маленькие, но верные шаги навстречу тому, чтобы принять себя такими, какие они есть. И от этого было легче свыкнуться с пристрастиями друг друга.       Разделавшись с обедом, Ино встрепенулась:       — Ты все ещё играешь с незнакомцем?       — Ага. Кстати, — Сакура обрадовалась тому, что подруга сама затронула эту тему. Новое задание было сформулировано настолько размыто, что Харуно терялась в догадках. — Я понятия не имею, что мне предстоит сделать на этот раз…

***

      Какаши вытянул руки к потолку и откинулся назад, насколько позволяла потёртая спинка кресла. Позвонки жалобно хрустнули, а забитые мышцы напомнили о себе противной ломкой. Хатаке хмуро глянул на стопку непроверенных экзаменов — источник его головной боли на сегодняшний день — которая будто бы ни на йоту не уменьшилась за последние пару часов. По-хорошему, ему надо было спихнуть эту нудную работу на докторантов, как и подобало профессору, но почему-то ни Наруто, ни Саске в нужный момент на глаза не попались, а откладывать это дело на потом, увы, было невозможно.       Откинув красную ручку, Хатаке нехотя посмотрел на время: про обед он успешно забыл. Видимо, сегодня придётся довольствоваться энергетическими батончиками, что были припасены как раз для таких случаев. Для пущей зарядки энергии не хватало лишь двойного эспрессо, а может и тройного. Хатаке был готов мириться с учащённым сердцебиением следующие несколько часов, лишь бы не отрубиться со скуки раньше положенного.       Какаши поднялся с нагретого места и на пару секунд замер. Ему понадобилось время, чтобы свыкнуться с лёгким головокружением — сказывались голод и затяжная усталость. Когда перед глазами перестали плясать разноцветные огоньки, взгляд зацепился за полупустую спортивную сумку, что распласталась вдоль стены. Обычно он был готов в любой момент сорваться и оказаться в додзё, в попытке сбежать от всей навалившейся суеты в бою. Но сейчас, как ни странно, он бы с удовольствием так и оставил спортивную форму валяться на полу, покрываясь слоем пыли, а сам бы…       Он точно не знал, чем бы предпочёл заняться вместо тренировки. Наверное, меньше всего хотелось проводить очередной вечер в одиночестве, только вот разделить его было не с кем. Какаши был бы не прочь пообщаться с незнакомкой, но по правилам игры между ними была выстроена стена анонимности, разрушать которую он был не вправе, хотя изредка очень хотелось покончить с тетрадью и развеять накопившиеся сомнения. Поэтому, сегодня тренировки было не избежать.       Хатаке помассировал уставшие глаза и потянулся за кофейной капсулой. Надрывный вой кофемашины заставил мужчину сдвинуть брови, но как только по комнате распространился густой аромат кофе, недовольство как рукой сняло. Какаши поставил чашку на столик возле дивана, достал с нижней полки пару батончиков-мюсли и с апатичным предвкушением плюхнулся на мягкие подушки. Стоило ему разорвать глянцевую обёртку и вонзить зубы в хрустящую начинку, как в дверь постучали:       — Профессор Хатаке, можно? — в дверном проёме показалась розовая макушка.       — Э, Сакура? — от неожиданности Какаши прикусил кончик языка. — Да, заходи.       — О, у тебя перекус? — докторантка аккуратно закрыла за собой дверь и окинула взглядом сначала рабочий стол, усыпанный бумагами, а затем покосилась на импровизированный «обед».       — Можно и так сказать, — Хатаке пожал плечами, дёргая носом от металлического привкуса крови во рту. — Ты по работе? Уже закончила с анализом?       — Эм, не совсем, — Харуно стыдливо почесала затылок. За разговором с Ино, который затянулся дольше, чем хотелось, Сакура напрочь забыла про работу. — Но я скоро закончу, обещаю!       — Не переживай, я всё равно сегодня занят, — мужчина покосился на ненавистную стопку листков. — И не собирался работать над нашей моделью. А что ты тогда хотела?       — А, точно, — Сакура переступила с ноги на ногу. — Я вот что хотела спросить. Правда это может показаться странным, — она исподлобья посмотрела на профессора. — Ты ведь карате занимаешься?       — Ну, да…       — В общем, я бы тоже хотела попробовать.       — А? — от удивления Какаши приоткрыл рот, отчего откусанный кусочек батончика упал в чашку, расплёскивая кофе по столу. Смахнув крошки с губ, Хатаке решил уточнить: — Попробовать себя? То есть попробовать карате?       — Ага. Можно?       — Думаю да… — Хатаке пару раз моргнул, дабы убедиться, что он не спит над ошибками студентов, и это не подсознание играет с ним злую шутку. — А когда?       — Да мне без разницы, если честно, — Сакура расплылась в улыбке. — Могу хоть сегодня! Всё равно вечера свободные.       — Сегодня? — Какаши косо глянул на спортивную сумку. — Можно и сегодня. В восемь вечера.       — Хорошо.       — Я тебе адрес по почте скину. Тренера предупрежу. Только приди минут за двадцать, чтобы успеть переодеться.       — Переодеться? В спортивки что ли?       — М-м, нет. Просто возьми светлую майку, а форму я тебе найду.       — Окей, спасибо, — Харуно улыбнулась, касаясь дверной ручки. — Тогда до вечера, и приятного аппетита!       — Ага, спасибо…       Какаши ещё несколько минут смотрел на дверь, за которой скрылась докторантка. Что именно сейчас произошло, он не знал. Но планы на вечер внезапно стали более радужными. И чутка волнительными.       — Ну, договорилась? — громко зашептала Ино, стоило Сакуре оказаться в коридоре.       — Да, сегодня вечером.       — Ох, а ты говорила, что он не согласится!       — Я до сих пор не уверена, что он это серьёзно, — Сакура качнула головой. — Мне кажется, он просто не понял до конца, о чём я его попросила. Уж слишком он ошарашенный моей просьбой был…       — Ничего. Раз сказал да, то назад пути нет, — хихикнула Яманака. — Не представляю я тебя каратисткой, Харуно! Кстати, никогда не думала, что профессор Хатаке увлекается боевыми искусствами.       — Это почему?       — Ну ты посмотри на него, уж очень худощавый на вид. Я бы даже сказала хиленький! Да и хмурый постоянно, словно чем-то недоволен! Как ты вообще с ним работаешь?       «Хиленький?! Давно ты своего Сая видела?» — Сакура негодовала внутри: замечание Ино насчёт внешнего вида Хатаке показалось ей слишком предвзятым, даже возмутительным. У Сакуры даже кольнуло где-то меж рёбер — скорее всего, от чувства несправедливости, иначе и не объяснишь.       «И не хмурый, а просто измождённый», — но вслух так ничего не сказала.       — Сакура-чан, ты где ходишь?       — Ты о чём, Узумаки?       — Как это? Еженедельная групповая встреча скоро начнётся.       — Групповые встречи у нас по вторникам. Ты чего-то напутал, — Сакура недовольно повела бровью и притянула к себе рабочее кресло.       — Это да, но ты про общее собрание. А я про еженедельные лекции по матмоделированию! — Наруто хлопнул по плечу девушки так, что та покачнулась от неожиданности. — Ты ведь у нас теперь с профессором Какаши работаешь. Так что ты одна из нас!       И не поспоришь ведь с этой ехидной улыбочкой. Сакура жалобно покосилась на подругу, но та лишь пожала плечами и поспешила скрыться подальше от сухой лаборатории, дабы и её ненароком не затащили на скучнейшую лекцию.       В итоге, так и не придумав отмазку, Харуно оказалась в небольшом лекционном зале, зажатой между чересчур активным Наруто и по обыкновению отчуждённым Учихой — лучшей комбинации и не придумать. Более того, Узумаки никак не мог угомониться, без конца ёрзая и передавая студентам распечатанные листки.       — Что это? — Сакура скептически приподняла бровь, когда парень подсунул ей лист с таблицей, состоящей из двадцатипяти квадратов. В каждой ячейке был текст: «Проблемы с проектором», «Слайды на синем фоне», «Студент-магистр клюёт носом посреди семинара», «Профессор-организатор засыпает», «Слайд, полностью состоящий из уравнений» … — Наруто, что за фигня?!       — Это семинар-бинго! — Узумаки гоготнул. — Если что-то из написанного происходит, то ты зачёркиваешь ячейку. А дальше как в бинго, ты же играла?       — Э-э, наверное… Вам совсем делать нечего? — Сакура скептически цокнула. Теоретики иногда были слишком непохожи на обычных людей, развлекаясь такими вот неординарными способами. Тем временем свет приглушили, и в зале раздался робкий голос спикера:       — У меня, кажется, проблемы с компьютером. Не могу подключиться к проектору…       Наруто довольно прыснул и в предвкушении потянулся за ручкой, а Сакура закатила глаза: грядущий час обещал быть долгим.

