Глава 15: Четверг, день. 14:55

       Гроссбух был обшит потертой кожаной обложкой, что значило, что он являлся точной копией аптекарского экземпляра. Страницы были покрыты аккуратным ровным почерком. Содержание состояло из двух разделов: первый был посвящен продажам, второй — инвентарю. Гермиона постучала палочкой по обложке и создала еще один дубликат. — Начнем с инвентаризации, а затем перейдем к продажам. Можем использовать вторую копию, чтобы помечать в ней что-нибудь значимое. Процесс оказался более трудоемким, чем она ожидала. Они внимательно изучали каждую строчку: пиявки, розовое масло, селезенка летучей мыши, шалфей. Все стандартные ингредиенты, которые можно было бы найти в любой аптеке или школьном классе зелий. Гермиона воодушевилась, дойдя до строчки, в которой сообщалось о приобретении восьмидесяти семи флаконов с драконьей кровью в начале прошлой недели, но волнение быстро спало, когда Драко указал на рядом стоящие буквы S.D. — Это сокращение от «sanctuarul dragonilor», драконье святилище по-румынски. Несколько недель назад умер Румынский Двурог. Дору и Ллевеллин, должно быть, извлекли оставшуюся кровь и продали ее. Подобное не вызывало удивления. Для аптекарей это был законный способ получения драконьей крови. В противном случае волшебники никогда бы ее вообще не использовали. И хотя Гермионе хотелось напомнить Драко, что эти заметки никак не доказывают, что кровь действительно была приобретена этическими методами, указывать на это было бессмысленно. Это был всего лишь очередной бесполезный дорожный знак на их и без того извилистом пути, в котором не было видно конечной точки. Пять тщательно проанализированных страниц спустя слова начали сливаться, и очередное облако разочарования затянулось над головой Гермионы. Наземникус поднял такую шумиху вокруг этих записей, а на деле оказалось, что они скорее убивают на них свое время, вместо того, чтобы проводить его с пользой. А она так устала от тупиковых ситуаций. Дракончики уже вылупились, ее дни в святилище подходили к концу, и значит, они больше не могли позволить себе терять время. Мысль об этом затронула ее самые уязвимые точки. Она отказывалась снова терпеть неудачу. Не в этот раз. И не потому, что ей нужно было что-то доказать самой себе. Засыпая прошлой ночью в объятиях Драко, Гермиона наконец-то почувствовала умиротворение. Драко был прав. Она так или иначе уже оказала влияние на политику и программы, которые смогла протолкнуть в законодательную систему, даже если Министерство не признавало, не ценило и не финансировало их должным образом. Что бы она ни делала дальше, она продолжила бы приносить пользу волшебным существам, так же, как она делала это, начиная с четвертого курса. Но прямо здесь, прямо сейчас, в ее помощи нуждалось святилище, полное драконов, которые все еще находились в опасности, пока преступник оставался на свободе. Сначала они крали кровь, потом яйца, и кто знает, на что они осмелятся в следующий раз? Но в этом и заключалась проблема: не зная мотивов ни исполнителя, ни Семи Братьев, было почти невозможно предсказать, что еще они могут попытаться выкрасть. Теперь казалось маловероятным, что они снова нацелятся на кровь, когда местный аптекарь только недавно пополнил свою продукцию. А сделки на черном рынке были гораздо менее прибыльными и не стоили риска в то время, когда предложение отвечало спросу. Если только Семеро Братьев нуждались в крови не из-за денег… Эта мысль, как искра озарила ее мозг. — Конечно! Акцио «Великие Волшебники Двадцатого Века.» Книга пролетела к ним через всю комнату и приземлилась поверх гроссбуха. — Из всех книг, что ты приобрела в «Гравюрах и Пергаменте», эта, по-твоему, будет полезна сейчас? Гермиона проигнорировала насмешку Драко, следуя за своей мыслью, ее нейроны