1

— Драко Малфой! Услышав своё имя, Драко бросил беглый взгляд на своих друзей и уверенной походкой направился к шляпе, ведь он знал на какой факультет попадёт. Слизерин. Факультет, на котором учились все его родственники. Место, где ему суждено было провести ближайшие семь лет учёбы в окружении таких же как и он сам, наследных аристократов с безупречно чистой кровью. Вот только у распределяющей шляпы на этот счёт, очевидно, было своё мнение. — КОГТЕВРАН! Дальнейшие события происходили словно в замедленной съёмке. Драко посмотрел в сторону своих друзей. Те, как один отвернули свои головы. В глазах некоторых из них даже проскользнуло презрение. Ребята со стороны стола — теперь уже — его факультета радостно хлопали и улюлюкали. А рука профессора МакГонагалл аккуратно подталкивала его сзади. Так что ему не оставалось ничего, кроме как подняться с табурета и направиться к когтевранскому столу, игнорируя смешки со стороны соседнего стола. — Какая ирония! Драко поднял голову и встретился с уже знакомыми карими глазами. Девчонка, которую он и его друзья осыпали оскорблениями, лишь стоило ей упомянуть о своём магловском происхождении. Теперь он должен был сидеть за одним столом с ней и с другими нечистокровными. И правда ирония. — А если серьёзно, то твои друзья настоящие глупцы, если считают, что принадлежность к определённому факультету — самое важное в человеке. — Драко на это лишь фыркнул. — Не, ну правда! Ведь пусть представителям каждого факультета и присущи определённые черты характера, это не означает, что от человека нужно сразу отрекаться… — Не говори о тех вещах, в которых ничего не смыслишь. — Тот факт, что я маглорождённая, не означает, что я ничего не понимаю в вопросах, касающихся магии и волшебников. — После этих слов она подвинулась ближе к какой-то девочке, которая, судя по всему, тоже была первокурсницей, и завела с ней разговор. К нему же самому подсел какой-то мальчишка и попытался расспросить о чём-то. И то его попытки длились недолго. Драко особо не слушал, отдав всё своё внимание лежащей у него в тарелке еде. Он даже не сразу заметил того, что тот ушёл. — Эй, Драко, каково это теперь быть на факультете, кишащем грязнокровками? Слышать насмешку в голосе Пэнси, которая прежде всегда ему разве что в рот не заглядывала, было непривычно и даже немного обидно. Всё-таки он считал, что кто-то вроде неё, кто-то настолько сильно обожающий его, не должен отвернуться одним из первых. — Я буду всё своё время проводить в окружении тех, кто не пытается казаться умным, а действительно является таковым. — Он повернулся к столу Слизерина и не без удовольствия отметил то, что пухлые щёки Паркинсон покраснели. — Так что, думаю, в некотором роде мне даже повезло. Драко понимал, что последняя фраза была насквозь пропитана ложью. Произошедшее с ним было чем угодно, но никак не везением. В скором времени пиршество закончилось и Драко присоединился к своим однокурсникам, которые, казалось, только его и ждали. Всю дорогу он шёл в самом конце их группы. Его походка была ленивой и в какой-то степени неохотной, взгляд же безразлично блуждал по стенам древнего замка, на которых красовались полные жизни картины. Они приводили многих ребят в восторг. До своей гостиной они добрались довольно быстро и, пожалуй, только сейчас Драко позволил себе удивиться. Вместо пароля для входа было необходимо ответить на вопрос, что с одной стороны показалось ему довольно оригинальным, с другой же не очень практичным. Всё-таки люди, обладающие недюжинным умом, могут встречаться и на других факультетах. Первым, что бросилось Драко в глаза, лишь стоило ему переступить порог комнаты, был потолок, похожий на звёздное небо. Его всегда привлекали звёзды и космос в целом. Он тут же вспомнил рассказы отца об общей комнате Слизерина. Тёмная, мрачная и невероятно холодная большую часть года, из-за того, что находится в подземельях. Драко никогда не понимал отцовского восторга комнатами змеиного факультета, но утешал себя мыслью, что поймёт всё, когда сам окажется в них. Как-никак это было ожидаемо, почти что судьба. Гостиная Когтеврана, наоборот, была невероятно светлой, несмотря на столь тёмный потолок. Она так и говорила о том, что этот факультет — место для умников. Многочисленные книжные шкафы, кресла, диваны и стулья со столами. Драко даже невольно сравнил это место с маленькой библиотекой. Здесь было уютно. Он даже поймал себя на мысли, что этот факультет не был бы настолько плохим, учись на нём лишь чистокровные. — Поздравляем! Я староста Роберт Хиллиард, и я рад приветствовать вас на факультете Когтевран. Наш герб — орёл, который парит там, куда другие не могут подняться. Цвета нашего факультета — синий и бронзовый. Наша гостиная располагается на вершине башни Когтеврана за дверью с зачарованным молоточком. Из арочных окон нашей гостиной видны озеро, Запретный лес, поле для квиддича и теплицы. Все первокурсники принялись смотреть по сторонам, некоторые даже стали расходиться по комнате. К таким студентам принадлежала и Гермиона Грейнджер. Всё её внимание было приковано к многочисленным книжным шкафам. Казалось, она и вовсе не слушает старосту. Подобное поведение было довольно необычным, особенно если учесть её происхождение. Драко думал, что она, наоборот, будет внимательно слушать парня и, словно губка, впитывать в себя каждое его слово. Но ещё большим удивлением для него стало то, что его вообще волнует, чем занята маглорожденная девчонка. Это настораживало тем, что он, Драко Малфой, то и дело искал в толпе копну каштановых волос. Но Драко быстро нашёл объяснение своему интересу. Ему просто было любопытно посмотреть на человека, рождённого не в семье волшебников. Всё-таки все его познания о таких как она в основном сводились к тому, что отпрыски маглов — это практически тролли, которым дали в руку волшебную палочку, а потому они являются полнейшими бездарностями и глупцами. — Что касается наших отношений с другими факультетами: вы, наверное, слышали о Слизерине. Не все они плохие, но лучше быть начеку, пока вы не узнаете ученика Слизерина достаточно хорошо. Согласно их давним традициям, они делают всё возможное, чтобы победить. Поэтому будьте внимательны, особенно на матчах по квиддичу и экзаменах. На этих словах Драко усмехнулся. Мысли о том, что он сейчас должен стоять в совершенно иной гостиной и в абсолютно другом окружении, вновь всплыли в