Глава 83

То же место, то же время. Вытираю окровавленное лезвие прямо о комбинезон наемника и, под смачные звуки поедания других наемников, принимаюсь обыскивать убитого. Небольшие кармашки на разгрузке были практически пусты - три магазина к автомату, пара - от пистолета и несколько бинтов. Ни денег, ни чего-то еще интересного мертвец для меня не припас. И то, ради чего все, собственно, и затевалось - ПДА. Беру в руки коммуникатор, включаю его и, боже мой, на нем даже нет пароля. Углубляюсь в него, рыская по всем закладкам, но ничего, кроме парочки очень общих переписок на нем не было. Похоже, что на дело наемники выходят с чистыми наладонниками, чтобы в случае чего никто ничего не смог узнать с них. Но почему тогда у той троицы они были заблокированы? Стоит проверить и других наемников, может, ситуация как-то прояснится. Распрямляю спину, чувствуя, как начинают ныть перетруженные за ночь мышцы, и начинаю водить фонариком по внутреннему двору фабрики. И сразу же натыкаюсь на нелепо щурящихся кровососов, чуть поодаль от меня. По щупальцам стекала красная влага, а сами монстры едва ли не урчали от удовольствия, закрывая красные глазенки когтистыми лапами. Подхожу к ним ближе и нагибаюсь к одному из трупов, сразу же выуживаю из кармана его коммуникатор. В отличие от предыдущего, на этом не было вообще ничего. Такая же история случилась и с оставшимися двумя устройствами. Мда-а. Перевожу взгляд на тоннель, где лежали остальные наемники, и только грустно вздыхаю. Лезть сейчас туда смерти подобно - мой противогаз не защитит меня от угарного газа, а значит, сначала надо все это дело проветрить. — Наелись? — спрашиваю у кровососов, переминающихся с ноги на ногу. — Есть еще одна работка для вас… Фабрика, раннее утро. При помощи кровососа убрать следы в виде бетонных плит ото всех проходов было легче легкого, но побегать все-таки пришлось изрядно. И, пока вся эта недоканализация проветривалась, я решил завалиться на сам завод. Найти там местечко поудобнее и подремать несколько часов. Все-таки, опасность со стороны людей была недавно устранена, поэтому за спокойный сон можно было не переживать. Широко зевая, прикрываю рот ладонью и захожу на территорию фабрики. Там меня встречают разбросанные повсюду ржавые трубы, старый зил и высоченный строительный кран. Прохожу мимо сваленных вместе плит, большого мусорного бака и чьих-то засохших останков и оказываюсь в помещении с высокими потолками. Под ногами красная плитка, еще держащаяся на месте и раскрошившиеся под гнетом времени, мутантов, сталкеров и выбросов, а всего лишь в метре от меня, за небольшим заборчиком и в немаленьком углублении находились два зеленых резервуара для чего. Все стены были усеяны витиеватыми трубами, чудно переплетающимися между собой и уходящими куда-то вдаль. Иду дальше по коридору, рассматривая заводской холл во все глаза. Потертые бело-зеленые стены, очаги плесени по углам и повсеместные буро-коричневые пятна. Заворачиваю за угол и оказываюсь в продолговатом коридоре, заполненном в хаотичном порядке скрипучими кроватями с матрасами и шкафчиками для одежды. Навряд ли так это задумывалась с самого начала… Значит ли это, что кто-то после образования Зоны решил устроить здесь ночлег? И, судя по тому пятну на матрасе ближайшей ко мне кровати, этому кому-то можно только посочувствовать. Выбираю кровать, расположившуюся вдоль стены, и оставляю там свои пожитки, а сам решаю сделать небольшую зарядку, чтобы размять мышцы и разогнать кровь. Повороты головой в разные стороны, вращение плечами и кистями, растяжка спины, живота и ног. В целом, обычная школьная зарядка. И во время выполнения комплекса упражнений проход в комнатушку с переходом в подвал так и манил меня. Не знаю, зачем мне было туда спускаться, но почему-то очень сильно захотелось. Делаю всего лишь несколько шагов и захожу в небольшую комнатушку с двумя широкими и закрытыми деревянными дверьми. Слева виднеется лестница, ведущая в лабораторию, над ней небольшое оконце с отсутствующим в раме стеклом. Обхожу пару бочек, стоявших практически на входе, и спустя шестнадцать ступенек вхожу в узкий коридор. Потрескавшиеся стены, местами обнажившие красные кирпичи, повсюду сваленный мусор в виде пыли, каменной крошки, кирпичей и остатков отделки, а из-под самого потолка изредка выглядывали оборванные провода. Освещения в этом коридорчике не