вспыхивали, как растопка в камине, пока она просматривала содержимое книги в поисках упоминания Дамблдора. Тем не менее, Гермиона почувствовала, когда Драко заглянул в книгу через ее плечо, и внимание рассыпалось так же легко, как обгорелая ветка дерева; по телу растеклось тепло, а кожу начало покалывать. Но когда Гермиона перелистнула на нужную страницу, Драко незамедлительно сел рядом. Временная отсрочка, — напомнила она себе. Когда он устроился на соседнем стуле, ее внимание непроизвольно снова вернулось к задаче. «Магические Черновики и Зелья» теперь лежали рядом с «Великими Волшебниками Двадцатого Века», и они вместе погрузились в исследования. И Драко не противился ее методам и не пытался доказать, что она неправа. Они были далеки от подобных детских, мелочных поступков — что отзывалось в ней трепетом. Драко был так же заинтересован — если не больше — в том, чтобы выяснить, кто продавал кровь Семи Братьям, но не пытался перетянуть одеяло на себя. И она без сомнений восхищалась этим в нем. Это было очередным подтверждением того, что он действительно вырос из того эгоистичного мальчика. В те времена невозможно было бы представить, чтобы он делал что-то для кого-то, кроме себя или своей семьи, и уж тем более для волшебных существ. Но это было не единственное, на что отвлекался сейчас ее мозг. Это была совокупность всех тех мелочей, связанных с Драко, которые дополняли растущие в ней чувства, для описания которых у нее просто не хватало слов. То, как он дразнил ее по поводу выбора книги, его абсолютная уверенность в том, что ее доводы оправданы. Его собственный азарт, способность думать самостоятельно. Страсть, целеустремленность, решимость. Просматривая биографию Дамблдора в поисках нужного раздела, она не могла не поглядывать на волшебника, чья рука нежно касалась ее руки каждый раз, когда он переворачивал страницу «Магических Черновиков и Зелий». Его длинный палец скользнул вниз по списку ингредиентов, начинающемуся с буквы К, пока не остановился на «кровь, драконья». Ниже были перечислены зелья, в состав которых входила драконья кровь: руководство по другим ингредиентам, которые могли быть также полезны в комплексе с этим ценным сырьем. Уже не в первый раз за эту неделю на ее губах появилась смущенная улыбка. Драко Малфой действительно был впечатляюще умен. Гермионе потребовалось немало усилий, чтобы сосредоточиться на собственном тексте, но каким-то образом она с этим справилась. Дойдя до параграфа, в котором подробно описывалось открытие Дамблдора, — двенадцати способов применения драконьей крови, — она взяла перо и набросала на листе свои заметки. Некоторые способы применения крови, по ее мнению, являлись несущественными и не стоили того, чтобы тратить на них время (действительно ли средство для чистки духовок было так необходимо, чтобы использовать такое ценное сырье, как драконья кровь?), тогда как другие заставили ее задуматься о том, почему Семи Братьям нужна была кровь. Не было никаких оснований полагать, что они не приберегли хотя бы часть крови для личного использования: от мысли о потенциальных последствиях, у Гермионы внутри все сжалось. Большинство областей применения были безвредными: духи, чернила, красители. Драконья кровь была более стабильным ингредиентом, более мощным по сравнению с альтернативными вариантами, но часто не стоила своих затрат. Некоторые области применения были более практичными и важными. Она шла в помощь при чрезмерном кровотечении, снижала температуру, избавляла от язв желудка. В отрасли медицины Гермиона видела целесообразность покупки такого ингредиента, особенно, учитывая то, как быстро драконья кровь помогала в исцелении. Но одно возможное применение беспокоило Гермиону больше всего. Применение №12: Обогащение металлов Гермиона не раз