1 книга, 5 глава — "Весёлый" Хеллоуин

* * *

Проснулся Зонтик рано, потому что он очень плохо спал. Об этом свидетельствовали небольшие круги под глазами. Он был очень дерганым и вздрагивал от каждого громкого звука. Феликс сразу заметил это в своем друге и спросил, что случилось. Однако Зонтик ему сказал, что расскажет когда они все вместе соберутся на том же месте. А до следующего эдакого "собрания" осталось три дня, то есть, в пятницу. Голубоволосый умылся, почистил зубы и привел себя в порядок. Когда он уже переоделся в школьную форму и выходил из гостиной вместе Феликсом, как внезапно услышал разговор между Гарри и Роном о том, что встреча с трехголовым псом была отличным приключением и они бы не отказались от ещё одного в том же духе. Зонтик от услышанного нервно икнул, обратив на себя внимание брюнета и рыжего. — Н-нет уж, хватит с меня! Я и так сыт погорла этим! — резко сказал он нервно, — у меня теперь после той "встречи" кошмары будут снится! И выбежал из гостиной. Благо в ней больше, кроме них, никого не было. Феликс всё также недоумевал и задавался вопросами. Но что же касается Невилла и Гермионы, то им, кажется, было абсолютно безразлично, что находится в том тайнике, на котором стоял этот монстр. Невилл вообще думал только о том, чтобы больше никогда не оказаться поблизости от трехголового пса и Зонтик был с ним полностью солидарен в этом.

* * *

Зонтик вот уже неделю как тянет то "собрание" на котором он должен был объяснить, что же с ним случилось той ночью, что он стал таким. Конечно, он уже успел немного успокоится и даже помириться с Гарри и Роном. Голубоволосый прекрасно знал, что они не были ни в чем виноваты. Однако Зонтик в последнее время заметил, что Феликс, Ромео, Чарли и даже Данте, по отдельности пытались выловить его в коридорах и библиотеке. Голубоволосый прекрасно понимал, что те просто очень сильно волнуются за него, но ничего не мог поделать, кроме как просто сбежать подальше. Он не был готов рассказать им об этом, хоть и должен. Но, кажется, сегодня они притихли? Или это ему просто кажется из-за сильного недосыпа? Под конец завтрака в большой зал влетели совы, разносящие почту. Все сидевшие в зале сразу заметили шестерых сов, несущих по воздуху длинный сверток. Зонтику было интересно, что лежит в свертке, не меньше, чем всем остальным. И он был жутко удивлен, когда совы спикировали над их столом и уронили сверток прямо в тарелку Гарри. Не успели шесть сов набрать высоту, как появилась седьмая, бросившая на сверток письмо. Гарри сначала вскрыл конверт. Прочитав его, выглядел он радостным и передал письмо сначало Рону, а он — Зонтику с Феликсом. НЕ ОТКРЫВАЙТЕ СВЕРТОК ЗА СТОЛОМ, - гласило письмо.

В нем ваша новая метла, «Нимбус-2000», но я не хочу, чтобы все знали об этом, потому что в противном случае все первокурсники начнут просить, чтобы им разрешили иметь личные метлы. В семь часов вечера Оливер Вуд ждет вас на площадке для квиддича, где пройдет первая тренировка. Профессор Ф. Нечитайло.

— «Нимбус-2000!» — прошептал Феликс, когда Зонтик вернул письмо Гарри. — Это же она? Я такую даже в руках не держал, — простонал Рон. В его голосе была слышна зависть. Феликс подхватил удивленного голубоволосого и вместе с Гарри и Роном, что взяли сверсток, вышли из зала, чтобы успеть рассмотреть метлу до начала первого урока. Но стоило им подойти к лестнице, как на их пути выросли Крэбб и Гойл. Появившийся из-за их спин Малфой вырвал у Гарри сверток и оценивающе ощупал его. — Это метла, — категорично заявил он, бросая сверток обратно Гарри. На его лице читались злоба и зависть. Но только если Рон завидовал по-доброму, то зависть Малфоя была черной. — На этот раз тебе не выкрутиться, Поттер. Первокурсникам нельзя иметь свои метлы. — Надеюсь, вы тут не ссоритесь, мальчики? — пропищал проходящий мимо профессор Флитвик. Видимо, он шел из большого зала. — Профессор, Поттеру прислали метлу, — выпалил Малфой и замер, явно довольный собой. —Да, да, все в порядке, — профессор Флитвик широко улыбнулся Гарри. — Вы знаете, Поттер, профессор Нечитайло рассказал мне о сделанном для вас исключении. А что это за модель? — Это «Нимбус-2000», сэр, — пояснил Гарри, сдерживая улыбку. Зонтик заметил, что Малфой смотрит на брюнета с непониманием и ужасом, — я должен поблагодарить Малфоя за то, что мне досталась такая метла. Крэбб и Гойл расступились, и Гарри, Рон, Зонтик с Феликсом пошли вверх по лестнице. Первые двоя и последний тряслись от беззвучного смеха. Малфой выглядел разъяренным и одновременно беспомощным. — Самое смешное, что это правда, — хихикнул Гарри, когда они оказались на самом верху мраморной лестницы. — Если бы Малфой не схватил напоминалку Невилла, то я не вошел бы в команду... — Значит, ты полагаешь, что это награда за то, что ты нарушил школьные правила? — раздался сзади гневный голос. Они оглянулись и увидели поднимающуюся по лестнице Гермиону Грэйнджер. — Кажется, ты с нами не разговаривала, — заметил Гарри. — И ни в коем случае не изменяй своего решения, — добавил Рон. — Тем более что оно приносит нам так много пользы. Гермиона гордо прошла мимо, задрав нос к потолку. Зонтик внутри всё больше недоумевал с неё. Может, он ошибся в ней? Но... Она ведь выглядит такой одинокой. Голубоволосый не раз замечал, что она часто сидела одна на занятиях, а также за столом факультета. И ходит она одна. Ему её было жалко. Он хотел к ней подойти, но увы, у него это так и не получалось. То Феликс его тащит к друзьям, то домашнего задания было много, то ещё что-нибудь мешал. А он действительно хотел подойти. Просто подойти к ней и завести разговор. Неважно о чем, об учебе, об факультетах, о Гарри. Зонтик буквально чувствовал, что она была бы рада даже этому, хоть и не показала бы этого.