***

      Хатаке опаздывал. Конечно, излишне исполнительная и слегка взволнованная Сакура пришла на десять минут раньше оговорённого времени, но до начала тренировки оставалось всего ничего, а профессора всё не было. Для ожидания Сакура выбрала самый дальний угол фойе: так ей было удобнее наблюдать за входившими в спортзал спортсменами, не привлекая к себе внимание. Перед ней то и дело мелькали люди в белых кимоно с поясами разных цветов, но знакомое лицо так и не появлялось.       Харуно не ожидала, что додзё, где занимался Хатаке, находилось буквально напротив её общаги. Она нередко слышала странные звуки, доносившиеся из занавешенных окон, но особо не интересовалась тем, что происходило внутри. Кто же знал, что именно здесь коротал свои вечера профессор. Более того, Сакура до сих пор не до конца осознавала, как вообще её угораздило повестись на уговоры Ино и навязаться к Хатаке на тренировку, чтобы выполнить задание незнакомца.       Но Яманака была права: Харуно с детства мечтала попробовать себя в каком-либо боевом искусстве. Всё же от такого спорта намного больше пользы, чем от танцев, которыми занимались все девочки из её класса. Сакура пару раз сходила с ними за компанию, но особого удовольствия ей это не доставило. Девушке не хватало ни пластики, ни терпения, да и чисто женский коллектив не прельщал из-за сплетен и вечных сравнений с другими. Когда Сакура поделилась своим желанием попробовать традиционно мужской спорт, родители удивились и просто отшутились: мол, раз танцы не понравились, тогда понравятся учебники.       Минутная стрелка часов неумолимо приближалась к двенадцати, и Сакура нервно перебирала пальцами край куртки. Может, профессор забыл? Или подумал, что это шутка? И вообще, с чего это он так сразу согласился на эту внезапную просьбу? Едва в помещении послышалось знакомое бренчание ключей, Харуно подорвалась с места и вышла из тени:       — Опаздываешь.       — Извини, задержался, — Хатаке прошёл к шкафу позади Сакуры и распахнул дверцы. Нос моментально зачесался от поднявшейся пыли и спёртого запаха пота. — Тут у нас импровизированный склад: ги, оно же спортивное кимоно, накладки, футы. Какой у тебя рост?       — Метр шестьдесят пять.       Как только у неё в руках оказалась аккуратно сложенная форма, Харуно подозрительно принюхалась, что не осталось без внимания профессора:       — Чистая, не переживай. Запах от накладок, а они тебе сегодня не понадобятся. Женская раздевалка за правой дверью, — он кивком указал на коридор. — Я буду тебя здесь ждать.       Сакура старалась переодеться как можно быстрее, но когда она вышла из раздевалки, Хатаке уже ждал, опершись бёдрами о подоконник. Перед началом тренировки лампы в фойе приглушили, отчего уличный фонарь служил единственным источником света. Искусственные лучи отражались о белоснежное ги, затянутое чёрным поясом. Куртка была надета на голое тело, а ворот приспущен, и из-за скудного освещения кожа мужчины казалась намного темнее обычного. Взгляд Сакуры первым делом зацепился за выступающие мышцы груди: голубой свет подчёркивал каждый изгиб, каждую впадину на рельефном теле.       «Как же ты была неправа, Ино…» — мелькнуло в голове у девушки. Но кто же знал, что излюбленные профессором рубашки и растянутые водолазки скрывали такое мускулистое тело?       — Готова?       — Э, почти! — хриплый голос вырвал Сакуру из оцепенения. — Я не знаю, что мне с этим делать, — она протянула мужчине белый пояс.       — А, ну да, — Хатаке почесал затылок. — Подойди поближе, помогу.       