Глава 25. Забрать чужое, чтобы вернуть своё

Бежать. Искать. Бежать. Еве казалось, что она не чувствует ног. Напряженно сжимая юбку платья и поднимая её, чтобы она не мешала как можно быстрее преодолевать очередной школьный коридор, девушка почти задыхалась от этого долгого марафона поисков. Её сердце бешено колотилось, руки тряслись, а ноги сами бежали дальше. Болели, но всё равно делали очередной быстрый шаг, что отдавался по пустым коридорам звоном каблуков. Спешно заворачивая за очередной угол, Ева нос к носу столкнулась с также стремительно идущим Райнхардом. Тот быстро среагировал и подхватил девушку за талию, удерживая равновесие и не давая ей упасть. Он делал это по инерции, даже не задумываясь. Дьявол был хмур и напряжен, словно солдат, не справившийся со своим заданием. — Ты нашел их? – сбивчиво дыша, слишком громко и нервно спросила Мерриман. — Никого. В школе их нет. – четко и строго доложил ей Шац. Отшагнув от него, наследница начала метаться из стороны в сторону, делая шаг то туда, то сюда и просто не зная, куда еще ей бежать. Её волосы были растрепаны, некоторые пряди прилипли к влажному от пота лицу, а в серо-зеленых глазах читался страх и полная растерянность. Будто мать, потерявшая своего ребенка, она готова была кинуться куда угодно, лишь бы вернуть его. Но не знала, не знала куда! — Что же нам делать?! – надрывисто вскрикнула она, опуская дрожащие руки. — Так, успокойся. – абсолютно спокойно и строго скомандовал Райнхард. – Паника нам не поможет. Нужно искать дальше, но на школе наши варианты заканчиваются. Он мог увести её куда угодно. Поэтому будем искать с помощью поисковой магии. — Такая есть?! — Конечно. — Так почему мы сразу этого не сделали?! – тон её был пропитан нервозностью и осуждением. — Потому что нам всё еще нужно быть осторожными в использовании магии на людях, а также потому что для этого нужны приготовления. Обыскать сначала школу было правильнее, они могли просто где-то уединиться, как в прошлый раз. – он выдохнул и голос его стал мягче. – Ева, пожалуйста, успокойся. Мы найдем её. Всё будет хорошо. Но для того тебе надо быть сосредоточенной и спокойной. Поджав губы и еле сдерживая внутренний тремор, Мерриман активно закивала. Она сделала глубокий вдох и выдох, стараясь последовать совету Райнхарда и унять своё бешено колотящееся сердце. — Что тебе нужно? – уже тише и сдержаннее спросила она. — Личная вещь Мари. Если я найду её, то мы сможем сразу переместиться туда же. Однако, когда ты только примерно представляешь место, куда тебе нужно отправиться, магия перемещения может дать сбой и отправить нас в похожую локацию. Но это уже подробности. Ева замерла в задумчивом ступоре, прикусывая от нервов нижнюю губу и пытаясь вспомнить, есть ли у неё что-то из вещей Мари. В следующее мгновение она начала рыться в своей маленькой сумочке, но в итоге просто выпустила её из рук, как бесполезный атрибут, когда ничего нужного так и не нашла. — Мы можем быстро переместиться к тебе домой, если нужно взять что-то оттуда. – говоря это, Райнхард уже протянул ей ладонь. — Нет, нет, подожди. – суетливо затараторила Ева и начала стягивать с себя обувь. Оставшись босиком, но не обращая на это никакого внимания, она протянула Райнхарду свои синие туфельки. — Вот, мне их подарила Мари. Она купила их себе и даже какое-то время носила, но в итоге поняла, что они слишком маленькие, хоть и очень красивые. В общем, это ведь подойдет, да? – она с надеждой посмотрела на дьявола. Тот с задумчивостью в глазах взял туфли. — Думаю, сойдет. Но мне придется их уничтожить. — Да и чёрт с ними! – тут же вскрикнула Ева. – Скорее, пожалуйста! Дьявол уверенно кивнул. Осмотревшись по сторонам и удостоверившись, что вокруг пусто и шагов не слышно, он