* * *

Голубоволосый устало зевнул, прикрыв рот рукавом мантии, идя из библиотеки вечером. Было где-то восемь часов и уже постепенно начинало темнеть. Недостаток сна уже начинал сказываться на его работоспособности. Кошмары снились ему буквально каждую ночь, а днём, на уроках Истории магии, он очень боялся дремать. Ведь, если он ночью просыпается в холодном поту, тяжело дыша и только за счет сна соседей и специальных заклинаниях его состояния более и менее незамечали, то вот что будет днём... Так же Зонтик просто не мог попросить у Алебарда зелья сна без сновидений. Тот забеспокоится и будет спрашивать у него, что случилось. В больничное крыло он тоже не хочет идти, он просто не доверяет мед. ведьме. Из двух зол, Зонтик выбрал — ничто. То есть он просто продолжит мучиться кошмарами, пока они сами не утихнут и не пропадут совсем. Голубоволосый считает, что так он никого не по беспокоит своими кошмарами. Эх, как же он ошибался. Завернув за угол, он вскрикнул когда его неожиданно перехватили за запястье и потащили в неизвестном направлении. Подняв взгляд, и будь у него очки, они бы обязательно съехали, его тащил за руку... — К-Куромаку! — удивленно воскликнул он. — Тихо ты! — шикнул на него он, — хоть по этому маршруту и не ходят ученики, но лучше быть потише. — Н-но, Куромаку! Я не могу! Я не могу ещё вам рассказать! Я ещё не набрался сил и... — Как ты наберешь сил, если ты по ночам спать не можешь? — неожиданно спросил он, завернув за угол и прижав его к стене, — ты ведь думал, что мы не заметим, как ты ходишь с каждым днем всё бледнее и бледнее, а под глазами расцветают черные круги? — Н-но... — хотел было что-то сказать Зонтик, как его перебили. — Тебе придется рассказать нам, что случилось, — твердо, но строго сказал Куромаку, продолжив путь. Голубоволосому ничего не оставалось как смиренно идти за ним, так как запястье его держали крепко, но на удивление аккуратно. Спустя несколько минут, они поднялись по лестнице и оказались перед дверью. На ней не было ни ручки, ни замочной скважины: сплошное полотно из старинного дерева и бронзовый молоток в форме орла. Неожиданно прозвучал голос: — Что было раньше: Феникс или огонь? — Круг не имеет начала, — ответил Куромаку. Дверь сразу же отодвинулась в сторону и сероволосый быстро проскочил в гостиную вместе с голубоволосым. Зонтик не успел рассмотреть её как следует, но что он заметил, так это то, что учеников в ней не было. «Видимо, они либо в библиотеке или же в своих спальнях,» — предположил он. Куромаку повернул налево в коридор. Они прошли мимо закрытых дверей с табличками. Зонтик даже заметил таблички с именами своих друзей, также он заметил, что большая часть дверей имела пустые таблички. Вскоре они дошли к одной из дверей и Куромаку распахнул её. Голубоволосый успел заметить табличку с «Куромаку Гримм». На них сразу же подняли глаза и Зонтик испуганно-задушено икнул. Здесь были в основном ученики Рейвенкло. Ромео, Данте и Габриэль расположились на синих пуфиках на полу. Заметив, что те, кого они ждали, пришли, они подняли выжидающий взгляд на Зонтика. Куромаку расположился на одном из свободных пуфиков и усадил рядом с собой занервничавшего голубоволосого. В спальне повисла тишина, прерываемая лишь тихим тиканьем часов на стене над письменным столом. Зонтик уткнуться взглядом на свои пальцы, что теребили края рукавов мантии. Он ещё в этом году заметил за собой это привычку. На него всё также смотрели с ожиданием, заставляя этим его ещё больше нервничать. Зонтик не знал с чего начать. У него не получалось сформировать мысли, когда он перешагнул порог комнаты Куромаку. Даже нормального предложения. Из-за этого он нервничал ещё больше, что было видно по его пальцам. Всё это время он пытался стереть воспоминание о той "встречи", но они, как назло, лезли в голову всякий раз, когда он о них старался не думать. И это происходило постоянно. Зонтик солгал бы, если бы сказал, что он не устал и с ним всё в порядке. Да, он устал, физически и морально, но он ничего не мог с этим сделать. Не мог. Просто не мог. Конечно, ему снились кошмары. Они были словно в тумане, но оставляли сильный осадок. Зонтик даже немного завидует Гарри, Рону и Гермионе, которым не снились кошмары с участием того "пёсика" вообще. Иногда ему начинает казаться, что он испытывает всё это за них. Тот ужас, страх, кошмары... Зонтик едва заметно покачал головой и прикрыл глаза. О, Мерлин. Он даже не знал с чего начать. Мысли метались в голове словно раненые птицы, а он сам начинал, почему-то, чувствовать сильное беспокойство. Зонтик сильнее сжал рукава мантий, пытаясь узнать дрожь и напряженно выдохнул. «Так, ладно,» — пытался он успокоить себя, — «я должна хотя бы попытаться.»

«— Когда не знаешь, с чего начать, лучше всего начать с начала, — сказал красноволосый мальчик другому мальчику с эльфийскими ушами и грустными глазами.»