Харуно встала напротив мужчины и приподняла руки. Какаши отмерил середину пояса и приложил к животу девушки. Он провёл ладонями по талии Сакуры, обматывая пояс вокруг. Скрестив его за спиной, он ухватился за концы и притянул к себе. От резкого движения Харуно невольно подалась вперёд, ближе к Хатаке. Ещё чуть-чуть, и она бы уткнулась носом в обнажённую грудь, которую так пристально рассматривала — сумрак позволял делать это без какого-либо стеснения. Нехотя Сакура оторвала взгляд и посмотрела наверх: Какаши сосредоточенно, высунув кончик языка, завязывал витиеватый узел. Он не замечал, как колыхались волосы девушки от его дыхания, как блеснула голубоватым свечением взмокшая нижняя губа… Он лишь вдыхал аромат её духов. Жадно, опасаясь, что он вновь исчезнет из его жизни. Этот запах имел чудотворное свойство окрашивать повседневность в яркие цвета и постепенно превращался в его личный наркотик.       — Готово, — резко дёрнув за концы, Хатаке затянул узел покрепче, тем самым пробуждая девушку от немного пугающих фантазий, что захватили сознание. — Пошли, — он схватил спортивную сумку и перекинул через плечо. — Повторяй всё за мной, я буду рядом.       Обойдя фойе, они оказались у большого дверного проёма, за которым находился главный зал. Хатаке приоткрыл дверь и, прежде чем переступить порог, поклонился. Он вошёл внутрь, остановился в ожидании и покосился на докторантку. Вжав голову в плечи, она попыталась скопировать его движения: прижала локти по бокам и согнулась пополам. Судя по тому, как усмехнулся профессор, с поклоном она переборщила.       Яркий свет ослепил девушку. Но по сравнению с уличным фонарём, лампы в додзё были теплые, отчего освещение было сравнимо с дневным. Каратисты сидели на деревянном полу на коленях, поджав пятки под себя. Кто-то прикрыл глаза, медитируя, кто-то молча смотрел перед собой. Спортсмены различались цветом поясов — от белого до красного, от синего до чёрного. У стены, напротив всех, сидел мужчина с седыми волосами и чёрным, стёртым местами до белого поясом.       — Это мастер додзё, сенсей Сарутоби, — прошептал Хатаке. В глазах девушки читалось откровенное недоразумение, и Какаши поспешил это исправить. — Ты сейчас поклонилась в знак уважения додзё. Пошли, все нас ждут, — он прикоснулся ладонью к её спине. — Нам туда, к новичкам с белыми поясами. Я обычно сижу с другого конца, но сегодня я твой сенсей, — Какаши улыбнулся. — Повторяй всё за мной…       Поочерёдно опуская колени, Хатаке сел на пол. Сакура предприняла попытку скопировать каждое движение мужчины, но в итоге запуталась и рухнула вниз. Повезло только, что с небольшой высоты.       — Это положение сэйдза. А сейчас будут три поклона: основателям каратэ, сенсею и своему труду.       Сенсей Сарутоби что-то произнёс, после чего спортсмены по очереди, начиная со старших поясов, положили ладони на пол перед собой и согнулись, замерев на несколько секунд. Краешком глаза Харуно наблюдала за профессором. Плавные движения, сопровождаемые тихим хрустом жёсткого хлопка, сосредоточенный взгляд… Видеть мужчину за пределами офиса было непривычно, словно это и вовсе был другой человек: решительный, надёжный и невероятно обворожительный… Несмотря на то, что каратэги чертовски ему шло, Сакура не могла перестать думать о том, что скрывалось под ним.       «Ино точно не поверит», — докторантка огляделась по сторонам. Она оказалась единственной, кто ещё сидел на полу. Оттолкнувшись руками о пол, Сакура поднялась с колен, но молниеносно пожалела об этом. С непривычки ноги болезненно затекли, и она чудом сохранила равновесие благодаря Какаши, который подстраховал в последний момент.       