было, пришлось использовать фонарик. Осторожно ступаю дальше, стараясь не споткнуться о какой-нибудь кирпич. Выхожу в абсолютно пустую комнатку побольше и, не задерживаясь в ней, сворачиваю направо - в еще один узкий коридор. А в его конце меня встретила та самая комната со спуском в лабораторию. Ничего, кроме толстенной лабораторной двери из железа, и двух терминалов по обе стороны от нее, там не было. Касаюсь ладонью обжигающе холодного металла, и меня посещает шальная мысль, а не попробовать ли открыть лабораторию той самой картой, которая у меня есть? А вдруг сработает? Достаю ее из нагрудного кармана, вставляю в черной полоской в считыватель магнитной полосы и медленно провожу ей сверху-вниз, но ничего, кроме сигнала отказа не прозвучало. Дергаю дверь, проверяя, не открылась ли, и… Нет, не открылась. Проворачиваю это и с другим терминалом, но там меня постигла та же судьба. Без второй карты сюда мне не зайти, а жаль, было бы неплохо полазить по лабе, не отходя от кассы. Тяжко вздохнув, возвращаюсь в заводской холл, чтобы протереть кровать от лишней пыли и устраиваюсь поудобнее, желая проспать хотя бы несколько часов. То же место, несколько часов спустя. Пробуждение было максимально отвратительным - ломило если не все, то близко к этому. Ха-а, поднимаюсь с кровати и осторожно делаю еще один комплекс упражнений. Помогло не особо, но хотя бы кровь разогнал по телу и ладно. Подхватываю рюкзак и направляюсь дальше по коридору, там захожу за угол, поднимаюсь по широкой лестнице и выхожу в рабочее помещение - повсюду столы и станки. Определить на глаз, что именно на них делали, увы, не могу. Прохожу мимо них в следующий проход, там вновь поднимаюсь по лестнице уже на последний этаж фабрики и поворачиваю налево, к деревянной двери, ведущей на пожарную лестницу. Ха-а, чего мне только стоило завести на нее сосычей. Те ни в какую не хотели заходить на нее, то ли слишком страшно было из-за высоты, то ли что, но только из-за обещания еды те все-таки согласились. Спустившись по ней, выхожу на задний двор завода, укрытый от лишних глаз - единственный проход в другую его часть был перекрыт грузовиком и парой больших контейнеров. Иду вдоль небольшой кирпичной и закрытой постройки, переступаю через небольшие лужицы крови, оставшиеся на траве, и подхожу к тоннелю. На ходу натягиваю противогаз, так, на всякий случай, и захожу внутрь. Иду по следам в пыли, пока не выхожу на утоптанную развилку. Ну, судя по направлению следом, в левую часть тоннеля они ходили чаще, чем в правую, а значит, лагерь их где-то там. Поворачиваю и иду дальше, пока не натыкаюсь на раскрытую нараспашку дверь. Из дверного проема виднелись лежащие на полу тела наемников. Я пришел по адресу. Судя по куче ящиков, нескольким шкафчикам для одежды и ветвящимся трубам, это было каким-то техническим помещением для обслуживания этих самых труб. Занятненько. Приступаю к тщательному обыску. Начинаю с трупов и их коммуникаторов, в которых уже по обыкновению ничего дельного не было. Либо запаролено, либо переписки, которые без контекста не понять, либо же вообще ничего, полная пустота. Эх, какова была бы жизнь в Зоне, если бы все сталкеры не оставляли после себя никакой информации? Плавно, пока помню, срезаю с трупов нашивки с синим орлом. Они на данный момент лучшее доказательство того, что я смог разобраться с наемниками. Затем приступаю к осмотру личных вещей. Автоматы, складываю у стены, тут и элэрки, и пара эмок, все в хорошем состоянии. Патроны вместе с магазинами ссыпаю в первый же попавшийся под руку рюкзак, содержимое которого я высыпал на пол. Тушенку, воду, туалетную бумагу и прочие без сомнения полезные вещи решил оставить здесь. Хабара выходило и так слишком много, чтобы на своем горбу тащить ещё и провизию. Закончив с рюкзаками, перехожу к шкафчикам, но там было вообще пусто. Какие-то старые рубашки, оставленные здесь предыдущими владельцами, синяя рабочая форма, куча пыли и паутины. Ничего дельного. А вот стол… На нем лежала развернутая карта подземных коммуникаций. Не знаю, какой на этой карте масштаб, но выходило так, что по этим тоннелям можно добраться хоть до Свалки, хоть до Ростка, и еще во множество мест. Естественно, при том условии, что завалов или непроходимых аномальных полей там не будет. Аккуратно сворачиваю карту и убираю ее в один из кармашков разгрузки. Хорошая находка, которая