Зонтик всё же открыл глаза, но всё также продолжал смотреть на дрожащие пальцы. Он неуверенно начал: — Я... — начал он, но слова застряли в горле. "Я" прозвучало как-то очень надрывно-тихо. Словно он собирался оправдываться перед матерью рядом с разбитой вазой, которую ей подарили на свадьбе и она её очень полюбила. Рядом сидячий Данте положил руку ему на плечо, пытаясь успокоить, что у него получилось. Через минуту, Зонтик принял ещё одну попытку. — У нас в тот день было первое занятие по полетам. Вы, наверное, уже видели небольшую перепалку между Драко и Невиллом из-за напоминалки на завтраке? — спросил он у них неуверенно и немного поднял голову, чтобы увидеть согласные кивки. — Ну и, на этом занятии Невилл взлетел раньше свиска. С метлой он не смог совладать и в итоге упал с шести метровой высоты, — Зонтик буквально слышал как у Куромаку начали скрипеть шестерёнки. Вероятно, он снова начал что-то вычислять. Наверное, вероятность той или иной травмы. — Мадам Трюк ушла проводить его до больничного крыла. Малфой после её ухода стал высмеивать Невилла вместе со своими друзьями и даже собирался спрятать напоминалку на макушку дерева. Мы, конечно, пытались уговорить его этого не делать, я даже сказал ему, что он: «своими поступками ты больше походишь на магловского мальчишку, чем на чистокровного мага, единственного наследника своей семьи.» — нахмурившись, пытаясь вспомнить, что он сказал Малфою. — однако он всё равно взлетел на метле. Гарри пришлось тоже взлететь чтобы уже силой забрать напоминалку. Увы, он опять не послушал и кинул её прямо в воздухе, чтобы Гарри её поймал... ...Зонтик видел словно в замедленной съемке, как шар поднимается вверх, на мгновение застывает в воздухе, а потом начинает падать. Гарри нагнулся вперед и направил рукоятку метлы вниз, а в следующую секунду вошел в почти отвесное пике. Скорость все увеличивалась. Зонтик смотрел на это всё с заметным ужасом, словно брюнет, как и Невилл сейчас упадет на землю. Гарри вытянул руку, не снижая скорости, и, когда до земли оставалось не более полуметра, поймал шар — как раз вовремя, чтобы успеть выровнять метлу. И мягко скатился на траву, сжимая шар в руке... — ... И уже в полуметре у земли он смог поймать её, — сказал Зонтик. Мальчики удивленно на него посмотрели, но не решились перебить, — после этого появился профессор Нечитайло. Я объяснил ему ситуацию и тот всё понял. Его очень сильно поразил талант Гарри, ведь он ещё и сел на метлу впервые, поэтому он определил его в команду квиндича нашего факультета. — Так значит тот сверсток, что принесли совы — это метла? — спросил Ромео. Куромаку закатил глаза на это. — Я же уже сказал тебе, что сверсток по форме упаковки слишком сильно напоминал метлу. Чем ты вообще слушал? Ромео проигнорировал замечание друга. — ... После занятия я вместе с Феликсом, навестили Невилла и отдали напоминалку, — неуверенно продолжил Зонтик. — Так как это связанно с твоим состоянием? — нетерпеливо спросил Ромео и получил за это учебником по лицу. — Дай ему договорить! Если он начал с самого начала, значит это как-то было связанно с этим, дубина! — зарычал на него Куромаку, но в ту же секунду успокоился, словно это и не он сейчас рычал на Ромео, — продолжай, Зонтик, — спокойно сказал он ему, но всё также сверля любителя розового взглядом. — Л-ладно, — неуверенно согласился голубоволосый. Его немного испугало резкая перемена настроения в Куромаку, — ну... На обеде он подходил к нашему столу, чтобы узнать не отчислили ли Гарри. Но его быстро разочаровали. Тогда он вызвал Гарри на дуэль в одиннадцать часов... — На дуэль, говоришь? — спросил задумчиво Куромаку. — Д-да, но как я успел узнать позже — их обманули, так как Драко не пришел, а пришел Филч с миссис Норрис. Кхм, — Зонтик кашлянул в кулак, — за несколько минут до отбоя я решил навестить Невилла и, если его выписали, проводить до башни, так как у нас поменялся пароль, а он его не знал. Однако я не успел дойти, так как через, наверное, десять минут услышал очень громкий грохот за дверью мимо которой я проходил. Я уже успел пройти достаточно далеко, тихо очень было, а грохот был таким громким, что разбудил бы весь замок... — Странно, но мы ничего не слышали, — задумчиво сказал Ромео. — Скорее всего, здесь есть небольшая звукоизоляция, — ответил ему Куромаку. — Звуко... чего? — недоуменно спросил Габриэль. — Неважно, — недовольно сказал сероволосый, махнув рукой, — продолжай. — ...так что этот грохот застал меня в расплох, — послушно продолжил Зонтик, — я даже прийти в себя не пришел, как из-за той двери послышался громкий голос Гарри и он выбежал из комнаты. Вместе с ним были ещё Рон, Гермиона и Невилл. Я ничего спросить не успел как Гарри схватил меня и сказал простое, «бежим!». После неизвестного количество времени мы забежали в коридор заклинаний. Мы остановились чтобы отдышаться и именно тогда я узнал, что Драко их обманул, дав Филчу знать, что в комнате с трофеями кто-то будет в одиннадцать, — Зонтик заметил, что Данте неодобрительно покачал головой на его слова. — Мы немного передохнули и приняли решение возвращаться в башню, чтобы не нарваться на Филча. Однако мы не успели пройти и метра, как неожиданно появился Пивз. Он то и закричал на весь замок, что ученики бродят по школе, — Зонтик невольно поёжился, вспоминая его визг, — мы побежали снова. Пробежали ещё неизвестное количество времени прежде чем остановится в конец коридора с закрытой дверью. Я открыл её простым заклинанием и мы спрятались за ней, — сказал он и немного сгорбился, скрывая лицо за волосами и с ещё большей силой сжимая края мантии. Через несколько секунд он добавил уже намного тише, — лучше бы не открывал и прятался за ней... «...Замок заскрежетал. Дверь распахнулась и они быстро скользнули внутрь, закрыв за собой дверь и прижавшись к ней, дабы слышать, что происходит в коридоре. Они услышали, как со свистом унесся куда-то Пивз и как яростно ругается Филч. Однако всё внимание Зонтика было приковано к кое-что другому. Это "кое-что" ввело его в самый настоящий ужас, как и Невилла. Оно пугает его куда больше, чем профессор Снейп на первом занятии зельеварения. Если бы не действие успокаивающего зелья, он бы прямо здесь упал в обморок и никогда бы не проснулся. Пальцы дрожали, ноги подкашивались, лицо побелело, а дыхание было страшно как неровным. Зонтик смотрел на "это" широко раскрытыми глаза, что они были готовы выпрыгнуть из орбит, как и сердце из груди...» — Что ты увидел? — спросил Куромаку после минуты тишины, осторожно положив руку на плечо Зонтика, сжав его, — что ты увидел? — Я-я увидел т-трехголового п-пса под т-три метра, черного ц-цвета, — заикаясь сказал Зонтик, — к-кажется, это и-именно он н-находится в т-том коридоре. В комнате повисла тишина. — Что делает цербер в школе, полным учеников?! — возмущенно воскликнул Куромаку и начал ходить по комнате, — чем вообще директор думал, когда притаскивал сюда это?! А если бы этот цербер сожрал бы любопытных учеников?! Постой... Ты ведь сказал, что открыл дверь в комнату с ним простым заклинанием? — Д-да, — ответил ему Зонтик, уже понимая к какому выводу пришел Куромаку. — Если директор действительно засунул туда цербера, то явно для охраны, но вот почему на двери не было никакой защиты? Если он действительно хочет чтобы это "что-то" не украли, то должен был наложить на двери много защитных, сигнальных заклинаний и ловушки. Почему он этого не сделал? — недоуменно-возмущенно спросил Куромаку у себя. — Ничего не бывает просто так, — напомнил им Данте. Действительно, какая была причина у директора? Зачем ему это было нужно? Для чего? Зонтик всё больше начинал не понимать. Зонтик неожиданно почувствуй дежавю. Они ещё посидели в комнате Куромаку, пока не прозвучал звон колокола, оповещающий отбой и они разошлись. — А ты останешься здесь, — неожиданно сказал сероволосый, закрыв дверь прямо перед Зонтиком. Голубоволосый недоуменно моргнул. — Н-но я не могу остаться у тебя, Куромаку! — запротистовал он, — во-первых, мои соседи забеспокоются моим отсутствием, а во-вторых, правилами ведь запрещено ночевать, да даже приходить, в чужих факультетах. — Останешься у меня, — строго сказал он, но тут же смягчил немного тон, — во-первых, я уже сказал Феликсу, что ты останешься у меня переночевать, а во-вторых, я поговорил с нашем деканом, профессором Флитвиком, и тот разрешил тебе приходить в башню факультета, так как твой брат был и остаётся его любимчиком. Против такого, Зонтик не нашел аргумента и ошеломленно промолчал, так и стоя перед закрытой дверью, когда Куромаку зашел через другую дверь. Вероятно, она ведёт в ванную. Сумку у него забрали до этого и поставили где-то под рабочим столом. — Ты будешь передаваться или нет? — спросил у него Куромаку уже переодетый в пижаму состоявшая из серой рубашки и черных свободных штанов. — У м-меня она осталось в спальне.. — чуть заикаясь сказал Зонтик. Сероволосый закатил глаза и отдал ему одежду. Голубоволосый смутился аки, маковый цветочек, но всё же принял её и зашел в ванную. Она была немного больше, чем ванная их факультета, но просторная чем у них. В ней больше преобладали синие цвета. Переодевшись в белую рубашку и такие же черные свободные штаны, он вышел. Свет уже был выключен, но возле кровати горела небольшая лампа. Куромаку что-то записывал в свой блокнот сидя на краю кровати. Заметив, что Зонтик уже переоделся он махнул рукой на противоположную сторону кровати и положил блокнот на тумбочку. — Ложись уже, — сказал он Зонтику, что стоял рядом с двухспальней кроватью, не решаясь лечь. — П-прямо рядом с т-тобой? — спросил у него смущенно голубоволосый. Выглядит он аки, маковый цветочек. — Разумеется. Здесь нет второй кровати, а эта достаточно большая чтобы мы не беспокоили друг друга, — сказал Куромаку снимая очки, — ложись уже. Зонтик нерешительно лег натянув одеяло до макушки. Сероволосый едва слышно хмыкнул на это, пряча глаза за челкой и сам лег, выключая свет. Комната погрузилась в приятный полумрак ночи.