Разминка, отработка базовых ударов, названия которых периодически дублировал Хатаке… Харуно очень старалась успевать за всеми, при этом как можно чётче копируя движения Какаши, но, наверное, если посмотреть со стороны, вид у неё был ещё тот. Дыхание девушки участилось, на лбу проступили капельки пота, а когда объявили пятиминутный перерыв, Сакура жадно припала к бутылке с водой, с хрустом сжимая тонкий пластик.       — Сейчас мы разделимся, — к Харуно подошёл Какаши. Он не выглядел уставшим или измотанным, только лёгкий румянец придавал мужчине какое-то детское озорство. — Младшие пояса будут отрабатывать комбинации в паре, а старшие — спарринги. Если хочешь, можем понаблюдать за боями, а затем ещё раз пройдёмся по базовым ударам и стойкам, но уже отдельно ото всех.       — Да, хорошо, — кивнула Сакура, не особо разбирая в чём разница.       Они уселись у стены, и Харуно внимательно наблюдала за тем, как каратисты разбились на пары и начали отработку ударов ногами.       — На самом деле, выглядит несложно, — заметила девушка, после того как один из спортсменов отбил прямой удар в живот.       — Ну, в одном ты права, — Какаши придвинулся к Сакуре, взглядом перескакивая с одной пары на другую. — Ничего сложного в ударах нет. Главная трудность заключается в том, чтобы выработать силу, скорость, точность. И о контакте нельзя забывать: касание головы, например, наказывается штрафным очком, — как в подтверждение его словам, один из спаррингующих пропустил удар в солнечное сплетение и теперь восстанавливал дыхание. — Кстати, с чего такое рвение к боевым искусствам?       — Я всегда видела в них что-то красивое, духовное. И полезное, естественно, — Харуно призадумалась. — А тут подвернулся удобный случай, можно сказать, кинули вызов.       — Вызов? — Хатаке невольно приподнял бровь.       — Что-то вроде, — Сакура собиралась было упомянуть про странную склонность следовать указаниям незнакомого человека, но профессор мог бы не понять. Или ещё хуже: раскритиковать не самую безопасную авантюру докторантки, ведь она не знала, кто мог скрываться под аббревиатурой «С.». — Подруга уговорила попробовать именно карате. Кстати, — Харуно озабоченно нахмурилась. — Почему никто из них не ходит с разбитой бровью? И кровавых отметок на кулаках ни у кого нет?       Хатаке вздрогнул и провёл большим пальцем по заживающей корке, которая начала отрываться и теперь держалась на честном слове. Он громко выдохнул и сжал кулаки, отчего на тыльной стороне ладони выступили вены. Сердце бешено забилось, так и норовя выскочить из грудной клетки — его раскрыли. Впервые его одолел парализующий страх, что липко пробирался по спине к затылку. По какой-то причине, он боялся раскрыть свою проблему Сакуре. Также, как он опасался признаться в своей слабости незнакомке.       Из-за затянувшегося молчания Сакура перевела взгляд на его лицо и моментально осознала: она затронула что-то личное, запретное. Губы мужчины были сжаты, на напряжённых мышцах лица залегли тёмные тени, а глаза были скрыты чёлкой. Но только она решилась прервать тишину, Какаши повернулся к ней и неестественно улыбнулся, наигранно прищуривая взгляд:       — Что-то мы засиделись, — он поднялся и, подхватив девушку под локоть, повёл в другую часть зала, где было поменьше людей. — Так, вставай в стойку: левая нога вперёд, вес на ней же… Подними кулаки, один у груди, второй чуть подальше, — Хатаке обхватил ладони девушки и приподнял её руки на нужную высоту. Мягкие прикосновения мужчины сковывали дыхание, а от нахлынувшего волнения подкашивались ноги. Он отпрянул, осматривая позицию девушки, и удовлетворённо кивнул. — Вот так.       