сталкивалась с магическим действием прочных металлов. Без Меча Гриффиндора итог войны мог быть совсем другим. Но серебро, производимое гоблинами, было недешевым и часто зависело от труда волшебных существ, которые хотели, чтобы их магию и творения уважали. Вполне логично, что Дамблдор исследовал иные методы преобразования металлов, помимо алхимии, которую он изучал у Николаса Фламеля. Хотя драконья кровь и была дорогой, ее стоимость была незначительной по сравнению с гоблинским серебром. Если бы кто-то захотел создать несокрушимые доспехи или оружие, необходимый запас драконьей крови мог бы стать ключевым элементом. Страх, поселившийся в ее животе, возрос. Нет, нет, нет. Гермиона просто не хотела верить в это, особенно с учетом того, что румынские авроры предположительно все еще отслеживали возрождающихся темных волшебников в Бухаресте. Но прежде, чем она смогла поделиться этой многообещающей теорией с Драко, он привлек ее внимание к своему исследованию. — Не видишь здесь ничего подозрительного? Он передал ей открытый гроссбух и указал на страницу недавних продаж. Гермиона вчитывалась в каждую строчку по три раза, обдумывая все возможные варианты, прежде чем перейти к следующей. Очевидно, там было что-то, что Драко хотел, чтобы она заметила без его наводки, чтобы убедиться в верности своей теории. Первые несколько строк состояли в основном из обычных ингредиентов: один флакон экстракта Муртлапа, четыре безоара, пакетик пиявок, одна мерная ложка измельченного рога Двурога. Некоторые ингредиенты были более заметными, как например, кожа бумсланга и крылья феи, но ни то, ни другое не вызывало тревог. По сравнению с Драко, Гермиона не была экспертом по зельеварению, но знала достаточно, чтобы понимать, что ни один из этих ингредиентов не применялся с драконьей кровью. И тут она заметила это. Восемью строчками ниже числился заказ на несколько ингредиентов от одного покупателя: лаванда, слизь флоббер-червя, ветки валерианы, бобы сопофора, измельченные лепестки асфодели и экстракт крапивы. Гермиона ахнула. Она выучила этот список ингредиентов наизусть еще на втором курсе. — Это ингредиенты для Снотворного Зелья! Снотворное Зелье само по себе не являлось чем-то необычным, многие волшебники использовали его, чтобы быстрее уснуть, поэтому большинство аптекарей продавали готовые флаконы с ним, а значит не было большого смысла варить его самостоятельно. Если только кто-то не хотел увеличить количество бобов сопофора, что усилить действие. Гермиона отказывалась делать поспешные выводы или радоваться слишком рано. Это необязательно что-то значило и могло привести лишь к очередному тупику. Одна запись в бухгалтерской книге не означала, что они смогут отследить покупателя. Десятки людей ежедневно приобретали в аптеке составляющие для зелий. Нельзя было рассчитывать на то, что аптекарь вспомнит, кто покупал у него такие простые ингредиенты. — Посмотри на это. Было удивительно, как легко Драко иногда читал ее мысли. И не с помощью легилименции. Просто понимая ее и то, как работал ее мозг. Гермиона проследила за его пальцем, который указывал на инициалы с краю страницы. Д.Я. Две буквы, которые могли бы обозначать собой сотни имен, но это было начало. Это было уже что-то. Это было… — Фамилия Джулии — Янкова. Совпадение. Это должно было быть совпадением. Но подсознательно Гермиона понимала, что от этого факта нельзя отмахиваться так легко. Бесчисленное множество имен начиналось с «Д». Но сочетание с фамилией на «Я», безусловно, было более редким явлением. И все же она не хотела в это верить. Этому должно было быть другое объяснение. Джулия была девушкой Чарли. Подругой Драко, Маркуса и Аурела. Той, кого ей самой потенциально хотелось бы называть своей подругой — если бы ее пребывание здесь не было бы