его голове. Драко со страхом представлял себе реакцию отца. Как никак о Когтевране как, собственно, и о других факультетах, Люциус Малфой всегда выражался довольно категорично. Факультет «жалких министерских крыс» — вот как называл его Малфой-старший. И это беспокоило Драко. Всё-таки отец всегда был для него примером для подражания, примером того, каким должен быть истинный аристократ, был тем, кого ему не хотелось бы разочаровать ни при каких обстоятельствах. — Уверен, вы будете хорошо спать. Наши спальни находятся в башенках, что отходят от главной. В комнатах стоит по четыре кровати, накрытых шелковыми, пуховыми одеялами небесно-голубого цвета, а свист ветра в окнах очень расслабляет. Все студенты стали расходиться по своим спальням. Одна лишь Грейнджер продолжала рассматривать книжные шкафы. И в её глазах он видел неприкрытое обожание. В какой-то момент Драко даже стало немного не по себе от этого. — Очень опрометчиво с твоей стороны было пропустить мимо ушей рассказ старосты. Не находишь? Драко привычно растягивал слова, показывая своё безразличие к происходящему и откровенную скуку. Ленивой походкой он прошёл вглубь гостиной и вновь оглянулся, с прискорбием признавая, что комната действительно была хороша. — Всю важную информацию я узнала при прочтении «Истории Хогвартса». — Она медленно повернулась. — Я привыкла доверять лишь тому, что написано в книгах или сказано преподавателями. Драко промолчал, заинтересованный подобной точкой зрения. Она же, бросив последний взгляд на какую-то довольно толстую книгу, направилась к спальням девочек. Драко решил не задерживаться и, последовав её примеру, пошёл в противоположную сторону. Когда же он открыл дверь теперь уже своей комнаты, то увидел, что все его соседи уже легли спать. И это не было удивительно, учитывая количество событий, произошедших сегодня. На его же собственной кровати лежали две мантии с гербом факультета, сине-бронзовый шарф и такой же расцветки галстук. Чемодан Драко стоял у изножья кровати и явно ждал момента, когда его разберут. Единственным же, что он достал из него, стала пижама. Драко хотелось как можно скорее лечь спать. Он верил в то, что, проснувшись, окажется там, где и должен был оказаться, и произошедшее превратится просто в страшный неприятный сон. Но к величайшему сожалению Драко, его надежды не оправдались, и проснулся он всё в той же спальне. Другие ребята уже были на ногах, некоторые даже успели переодеться в форму и теперь вполголоса обсуждали предстоящую учёбу. На их лицах сияли радостные улыбки, заставившие Драко почувствовать себя неуютно. Поэтому, поднявшись с постели, он поспешил выйти из комнаты, в глубине души надеясь, что за время его отсутствия та опустеет. Вот только Драко не учёл того, что в гостиной людей с сине-бронзовыми галстуками будет ещё больше. И, наверное, впервые в жизни ему захотелось забиться в какой-то тёмный угол и спрятаться от всех этих людей, которые то и дело пытались завести с ним разговор. Кажется, он даже успел кому-то нагрубить во время своего небольшого путешествия до ванной и обратно. У него шла кругом голова. И его состояние лишь ухудшилось, когда их фамильный филин сбросил перед ним письмо, запечатанное зелёным сургучом с гербом их семьи. Первой мыслью Драко было то, что отец каким-то образом сумел узнать результат его распределения, и это письмо было полно гневных слов и возмущений. Однако, внимательно осмотрев конверт, он понял, что почерк был не отцовский. Через минуту уже снимал с конверта сургуч. Здравствуй, Драко,

Ты хорошо доехал до Хогвартса? Если честно, мне до сих пор не верится, что ты уже стал настолько большим, что теперь являешься студентом. Кажется, ещё только вчера у тебя проявились магические способности… В любом случае, я так рада за тебя и, надеюсь, ты быстро освоился в гостиной Слизерина. Всё-таки твой отец так много рассказывал тебе о ней.

Знаешь, мне так много хочется тебе сказать, но мысли всё никак не хотят складываться на бумаге в слова. Поэтому, скажу лишь то, что мне, как никому другому, хорошо известно, насколько усердным ты, Драко, можешь быть. Так что, прошу тебя, не переусердствуй с учёбой, милый, и не сиди за учебниками слишком много, или, хотя бы попробуй читать на свежем воздухе. Признаться, в твоём возрасте, я много времени проводила за прогулками по окрестностям Хогвартса. У тебя всегда была невероятно сильная тяга к знаниям, чего стоит то, что одним из твоих любимых мест в поместье была именно библиотека, а потому мне остаётся лишь надеяться на то, что ты последуешь моей просьбе.

Уже скучаю по тебе и жду твоего возвращения домой. Пиши мне.

С любовью, мама

Драко положил письмо обратно в конверт, поджав губы. Он боялся реакции матери на то, что он попал вовсе не на Слизерин. Она, наверняка, будет расстроена. — Малфой, всё хорошо? — Ему на плечо легла чья-то ладонь, но он поспешил сбросить её. — Не твоего ума дело! Положив письмо в сумку, Драко вышел из-за стола и поспешил к выходу из зала. У него не было никакого желания разговаривать с кем-то. Поэтому он поспешил к выходу из Большого зала. Всё-таки ему ещё предстояло найти кабинет, в котором у него будет занятие. После получаса блужданий по коридорам Драко только убедился в правильности этого решения. Школа была похожа на лабиринт, но ещё хуже. Всё время двигающиеся лестницы, пропадающие и появляющиеся вновь двери кабинетов, некоторые из которых таили за собой отнюдь не классные комнаты. Происходящее было настолько ужасным, что пару раз Драко даже ловил себя на мысли, что безнадёжно потерялся. Лишь через несколько минут ему, наконец, удалось добраться до нужной двери, у которой уже столпились первокурсники с Когтеврана и Пуффендуя. Они с восторгом обсуждали предстоящее занятие. Когда же дверь кабинета распахнулась, все хлынули внутрь, стараясь успеть занять как можно более хорошие места. Драко занял место в самом конце класса. — С твоей кислой миной никто другой не согласится сидеть рядом с тобой, — сказала Грейнджер, тут же сев рядом с ним. Драко невольно обвёл кабинет взглядом, пытаясь осмыслить странные мотивы однокурсницы. — Маглы таким людям часто говорят: «Будь проще, и люди к тебе потянутся». Это было сказано таким тоном, будто она цитировала учебник. Драко ничего не ответил, лишь отодвинулся к противоположному краю парты, ему в принципе было всё равно, пока она не пытается завести с ним разговор. Вскоре