сосредоточился на одной из туфель, откладывая вторую на случай провала. Его глаза вновь стали хищно-красными, будто в них загорелся адский огонь. В ту же секунду туфелька в его руке вспыхнула, заставляя стоявшую рядом Еву вздрогнуть и с опаской сделать шаг назад. Мужчина же продолжал упорно взглядывать в этот огонь, что не причинял его ладони никакого вреда. Секунда, две, три. Лицо Райнхарда вдруг изменилось. Глаза расширились, затем брови нервно сдвинулись ближе к переносице и взгляд забегал из стороны в сторону, изучая картинку, что он видел в этом огне. — Пекло! – так громко и гневно выкрикнул он в итоге, что, казалось, стены школы содрогнулись в такт дернувшейся Еве. Туфелька в его ладони распалась на пепел, который он небрежно скинул в сторону, в ту же секунду схватил этой рукой Еву за локоть и прижимал к себе. Он сделал это столь нервно, что девушке стало больно. Это было на него не похоже. Даже в самых опасных ситуациях ранее он всегда был требователен, но аккуратен. Сейчас же его пальцы сжали руку наследницы до отчетливой гулкой боли, заставляя её тут же вскрикнуть: — Райнхард, что ты увидел?! Она громко и нервно спросила это, но дьявол смотрел только вперед всё теми же красными глазами. Они будто сверлили стену, но в то же время смотрели сквозь неё. Ева ощутила, как по телу начинает ползти дрожь, как обычно это бывает, когда они перемещаются с помощью магии. — Райнхард, ответь мне! – еще громче взмолила она. И в эту же секунду они исчезли из школы, оставляя после себя лишь пепел и вывалившиеся из сумочки личные вещи девушки…

***

Холодный вечерний ветер хлыстом ударил по обнаженным женским плечам, заставляя всё тело Евы вздрогнуть. Они оказались в тёмном месте, где кроны деревьев скрывали свои владенья почти от любого света. Солнце уже село, и мир, сокрытый под пеленой теней, казался мрачным и враждебным. Ева быстро нервно осмотрелась, пытаясь уловить любое движение, любой звук. Но на их неожиданное появление ответил лишь всё тот же ветер, что с неприветливым стоном снова ударил в лицо. Вокруг никого не было. — Райнхард? – Мерриман произнесла его имя уже без крика, почти шепотом, что шел прямо из её сжавшейся от ужаса души. Она еще не видела дьявола настолько напряженным и хмурым. Его брови были столь сильно сведены к переносице, что казалось, по коже сейчас пойдет трещина. — Почему именно сейчас мы должны были промахнуться. – гневно прорычал он, злясь на судьбу. В его второй руке еще оставалась еще одна туфелька. Не успел мужчина договорить, как она моментально вспыхнула пламенем, вступившем в схватку с пожирающей тьмой вокруг. Шац поднял ладонь и снова начал всматриваться в огонь, что не просто отражался в его глазах, а, казалось, застилал их ответным красным маревом. Он продолжал напряженно держать Еву второй рукой. Костяшки его пальцев будто одеревенели, сжимая её локоть. Но девушка не сопротивлялась. Она замерла, боясь даже дышать, чтобы не помешать сейчас дьяволу. Лишь взгляд её судорожно метался по пламени, пытаясь также рассмотреть то, что видел в нем наследник Каина, но тщетно. Для неё это был лишь огонь, поедающий едва заметную под его завесой туфельку. В этот раз Райнхард рассмотрел картинку быстро. «Быстро»… слишком относительное слово. Ведь по напряженным эмоциям на лице дьявола казалось, что абсолютно каждая секунда сейчас была на счету, а они потратили так много, чтобы снова подготовиться к перемещению. — Главное, чтобы на этот раз сработало. – его рука дернулась, развеивая пепел по ветру. Тот будто изголодавшее животное подхватило сомнительный дар, унося остатки последней вещицы Мари, что была у этих двоих с собой, куда-то во тьму. Повисла гробовая мучительная тишина. Дьявол закрыл глаза, делая глубокий вдох и такой же глубокий