временным. Но потом Гермиона вспомнила, что Чарли сказал ей на днях, и ее будто окатило ледяной водой. — Джулия когда-нибудь упоминала при тебе Норвежских Горбатых? — Мы работаем в святилище драконов. Конечно, они всплывали в разговоре. Гермиона понимала, что Драко пытался разрядить обстановку беззаботной шуткой, но даже это не могло подавить ее подступающую тошноту. — Не только в целом о них. А о своем… О том, что она хочет работать с ними? — Но ей нравятся Тупорылые, — тут же в замешательстве ответил он. — Ну или я бы, по крайней мере, подумал, что она захочет работать с Хвосторогами, чтобы быть поближе к Чарли. Мерлин, как бы ей хотелось, чтобы это было так. Было бы гораздо проще отмахнуться от этих совпадений, если бы не было никаких причин подозревать ее. Но мотивы могут иметь разную форму, а годы обиды могли вырасти в уродливого зверя внутри нее. У Гермионы сперло дыхание, прежде чем она смогла выпустить воздух из легких. — Не сейчас. Раньше. В те времена, когда ты присоединился к команде Норвежских Горбатых вместо нее. Его голова дернулась, на лице отразился шок. — Джулия хотела… Но это не обязательно означает… Ни он, ни Гермиона не озвучили окончание этой мысли. В этом не было нужды. Но это не помешало теориям, подобно ядовитому зелью, заполнить ее мозг. Что, если Джулия планировала это годами? Саботаж, направленный на подрыв руководства Дору? Месть за то, что он отдал эту должность вместо нее Драко? Нацелившись при этом на дракона, за которого в первую очередь был ответственен Драко, чтобы он тоже выглядел некомпетентным хранителем? И все это время она притворялась невинной девушкой, выдавая себя за их подругу? Желчь подступила к горлу. Ее отвлек скрежет ножек стула о пол, когда Драко оттолкнулся от стола. — Это не может быть Джулия, — он не переставая качал головой, расхаживая по комнате и избегая ее взгляда. — Этому должно быть другое объяснение. — Я тоже не хочу в это верить, но… — Она встречается с моим лучшим другом! — И что может быть еще удобнее, чтобы не вызвать подозрений, чем встречаться с волшебником, который должен стать помощником старшего хранителя драконов. — Не надо. Его мольба отразилась от стен и теперь по щекам Драко разлился румянец. Он не хотел верить, что Чарли могут причинить такую боль. Как и она. Чарли был тем человеком, который помог ей пережить тяжелейшие дни в раздумьях о том, восстановятся ли воспоминания ее родителей или нет, тем, кто помог Драко начать строить свою новую жизнь в святилище. Они оба были обязаны ему и были благодарны гораздо сильнее, чем могли бы выразить это. И все же, когда взгляд Гермионы метнулся к периодизации событий, которую она воссоздала прошлой ночью, подозрение только усилилось. — Когда именно они начали встречаться? Драко оперся на спинку стула, обеими руками вцепившись в дерево. — В начале июня. Вскоре после моего дня рождения. — Что также совпадает с тем временем, когда Наземникус торговал кровью. Неверие, отчаяние и поражение ощущались в воздухе. — Блядь, — костяшки его пальцев побелели и следом ножки стула ударились о твердый деревянный пол. Драко отцепил пальцы от спинки и снова отошел от Гермионы. — Я не говорю, что это она, — Гермиона попыталась успокоить его так же сильно, как пыталась уверить в этом себя. — Пока это всего лишь предположение. Но мы не можем игнорировать такую зацепку. Дело приняло неожиданный и жестокий поворот, после нескольких дней ожидания прогресса их первой реальной зацепкой стала та, которую они предпочли бы не иметь на руках. Драко уставился на увеличенную карту святилища, на часы и после снова на карту. — У нас еще осталось полчаса до ужина? Гермиона кивнула. Драко кинул заклинание и карта свернулась и полетела в его открытый кисет. — Хорошо. Тогда у меня есть идея.                    