* * *

Зонтик распахнул глаза тяжело дыша и сжимая одеяло возле груди. Он чувствовал как пот стекает с его лба. Перед глазами было темно. Первой мыслью было: «где я?», но он вовремя вспомнил, что Куромаку оставил его переночевать у себя. Был также порыв взять палочку и наколдовать Люмос, чтобы развеять тьму в комнате, но Зонтик не мог пошевелить и пальцем. Кошмар снова был как в густом тумане, но осадка он оставил в этот раз больше чем до этого. Это голубоволосый понял сразу после пробуждения. Сердце колотилось так, словно оно вырвется из груди, а дыхание никак не могло восстановится. Зонтик хотел наложить заглушающие чары, но он не мог пошевелиться, хоть и пытался. Мальчик не хотел будить Куромаку своим очередным кошмаром. Он почувствовал рядом с собой шевеление и шорох одела, прежде чем над ним навис Куромаку. Хоть в темноте не было его лица, но Зонтик чувствовал у него небольшую сонливости. Голубоволосый чувствовал кожей его изучающий взгляд и пытался выглядеть не так плохо, чем на самом деле, но у него это с треском провалилось. — Это те самые кошмары, верно? — спросил у него Куромаку всё также нависая над ним. В ответ он получил молчание. Он устало выдохнул, — почему не попросил у Алебарда или же у мед. ведьмы зелье сна без сновидений? — Н-не хотел... б-беспокоить...брата, — ответил наконец Зонтик с трудом выговаривать слова. Горло будто сжимали теневые костлявая руки, — а м-мед. в-ведьме... я... не доверяю... Послышался ещё один усталый вздох. Куромаку лег на бок и притянул голубоволосого к себе. Последний очень сильно удивился этому и даже попытался отодвинуть, но всё что у него получится это поджать ноги и прижать руки к груди Куромаку. — Спи давай, — сказал недовольно он на слабое сопротивление и прижал Зонтика сильнее. Голубоволосому ничего не оставалось кроме как уткнуться носом в изгиб шеи друга. Неожиданно для самого себя, он подумал, что Куромаку пах довольно приятно. Запах книг, серых чернил и лаванды. Эти запахи успокаивали его, как и спокойное дыхание Куромаку. Глаза медленно закрылись... ... И Зонтик в ту же секунду открыл их. Перед ним был светлый потолок, а из окон светило восходящее солнце. Голубоволосый медленно сел и потер сонные глаза. Чувствовал он себя значительно лучше чем до этого. — Ты проснулся? — спросил у него Куромаку суша волосы, — как себя чувствуешь? — Значительно лучше чем до этого, — честно ответил ему Зонтик, сонно моргая, — правда есть небольшая сонливость. Сероволосый кивнул и досушил волосы. Голубоволосый отправился приводить себя в порядок. Волосы за ночь жуть как запутались, но с помощью Куромаку они пришли в порядок. Через десять минут они вышли из комнаты и у выхода из башни их уже ждали Данте, Габриэль и довольный чем-то Ромео, и они все вместе отправились к большому залу. Они спокойно дошли до него за тихими разговорами. Зайдя туда, голубоволосый отделился от компании и направился к своему столу. — Как себя чувствуешь, Зонтик? — спросили в один голос Гарри и Феликс когда он сел между ними. — Уже лучше, спасибо, — неловко сказал он, взяв свою порцию овсянки. — Блин, снова овсянка! — недовольно протянул Рон, — меня уже тошнить начнет от неё. Эх, поскорее бы обед, — мечтательно протянул он. — Что у нас по расписанию? — поинтересовался Феликс. — Травология с Рейвенкло, Чары с Пуффендуем, Зельеварение с Слизерином и Трансфигурация, — перечислил Гарри. — Ещё и урок со слизнями, — недовольно пробубнил Рон. Феликс от этого посмеялся, а Зонтик позволил себе небольшую улыбку.

