Глава 9. Незваный гость

Ева не знала и не хотела знать, откуда Райнхард взял ту дорогую машину, на которой довез их с матерью прямиком до школы. Всю дорогу он строил из себя галантного джентльмена перед Натали, в то время как Ева сидела на заднем сиденье и лишь покачивала головой. Они провели вместе всего лишь день, но она уже прекрасно поняла, что за человечной шкурой дьявола живут те еще черти… вернее один очень уж много думающий о себе чёрт. Девушка не могла не заметить, какое внимание привлек их приезд. То ли старшеклассники вокруг рассматривали новую дорогую машину, то ли завидного красавца, вышедшего с места водителя. Внимание Ева не любила, оттого постаралась отстать от идущих впереди Райнхарда и матери. Вдруг Натали окликнула одна из подруг, чей сын также учился в этой школе, и она попросила её подождать. Ева решила воспользоваться моментом и, поравнявшись с дьяволом, шепотом спросила: — Ну и что ты будешь делать, великий учитель немецкого языка? – её слова звучали беззлобно, но хмуро. – Весь твой план ведь порушится, как только вы пойдете к директору. — У меня все схвачено. По ночам спят только смертные малышки, а для дьявола – это самое продуктивное время работы. Ева не успела спросить, что за коварный план задумал мужчина. Натали быстро вернулась, и девушке осталось довольствоваться лишь его горящими от азарта глазами. Глубоко вздохнув, не предчувствуя ничего хорошего, наследница еще разочек осмотрелась вокруг и снова встретилась с десятками заинтересованных взглядов. Она как-то инстинктивно убрала кристалл под ткань своего серого платья и зашагала к дверям школы. Только Ева сделала шаг за порог, а Натали и Райнхард скрылись за поворотом к кабинету директору, как девушка почувствовала крепкие объятия. Две ухоженные женские ручки сжимали ее шею все сильнее и сильнее, пока их хозяйка тараторила звонким голоском: — Это что еще за красавец? Надеюсь, не ухажер твоей матери? Ева негромко посмеялась и, сохранив улыбку на лице, обернулась к своей хорошей подруге. Это была среднего телосложения девушка невысокого роста с короткими блондинистыми волосами, достаточно ярким макияжем и вечно сияющей улыбкой на лице. На ней был свободный желтый свитер, джинсовая фиолетовая юбка и удобные сапожки, покрытые коричневой замшей. По обилию аксессуаров, громкому голосу и размашистым жестам становилось ясно с первого взгляда – её нисколько не беспокоит внимание извне, а может даже радует. — Не ведись на обложку, Мари. — Ишь, какая. Просто не хочешь делиться? – Мари шутливо ткнула подругу локтем в бок. – А может это твой подарок на день рождения? Взрослой девочке взрослые горячие подарочки. Широкие брови Мари заходили ходуном, голос театрально понизился, как бы намекая на нечто интимное, а после она звонко расхохоталась. Во всех этих её жестах было столько жизни, что они не казались вульгарными. — Дурочка ты. – улыбаясь во все лицо по-доброму ответила Ева, уже давно не испытывая робости от любых подколов бедо-шутницы. — Ну а, правда, кто это? Мари подхватила подругу под руку и подвинулась к ней ближе, искря интересом. Ева же несколько замялась. Вранье давалось ей не с такой легкостью, как Райнхарду. Все же дьявольскую школу она не проходила. Но, понимая, что это ложь во благо, девушка все же ответила: — Он наш новый учитель немецкого. Приехал по какой-то программе обмена. Ему резко оказалось негде жить из-за форсмажора, поэтому некоторое время он поживет у нас. — У вас?! – удивленно зашипела Мари. – Этот горячий красавец с тобой под одной крышей? Ну всё, дорогая моя, с этого дня все уроки мы делаем только у тебя. — У тебя только одно на уме. Он же слишком взрослый. — Ничего подобного, это мы слишком молоды. Однако любовь, как известно, не знает преград! Ева глубоко вздохнула и покачала головой. Её подруга даже не представляла, сколько кроится за этим «слишком взрослый». Ведь если подумать, сколько лет вообще Райнхарду, раз он застал молодость бабули Алексы? — Ты так и скажи, что он тебе самой нравится. – змеино-искустельным шепотом произнесла Мари и начала снова строить глазки. — Это совсем не так. Он не плохой, конечно, но очень хочет таковым казаться. – Ева невольно потерла кончик подбородка. – И иногда у него это получается. В общем, Мари, давай без глупостей. Тем