Сакура замерла, наблюдая за тем, как Какаши встал напротив неё и тоже принял боевую позицию.       — Теперь бей правой рукой мне в голову, — заметив недоумение в глазах Харуно, он уточнил. — Не бойся, бей. Только прижимай локоть к себе во время удара.       Сакура ударила. Она очень старалась вложить всю силу, сосредоточенно всматриваясь в цель — острый подбородок мужчины. И на какой-то момент ей показалось, что между ними нет преграды, и она обязательно попадёт. Но прежде чем Харуно поняла, что произошло, её кулак отлетел в сторону.       — Аге-уке, он же верхний блок. Теперь бей в живот, — очередной удар попал мимо цели. — Ещё один. Учи-уке. И ещё один… — Хатаке с лёгкостью отбивал удары. Он делал это играючи, и несползающая с его лица улыбка неслабо раздражала Сакуру.       — Так неинтересно, я даже попасть не могу! — Харуно мгновенно пожалела о своих словах. Глаза мужчины хитро блеснули, и в следующий момент она оказалась сидящей на полу. Её ноги были неестественно согнуты, а пятая точка садняще ныла.       — Аши барай, или по-простому — подсечка, — он протянул ей руку и ещё шире расплылся в улыбке: на лице Сакуры пролегла недовольная, но уж слишком забавная морщинка.       — Не смешно!       — А ты думала, что всё будет легко? Теперь твоя очередь, я бью, ты защищаешься.       Какаши начал осыпать девушку ударами. Вся её концентрация уходила на то, чтобы следить за его движениями и кое-как выставлять блоки. Несмотря на то, что профессор явно бил в четверть силы, а то и меньше, такой ритм неслабо вымотал Сакуру. Когда она была на последнем издыхании, Хатаке пробурчал, что пора заканчивать, но при этом коварно улыбнулся. Мужчина перенёс вес на заднюю ногу, а передней выполнил подсечку. Харуно потеряла равновесие, только на этот раз оказалась проворней: она вцепилась пальцами в куртку мужчины и повисла на нём. Не ожидая дополнительного груза, Какаши не удержался и наклонился вперёд вслед за девушкой, касаясь её щеки кончиком носа.       Сакура оцепенела, не смея шелохнуться. Прерывистое дыхание Хатаке щекотало губы. Зрачки беспорядочно бегали, цепляясь за каждую морщинку, каждый изъян на лице Какаши: зажившие шрамы, свежая рана над бровью, горбинка на носу… Сакуре казалось, что каждая незначительная деталь была до боли знакомой, и что ей было крайне необходимо рассмотреть всё поближе. Откуда взялось это чувство, она не знала, да и не особо задумывалась о последствиях, так как неожиданная близость с мужчиной кружила голову, а мелькнувшие ранее фантазии вернулись с новой силой. Затаив дыхание, она медленно подалась вперёд — лишь бы не спугнуть…       Она дотронулась губами до губ Хатаке. Сначала они показались холодными, слегка влажными, но стоило Сакуре прильнуть сильнее, её окатило теплом. Внезапное прикосновение отдалось по телу лёгкой дрожью, одновременно отрезвляя и туманя рассудок. Ноги Харуно начали подкашиваться, и она сильнее уцепилась за жёсткий ворот, потихоньку осознавая свои действия.       Испуг затаился в глазах обоих, но ни один из них не пытался пошевельнуться и разорвать контакт, боясь сделать шаг вперёд. Или назад. Лишь когда пальцы Сакуры начали слабеть, она резко отпрянула, и если бы Хатаке своевременно не подхватил её за плечи, то Харуно бы вновь оказалась на полу. Вернув равновесие, она поднялась, разглаживая складки ги, и с опаской глянула на Какаши. Он растерянно смотрел на Сакуру, еле заметно шевеля губами, но прежде чем он решился что-то сказать, по залу пронёсся крик:       — Тренировка окончена. Все на построение!       «Случайность, ничего более», — и Сакура, и Какаши подумали об одном и том же, молча семеня к остальным каратистам.