выдох. Всеми силами своего разума он попытался максимально сконцентрироваться на месте, которое увидел. Он ощущал, как подрагивает тело испуганной Евы у него в руках. Как её грудная клетка приподнимается лишь изредка, будто она совсем забыла, как нужно дышать. Как она переминается с ноги на ногу, поскольку в её босые пятки впивается очередная колючая ветка. Но все эти эмоции волнения и страха, которые она источала так сильно, что они становились заразительны, Райнхарду нужно было сейчас откинуть. И он справился. При их появлении в новом месте пространство вокруг охватило пламенем. Языки огня разошлись от ног дьявола и успели пожрать часть травы до того, как стремительно потухли. От напряжения мужчины магия его была нетерпеливой и пыталась вырваться наружу, чтобы породить хаос, но он смог совладать с этим. Место было верным. К его большому счастью и сожалению, они прибыли к нужной точке назначения. Это был лес. Всё такой же темный и глухой. И ветер здесь также враждебно бил по телу, будто прогоняя тебя из своих владений. Однако было кое-что ещё. То, что дьявол не смог рассмотреть с первого раза. Старый деревянный дом. Весь он был покрыт пылью и плесенью, но стоял ровно, будто возведенный только вчера. Его крыши и стен касались ветви стоящих рядом огромных согнувшихся деревьев. Они будто обнимали строение своими цепкими лапами и казались монстрами, защищающими своё дитя. Неестественно выгнутые ветви закрывали абсолютно каждое окно, словно хотели скрыть от глаз дома ужас внешнего мира. И лишь очертания входной двери виднелись за этими деревянными пальцами. Двери, перед которой и стояли сейчас те, за кем гнались Ева и Райнхард. Дэниэль почти с заботливой любовью обнимал тело Мари, облаченное в желтое бальное платье, так ярко выделяющееся из картины серого темного леса. Она была неподвижна. Глаза её были закрыты, руки безвольно опущены. Казалось, девушка мирно спала. Спала, несмотря на режущий ветер и холод. Спала, несмотря на руки мага, крепко державшие её. Спала, несмотря на неожиданную вспышку огня от появления её подруги. …спала ли? Грудная клетка её едва приподнималась под желанием очередного вдоха. Тело было неподвижным, податливым. А привычный румянец щек заменила неестественная бледность. — Мари! – с ужасом выкрикнула Ева. Тут же она ощутила, что руки Райнхарда более не сжимают её. Дьявол был быстрым и решительным. Он не терял ни секунды. Появившись здесь и поняв ситуацию, он моментально ринулся вперед столь быстро, что листва вокруг лишь боязливо зашипела, едва отрываясь от земли. Человеческий глаз же не мог уследить за этими движениями. Секунда и раздался мощный, почти оглушающий удар. Кулак дьявола столкнулся с незримым барьером, по которому от соприкосновения с решительным напором самого наследника адского престола прошлась волна пламени. Она охватила весь купол, делая его видимым. Барьер располагался в трех метрах от Дэниэля, и когда произошел удар, сифт даже не вздрогнул. Он готовился. Он знал, с кем имеет дело. Знал, что любая ошибка будет стоить ему вырванного сердца. И когда дьявол уткнулся в подготовленную им защиту, маг не сдержал ухмылки. — Перестань, вы всё равно уже опоздали. – лиричным, почти тягучим тоном произнес он, упиваясь каждым своим словом. Он придерживал Мари за спину, будто она сейчас откинулась назад, как в момент, когда они танцевали. Вторая его ладонь располагалась на девичьей груди, аккуратно, почти не касаясь её. Блондин иногда улыбался чуть шире, играючи приподнимая пальцы этой руки один за другим, будто его ладонь охватывало чувство приятной щекотки. Он был спокоен и почти счастлив. Барьер будто отрезал его от всех тех эмоций, что царили за ним. Огонь. Так много огня. Снова и снова. Райнхард не отвечал на