* * *

После этого прошло ещё время. Зонтику приходилось ночевать у Куромаку целую неделю. Именно за это время кошмары полностью отступили, чему голубоволосый был и рад и не рад одновременно. Теперь у него не было повода ночевать у Куромаку. Расстроился он после того как лег на уже свою кровать и попытался во сне обнять Куромаку, а потом он понял что рядом пусто. Зонтик не подавал виду что он расстроился и выходило у него это хорошо. Проснувшись утром в канун Хэллоуина, ребята почувствовали восхитительный запах запеченной тыквы, обязательного атрибута этого праздника. А потом на уроке по заклятиям профессор Флитвик объявил, что, на его взгляд, они готовы приступить к тому, о чем давно мечтали маглорожденные и полукровки, что жили у маглов. Профессор Флитвик разбил всех учеников на пары. — Не забудьте те движения кистью, которые мы с вами отрабатывали, — попискивал профессор Флитвик. — Кисть вращается легко, и резко, и со свистом. Запомните — легко, и резко, и со свистом. И очень важно правильно произносить магические слова — не забывайте о волшебнике Баруффио. Он произнес «эс» вместо «эф» и в результате обнаружил, что лежит на полу, а у него на груди стоит буйвол. Достичь результата оказалось непросто для большинства. У Зонтика получилось практически сразу, а позже и у Феликса, после того как он объяснил ему где у него были ошибки. Профессор Флитвик похвалил голубоволосого за то, что у него получилось это заклинание практически сразу и за то, что он помогает другим. Гриффиндор получил двадцать баллов. Зонтик решил немного передохнуть и посмотреть у кого не получалось. Рону, стоявшему за соседним столом, не слишком везло. —Вингардиум Левиоса! — кричал он, размахивая своими длинными руками, как ветряная мельница. Но лежавшее перед ним перо оставалось неподвижным. — Ты неправильно произносишь заклинание, — донесся до Зонтика недовольный голос Гермионы, — надо произносить так: Винг-гар-диум Леви-о-са, в слоге «гар» должна быть длинная «а». — Если ты такая умная, сама и пробуй, — прорычал в ответ Рон. Гермиона закатала рукава своей мантии, взмахнула палочкой и произнесла заклинание. Перо оторвалось от парты и зависло над Гермионой на высоте примерно полутора метров. — О, великолепно! — зааплодировал профессор Флитвик, — все видели: мисс Грэйнджер удалось! К концу занятий Рон был в очень плохом расположении духа. Зонтик это и видел и чувства физически, поэтому решил держаться поближе к нему, чтобы тот не натворил дел, но из-за толкучки у него это получалось не очень. До его слуха донесся недовольное бурчание Рона. — Неудивительно, что ее никто не выносит, — пробурчал он, когда они пытались пробиться сквозь заполнившую коридор толпу школьников. — Если честно, она настоящий кошмар. Наконец они выбрались из толпы. Но в этот момент кто-то врезался в Зонтика сбоку, видимо не заметив его. Это была Гермиона. Ускорит шаг, она врезалась в Гарри и тут же метнулась обратно в толпу, но голубоволосый успел разглядеть ее заплаканное лицо и это его не на шутку встревожило. — Эй, ты куда? — спросил у него Феликс, когда Зонтик поспешил за девочкой. — Я за Гермионой, меня очень сильно беспокоит её состояние, — ответил ему голубоволосый. — А где мне тогда тебя искать потом?! — Ищи на втором этаже возле туалетов девочек, — быстро сказал Зонтик и поспешил за Гермионой, что уже скрылась из виду, не слыша ответ блондина. Голубоволосый нашел её спустя пятнадцать минут на втором этаже в женском туалете. Она спряталась в одной из кабинок. Зонтик не боялся зайти на "запретную территорию" так как звон на следующий урок уже прозвучал и ничего в коридорах не было. Он старался как можно тише ступать по каменному паркету, что у него с успехом получалось. Зонтик поджал губы в тонкую линию, когда подошёл к кабинке в которой навзрыд плакала Гермиона. Её плачь было слышно ещё на пороге туалета. Она, скорее всего, слышала звон колокола на занятие и не боялась плакать навзрыд. У голубоволосого сжалось сердце от её плача. Такое... Отчаянное и одинокое. Сколько она сдерживала себя, чтобы не расплакаться при всех? Два месяца? А может... Больше? Зонтик был уверен, что в её мире не было друзей из-за того, что она была умнее, любила читать и, скорее всего, не интересовалась вещами, которыми интересовались её сверстники. Голубоволосый видел со стороны её одиночество и сейчас оно было ещё больше чувствовалось из-за двери кабинки. Зонтик положил ладонь на дверь и тихо выдохнул, думая что сказать. «С тобой всё в порядке?» звучало бы СЛИШКОМ глупо и он это знал. «Почему ты плачешь?» звучало бы тоже глупо, так как он знал ответил на этот вопрос. — Гермиона?.. — неуверенно позвал он её тихо, чтобы не напугать девочку. Плачь резко затих как и всхлипы. — Ч-что ты тут делаешь, М-мелтон?.. — её голос дрогнул и дрожал в нем не присутствовал прежний тон, — звонок на з-занятие уже был, что т-ты здесь делаешь? — Я заметил тебя когда ты столкнулась со мной и забеспокоился, увидев твое лицо, — честно ответил он ей. — Оставь меня в покое! Уходи! — потребовала она, но её голос дрожал, а всхлипы были слишком надрывными. — Я не уйду, пока ты не успокоишься, Гермиона, — решительно сказал Зонтик и прислонил лоб к двери, — мне всё равно что я пропущу занятие. Да и к тому же сейчас История магии. Меня больше беспокоишь ты. — Я... Я? — недоуменно спросила она приглушенно всхлипнула, явно пытаясь сдержать плачь. — Да, ты, — согласился с ней Зонтик, — я... я тоже в какой-то степени одинок. Да, у меня есть друзья с которыми я дружил с детства и дружу до сих пор, хоть мы и на разных факультетах и у меня есть старший брат, Алебард. Я... я могу понять твоё одиночество хоть и одиночество у нас немного разное, но похоже. Я... — Зонтик на мгновение замолчал, но потом продолжил, — я ещё после первого месяца учебы заметил, что ты ходишь одна, — всхлипы прекратились и голубоволосый счёл это хорошим знаком. — На занятиях и за столом ты тоже сидела одна. И выглядела ты грустной, хоть и пыталась это скрыть. Это у тебя выходило очень хорошо, Гермиона, — Зонтик чуть улыбнулся, — я честно хотел подойти к тебе и завести разговор. Любой. Даже самый обычный, о погоде, о расписании. Но... У меня это не выходило. Не только из-за того, что я очень нерешительный, но из-за обстоятельств. Когда я уже набирался сил чтобы сделать это, меня то Феликс поведет к друзьям, то слишком много домашнего задания и сроки поджимали, то ещё что-нибудь. Но, я правда хотел завести с тобой разговор, честно, честно! Всё это время, пока он говорил, не было ни одного всхлипа. — Ты... Можешь выплакаться, Гермиона. Не нужно сдерживать слезы. Они у тебя, наверное, уже скопились за длинные промежутки времени. Я не хотел тебе мешать, просто... Я хочу чтобы ты знала, что ты можешь со мной поговорить в любое время. Я буду только рад поддержать разговор или же спокойное молчание в библиотеке, — Зонтик выдохнул и через минуту молчания он добавил, — ты можешь выплакаться, не сдерживай их. Я... Буду здесь то того момента пока ты не успокоишься. Это будет только между нами. — Н-но ведь это женский туалет... — Я знаю, Гермиона. Но я останусь. Если кто и будет заходить, я с прячусь, а ты при этом просто делай вид, что меня здесь нет, хорошо? — Л-ладно, — послышалось хныканье из-за двери и она снова заплакала, но уже не так одиноко и отчаянно как до этого было.