более, он будет нашим учителем. — Правильная святая Ева! Ладно, я из добронравственных подруг и женский кодекс с правилом «увидела первая» прекрасно знаю. А потому обещаю к нему слишком сильно не приставать. Однако если все в школе узнают, что этот красавец будет на твоей сегодняшней вечеринке, все девчонки забудут о тусовке Карла и побегут к нам. Он ведь будет? — Зачем он там? – сплошная обреченность зазвучала в голосе. — Как же! У нас такая конкуренция. Я почти уверена, что этот придурок из футбольной команды решил устроить свою вечеринку сегодня, только потому, что когда-то ты отказалась с ним идти на свидание. — Да какое там была свидание, вся школа тогда уже знала, что он просто меняет девушек, чтобы пополнять свой глупый список. — Вся школа знала, но отказалась только ты! Вот он и красуется до сих пор своим уязвленным самолюбием. – Мари говорила последнее, театрально корча важную гримасу. – Так что ноги в руки и обязательно проси нашего нового учителя остаться с нами на вечер. — Но… — Никаких оправданий не принимается. Последний год школы – это время, когда нужно брать всё от своей буйной молодости! Если Мари бралась рассуждать о том, как стоит проживать свою молодую жизнь – её было сложно остановить. Она активно жестикулировала, не видела никаких преград перед собой и шла наперекор абсолютно всему. Этот огонь души умилял более тихую и спокойную Еву. Подруги были примером, который подтверждает правило о том, что противоположности притягиваются. — А еще ты мне должна рассказать, почему это тебя не было вчера? Я ждала, притащила шары, и в итоге как дура таскалась с ними весь день. – недовольно пробурчала Мари, шагая по коридору. — Прости меня, пожалуйста. Мама разрешила в честь дня рождения не идти на уроки. – голос Евы звучал неуверенно, а взгляд метался из стороны в сторону. — Ты совсем не умеешь врать. Скажи честно, принимала у себя дома того красавца, да? — У тебя только одно на уме! Хватит. Давай лучше поторопимся на историю, мы почти опаздываем. Мари глубоко вздохнула, размашисто потянулась и лишь удрученно кивнула, как бы давая понять, что Ева права и пора спускаться с небес на землю. — Но разговор не окончен. – заговорщицки по-лисьему ответила девушка. Урок шёл порядка двадцати минут, однако учителя до сих пор не было. В аудитории стоял шум, создаваемый десятком диалогов, протекающих наперекор друг другу. Ева сидела за одной из последних парт и с задумчивым видом наблюдала за своими ровесниками. Все они находились на пороге взрослой жизни, да что уж там, если выкинуть каждого из них за пределы школы – они уже думали о взрослых вещах. Порой слишком взрослых. Над ухом у Евы щебетал голос взбудораженной Мари. Она увлеченно рассказывала сидящим перед ними одноклассницам, как грандиозна будет сегодняшняя вечеринка. Юная Мерриман же вдруг осознала, насколько она за один день стала далека от всего этого. От переживаний о выпускном вечере, обсуждений сплетен и очередных жалоб на еду в столовой. От всего того, что должно волновать только-только вступившую во взрослую жизнь девушку, которая задержалась в школе. На её плечи вдруг легло настолько большое бремя, что если бы она попыталась его ощутить и прощупать – оно бы раздавило её. Получая пропуск в одну жизнь, более интересную и опасную, она, кажется, совсем должна была утерять эту – обычную, повседневную, мирскую. И даже несмотря на то, что Ева могла бы назвать эту свою жизнь «серой», ей все же стало непонятно тоскливо. — Значит, у нашей сиротки сегодня день рождения? – противный женский голос, подобно воткнутому куда-то под ребра лезвию, заставил наследницу оставить омут раздумий. Ева подняла спокойный взгляд. Перед ней стояла и кривила губы в язвительной ухмылке Дана. Такая девушка есть в каждой старшей школе – ради славы и успеха среди сверстников они готовы пасть невероятно низко, хоть даже на колени перед звездой школьной футбольной команды, что уж говорить о вечном желании быть выше за счет других. Дана была девушкой… да, впрочем, кого мы обманываем, давно женщиной, которая знала о своей привлекательности, и максимально умело выставляла её напоказ. Она обладала копной блондинистых волос, хорошей фигурой и дорогой машиной, которую никогда не купил бы дочери её непомерно строгий отец, однако она