холодно (Дэвид Шариф, Хью Дэрроу)

На Панхее холодно. Кураж от грядущей встречи, вспышки камер и доверху заполненные игристым шампанским бокалы не греют, хотя, казалось, всем вокруг практически душно от жары. Панхея — ебаный лед. И айсберги, и коркой покрытый океан, когда за окном фатальные минус сорок, и колкий ветер, бросающий снег в лицо, — всё это напоминает Дэвиду темницу. Тюрьму для высшей политической аристократии мира. Хью улыбается мягко и гордо. Здесь он радушный хозяин, гений, филантроп, мультимиллиардер, спонсирующий спасение планеты. А его детище, его Панхея — возможность для аугов и чистых встретиться на нейтральной территории и (в последний раз) всё обсудить. Дэвид не понимает намеков, не видит правды. Не замечает, что здесь все друг другу враги. КАСИ улавливает неточности, фиксирует недомолвки, шлет на сетчатку тревожные отчеты: что-то не так. Что-то вот-вот случится. Дэвид смеется, в пальцах вертя бокал с шампанским. Что еще может случиться, кроме открытия Панхеи? Ничего, ясно? Ни-че-го. На Панхее по-прежнему холодно.