* * *

От лица Феликса

Гермиона и Зонтик не появились на следующем уроке и до самого вечера никто вообще не знал, где они. Лишь спускаясь в большой зал на банкет, посвященный Хэллоуину, Феликс, Гарри и Рон случайно услышали, как Парвати Патил рассказывала своей подружке Лаванде, что Гермиона плачет в женском туалете и никак не успокаивается, прося оставить ее в покое, но о Зонтика не было и слова. Судя по виду, Рону стало совсем уж плохо. Феликс накладывал себе в тарелку запеченные в мундире картофелины и одновременно с этим беспокоился за Зонтика. Хоть блондин прекрасно знал, что тот ушел успокаивать ту девочку, но, Мерлин, прошло уже достаточно времени чтобы он начал беспокоится за голубоволосого. Мало ли, что может произойти?.. Его беспокойные мысли вбежавший в зал профессор Квирелл. Его тюрбан сбился набок, а на лице читался страх. Все собравшиеся замерли, глядя как Квирелл подбежал к креслу профессора Дамблдора и, тяжело опираясь на стол, простонал: — Тролль! Тролль... в подземелье... спешил вам сообщить... И Квирелл, потеряв сознание, рухнул на пол. В зале началась паника от которой Феликс сдержал желание зажать уши. Такого шума он ещё никогда не слышал. — Старосты! — прогрохотал Дамблдор. — Немедленно уводите свои факультеты в спальни! «Что?» — подумал блондин, — «но ведь факультеты Слизерина и Пуффендуя находятся в подземелье, а профессор Квирелл сказал, что тролль в подземелье, нет?» Судя по лицу Куромаку, Пика, Вару, Риккардо и остальных, их мысли совпадали полностью. На оживленное движения на лестницам, эвакуация шла полным ходом. Феликс услышал рядом голос Гарри. — Я только что вспомнил: Гермиона и Зонтик! — А что Гермиона и Зонтик? — не понял Рон. — Они не знает про тролля. Рон прикусил губу. — Ладно, — отрывисто произнес он через несколько секунд, которые, судя по всему, понадобились ему на то, чтобы призвать на помощь все свое мужество. — Но если Перси нас заметит... — Тогда я пойду искать профессора Нечитайло. Он не должен был далеко уйти, а вы идите за ними, — резко серьезно сказал Феликс. — Но ведь мы не знаем где они.. — неожиданно сказал Рон. — Зонтик сказал мне, что они будут на втором этаже в одном из женских туалетов, — ответил ему блондин, — будьте осторожны, я почему не верю профессору Квиреллу. Гарри и Рон молча кивнули, и пригнувшись, они влезли в самую середину группы школьников из Пуффендуя, которые наконец двинулись к своей башне — то есть в противоположном направлении. Феликс молча наблюдал за ними и поспешил обратно к большому залу, чтобы успеть перехватить профессора, но увы, когда он заглянул туда, там уже никого не было. Цыкнув от досады он побежал по коридору к подвалам. Если его здесь не было, это значит он уже, скорее всего, на пути к ним. И в этот раз Феликс не ошибся. Завернув за угл, он увидел напреженую спину Нечитайло, что быстрым шагом шел к подвалам. — Профессор! — как можно громче крикнул Феликс. Профессор от неожиданности вздрогнул и остановился, а потом он развернулся к блондина. Его лицо больше выражало беспокойство чем строгость. — Что вы здесь делайте, мистер Флетчер? Разве вы не должны быть со своим факультетом? — Простите профессор, но у меня кое-что, что я вам обязан сказать! — голос блондин чуть дрожал выдавая его беспокойство. — Я вас слушаю, — сказал Нечитайло, нахмурившись. — У нас нет Гермионы и Зонтика. Сама Гермиона плачет в одном из женских туалетов на втором этаже, а Зонтик ушел её успокаивать и они оба ещё так и не появились!..