откуда-то появилась у них в гараже. Магия. Женская магия. Печальная женская магия, от которой никуда не деться. — Был вчера. – сдержанно, бесцветно ответила ей Ева, и снова опустила взгляд, не от стеснения, а от безразличия. — Пошла прочь Дана, тебя все равно никто туда не звал. – прошипела Мари и разве что не выгнулась, подобно кошке, готовой напасть на обидчицу ее котенка. — Как будто оно мне надо. – злобно рассмеялась блондинка. – Ваш детский праздничек все равно обречен на провал. Сегодня вся школа будет тусить у Карла. Ты что, глупышка Мари, правда думаешь, что у праздника твоей сиротки есть шансы. — Ах, ты дряяянь. – предупреждающе протянула Мари, как бы выстрелив в воздух, потому что сейчас она готова была перезаряжаться и стрелять прямо в глупую блондинистую головку. Ева приготовилась вскакивать и останавливать подругу, как вдруг кристалл на её шее обжег кожу своим жаром. — Всем привет, здесь ведь история, да? Жар. Скрип двери. Парень. Голос. Тишина. Дрожь. Ева широко раскрыла свои серо-зеленые глаза и невольно встала столь резко, что стул за ней упал с треском на пол. Её пальцы машинально потянулись к Слезе Авеля, а дыхание участилось от прильнувшей волны ужаса. — Ева, ты чего? – взволнованным шепотом спросила Мари, касаясь плеча подруги. Взгляды всего класса теперь были прикованы к Мерриман, но девушке было не до этого. В дверях кабинета на неё смотрел и как-то гаденько улыбался загорелый молодой маг, который буквально вчера пытался убить её. «Он пришел мстить?» – промелькнула быстрая мысль в голове. – «Да, да, ведь Райнхард убил его подругу. Что же… что же делать?». Ева была взволнована, напугана, и тишина вокруг неё из-за всего этого стала буквально ощутимой и тяжелой. Однако её вдруг прервала Дана, она была мастером вклиниваться в ненужный момент: — Сначала горячий новый учитель, а теперь новенький ученик и все в один день? – её тон резко сменился на игриво-приветливый. – Ты не ошибся, красавчик, это класс истории. — Дана, не нужно… – предупреждающе зашептала Ева, но в ответ получила лишь презрительный взгляд от блондинки. — Я тут только с пару секунд, а мне уже нравится. – ухмыльнулся вчерашний убийца. – Я Дэниэль. Можно просто Дэн. Он перевел решительный взгляд на Еву. Его глаза, ранее светившиеся неестественно зеленым цветом, сейчас были темно-карими и не выделялись из его образа. — Здравствуй, моя милая роза. – услышала наследница, однако ей показалось, что голос прозвучал лишь в её голове. – Не беспокойся. Я никого здесь не трону, даже тебя… пока что. – снова услышала она, и зрительный контакт прервался, поскольку Дэн проследовал к свободному месту. Дана также резко испарилась. Ещё бы, теперь у неё была цель поважнее. Ева же со всей серьезностью нахмурилась, подняла слегка дрожащей рукой свой стул и после негромко прошептала обеспокоенной Мари: — Голова что-то разболелась. Схожу в медпункт за таблеткой. — Давай я с тобой. — Нет, не нужно, лучше предупреди учителя, когда придет. Быстрым стремительным шагом наследница направилась прочь из аудитории, но к её неудаче дверь распахнулась сама ровно перед ней. На пороге стояла среднего роста пожилая женщина, лицо её было украшено морщинами глубокой мудрости, а во взгляде отразилось заметное непонимание. — Ещё не успела прийти к вам на первый урок, а от меня уже бегут ученики? – спросила она с беззлобной полуулыбкой. — Простите. – Ева стушевалась и уступила дорогу. – У меня разболелась голова, я хотела пойти в медпункт. — Если так, конечно, идите. – кивая, ответила женщина, входя в класс, уже после она обратилась ко всем ученикам. – Доброго дня и просите за опоздание. Меня зовут Клара Фрит, я буду преподавать у вас историю, пока мистер Осмонд не сможет вернуться к работе. Ева уже делала шаг за порог, когда эти слова застали её врасплох. Она застыла с выражением лица, будто её окатили холодной водой. — Извините, а что с мистером Осмондом? – неуверенно, но быстро спросила наследница. — Вам не сообщили? – миссис Фрит поправила очки на своем маленьком носике. – Он в больнице со вчерашнего утра. Дорожная авария. Потеряв дар речи, Ева выбежала из кабинета, ловя на себе удивленные взгляды. Через пару минут она уже была почти у кабинета директора, однако заметила в окно, что Райнхард галантно открывает