он услышал скрип пера справа от себя. С того самого дня Грейнджер стала садиться с ним рядом на всех занятиях, в Большом зале и даже в гостиной факультета. И пусть её поведение казалось ему странным, к своему собственному удивлению, Драко не испытывал дискомфорта. В один из дней, когда он выходил из Большого зала в компании Грейнджер, ему встретились слизеринцы. Драко не разговаривал с ними с самого дня распределения. — Драко, что я вижу! Не прошло и пары недель, как ты уже обзавёлся грязнокровной подружкой! — Несколько ребят с зелёными галстуками одобрительно хихикнули, а Пэнси Паркинсон лишь наигранно тяжело вздохнула. — Разочаровываешь… А ведь говорил, что в жизни и на метр не подойдёшь к этой грязи. Интересно, что скажет твой отец, когда узнает об этом? Драко недовольно скривился. Он постарался проигнорировать её слова и продолжил свой путь, однако бывшие друзья последовали за ним. — Слышала, на днях тебе пришло письмо из дома… Он продолжал молчать, бледные пальцы же сжимали и разжимали ремень. Пэнси давила на больное, при этом даже не прилагая усилий. — Отстань от него! Малфой уже дал понять, что не собирается с вами разговаривать. — Кажется, он ещё никогда не был так сильно рад присутствию рядом с собой Гермионы Грейнджер, как сейчас. — Идём! Когда они отошли достаточно далеко, Драко выдернул свою руку из её, нахмурившись. Он не понимал, как вести себя после произошедшего. И это его злило, равно как и то, что Грейнджер настолько сильно вторглась в его личное пространство. Даже за руку схватила. — Тебе не стоило влезать. — Она посмотрела на него, слегка нахмурившись. — Я не могла стоять в стороне, когда эта девчонка начала бить тебя по больному. — Она остановилась. — Ставит себя выше тебя, хотя никто не имеет на это права. Тем более она. Да у неё даже оценки хуже, чем у тебя. Просто возмутительно! Казалось, она была готова взорваться от возмущения, однако у него не было ни времени, ни желание выслушивать всё это. Поэтому, едва слышно поблагодарив её, он пошёл в сторону поля. Грейнджер тут же догнала его, но продолжать разговор не стала. Когда же началось занятие по полётам Драко был удивлён тем, что та, кто за прошедшие две недели заработала их факультету более ста пятидесяти очков, безупречно отвечая на любые вопросы преподавателей, не может совладать с метлой. Кое-как призвав древко с земли, она с силой сжала его, будто всеми силами пытаясь избежать повторения своих мучений. — Оседлайте мётлы! — Перекинув ногу через древко, она что было силы сжала его. Подобное состояние Грейнджер сильно удивило Драко. Пусть и нехотя, но он всё же признавал, что она очень даже способная волшебница, особенно для рождённой в семье маглов. Теперь же оказалось, что даже у неё есть свои слабости. Хотя, даже явный страх не мешал ей держаться на метле лучше некоторых ребят. Поистине удивительно. — Грейнджер, ты же не хочешь упасть с метлы и потом ходить с ушибами? — Она дёрнулась, а руки неосознанно сильнее сжали древко. Хотя, куда ещё сильнее, Драко не понимал. — Кстати, будешь так сильно сжимать древко, оно сломается, и ты опять же упадёшь. Гермиона ему ничего не ответила, хотя хватку всё же немного ослабила. — Знаешь, если тебе страшно, то спустись на землю. — Встретившись со взглядом, так и говорящим «ты умом тронулся», он закатил глаза. — Хорошая отметка того не стоит. Грейнджер по-видимому решила прислушаться к его словам. С трудом спустившись на землю, она схватилась за живот и согнулась пополам. Обратившая внимание на студентку мадам Трюк, тут же принялась кружить вокруг неё, всё время о чём-то спрашивая. Это вызвало смешок у Драко. К его сожалению, он не мог слышать, о чём они говорят, а потому не сразу понял, почему две пары глаз уставились на него. — Мистер Малфой, будьте добры, сопроводите мисс Грейнджер в больничное крыло. — Драко было собрался возмутиться подобной, как ему казалось, несправедливостью, но профессор продолжила: — Вы и мисс Грейнджер хорошо справились, так что, если вы не планируете подтянуть свои навыки или вступить в сборную вашего факультета на следующий год, можете на следующее занятие не приходить. Драко скосил взгляд же на Грейнджер и поспешил спуститься на землю. Она всё ещё держалась за живот, её лицо было едва видно за каштановой копной волос. Но даже той части, что ему удалось увидеть, было достаточно, чтобы убедиться в том, что происходящее чистой воды фарс. — Надеюсь это был первый и последний раз, когда я так нагло обманываю преподавателя, — сказала она, когда они шли по школьному коридору. — И всё ради чего? Ради того, чтобы пораньше уйти с занятия. — Ну, можешь успокоить себя тем, что у тебя была довольно уважительная причина. Вскоре после их ухода прозвенел звонок, оповещающий об окончании занятия, так что ребята ускорили шаг, направившись в Большой зал. Скоро должен был начаться обед. Они разделились лишь у самых дверей Большого зала: Грейнджер решила дождаться подруг, Драко же, наоборот, поспешил занять себе место. Ему хотелось как можно скорее прочитать письмо отца, которое он и так долго откладывал в сторону. Быстрым движением сорвав сургуч, Драко принялся за чтение. Драко,

Я не стану расспрашивать тебя о том, как твои дела и как тебе живётся на новом факультете, потому что не вижу в этом особого смысла. Это не основная цель письма. Оно должно донести до тебя степень моей разочарованности тобой. Знаешь, поначалу мне хотелось явиться в эту чёртову школу и заставить старую шляпу изменить своё решение. Но спустя некоторое время я понял, что дело вовсе не в шляпе. Вся проблема заключается в тебе самом, Драко. Во время распределения волшебника отправляют на тот факультет, который более остальных подходит ему по духу и взглядам. А это значит, что моё воспитание не принесло никаких плодов, а если и принесло, то их было явно недостаточно для того, чтобы отправить тебя на факультет достойный наследника семьи Малфоев. Мне до сих пор стыдно смотреть в глаза главам других знатных чистокровных родов, отпрыски которых поступили на Слизерин. Из-за того, что мой сын оказался ничтожеством, которое ко всему прочему ещё и якшается с грязнокровками. Разве я таким тебя растил? Верно, не таким. Я растил волшебника, который в будущем должен был стать тем, кто достоин титула лорд Малфой. Ты меня разочаровал, Драко. И, боюсь, я уже никогда не смогу смотреть на тебя с гордостью, говоря: «Это мой сын!».