сомнительные уверенные речи Дэниэля. Он просто производил удар за ударом, что отдавались оглушающим звуком, от которого лес, казалось, корчится и стонет очередными порывами ветра. В одну из секунд он попытался переместиться внутрь барьера, но, как и ожидалось, это было тщетно. Огонь. Так много огня. Внутри Евы разгорался настоящий пожар ужаса и паники. Взгляд её был прикован лишь к столь спокойному, столь умиротворенному и недвижимому телу Мари. Как же так вышло? Почему всё случилось именно так? Тело дрожало от осознания происходящего. Она смотрела на подругу и воспоминания заставляли прочувствовать это смиренное состояние на себе. Ева ни на секунду не сомневалась, что Дэниэль сейчас пожирает её энергию, как пытался сделать это с самой наследницей при их первой встрече. Осознание происходящего, понимание, чем это должно закончиться – всё это скреблось в груди, почти разрывая её изнутри. — Ева, соберись! – рычащим криком приказал Райнхард, совершая очередной огненный удар. Собраться. Правильно. Иначе она ничего не сможет изменить. Ева с силой сжала кулаки. До боли в пятках вжала ноги в землю. Стиснула зубы, едва сдерживая крик гнева. Да. Лучше она будет злиться, чем паниковать. Глупая, наивная девчонка. Она с таким рвением упрашивала Райнхарда дать Дэниэлю еще один шанс, услышав историю его семьи. А сейчас этот ублюдок пытается забрать у неё самого родного и теплого человечка. Потушить своей грязной магией это солнце, вечно озаряющее её мир. Нет. Второго шанса заслуживает каждый, но на второй проступок тебе стреляют в голову. И Ева была так зла, что скорее готова была разорвать Дэниэля собственными руками, чем дать ему возможность забрать у неё Мари. Вот только… что же ей делать, когда даже Райнхард не мог пробиться сквозь поставленную защиту? Взгляд Евы судорожно начал метаться по барьеру, будто пытаясь найти в нем хоть какую-нибудь трещинку, хоть какое-то слабое место. От очередной волны пламени, расходившейся по всей поверхности защиты до самой земли, трава рядом с ним горела. Дьявольский огонь заставлял её покрываться чернотой и полыхал до последнего, пока каждая травинка не обратится в пепел. Лишь благодаря тому, что плотный слой зелени был начисто выжжен, сквозь пламя девушка смогла заметить желтый магический символ на земле, ровно в том месте, где барьер соприкасался с ней. — Райнхард, там на земле руны! – вскрикнула Ева, теперь осознавая, почему защита Дэниэля была столь крепка. Услышав это, дьявол перестал бездумно пытаться разрушить барьер силой. Но не успел он даже осмотреться, как наследница уже кинулась к замеченному желтому знаку. Вокруг него продолжало полыхать пламя, но это ни на секунду не остановило Еву. Подняв платье, она босыми ногами начала пытаться потушить его. — Стой! – крикнул Шац, делая взмах рукой, чтобы огонь потух, не успев обжечь девушку. Но было уже поздно. Кожа наследницы должна была покрыться волдырями от столь неестественно разрушающего пламени. Вот только адреналин и ужас от происходящего так сильно били в голову, что Ева будто бы не чувствовала никакой боли. На самом деле, её и не было. Огонь не причинил Мерриман никакого вреда. Райнхард заметил это, когда девушка упала на колени перед барьером и начала пытаться просто вырыть пальцами тот самый желтый знак. Дьявол лишь мельком успел взглянуть на кристалл, предполагая, что это он защищает свою хозяйку, но тот не подавал никаких признаков магической активности. Наблюдая за тем, что делает взвинченная, кажется, обезумевшая девчонка, Дэниэль недовольно хмыкнул. Каждая складочка на его лице на секунду налилась эмоциями гнева, но в следующее же мгновение он снова злорадно улыбнулся. Опустив взгляд на Мари, столь безвольно лежащую у него в руках, он отвел ладонь от её