Конец от лица Феликса

* * *

— Как ты себя чувствуешь, Гермиона? — обеспокоено спросил у неё Зонтик, когда девочка открыла дверь кабинки и протянул ей платок. — В порядке, спасибо, — смущенно ответила она и приняла платок, аккуратно выбирая лицо. После этого она отдала ему платок. — Рад это слышать, — сказал голубоволосый смущенно улыбнувшись, забрав платок. — Спасибо... — Хм? — недоуменно спросил он, стоя рядом с кабинкой. — Спасибо что не оставил меня, — пояснила она смущенно. — Пожалуйста, Гермиона... Внезапно они услышали грохот, очень неприятный запах и тролля что зашел в женский туалет. Зонтик задушенно икнул и зажал Гермионе рот, прежде чем она завопила от ужаса. Это было нечто ужасное примерно четырех метров ростом с тусклой гранитно-серой кожей, бугристым телом, напоминающим валун, и крошечной лысой головой, больше похожей на кокосовый орех. У тролля были короткие ноги толщиной с дерево и плоские мозолистые ступни. Руки у него были намного длиннее ног, и потому гигантская дубина, которую тролль держал в руке, волочилась за ним по полу, а исходивший от него запах мог сразить получше любой дубины. Зонтик быстро спрятался вместе с Гермионой в ту самую кабинку из которой вышла девочка. Благо тролль их не заметил и был увлечённо рассматриванием помещением. Голубоволосый всё также закрывал ей рот, но после, девочка сама убрала его руку. В ту же секунду, как они спрятались в кабинке, тролль посмотрел в их сторону, но не заметил. Зато заметили Гарри и Рон, что осторожно заглядывали в туалет. Тролль стал медленно приближаться в их сторону. Голубоволосый и девочка задрожали от страха. Зонтик сжал челюсть чтобы не икнуть, что у него получалось, пока что. Он заметил через щель в двери как Гарри что-то сказал Рону, рыжий порывистый кивнул, схватил валявшуюся на полу затычку для умывальника и что есть силы метнул ее в стену. Тролль замер в каком-то метре от них. Он неуклюже развернулся, чтобы посмотреть, кто произвел такой шум. Его маленькие злые глаза уткнулись в Гарри. Тролль заколебался, решая, на кого ему напасть, а потом шагнул к Гарри, поднимая свою дубину. — Эй, пустая башка! — заорал Рон, успевший добежать до угла туалетной комнаты, и швырнул в тролля куском металлической трубы. Кажется, тролль даже не обратил внимания на то, что кусок железа ударил его в плечо. Зато он услышал крик и снова остановился, поворачивая свою уродливую физиономию к Рону и предоставляя Гарри возможность оббежать его и оказаться рядом с уже открытой кабинкой. — Давай, бежим! Бежим! — кричал Гарри им, схватив их за руки. Зонтик и Гермиона как можно быстрые пытались идти, но их ноги словно налелись свинцом. Крики Гарри и разносящееся по комнате эхо, рикошетом отлетающее от стен, привели тролля в еще большее замешательство. Он явно растерялся, когда перед ним оказалось так много целей, и не знал, что ему делать. Когда до открытой двери оставалось всего пару метров как вдруг тролль заревел и стал замахиватся дубиной. Гермиона вскрикнула, когда дубина разломала несколько кабинок. Тролль развернулся к ней и ещё раз замахнулся, но уже на неё. — Гермиона! — воскликнул Зонтик и оттолкнул её от зоны поражения, меняясь с ней местами. Голубоволосый вскрикнул когда его спина и затылок с силой столкнулись со стеной коридора. Он осел на пол не в силах удержаться на ногах. В глазах потемнело, а в ушах зазвенело. Плохой знак. — Зонтик! — услышал он их крик. Он почувствовал дерганные прикосновения Гермионы к своей голове. — У-у т-тебя идёт кровь, Зонтик! — голос девочки дрожал, выдавая её начинающиюся истерику. — Я... В порядке.. — тихо сказал он с трудом выговаривать слова. Мысли путались. — П-потерпи пожалуйста, — так же тихо сказала она ему, резко вскрикнула и вцепилась в него, словно за спасательный круг. Рядом послышался грохот и по стене пошла трещина. Зонтик поджал губу и приоткрыл глаза, в ту же секунду они шокировано распахнулись. Обломок стены завис в нескольких сантиметрах от них обоих. Он светился слабым голубым светом и небольшими белыми искрами. Почему всё так стремительно развивается? Или это он потерял на секунду чувство времени из-за удара головы? Голубоволосый перевел удивленный взгляд на Рона. — Вингардиум Левиоса! Внезапно дубина вырвалась из руки тролля, поднялась в воздух и зависла на мгновение, потом медленно перевернулась и с ужасным треском обрушилась на голову своего владельца. Тролль зашатался и упал на пол с такой силой, что стены комнаты задрожали. Гермиона от ещё одного громкого звука вскрикнула и спрятала лицо в одежду Зонтик. Голубоволосый осторожно погладил её по волосам, пытаясь успокоить. Гарри поднялся на ноги. Зонтик видел, что его колотило, и он никак не мог перевести дух. Рон застыл на месте с поднятой палочкой, непонимающе глядя на результат своего труда. — Он... он мертв? — первой нарушила тишину Гермиона, медленно выглянув из-за одежды Зонтика. — Не думаю, — ответил Гарри, обретя дар речи вторым, — я полагаю, что он просто в нокауте. Они даже не отдавали себе отчёт в том, какой шум они тут подняли. Кто-то внизу, должно быть, услышал тяжелые удары и рев тролля, и мгновение спустя в коридор выбежали профессор Нечитайло с Феликс, за ними профессор Снейп, а за ним профессор Квирелл. Квирелл взглянул на тролля, тихо заскулил и тут же плюхнулся на пол, схватившись за сердце. — О, Мерлин! Вы в порядке?! — воскликнул блондин с ужасом смотря на них, пытаясь увидеть у них травмы. — М-мы в порядке, Феликс, — неловко сказал Зонтик подняв примирительно дрожащую руку и зажмурив один глаз. — Какой ещё «в порядке», Зонтик?! — неожиданно воскликнула Гермиона обратив на себя