Люциус Малфой

— Это то письмо, о котором говорила Паркинсон? — Он вздрогнул от неожиданности. — Грейнджер, тебя не учили, что читать чужие письма — нехорошо? — Она на это лишь фыркнула, после чего села на скамью рядом с ним. — Ну так что? — Ты не ответил на мой вопрос. — А ты — на мой. И что с того? — Он вопросительно изогнул бровь. — Мне вообще непонятно, с чего это вдруг я должен тебе что-то говорить, Грейнджер. Мы с тобой, знаешь ли, не друзья. — Но могли бы ими стать. Она протянула ему руку, и Драко вспомнился момент, когда он сам не так давно протягивал ладонь для рукопожатия Гарри Поттеру, предлагая дружбу. Но тогда ему пришлось получить отказ, который сильно ударил по его самолюбию. Сейчас же перед ним сидела девочка, которая, наверное, с самой искренней и широкой улыбкой из всех, что Драко приходилось видеть, предлагала дружбу и протягивала руку для рукопожатия. И, казалось бы, что ему может помешать принять её. Она вызывала у него интерес к своей персоне. Да и он уже не был тем, кто должен был стать гордостью своих родителей. Разве может он стать большим разочарованием для семьи, если примет дружбу маглорождённой? Так что же ему мешает ответить на рукопожатие? Простая злость и обида, вызванные воспоминаниями о не самом удачном опыте заведения друзей. — Нет, Грейнджер, не могли бы. — Он поднялся со своего места и направился к выходу из Большого зала. Драко заметил изменения в их «общении» в первый же вечер. Грейнджер всё так же везде его сопровождала, но в её действиях чувствовалась отстранённость. Она больше не кидала на него изучающие взгляды и не дарила приветливые улыбки всякий раз, когда он поднимал на неё взгляд. Казалось, даже воздух между ними стал тяжелее. Так дни тянулись вплоть до Хэллоуина. Драко не стал идти на праздничный ужин. Он понимал, что будет чувствовать себя лишним, ведь кроме профессоров никто не желал иметь с ним дела. Ведь он сам сделал для этого всё. Поэтому, не найдя себе развлечения в своей комнате, Драко решил спуститься в гостиную. Вот только он не ожидал того, что окажется в башне не один. — Что ты здесь делаешь, Грейнджер? — Она даже не подняла головы, продолжая читать какую-то книгу. — Что тебе нужно, Малфой? Сейчас ужин в честь Хэллоуин в самом разгаре. Я не ожидала тебя увидеть здесь. — Тоже самое могу сказать и о тебе. — Он подошёл к книжному шкафу и стал водить пальцами по корешкам. — Я думал, что кто-кто, а ты точно не пропустишь пир. У тебя ведь столько друзей, ты бы хорошо провела время. — Я не люблю этот праздник. Он абсолютно бессмыслен. — Грейнджер подняла голову. — Вот скажи, что тут можно праздновать? Она действительно ждала его ответа. Полтора месяца вела себя отстранённо, а тут ни с того ни с сего заговорить. Драко это поразило. А когда он понял, что ничего внятного ответить не может, лишь пожал плечами и глупо улыбнулся. В этот самый момент в гостиную ворвались когтевранцы, которые бурно что-то обсуждали. Ребята, казалось, со всех курсов довольно быстро расселись кто на диване, кто в кресле, кто на полу, некоторые и вовсе встали возле стен, подпирая их. И Драко мог поклясться, что впервые видел столько людей в гостиной одновременно. Услышав о том, что тролль забрался в школу, Грейнджер поспешила вступить в активное обсуждение, показывая всю широту своих познаний о троллях. Драко же предпочёл скрыться в своей комнате. С того дня Грейнджер вновь стала приветливой с ним. Она активно обсуждала с ним домашнее задание и темы, что они проходили на занятиях. У неё был свой взгляд на многие вещи, что делало её интересной собеседницей и вызывало у него уважение. — Как они могут учиться даже во время обеда? Ненормальные. Драко оторвал взгляд от книги и заметил замешательство, появившееся на лице Гермионы. Это заставило его изогнуть бровь. Он просто не мог поверить, что кого-то вроде неё, может волновать то, что говорят другие люди. — Они просто завидуют, Грейнджер. Им не под силу прочитать, а главное — понять то, что читаешь ты — вот и болтают всякие глупости. — Но это же лишь лёгкое чтиво, просто для общего развития. Даже никак не связано со школьной программой. Такое же как у тебя. — Не сказал бы, что это «лёгкое чтиво». Я планирую заработать за этот год как можно больше баллов и вывести Когтевран в общешкольном соревновании на второе место, а если повезёт — на первое. — Драко перевернул страницу. — Так что цель, с которой читаю я, довольно сильно отличается от твоей, Грейнджер. — Откуда такое стремление? Нет, я, конечно, слышала о том, что последние несколько лет наш факультет держится на третьем месте, а Кубок Школы последний раз так вообще получал много лет назад… — И тебе никогда не казалось это неправильным? На Когтевране собраны умнейшие студенты всего Хогвартса, которые не особо-то склонны к нарушению правил, в отличии от тех же гриффиндорцев, которых мёдом не корми дай найти приключений на одно место. — Он показал рукой в сторону стола львиного факультета. — Да для нас набрать большое количество баллов должно быть легче лёгкого. — Не сказала бы. Падма, как-то рассказывала мне, что слышала от сестры о том, что Поттер и Уизли в хэллоуинскую ночь, когда всех разогнали по гостиным, в одиночку одолели тролля и получили за это, кажется, баллов по пять каждый. — Драко на это недовольно фыркнул. — В любом случае, это повод задуматься. Если гриффиндорцы так смело могут нарушать школьные правила, да ещё и баллы после этого получать, то нам действительно нужно постараться, если мы хотим подняться выше третьего места в соревновании факультетов. — Избранный Поттер… — Его голос был пропитан желчью. — Это станет проблемой. — Для начала нужно убедить и остальных когтевранцев в том, что то, что ты решил провернуть, действительно необходимо. — Он поднял на неё полные удивления глаза. — Ох, только не говори, что собираешься вытянуть целый факультет! Это просто невозможно. К тому же, нам необходимо не только набирать баллы, но и не терять их. И пусть на нашем факультете не принято нарушать правила, прецеденты всё-таки случаются. — Делай, что хочешь, мне всё равно. — Он вернулся к чтению. Ему не хотелось заниматься обсуждением этой затеи с другими ребятами. Он был изгоем на своём факультете, и единственной, кто с ним хоть как-то общался, была Гермиона Грейнджер. К тому же, Драко знал, что Гермиона любима всеми, а потому ей уговорить остальных на претворение в жизнь плана по набору большого количества баллов было бы гораздо проще, нежели ему. И он был уверен, что Грейнджер возьмётся за это дело. В её глазах была заинтересованность и стремление действовать. Поэтому Драко совершенно не удивился, услышав по пути к теплицам разговор Гермионы и какой-то девочки с их факультета, в котором первая яростно убеждала последнюю присоединится к ним. И, по-видимому, ей удалось это сделать, так как сев рядом с ним, Грейнджер сияла словно начищенный галлеон и лишь прошептала «у нас есть ещё один