груди, обрывая еле заметные паутинки магической энергии, через которые высасывал жизнь из девушки ранее. Его лицо смягчилось приторным сожалением. — Кажется, нам нужно заканчивать как можно скорее, моя дорогая. – прошептал он ей, аккуратно касаясь подушечками пальцев бледной щеки. Его ладонь заскользила дальше, в конце концов, нежно обхватывая затылок Мари. Будто тряпичную безвольную куклу он притянул её ближе к себе. Уткнулся кончиком носа в её холодную щеку, вдохнул аромат смертного живого тела, расплылся в улыбке, пропитанной какой-то неожиданно искренней печалью. — Мне правда жаль. – он шептал это так тихо, что слова могла разобрать лишь Мари, которая всё равно его не слышала. В следующую секунду Дэниэль закрыл глаза и поддался вперед. Он коснулся своими губами слегка посиневших губ своей безвольной жертвы. И этот смертельный, ядовитый поцелуй вдруг засиял ярким, почти ослепляющим светом. Он забирал её жизненную энергию так быстро, как только мог. Эта необузданная сила жизни, которой, кажется, хватило бы, чтобы объять весь мир, переливаясь к губам сифта, сияла сильнее любого огня. Так ярко, так горячо. Он будто пытался сейчас пожрать само солнце… Всё это время Ева продолжала рыть землю возле себя. Почва была твердой, неподатливой. Но в бездумном стремлении как можно быстрее помочь подруге любой ценой, наследница раздирала свои ногти в кровь, лишь бы сделать так, чтобы эти клочья земли поддавались ей. С каждой новой болью, с каждым вырытым сантиметром желтое сияние становилось отчетливее. Будто этот магический знак изначально был глубоко закопан, отчего изначально виднелся лишь едва. — Я почти, готовься сломать его! – кричала Ева, заставляя Райнхарда лишь нервно наблюдать за её изломанными, быстрыми движениями рук. Его взгляд напряженно уставился на барьер. Понимая, как работает подобная магия, он знал, что нельзя было упустить момента, когда одна из печатей будет сломана. В ту же секунду ближайшие руны попытаются воссоединиться между собой, и тогда защита станет уязвимой. Поэтому как бы он не хотел остановить Еву, которая своими действиями вредила себе, ему нужно было оставаться и выжидать. — Я почти… я почти! – продолжала невольно нервно повторять наследница. Она не замечала, как по щекам её текут крупные слезы. Она не видела своей крови, выступившей из-под грязных сломанных ногтей. Она не ощущала боли. Она боялась даже на секунду поднять взгляд. Все её чувства ушли на второй план. В невероятный абсолют было возведено лишь одно – любой ценой спасти Мари. Ведь она ни в чем не виновата. Она совсем ничего не знала. Ева была так зла. На Дэниэля, на судьбу, а главное – на себя. На свою глупую наивность и доброту. Ведь согласись она с Райнхардом в том, что этот сифт не заслуживает жизни, ничего бы этого не произошло. А теперь её Мари, её дорогая, невинная Мари умирала на руках того, кого своими уговорами сама Ева и спасла от рук дьявола. И всю эту злобу, весь этот ком ненависти девушка вкладывала в свои попытки вырыть эту чертову магическую печать как можно скорее. — Я нашла! – вскрикнула она, чувствуя, как руки её начинает жечь прикосновение к четко видневшемуся теперь символу. — Пекло, не смей этого делать! – одновременно с ней еще громче закричал Райнхард, обращаясь вглубь барьера, ведь именно в этот момент Дэниэль прикоснулся к губам Мари. Ева не успела вскинуть голову и посмотреть, что именно вызвало у дьявола такую реакцию. Ведь как только она это сделала, непонятный свет засиял ярче солнца, ослепляя всех присутствующих. Не сдержавшись, наследница невольно зажмурилась. Её пальцы в слепую начали вырывать землю дальше, пытаясь стереть таким образом символ, начерченный там. — Райнхард, давай! Сломай его! – закричала она, не смея останавливаться. — Но