дверцу такси перед Натали на улице. Тогда она быстро выскользнула во двор школы и, нетерпеливо переступая с ноги на ноги и сжимая кулаки, дождалась, когда такси матери уедет достаточно далеко. Дьявол еще какое-то время миловидно махал ей в след. Вдруг тонкая женская ручка беспардонно схватила его за локоть и потащила за собой куда-то за угол. — Я, конечно, не против, но мы еще не в тех отношениях. – съехидничал Райнхард, оказавшись с Евой в темном уединении. Однако наследнице явно было не до шуток. Она почти тряслась от мешанины гнева и страха, которые выплясывали ритуальные танцы в её душе и на её нервах. — Мистер Осмонд! – зашипела она злобно. – Ты сказал вчера, что историк, у которого ты должен был якобы жить, попал в аварию. И вчера утром он и правда пострадал. Пожалуйста, скажи мне, что ты ни при чем! — То есть мне соврать, чтобы тебе было спокойнее? – с легкостью в голосе отвечал дьявол, поправляя свой рукав у запястья. — Райнхард! – с ужасом вскрикнула Ева столь громко, сколько позволяла их ситуация. Её взгляд изменился. Печаль, разочарование, страх и непонимание смешались в едином серо-зеленом сиянии этих глаз. Посмотрев в них, Райнхард на секунду внутренне неосознанно вздрогнул, но никак этого не показал. Он постарался убедить себя, что ему нет никакого дела от того, что о нем думает наследница Сифа. От этих стараний глаза его стали стеклянными, а голос зазвучал невероятно сухо и строго: — Издержки профессии. Если я хочу, чтобы кто-то умер, он умирает. Если же твой историк попал в больницу еще живой – это мой выверенный план. Не разводи женских истерик, мать Тереза. Я убил двух зайцев, не убивая смертного. И сделал тем самым лучше и тебе тоже. — Что? – Ева нервно мотнула головой и нахмурилась. – Мне? — Да. Лишняя возможность потренировать твою магию исцеления, к которой ты тянешься всеми фибрами своей добренькой души. – он постарался выдавить из себя как можно больше яда. — Да вокруг итак много людей, которым нужна помощь! – Ева еле сдерживалась, чтобы не перейти на громкий крик. — Увы, это так не работает. Ты новичок, эмоциональная встряска и чувство вины будут отличными катализаторами твоей силы. Если тебе станет проще, мы сможем сделать это сегодня. Внутри Евы кипела злость, она сильно стиснула губы и сжала изо всех сил свои маленькие кулачки. Однако ей оставалось лишь выдохнуть и послушаться, ведь в здании школы всё еще прибывала проблема покрупнее. — Дэниэль здесь. – прямо выпалила она. — Кто? – бровь Райнхарда скептично поднялась. — Маг, который напал на меня. Он был… – она хотела было сказать об убитой Софи, но труп женщины-львицы слишком ярко встал перед глазами. — Я понял. – подхватил дьявол, заметив заминку. Его лицо стало серьезным, в глазах отразилась задумчивость. Всё то враждебное напряжение, что было между ними ранее, улетучилось перед лицом общего врага. — Где ты его видела? — Он заявился в мой класс под видом нового ученика. Вел себя еще так… непринужденно, ничем себя не выдавал. Даже слова мне не сказал, а обратился только мысленно. — Нужно научить тебя не пускать всякую шваль к себе в голову. – нервно зарычал Райнхард. – Ладно, если бы он хотел напасть, сделал бы это сразу без глупого театра. Понаблюдаем за ним первое время. — Что?! – Ева оторопела. – Но ведь он может быть опасен для невинных людей! — Мне убить его? – строго и прямо спросил дьявол, смотря точно в глаза девушки. Она тут же замялась. С секунду подумав, наследница отрицательно мотнула головой, нервно потирая ладони. — Нет. Но ведь не обязательно убивать. Есть и другие способы. — Послушай. – Райнхард устало вздохнул и положил широкую ладонь на хрупкое плечо. – Маги этого мира никогда не будут рисковать выдать себя смертным. Нападение на тебя – шаг отчаяния и исключение. Они просто понимали, что если опоздают, уже никогда не заполучат кристалл. В отличие от тебя, остальным сифтам это объясняют их родители. — То есть мне просто вернуться в класс? – с опаской спросила Ева. — Именно. – дьявол чуть нагнулся, дабы его глаза были на одном уровне с глазами девушки. В его взгляде вдруг появилась толика непонятной мягкости и даже заботы. Однако Ева тут же списала это на актерское желание её успокоить. — Не беспокойся, я всегда буду рядом. — Ладно. – угрюмо согласилась она.