союзник». Драко было собрался сказать, что он к происходящему не имеет никакого отношения, но профессор Стебль начала занятие. — Кто-нибудь знает, что это за растение? — Профессор указала на плотно прижатые друг к другу и свёрнутые в подобие клубка стебли. — Да, мисс Грейнджер? — Это Дьявольские силки. Внешне безобидное растение, активизирующееся при прикосновении. Стоит лишь слегка задеть стебель или листья, дьявольские силки набрасываются на обидчика и пытаются его задушить. Чем взрослее растение, тем оно более опасно. — Абсолютно, верно. Когтевран получает пять баллов. — Она в ответ лишь улыбнулась. — Как и сказала ранее мисс Грейнджер, это растение необычайно опасно, несмотря на свой внешний вид. К тому же, ему нельзя сопротивляться, так как это только усилит его хватку. — Но что нам тогда делать в случае их нападения на нас? — Расслабиться. — Все студенты с удивлением и неким недоверием посмотрели на Стебль. — Это, правда, лишь замедлит сжатие, а в некоторых случаях даже поспособствует ослаблению захвата. Самым же лучшим способом обезопасить себя является своевременное опознание растения и избежание любого контакта с ним. — Профессор, в учебнике написано ещё об одном способе защиты от Дьявольских силков. — Гермиона вновь подняла руку, обращая на себя внимание всех присутствующих. — Это растение боится света, а потому, если использовать свет или огонь… — Вы правы, мисс Грейнджер. Волшебный огонь и Люмос Солем действительно могут помочь избавиться от Дьявольских силков, уничтожив их. Потому за Ваше дополнение Вы получаете десять баллов. Драко с усмешкой взглянул на неё, в который раз убеждаясь в том, что Гермионе Грейнджер нравится быть в центре внимания. И в этом было одно из самых больших их различий. Ему больше по душе было получать отличные отметки за домашние работы или за ответы на вопросы, заданные непосредственно ему. Он не желал показывать своё присутствие больше необходимого. — Эй, Грейнджер, подними голову. — Драко нагнулся к ней, говоря еле слышно. — Малфой, тебе заняться нечем что ли? — возмутилась Гермиона, но от записей всё же оторвалась. — Паркинсон? Чего это она так вылупилась на меня? — Ты вспомни сентябрь — и сразу всё поймёшь. — Хочешь сказать, что она настолько злопамятная, что до сих пор злится на меня из-за того раза? — в её голосе проскользнуло недоверие. — Это же глупо. — Ну, думаю, она злится из-за того, что ты, находящаяся, по её мнению, ниже неё самой, сказала слово против. — Да кто эта Паркинсон такая, чтобы считать себя, чем я? — в её голосе звучала лёгкая обида. — Это последствия нашего воспитания. В нас, чуть ли не с самого рождения, взращивают неприязнь к таким как ты. — Но ведь тебе удалось изменить мнение о нечистокровных, хотя тебя растили так же, как и их. Почему же они не могут? — Гермиона вновь опустила глаза к своим записям. — Ты не совсем права. Я просто не бросаюсь оскорблениями направо и налево, вот и всё. Если тебе так будет угодно, то теперь я просто отношусь к таким как ты более терпимо. И этому, вне всяких сомнений, поспособствовало то, что я попал на Когтевран и познакомился с тобой. Именно ты показала мне, что и среди нечистокровных могут быть достойные личности. Она же немного покраснела и завела за ухо одну из прядей своего кудрявого безумия. Драко же предпочёл на этом закончить разговор. Воспоминания о распределении всё ещё были для него неприятными. Но, к его счастью, их вскоре вытеснили мысли о предстоящем матче по Квиддичу. На следующий день Драко то и дело подгонял Гермиону, которую тащил на игру чуть ли не насильно, аргументируя своё стремление лишь тем, что она ни разу не была на матче, а это была единственная возможность для него отблагодарить её за… За что благодарить он её собрался, к сожалению, ему так и не удалось понять. Вот только Грейнджер, очевидно, его потуги не оценила, ибо сразу же как они заняли свои места, достала учебник и принялась читать его. Драко же поначалу почувствовал себя оскорблённым, но вскоре началась игра, которая полностью завладела его вниманием. — Тебе действительно настолько интересен учебник по травологии, что ты вообще не следишь за матчем? — Если бы не кое-кто, то я вообще не сидела бы здесь, следя за игрой, в которой наш факультет даже не участвует. — Она потёрла руки о пальто. — И уж точно не мёрзла бы сейчас. Когда вообще игра закончится? — Как только один из ловцов поймает снитч. — Встретившись с карими глазами полными непонимания, Драко пояснил: — Маленький золотой мячик, ловля которого в некотором роде и является целью игры. — После твоих объяснений я ещё меньше стала понимать, почему мы сейчас сидим на продуваемом всеми ветрами стадионе, а не в каком-нибудь более тёплом месте? — Потому что в роли гриффиндорского ловца выступает Поттер. Этот гадёныш каким-то образом сумел попасть в команду будучи на первом курсе, хотя по правилам позволено только со второго. — Он перевёл взгляд на поле. — И стал самым молодым ловцом. — Меня порой поражает твой ненормальный интерес к его жизни. — Драко на это лишь фыркнул. — Чёрт, Поттер слишком близок к тому, чтобы поймать снитч! И это при том, что ещё недавно с его метлой происходило что-то, что известно одному Мерлину. Так как они сидели в непосредственной близости от поля, то Малфою открывался довольно хороший обзор. Даже создавалось ощущение, что нет границы между ним и трибуной. И Драко этим пользовался в полной мере, иногда перегибаясь через ограду, дабы лучше рассмотреть игру. — Судя по тому, с каким удовольствием ты наблюдаешь за игрой, в следующем году ты явно собираешься пробоваться в команду. — Гермиона подвинулась чуть ближе к ограде. — Думаю, будет неплохо, если получится попасть в сборную, — на его лице появилась широкая улыбка. Он вновь сосредоточился на игре и лишь краем глаза наблюдал за действиями Грейнджер, которая вскоре перегнулась через ограду так же как и он. И Драко мог поклясться, что ей действительно стало интересно происходящее на поле. По крайне мере, её, очевидно, что-то заинтересовало, ведь она с завидным усердием пыталась разглядеть что-то происходящее на другом конце поля. Но стоило Драко перевести взгляд вверх, как он увидел несущегося прямо на них Поттера. Его реакция была незамедлительной. Схватив Гермиону за ворот пальто, он потянул её назад и сам упал на скамью. В следующее же мгновение прозвучало радостное «Гриффиндор победил! Гарри Поттер поймал снитч!» — Ты в порядке, Грейнджер? — Драко легонько потряс её за плечо. — Чёртов Поттер чуть не убил тебя. Ответом ему был тихий всхлип, а на глазах у Гермионы выступили слёзы. После этого ещё несколько дней Грейнджер ходила мрачная и молчаливая. Драко испытывал чувство вины, так как это именно он привёл её на матч. Но вскоре она стала приходить в себя, перестала ограничиваться односложными ответами, и из её рта всё чаще начинали вырываться заумные фразы, бывшие её неотъемлемой частью. В глазах всё чаще стал