~*~*~

       Лучистое солнце выглянуло из-за горы, пока Гермиона следовала за Драко сквозь ряды деревьев. Когда они подошли ближе к месту, он в последний раз сверился с картой. — Она все еще в его хижине. У них было не так много времени на разработку плана, но Гермиона согласилась с Драко в том, что они не могли пойти на ужин, не попытавшись перед этим раздобыть больше информации. Гермиона подбежала к домику Чарли и наложила на него заклинание на случай, если Чарли или Джулия покинут хижину раньше или внезапно вспомнят, что что-то забыли внутри. Заклинание было сложным, и Гермиона не использовала его годами. Если повезет, у них с Драко будет пятнадцать минут до тех пор, как его сила начнет ослабевать. А значит им придется действовать быстро. Скрытая Дезиллюминационными Чарами, Гермиона обежала цепочку хижин и проскользнула в оставленную открытой Драко дверь в жилье Джулии. Войдя внутрь, она услышала его шепот. — Ты осмотри все вокруг ее кровати. Я проверю шкаф. Помогало то, что комната была обставлена весьма скромно. Это значительно сокращало область для поиска. Гермиона начала с того, что залезла под кровать, тогда как шкаф, казалось, открылся сам по себе. Если бы в комнату вошел маггл, он бы наверняка подумал бы, что это место населено привидениями, учитывая то, как невидимые глазу Драко и Гермиона рылись в вещах Джулии. Они искали любую зацепку, будь то против нее или в ее пользу. Шприцы, флаконы, иглы. Дневник, ежедневник, стопку писем. Что-нибудь. Что угодно. Ничего под кроватью или под простынями она не нашла. Послышались удары о стену наряду с топотом по половицам, и Гермиона заподозрила, что Драко перешел к проверке не очевидных для укрытия мест. На стене была прикреплена увеличенная карта святилища, на которой точки с Джулией и Чарли все еще находились в его хижине. Гермиона наложила на матрас заклинание рентгена. По-прежнему ничего. А потом она добралась до тумбочки. Три флакона подкатились к передней части верхнего ящика, все наполненные темно-фиолетовой жидкостью. — Драко! Гермиона была слишком шокирована, чтобы самой достать зелье. Как бы ей ни не хотелось верить в это, но фирменный цвет выдавал его. Когда один флакон снотворного поднялся в воздух и оказался в невидимой руке Драко, ее сердце сжалось. — Продолжай искать, может быть полезно все, что мы сможем здесь найти. А я проверю его, — палочка Драко, казалось, летала в воздухе. Тихо произнесенные им слова, осветили флакон крошечными рунами. Гермиона была очарована возможностью узнать больше о действии этого заклинания, но сейчас было не время для вопросов. Она последовала примеру Драко и начала проверять стены и половицы. Если Джулия действительно была ответственна за кражу драконьей крови, то ей нужен был тайник, чтобы прятать ее. Но он мог находиться где угодно. Очевидно, что ее хижина была первым местом, где его стали бы искать, если бы заподозрили ее. Поэтому с таким же успехом она могла бы спрятать его где-нибудь еще на двухстах с лишним акрах святилища. Гермиона взглянула на часы, затем на карту. У них оставалось еще пару минут, прежде чем придется уходить. Еще одно сканирование стены не выявило ничего, но внимание привлек скрип деревянной половицы. Гермиона упала на колени и постучала по панели. Полая. Во рту пересохло, кровь застыла в жилах Дрожащими пальцами девушка подняла доску и, не увидев ничего кроме темноты, почувствовала облегчение. Пусто. Но когда она уже потянулась, чтобы вернуть доску на место, на свету отразилось очертание черного бархатного мешочка, который лежал поверх блокнота того же цвета. Страх ускорил ее сердцебиение, она потянула за веревку… и обнаружила небольшую кучку волшебных румынских монет. Нет. Нет, нет, нет, нет, нет. Эти деньги могли быть откуда угодно. Джулии же нужно было где-то хранить те деньги, что она зарабатывала в святилище. Но почему не в банке? И что означали эти записи в блокноте? Страницы были заполнены символами разных валют, цифрами, плюсами, минусами. — Пора идти. — Секунду. — Сейчас, Грейнджер, — она все еще не могла видеть