ведь… — Бей! Недовольно зарычав, не видя из-за света совершенно ничего, но понимая, что его огонь может всё-таки обжечь Еву, Райнхарду пришлось послушаться. В слепую он ударил по барьеру, обдавая тот всё тем же пламенем. Затем ещё, и ещё. Наследница, продолжавшая своими тоненькими пальчиками рыть землю вслепую, чувствовала, как языки пламени касаются её. Ощущала, как начинает гореть её платье. Чувствовала запах гари. Но совсем не ощущала боли от ожогов, будто смогла выключить её. Послышался звук расходящихся по стеклу трещин. Он отдался в душе Евы невольным откликом надежды и счастья, который позволил её сердцу ожить и забиться быстрее. Райнхард же физически ощутил, как барьер начинает поддаваться ему. Оставалось совсем немного. Ещё пара ударов, и он сможет добраться до горла этого мерзкого сифта, чтобы в одно движение свернуть ему шею, наслаждаясь звуком ломающихся позвонков. Но секунда, и яркий свет погас столь же внезапно, как и появился. Распахнувшая глаза Ева попыталась осмотреть картину перед собой, но белые пятна застилали всё пространство, заставляя наследницу лишь невольно быстро моргать. С каждым таким движением век темные краски мира возвращались обратно. Когда же зрение окончательно восстановилось, и Ева подняла взгляд, пальцы её безвольно замерли, глаза расширились, губы задрожали, а сердце просто отказалось биться. Дэниэль стоял в дверном проеме старого дома. Ветви деревьев, что окутывали проход, разошлись по разные стороны, позволяя сифту войти, почти приклоняясь перед ним. В руках маг аккуратно держал сердце, уже почти высохшее, отмытое от крови, явно не свежевырванное. Он почти прижимал его к своей груди, будто оберегая главное из своих сокровищ. Мари лежала на земле рядом с домом, будто выброшенная игрушка, что была больше не интересна ребенку, который сломал ту. Её собственное сердце было на месте, но это не делало её хотя бы на толику более живой. Абсолютно неподвижная, мертвецки бледная. Грудь её более даже не вздрагивала. Жизнь окончательно покинула это светлое тело. Послышался ещё один удар и громкий, оглушающий хлопок. Он известил всех о том, что барьер был сломан. В ту же секунду Райнхард оказался рядом с Дэниэлем и протянул к нему руку, желая переломать мерзавца пополам. Но только он попытался проникнуть за порог дома, как тут же болезненно прорычал, замер, а после почти сжался, дрожаще прижимая вытянутую руку обратно к себе. Сифт даже не вздрогнул перед разгневанным наследником ада. — Это дом, в котором жила моя семья с тех самых времен, как мы появились на этой земле. – голос Дэниэля был абсолютно холоден, громогласен и строг. – Магия десятков поколений сифтов оберегает это место. Даже наследники великих не смогут войти сюда без приглашения. Его стеклянный взгляд обратился к Еве, что безвольно замерла, будто не осознавая ситуации до конца, как если бы она провалилась в самые глубины горечи и отчаяния. Лишь в эту секунду в глазах Дэниэля появилось нечто большее, чем просто холодное презрение. Взгляд его вздрогнул, но сифт выдохнул и всё равно произнес ещё громче, ещё жестче: — При нашей первой встрече с тобой, наследница, этот дьявол забрал у меня самое дорогое, защищая тебя. – он раскрыл ладонь, более явно демонстрируя сердце Софи, когда-то вырванное из её груди Райнхардом. – Теперь я забираю у тебя то же самое, чтобы вернуть своё. С этими словами он сделал решительный шаг назад, вглубь темного дома. — Стой! – прорычал Райнхард, перебарывая свою боль и вновь протягивая руку к сифту, желая схватить его. Но дверь перед дьяволом с грохотом захлопнулась. Деревья застонали, будто мучающиеся разгневанные стражи. Их ветви снова потянулись к запертой двери, окончательно перекрывая её и отрезая ушедшего Дэниэля от наследников…