появляться такой знакомый Драко огонёк, а на лице — улыбка. Сейчас же они направлялись к кабинету зельеварения. Занятие, которое, к большому сожалению было с гриффиндорцами. Драко пришлось немало усилий, чтобы уговорить Гермиону прийти на него. Всё-таки профессора пусть и вошли в положение, когда та пропустила несколько занятий, проводимых вместе с львиным факультетом, но и у их благосклонности был предел. Однако, стоило ей только увидеть тёмную лохматую макушку виновника её почти недельной молчанки, она стала отступать назад. Драко же, словно прочитав её мысли, покрепче сжал ей руку в районе предплечья, дабы предотвратить позорный побег однокурсницы. — Нет, Грейнджер, я не позволю тебе позорно сбежать. — Серые глаза встретились с прищуренными карими. Она была недовольна. — Малфой, не тебе решать, что мне делать, а что — нет. — Даже если и так, долго ты ещё планируешь избегать Поттера? — Он показал свободной рукой в сторону гриффиндорца. — Неделю? Месяц? До конца года? Не думаю, что профессора позволят тебе выборочно посещать занятия. Куда вообще подевалась твоя пресловутая тяга к знаниям? — Её взгляд стал задумчивым. Она явно задумалась над его словами, а потому он решил использовать аргумент, против которого ей нечего будет противопоставить: — А экзамены как ты собралась сдавать? — И что ты предлагаешь? — Да что угодно, кроме побега! Ты жертва, а ведёшь себя так, будто это ты чуть не отправила Поттера на то свет. Гермиона с минуту смотрела на него, явно обдумывая его слова. Взглянув краем глаза в сторону Поттера и Уизли, она вновь посмотрела на Драко, поджав губы. Видимо, ей самой надоело столь иррациональное поведение, так как спустя полминуты кивнула. — И как тебе живётся в роли жертвы, Грейнджер? С нашего факультета чудом баллы не сняли. — Чёртов отпрыск Уизли явно был обделён такой чертой как сдержанность, так как, лишь заметив их, принялся предъявлять свои глупые обвинения. — Хотя, не перегнись ты через ограду, то вообще ничего бы и не произошло. — И очень даже зря. Сними с вас кто-нибудь за ваши проделки баллы, хоть раз, то вы так бойко правила не нарушали бы. — Драко скривился. — Так что лучше бы молчал в тряпочку, а не пытался бы свалить всю вину на Грейнджер. Гермиона потянула его за рукав мантии, но он проигнорировал её, сверля противника взглядом. Да кем вообще этот Уизли возомнил себя! — Малфой водится с маглорождённой. Только поглядите на это! Интересно, что будет с его папашей, когда ему станет известно об этом. Он ведь, наверное, только-только начал отходить от шока после того, как узнал о том, куда распределили его дорогого сыночка. Гермиона, услышав это, сразу же отбросила свой достаточно миролюбивый настрой. Теперь уже Драко пришлось успокаивать её, дабы она не натворила дел. — Не глупи, Грейнджер. Ты только что пыталась избавить меня от бессмысленной перепалки. А теперь что? Сама решила начать её? — Ты позволишь ему так просто смеяться над собой? Я же вижу, что тебе неприятна эта тема. Так почему ты не хочешь, чтобы я сказала ему о том, что есть вещи, о которых не принято говорить во всеуслышание? — Гермиона дёрнулась, пытаясь вырвать руку из цепкой хватки Драко, но у неё ничего не вышло. Уизли же смотрел на происходящее как на нечто забавное, явно уже готовый отпустить очередной никому не нужный комментарий. Благо Поттер понял, что ситуация накалилась, и сумел утихомирить своего рыжего дружка, уведя подальше от них. Оба их факультета остались при своих баллах, а Грейнджер вскоре успокоилась и немного резче, чем следовало, вырвала свою руку из его ладоней. Вскоре прозвенел звонок, и они поспешили зайти в кабинет. Когда же подходило к концу занятие, во время которого студентам нужно было приготовить Противоядие от обычных ядов. Так что сейчас все первокурсники корпели над своими котлами, стараясь выполнить свою работу как можно лучше и получить как можно более высокие баллы. Поэтому они изредка поднимали головы, и то лишь для того, чтобы свериться с рецептом, написанным на доске. — Так, сейчас мне нужно добавить в котёл 1 щепотку молотого рога единорога, после этого помешать зелье 2 раза по часовой стрелке и добавить в котел 2 ягоды омелы. Справа от себя Драко услышал знакомый шепот. Он знал, что Грейнджер всегда проговаривает вслух свои шаги во время варки зелий, стараясь строго следовать инструкции. Драко не разделял её стремления. Он считал, что зельеварение было не тем предметом, в котором требовалось строгое следование рецепту вне зависимости от обстоятельств. Ему казалось, что это гораздо более сложная наука, но в силу ограниченности собственных познаний вынужден был следовать им. Но лишь стоило ей положить в котёл щепотку молотого рога единорога, как на соседнем ряду, том самом, что занимали гриффиндорцы, раздался грохот, и из котла Симуса Финнигана вылетело чёрное нечто и плюхнулось в недоваренное зелье Гермионы. Все смотрели на котёл Грейнджер, ожидая, что произойдёт. Она же, явно поняв, что ничем хорошим это не кончится, потянула стоявшего рядом Драко под стол, рассудив, что там самое безопасное место во всём кабинете. Остальные студенты также попрятались под свои столы. Взрыв не заставил себя долго ждать. Раздался довольно громкий хлопок, заставивший всех присутствующих в кабинете закрыть уши. Причём было непонятно от чего именно они спасали свои уши — от звука, сопровождающего взрыв котла, или от девчачьего визга. К всеобщему счастью, кроме испорченных зелья, котла и горелки, на которой готовилось противоядие, никаких других последствий произошедшее не имело. Увидев, что стало с работой Грейнджер, превратившейся в пепел, и высыпающейся через дырку в котелке, Драко почувствовал прилив сочувствия по отношению к Гермионе. Он очень хорошо понимал, каково это, когда работа, в которую вложил все силы, оказывается испорченной. — Финниган! Когда ты уже перестанешь взрывать всё подряд? Прошло уже больше трёх месяцев нашей учёбы, а ты всё никак не научишься следовать инструкциям, которые как раз и созданы для предотвращения всего вот этого. Она обвела рукой кабинет, показывая на всё ещё немного ошарашенные лица однокурсников, некоторые из которых выглядывали из-под парт. Драко видел, что её буквально трясло от еле сдерживаемой злости, которая так и норовила вырваться наружу. — Грейнджер, прекрати вешать всю вину на Симуса. Откуда нам знать, что это не ты напортачила с зельем, а теперь пытаешься найти виноватого. — Рональд Уизли выступил вперёд. — К тому же, никто же не пострадал. Так что прекращай возмущаться. — Вообще-то, пострадало моё зелье, которое я готовила правильно, в отличии от некоторых. — Гермиона снова посмотрела на Финнигана, от бессильной злобы на её глазах стали появляться слёзы. — А ещё из-за вас я лишилась своего котла. Как ты предлагаешь оставшиеся полгода варить зелья? Свой отдашь? Она повернулась к своему рабочему месту. Драко с недовольством взглянул на гриффиндорцев, борясь с желанием