может пригодиться позже, и я точно уверен, что не хочу, чтобы она оказалась в руках Свободы. Как буду уходить припрячу её где-нибудь в укромном месте, так, на всякий случай. В последний раз оглядываюсь по сторонам в поисках чего-нибудь интересного и, убедившись, что все, что можно было, я уже осмотрел, собираюсь покидать это местечко. Но стоило только мне посмотреть на кучу хабара, которую мне придется нести, сразу же пожалел, что не оставил при себе хотя бы одного сосыча. Вот бы зеленые удивились… База Свободы, некоторое время спустя. Лиза не находила себе места и лишь тихонько раскачивалась из стороны в сторону, сидя уткнувшись носом в колени на спальном мешке. Палач не пришел. Ни вчера, ни сегодняшним утром, его не было. Выходить и опрашивать свободовцев ей было страшно, несмотря на убеждения Ганжи о том, что все люди здесь исключительно хорошие. Идти к Чехову ей было неловко, и потому она решила, что если её провожатый не объявится до вечера, она точно пойдет к лидеру Свободы и попросит его организовать поиски. — Если бы я только оставила тот ПДА… — тихо шептала она, изредка вспоминая об устройстве, с помощью которого она связывалась с братом. Увы, по приходу в Зону его пришлось отдать проводнику, который отвел ее на Кордон. На смену мыслям о коммуникаторе ей пришли нелегкие думы о брате. После ухода Палача она еще дважды побывала у него в надежде, что Денис одумался и смог прийти в себя. Увы… Моменты ясного сознания, как называла их про себя сама девушка, не длились долго. Сначала брат извинялся, ползал на коленях, размазывал по лицу сопли и божился, что больше никогда!.. Всем клялся. Богом, жизнью, здоровьем, матерью. Но только не Зоной. А потом все начиналось по старой схеме. Как только ему надоедало строить из себя примерного братика, как только в его глазах загорался нездоровый блеск, и он постоянно сглатывал слюну… Он снова начинал просить ее о наркотиках. Сначала нежно и ласково, для облегчения боли, потом чуть напористее, как будто умрет без них. А после срывался на крик. Так было дважды. В третий раз она не решилась идти, понимая, что ничего не изменится. И горько плакала. Почувствовав внизу живота тянущее чувство голода, девушка медленно поднялась, накинула на плечи плащ, данный ей Палачом, и медленно направилась в бар Ганжи, чтобы перекусить. И когда она дошла до него, то увидела, как через ворота проходит ее провожатый. Залитый кровью, тяжело дышащий и нагруженный кучей автоматов, тот с облегчением скидывает груз на землю и устало прислоняется спиной к забору. Затем, пока девушка все еще стоит на месте, тот находит ее глаза и легонько кивает. Беспокойство, царившее в ее душе последние часы, немного разжало тиски, сдавливавшие сердце Лизы. Та большим усилием воли заставляет себя остаться на месте, понимая, что такой интерес со стороны одного сталкера к другому могли понять превратно. Отвернувшись, на негнущихся ногах, она подошла к Ганже, с интересом смотревшего в сторону, и тихонечко произнесла: — Хочу кушать… База Свободы, то же время. Фу-ух, дотянуть все добро было задачкой непростой. Пришлось делать множество перерывов, чтобы просто отдышаться и пересидеть. Быстро оглядываю лагерь, понимая, что привлек много внимания своим пришествием и, кивнув Лизе, делаю глубокий вдох, поднимаясь на ноги и подхватывая поклажу, после чего быстрым шагом отправляюсь к Ганже. — Последишь за хабаром, пока я к вашему главному схожу? — спрашиваю у того. — Конечно, мэн, — улыбчиво произносит свободовец. — Богатый улов, да? — Не то слово, — отвечаю ему и перевожу взгляд на Лизу, сидевшую перед открытой банкой тушенки. — Приятного аппетита. — Спасибо, — еле слышно отвечает она. Устраиваюсь хабар за стойкой бармена, убедившись, что тот не споткнется об него случайно, затем развязываю горловину рюкзака, достаю оттуда коммуникаторы, перекладываю их в пластиковый пакет. И уже с таким грузом отправляюсь к Чехову, на ходу прокручивая в голове подготовленную байку. Оказавшись в главном здании, быстро поднимаюсь по ступеням, перескакивая их через одну, и нос в нос сталкиваюсь с лидером Свободы. — А вот и ты, Палач, — встречает он меня фразой, нахмуривая брови и поджимая губы. — Что ж ты вчера на мои сообщения не отвечал, а? Вместо ответа засовываю руку в боковой карман комбинезона и достаю оттуда пачку срезанных шевронов, протягивая их Чехову. Тот выпучивает глаза, глядя