внимание присутствующих, — у тебя кровь на затылке, а сам ты подняться не можешь! Да и.. — она задрожала, но слезы все же потекли, — к тому же... Ты принял весь урон на себя, хотя это мы должны были получить эти травмы... — Профессор Нечитайло, мы всё объясним, правда! — воскликнул Гарри, — мы правда не знали что тролль будет на этом этаже! Мы надеясь лишь на то, чтобы оповестить Гермиону и Зонтика о нем и идти обратно к гостиной... — Объяснятся будете потом, — резко сказал Нечитайло. Зонтик заметил его беспокойство в голосе, — для начала вы идете в больничное крыло, чтобы знать наверняка что вы не пострадали. Можете ходить, мистер Мелтон? — голубоволосый неловко покачал головой и тут же схватился за неё. В ушах снова зазвинело, перед глазами потемнело, а к горлу подкатила тошнота. Он не заметил как профессор поджал губу, но заметил что его подхватили на руки. Он не стал сопротивляться, хоть и знал что потом он будет смущатся. — Северус, Квирелл, — обратился Нечитайло к мужчинам, — на вас тролль, а вы троя, — он обратился уже к ним, — за мной. Мистер Флетчер, вы можете идти в гостиную. — Нет, я с вами! — Как хотите, — выдохнул профессор и быстрым шагом направился в больничное крыло. Ребята едва поспевали за ним, так быстро он шел. Словно он летел как птица. До больничного крыла они дошли очень быстро. — О, Мерлин! Что случилось? — удивленно спросила Помфри, когда Нечитайло буквально влетел в больничное крыло, но увидев на его руках Зонтика, вовремя сориентировалась, — быстрое его на койку, — скомандовала она. Голубоволосый почувствовал как его положили на койку. Он чуть вздрогнул, когда на нем применили диагностирующее заклинание. — Сильное сотрясение мозга и небольшая рана на затылке, — выдала вердикт она и быстро ушла куда-то, но также быстро вернулась уже с зельями, — вот выпей, — сказала она, помогая ему их выпить. Зонтик сморщился от неприятного вкуса, но послушно выпил. Помфри помогла ему лечь и накрыла одеялом. — Кто-нибудь ещё пострадал? — спросила она. — Неизвестно, но проверьте этих троих, — сказал Нечитайло, подтолкнув Гарри, Рона и Гермиону, что совсем скоро упадёт в ещё одну истерику. С Гарри и Роном всё было в порядке, но вот Гермиону, как и Зонтика, оставили в больничном крыле, чтобы она поспала после принятия успокаивающего зелья. Их обоих должны выписать завтра. — Мы зайдем к вам завтра, — сказал Феликс уже у двери. — Л-ладно, — согласился Зонтик. — Всё, идите, дайте им покой! — выгнала мед. ведьма их. Свет в больничном крыле сразу же погас. Голубоволосый смотрел в потолок и потом перевернулся на бок, смотря уже заснувшую Гермиону. Благодаря зельям сна без сновидений и успокаивающего, она быстро уснула. Девочка чуть подрагивала во сне. Зонтику тоже дали зелье сна без сновидений и ему пришлось его выпить. В тишине он лежал непонятно сколько времени, пока её не разрушил тихий голос профессора и Помфри. А полумрак — слабый свет из коридора. — Что вообще произошло, Фёдор? — тихо спросила женщина. — Тролль оказался здесь. — Тролль? — недоуменно спросила она и ей кивнули, — но откуда? — Я не знаю, но думаю что Квирелл как-то замешан в этом. — То есть? — Он первый оповестил всех нас о нем и сказал, что «тролль в подземелье», но оказалось, что он на самом деле был на втором этаже. — Ты думаешь, что он солгал? — Это слишком похоже на ложь, — устало произнес Нечитайло. — А что случилось с мисс Грейнджер и мистером Мелтоном? — Они были в женском туалете. Как мне сказал мистер Флетчер, что «сама Гермиона плачет в одном из женских туалетов на втором этаже, а Зонтик ушел её успокаивать и они оба так и не вернулись...», — ответил ей профессор. — Так значит, мистер Флетчер знал где они находились? — Да. Когда он узнал о тролле, то поспешил сообщить об их отсутствии мне. Выглядил он перепуганным. Ещё меня беспокоили его слова про то, что он не доверяет словам Квирелла. От Помфри послышался усталый вздох. — И что сделал директор, когда услышал, что тролль в подземелье? — Сказал, чтобы старосты отвели свои факультеты в их спальни, — мрачно ответил ей Нечитайло. — В их спальни?! — возмутилась мед. ведьма, но тут же снизила тон, — он что, забыл где находятся спальни Слизерина и Пуффендуя?! Если бы тролль действительно был там, то дети бы пострадали! О, Мерлин, о чем думает директор... Повисла тишина. — Бедные дети, — тихо сказал Помфри смотря на них, — о них, ведь, почти никто не вспомнил... Профессор ничего на это не сказал, но по молчанию было понятно, что он с ней был согласен. — Эх, ладно, Фёдор, — заговорила снова женщина, — не смею тебя задерживать. — Я хотел кое-что у тебя спросить, — сказал Нечитайло уже в коридоре и его слова были практически не слышны для Зонтика, — ты что-нибудь ещё обнаружила при диагностике? — Да, небольшое магическое истощение. Оно было практически незаметно, а что? — Просто когда я, Северус и Квирелл прибыли на место, то заметили, что один из обломков стены завис в нескольких сантиметрах от мистер Мелтона и мисс Грейнджер. — Думайте, что это его магический выброс? Но ведь... — Я знаю, Помфри, — остановил её Нечитайло, — но ведь мистер Мелтон как-то сделал это, хоть и неосознанно... Дальше голоса утихли и голубоволосый услышал стук каблуков профессора по полу. Зонтик нахмурился после окончания разговора между мед. ведьмой и профессором. Он ещё больше начал ничего не понимать да и... Что случилось за тот промежуток времени, когда он врезался в стену? Значит, от обломка его спасла его магия? Но... Как? Конечно, Зонтик видел, как обломок завис, но всё же... Сон сморил его, когда он окончательно успокоился, хоть его и беспокоило кое-что.

* * *