отправить в них какое-нибудь гаденькое заклятие, а после перевёл взгляд на котелок. Серые глаза смотрели на него настолько внимательно, что казалось, будто он пытается запомнить его как можно лучше. Но на самом деле, все его мысли были заняты идеями, которые позволили бы хоть немного уменьшить печаль Грейнджер, которая уже готова была расплакаться от обиды. А в слезах её ему видеть не хотелось бы. Как минимум не тогда, когда их причиной стало испорченное зелье. Хотя, ему в принципе не хотелось видеть её слёз. В этот момент его осенило, поэтому дёрнувшись и стукнув себя по лбу, он принялся переливать своё зелье, что к моменту взрыва оказалось полностью готовым, в маленький флакон. — Вот! Теперь у тебя тоже есть готовое зелье. — Гермиона лишь изогнула бровь. — Так, даже если Снейп и не даст тебе баллов, у тебя хотя бы будет готовое зелье. Хотя, я и сам не понимаю, зачем оно тебе… Она в ответ лишь робко кивнула, всё ещё смотря на него широко раскрытыми от удивления глазами. — Должен признать, это довольно благородно с Вашей стороны, мистер Малфой, поделиться с однокурсницей своим зельем. Ребята одновременно дёрнулись, повернувшись в сторону профессора, о котором оба начисто забыли, и зарделись. — Ваш поступок достоин похвалы. Так что я добавляю пять баллов к Вашим десяти, полученным за идеально сваренное зелье. — Он повернулся в сторону гриффиндорцев. — А Вы теряете двадцать баллов благодаря мистеру Финнигану. Вскоре Снейп завершил занятие, задав на дом довольно большое эссе о том зелье, которое они варили. Все студенты поспешили выйти из кабинета. А Драко понял, что ему всё же придётся ответить на письмо матери, написанное ею ещё в первый день его учёбы. По крайней мере, в ближайшие дни точно. Здравствуй, мама,

Извини, что не отвечал так долго. Я не знал, о чём рассказать тебе, ведь мои школьные будни не выделяются ничем особенным из буден сотен, а то и тысяч других студентов. Просто лекции, на которых мы стараемся заработать как можно больше баллов и потерять как можно меньше. Так обыденно, что порой становится просто до ужаса скучно. К тому же, я боялся, что в ответ могу получить письмо, в котором ты так же, как и отец выскажешь своё возмущение тем фактом, что шляпа отправила меня не на Слизерин. А он, если честно, довольно красноречиво дал понять, что считает меня разочарованием. И именно поэтому я не решился обращаться с этой просьбой к нему. Дело в том, что из-за одного нерадивого гриффиндорца в зелье одной девочки с моего факультета, с которой я неплохо общаюсь, попало нечто, что вызвало взрыв. Я в порядке, так что не волнуйся. К слову, эта девочка меня и спасла. И не только в тот раз… Она стала первой моей знакомой на новом факультете и единственной, кто продолжил со мной общаться несмотря на моё отвратительное поведение. Хотя, я совру, если скажу, что не сам испортил свои отношения с другими когтевранцами. Но не суть. Я просто хочу таким образом отблагодарить её за всё, ведь она так расстроилась из-за произошедшего. Ты бы видела! А ведь для такой умницы как она это было сродни катастрофе. И могу с уверенностью сказать, что её порадует новый котелок. По крайней мере, она перестанет прерываться на причитания по поводу нерадивых гриффиндорцев, во время редких объяснений мне тем по трансфигурации, с которой у меня с первого дня учёбы появились проблемы. В отличии от зельеварения, по которому я считаюсь одним из лучших на курсе. Вообще, мы с моей знакомой считаемся лучшими студентами курса. Жаль только, я не могу проводить время за учёбой с Тео. К сожалению, мы с ним с самого моего распределения не поддерживаем общения.

Счастливого Рождества, твой Драко.

— Грейнджер, ты чего на полу сидишь? Неужели посидеть негде больше? — Это было первое, что Драко сказал, вернувшись из совятни. Он снял с себя тёплую мантию и сел рядом, бросив предмет одежды рядом. Гермиона же поделилась с ним одеялом. — Удивлён, что ты не читаешь книгу, а просто смотришь на огонь. — В башне Когтеврана не осталось книг, которые я не прочитала бы, а в школьную библиотеку идти не хочется. Он всё ещё удивлялся тому, что из всех студентов Хогвартса решил завести общение именно с Грейнджер — с маглорождённой девчонкой, которая ко всему прочему порой бывала слишком навязчивой и любознательной. Хотя Драко соврал бы, если бы сказал, что она была не приятным собеседником. Одни её интересные мысли касательно некоторых вещей чего стоят. Это подкупало. Взгляд Драко был устремлён на резво играющие языки пламени в камине, украшенном за пару дней до отъезда Хогвартс-экспресса носками, в которые Санта должен будет положить свои подарки. Правда из-за того, что даже та часть когтевранцев, что осталась в школе, была слишком велика, и вешать такое большое количество носков было бы ужасным нагромождением, решили распределить носки по курсам. Оставшуюся часть ночи они провели в тишине, которая прерывалась лишь редкими фразами. Необычайно короткими и бессмысленными фразами. Так они и уснули. Проснулся же Драко, почувствовав холод. Оглянувшись он заметил, что огонь в камине потух, а одеяло, которым он ранее укрывался, теперь полностью обёрнуто вокруг спящей рядом Гермионы. Хотя, от неё там была лишь лохматая макушка, торчащая наружу. Нахмурившись, Драко уже потянулся к ней, чтобы перетянуть на себя свою часть одеяла, но передумал. Его взгляд привлёк ярко-красный носок с большими белоснежными снежинками. Их с Грейнджер носок. Оттуда выглядывал острый конец. — Книга по зельеварению. — Поднявшись, Драко поспешил к носку и спустя несколько мгновений уже снимал обёртку с подарка. — Ну вот мы и встретились снова. Пролистав книгу, он уже стал предвкушать то, как будет изучать её. Но для начала решил позавтракать. И нельзя не отметить того, что его голодный желудок был абсолютно с ним солидарен. Поэтому поспешил отнести подарок к себе в комнату. Когда же он вернулся в гостиную, то попытался разбудить Гермиону. Однако она то и дело отмахивалась от него, что-то бурча. Когда же её маленькая ладонь довольно ощутимо ударила его по лбу, Драко оставил свои попытки. К слову, она появилась в дверях Большого зала лишь тогда, когда он уже заканчивал свой приём пищи. — О, Грейнджер, уже проснулась? Я думал ты проспишь как минимум до обеда. — Он перевёл взгляд на шахматную доску, которую Гермиона сильно прижимала к себе. — Это маггловские шахматы или волшебные? Гермиона ничего не ответила, лишь передала доску Драко, после чего, сев напротив него, принялась накладывать себе в тарелку различные вкусности. — Значит магловские. — Он раскрыл доску и взял в руки какую-то фигуру. — Не такие красивые, как волшебные, но для игры тоже сойдут. — Ты умеешь играть? Я — нет. Поэтому и попросила их у Санты, чтобы научиться. — Грейнджер, я и не предполагал, что ты не умеешь играть в шахматы. Мне казалось, ты всё умеешь. — Его голос звучал насмешливо, даже немного удивлённо. — Ну, знаешь ли, у маглов детей