на них, и берет их в руки, начиная внимательно рассматривать. — Так, — чуть помедлив, отвечает он. — Пойдем-ка в кабинет. Зайдя в него, Чехов сразу же отходит в угол комнаты, берет оттуда стул и переставляет его поближе к столу. Жестом указывает мне сесть на него, а сам устраивается на своем месте. Затем он мрачно раскладывает один шеврон за другим на столе. — Тринадцать, — констатирует он. — Где ты их взял? — Там же, где и эти ПДА, — протягиваю ему пакет с ними. — У наемников. Собственно… Поэтому вчера и не отвечал на сообщения, был занят работой. — Был занят… — мрачно повторяет он за мной, поднимая правую бровь. — Ты хочешь сказать мне, что один расправился с тринадцатью наемниками за ночь? — Не только это. Еще я нашел сеть подземных тоннелей, по которым они передвигались, чтобы досаждать вам, — пожимаю плечами. — Давай я назову тебе координаты, а твои люди уже сами проверят? — Ты уж извини, но это прямо фантастика какая-то… — глубоко вздохнув, произносит Чехов и берет коммуникатор в руки. — Ребят я пошлю, а ты давай, рассказывай, что и как. — Задний двор фабрики. Твоим надо зайти внутрь, подняться на третий этаж и через него по пожарной лестнице спуститься на задний двор. Там, за невысоким зданием будет тоннель, пусть спустятся в него, пройдут до развилки, на ней налево. А там уже и сами наемники будут лежать, готовенькие, — рассказываю ему, как добраться до базы наемников. — А вот мне рассказать, собственно, и нечего почти. Обошел все места нападений, осмотрел все внимательно и нашел эти самые тоннели. Сначала подумал, что просто совпадение, но потом увидел, что во время вчерашнего нападения один из наемников прошелся по крови твоих ребят и, в общем, след как раз к одному из ходов меня и вывел. А там сложить два и два между собой было не так уж сложно. К слову, один из этих тоннелей располагается прямо на болоте… — Вот оно что… Мы и опомниться не успели, как они взрывчатку заложили и скрылись обратно, — задумчиво произносит Чехов, кивая. — И этот самый тоннель очень походит на слив всякой дряни, какими обычно заводы и производства пользуются. Толщина слишком большая, да и решетка не такая, как на других… — продолжаю рассказ. — И он, кстати, единственный из них, который выходит в какой-никакой водоем. Вот я и подумал, что если эти тоннели представляют из себя сеть, то почему бы им не сходиться на фабрике? Я пробрался туда тихонько и, как оказалось, был прав. — Почему нас не позвал, Палач? — спрашивает лидер Свободы, вновь нахмуривая брови. — Вот искренне не понимаю, зачем ты так рисковал. У нас с ними огро-омные счёты. — Никаких рисков для меня не было. А вот твои ребята точно бы пострадали в перестрелке, — качаю головой. — Я просто воспользовался тем, что наемники сами себя загнали в подземку, и… задушил их. — Задушил? Как это? — Угарный газ, — поясняю я, пытаясь натянуть сову на глобус. — Достаточно было лишь разжечь несколько костров, перекрыть плотным тентом проходы, чтобы поступление кислорода максимально затруднить, и ждать. К раннему утру на ногах остался лишь один из них. Видно, не лежал, как остальные, а потому не наглотался этого газа. А уж с ним одним разобраться мне труда не составило. Собственно, контракт выполнен мной в полной мере. — И даже перевыполнен, — кивает мой собеседник, поднимаясь со своего места и подходя ко мне. Далее он протягивает мне руку, и я поднимаюсь со стула, чтобы пожать ее, как тут же оказываюсь в медвежьих объятиях. — Хоть ребята еще не подтвердили твоих слов, но я верю тебе. Спасибо тебе, Палач, спасибо. Отомстил этим тварям за наших. И прости меня за то, что было при первой встрече… — Что было, то было, — с легкой усмешкой легонько бью ладонью по его спине несколько раз. — Но на награду я все еще рассчитываю. — Обижаешь, мэн! — восклицает Чехов, отступая от меня на шаг. — В полном объеме и даже кое-что сверху. Слушай, у меня тут предложение к тебе есть. Может, присоединишься к нам, а? — А теперь ты меня прости, но нет. Мне больше нравится быть вольной птицей, — перебиваю его и сажусь обратно на стул, и, видя на его лице возражение на счет “вольной птицы, спешу ответить. — Не хочу ввязываться в клановые войны. — Э-эх, жаль. Сначала Шрам отказался, теперь ты… — тут его коммуникатор пилинькул. — Оп-па. Все, дошли! Подтверждают все, и тоннель нашли, и наемников. Говорят, что ты там полную жесть устроил. — Ну так…