Драко, но настойчивости в его тоне было достаточно. Точка Джулии на карте начала двигаться. У Гермионы было как раз достаточно времени, чтобы сделать копию блокнота, прежде чем Драко нашел ее невидимую руку, и аппарировал их прочь. Вихрь засосал ее сильнее, чем обычно, так как она не успела сконцентрироваться перед перемещением. Все встало на свои места, когда они приземлились в знакомых стенах хижины Драко. Дважды постучав палочкой по голове, Гермиона сняла Дезиллюминационные Чары. — И? Лицо Драко было, как маска, его руки были пусты. — Снотворное, по-видимому, не имеет никаких отклонений. Гермионе хотелось бы вздохнуть с облегчением от этой новости, но блокнот, зажатый в ее руке, не давал возможности расслабиться. — Что это? — спросил он. — Пока не уверена, — Гермиона протянула Драко блокнот, и его большой палец поддел край обложки. На страницах мелькали цифры, их предназначение все еще оставалась неизвестным. Однако ощущение скрученного узла в животе не предвещало ничего хорошего. — Оставим пока его здесь, — заключил Драко, не найдя больше ничего в нем. — Не стоит ничего брать с собой на ужин. — Согласна. Он отправился к своей кровати, чтобы спрятать блокнот под матрас, и когда вернулся, на его лице читалось смирение. — Невиновен, пока не доказано обратное, верно? Гермиона глубоко вдохнула, но внутри все так же ощущалась пустота. — Да, но это почти подтверждает наши подозрения о том, что те ингредиенты купила именно Джулия. У Драко не нашлось на это ответа. Гермиона и сама не знала, что еще тут можно было сказать. День оказался тяжелее, чем они ожидали, теперь, когда Джулия находилась в серой зоне. Но это не должно было отвлечь их от изначальной цели сегодняшнего ужина. Независимо от их мыслей о Джулии, им с Драко нужно было держаться своего плана по вытягиванию из Тавиана информации о Семи Братьях. Им нужно было просто пережить этот вечер, делая вид, что ничего не произошло. Просто обычный дружеский ужин между ней, Драко, Чарли и Джулией. Двойное свидание. Мысль об этом снова вызвала румянец на щеках Гермионы. Хотя ничто не могло сегодня превзойти тот восторг, что она ощущала, наблюдая за вылуплением дракончиков, свидание с Драко могло составить хорошую конкуренцию. Ужин, может, и был организован для поиска новой информации, но это не значило, что это должно было оставаться его единственной целью. Жизнь состоит из череды балансов. Она толкает и поднимает, забирает и дает. На каждое плохое событие в противовес должно приходиться хорошее. Ужин. Свидание. Вечер, где они с Драко могли бы, по крайней мере, попытаться наслаждаться вечером, как двое обычных молодых людей, исследующих все грани своих ощущений, но не имеющих возможности сделать это в полной мере в компании своих друзей. И если упомянутый вечер закончится тем, что они с Драко наконец закончат одно нерешенное дело, которое несколькими часами ранее началось как раз в этой самой хижине, тогда кто она такая, чтобы жаловаться? — Идем? — Драко протянул руку, и ее пальцы легко переплелись с его, их ладони стали одним целым. Гермиона едва успела сделать шаг, как хватка Драко усилилась, и он потянул ее назад. — Подожди. — Мы что-то забыли? — Нет. Просто прежде чем мы отправимся, я хотел воспользоваться моментом и полюбоваться тем, как выглядит моя спутница, — возвращение легкой беззаботной улыбки на его лицо, позволило Гермионе немного расслабиться. — А еще, — он произнес заклинание Орхидеус, чтобы наколдовать букет, — моя мама научила меня тому, что на первое свидание всегда надо дарить девушке цветы. Ее сердце расцвело так же ярко, как розовые и белые лилии в ее букете. — Они прекрасны. — Не настолько, как ты. Гермиона закатила глаза, но это не помешало ее щекам покрыться румянцем. — Теперь ты играешь по-крупному! Его ухмылка стала шире. — Мне это пригодится, если к концу вечера я хочу получить отличные оценки от Гермионы Грейнджер. Искренность в его глазах была сильнее дразнящего тона, и Гермиона встала на носочки, чтобы поцеловать его в щеку. — В таком случае, начало положено отличное.