не обучают с самого рождения всему на свете. — Гермиона отложила в сторону тарелку. Он заметил то, что она смотрела куда-то ему за спину и сжимала ладони в кулачки, слегка нахмурившись. Драко стало интересно, что же её так рассердило, а потому он обернулся и проследил за её взглядом. Уизли и Поттер. Приглядевшись, ему удалось увидеть, что они играют в волшебные шахматы, причём рыжий явно выигрывал у своего друга. — Ты же не просто так решила научиться играть? — Она постаралась скрыть окрасивший щёки румянец. — Ну же, колись, Грейнджер. — Я повздорила с Уизли из-за шахмат. Они как-то раз также, как и сейчас, играли с Поттером. Ну и меня это удивило. Кому как не тебе знать, какого я мнения об умственных способностях этих двоих. Думаю, будет лишним говорить о том, что я высказала Уизли своё удивление. Мы стали спорить друг с другом, и в какой-то момент он предложил мне сыграть партию. Я согласилась, и мы договорились на последний день каникул, когда все прибудут в школу. — Надеюсь, тебе не нужно говорить, что ты поступила необдуманно? — Я это поняла сразу после того, как мы договорились о дате и времени. Но отступить назад мне не позволила гордость. — Гермиона одним движением высыпала все фигуры на стол. — Да и негоже, чтобы Уизли умел делать что-то лучше меня. Но для этого мне нужна помощь, так как я совсем ничего об игре, кроме разве что названий фигур и некоторых правил. — Думаю, любой готов сейчас оказаться на моём месте. Всё-таки не каждый день выдаётся возможность учить всезнайку Грейнджер. — Драко принялся расставлять фигуры. Обучение Гермионы Грейнджер оказалось делом не из простых. Драко понял это довольно быстро. Ведь она порой делала ходы чуть ли не наугад, лишь изредка пытаясь создать хоть какое-нибудь подобие стратегии. Но даже тогда её было невероятно легко раскусить. Широкая улыбка и взгляд полный надежды в сторону той или иной его фигуры были довольно красноречивыми. — Что, Уизли, хочешь научиться играть в шахматы, потому и подглядываешь? — Драко заметил то, как его затылок буквально прожигают две пары глаз. И практически не был удивлён, увидев гриффиндорцев. — Как не стыдно! А ещё и Поттера взялся учить. Он ухмыльнулся. Те же в свою очередь нахмурились. — Или это ты, Поттер, учишь своего дружка-недоумка? — Чья бы корова мычала, Малфой! Сам ты тоже учишь свою подружку играть. Вон как старательно ей что-то объяснял. — Тот посмотрел на Гермиону и теперь обращался к ней: — Ты, Грейнджер, кажется, говорила, что умеешь играть в шахматы. Неужели соврала? — Не твоего ума дела, Уизли, что мы делали с Грейнджер и о чём разговаривали. — Драко перевёл на заметно покрасневшую Гермиону взгляд. Она была готова расплакаться от стыда, это было заметно по тому как часто задергался её маленький носик. — Хотя, если тебе так интересно, то я объяснял ей… — Он замолк, судорожно думая. — Не важно. Тебя это не касается. — Даже если и так, нас больше интересуют причины, по которым наследник Малфоев, презирающих «предателей крови», играет в магловские шахматы. — Может потому, что этот «наследник Малфоев» имеет достаточно ума, чтобы понимать, что вещи, изготовленные руками маглов ничуть не хуже тех, что создают волшебники. — На этих словах он отвернулся от них. — Грейнджер, теперь я просто обязан научить тебя играть так хорошо, чтобы ты утёрла Уизли нос. На её лице появилась лёгкая улыбка, а румянец стал сходить с щёк. И спустя пару минут она сделала ход. Позднее они решили переместить свои тренировки в гостиную факультета, дабы быть подальше от гриффиндорцев, что оказались слишком уж любопытными. Вот только теперь они были в центре внимания других когтевранцев, которые, кажется, уже и забыли о своих делах и теперь наблюдали за их игрой. Нельзя было сказать, что Гермиона совсем ни чему не училась. С каждой новой партией она делала всё больше и больше удачных ходов. Однако, этого всё равно было мало. Возможно, начни они раньше, ему и удалось бы натренировать её достаточно хорошо для одной игры. Но они имели, что имели. — На этот раз, Малфой, я смогу обыграть тебя. — Жду этого момента больше, чем своего попадания в сборную. Это был их стандартный диалог перед началом каждой партии, и Драко каждый раз думал, что тот происходит в последний раз. Но Гермиона оказалась, к его глубочайшему удивлению, куда более целеустремлённой, чем он предполагал. И в конце-концов это принесло свои плоды - она смогла обыграть его. Со дня первой победы Грейнджер прошло три дня. Драко всё это время играл с ней в шахматы, отмечая, что Гермиона стала играть значительно лучше. И он соврал бы, сказав, что его не расстраивает потеря им небольшого преимущества над ней. Так в тренировках они не заметили, как приблизился день игры с гриффиндорцем. — О, Уизли, всё-таки решил явиться? А мы уже начали думать, что ты струсил. — Некоторые студенты одобрительно хихикнули, распаляя Драко ещё больше. — Хотя, если это правда, то все мы с пониманием отнесёмся к этому. Так что не стесняйся. — Прекрати паясничать, Малфой. Ты же аристократ, так что, будь добр, веди себя соответствующе. К тому же, тебе никто не давал права говорить за меня. Позволить Уизли сдаться и убежать в свою нору или, наоборот, отказать ему в этом — это решаю только я. Драко был недоволен этим, но поддразнивания свои всё-таки прекратил. Когда же партия началась, он буквально почувствовал то напряжение, которое появилось между соперниками. Они явно недооценили Уизли. В один момент Драко заметил то, что она застопорилась. В её взгляде появилась беспомощность, а тёмные брови нахмурились. Заметив то, что Гермиона скосила в его сторону взгляд, он лениво обхватил пальцами убитого слона гриффиндорца и, повернувшись к ней, повертел фигуру в руках, после чего вернул на место. К счастью, она поняла его намёк и сделала именно такой ход, какой и надо было. Уизли же, явно не ожидавший подобного, принялся возмущаться, обвиняя Драко в том, что он помогает ей. И был в общем-то прав. Вот только ему этого знать совсем не обязательно. — Почему он сидит рядом с Грейнджер? — А как же он? — Она указала пальцем на Поттера. — Я видела, как он тебе что-то нашёптывал на ухо. В отличии от Малфоя, Поттер выглядит гораздо подозрительнее. Уизли не нашёл, что ответить. Гермиона усмехнулась и сосредоточилась на шахматной доске. Она явно приободрилась. Уизли же, наоборот, стал более удручённым и начал совершать ошибку за ошибкой, что не могло не радовать. Так что, довольно скоро все уже поняли, кто одержит победу, а потому, когда Гермиона поставила мат, то, наверное, никто, кроме неё и самого Драко не радовался этому так сильно. — Я победила, Драко! Победила! — Она резко поднялась со скамьи, хлопая в ладоши и подпрыгивая. — У нас получилось! Представляешь? — Ты так говоришь об этом, будто сомневалась в своей победе. Гермиона на это ничего не ответила и лишь бросилась к нему на шею, чуть не свалив только поднявшегося Драко обратно на скамью.