Часть 9

      Чем дальше заходили их с Кирой отношения, тем безвыходней положение было у Матвея. Он прекрасно понимал, что не сможет вечно скрывать от шефа, что встречается с его дочкой, а от Киры, что работает на ее отца. Пока что ему удавалось балансировать на тонком канате, который был натянут между двумя бездонными пропастями, но он усталость давала о себе знать — иногда он был близок к тому, чтобы просто все бросить.       Сегодня Артем Александрович завалил его работой, так что времени на то, чтобы просто переписываться с Кирой у него было мало, а уж про личную встречу он и не думал. Занимаясь бумагами для дисциплинарной комиссии Артема, до которой осталось около недели. Некоторые его коллеги, в том числе и отец, считали, что методы психолога опасны для пациентов и их просто нельзя применять на практике. К счастью, не все члены профессиональной коллегии разделяли мнение Стрелецкого-старшего, поэтому были готовы дать Артему шанс.       — Матюш, я пойду пообедаю! — донеслось до парня сквозь наушники. Он коротко кивнул и вернулся к работе.       Сам парень решил, что пока не голоден, да и у него был достаточно плотный завтрак. Он заканчивал печатать очередное раписание приема, когда пришло новое сообщение от Киры. Она тоже была погружена в работу — делала какой-то сайт для салона красоты. Кира уточняла у Матвея кое-что по программированию, так как не понимала, где именно допустила ошибку и как ее исправить. Пока Мотя занимался записыванием голосовых сообщений с пояснениями, в офис вернулся Артем. занятый общением с девушкой, Селиванов даже не заметил сколько прошло времени.       — С кем ты так оживленно переписываешься в рабочее время? — спрашивает Стрелецкий с нотками упрека в адрес Матвея.       — Да так, друг с универа, — отмахнулся парень. Он все еще колебался. Боялся того, что Артем снимет с него шкуру за одно упоминание отношений с Кирой.       — А, ну ясно, — пожал плечами мужчина и удалился в кабинет, — Матюш, кофе сделай! — донеслось до парня.       Отложив смартфон, Матвей направился к кофеварке. Артем Александрович был хорошим отцом, в понимании Селиванова. Он дорожил своим ребенком и всячески помогал ему. Да, Артему пришлось на какое-то время оставить Киру, но все остальное время он был рядом. Матвей не помнил своего отца, знал только то, что он их бросил. Забрав чашку, Матвей идет в кабинет Артема Александровича.       Нет, он просто возьмет и скажет ему. Сколько можно быть маленьким мальчиком? Ведь именно из-за его нерешительности так часто происходили конфликты с мамой и с другими людьми. Ему пора перестать бояться и делать из Стрелецкого монстра, коим он не является. В самом худшем случае, он потеряет работу, но Матвей был уверен в том, что до такой крайности не дойдет. Все же Артем дорожил им, как сотрудником.       — Шеф, мы можем поговорить? Просто вчера вы сказали, что если…       — Можем, — кивает в сторону свободного кресла Артем, перехватив кружку, — снова проблемы с мамой? — предполагает Стрелецкий, наблюдая за тем, как Матвей садится напротив.       — Нет, с ней все… ну пойдет вообщем, — сейчас это волновало его меньше всего. Матвей нервничал и удобное кресло казалось ему электрическим стулом. Переборов желание подскочить прямо сейчас, он все же выдохнул и уставился на свои руки, — обещайте, что ругаться не будете, — детским голосом говорит он, снова ощутив себя семилетним, когда случайно разбил мамину вазу и пытался рассказать ей об этом.       — Матюня, ты меня пугаешь, — насторожился Стрелецкий, — ну-ка рассказывай, что случилось? — требовательно попросил он, продолжая внимательно смотреть на Матвея, который практически вжался в кресло.       Селиванов застыл. К горлу подступил ком, который лишал его возможности разговаривать. Он постарался дышать ровнее, но все равно сбивался. Ему было страшно. Все тело мелко дрожало, а глаза увлажнились. Снова то ужасное состояние, которое овладевало им каждый раз, когда Матвей сильно переживал и не мог в чем-то признаться.       — Матюша, Матюнь, — такой реакции Артем не ожидал. Он пересел на край столика и опустил руку на плечо парня, — ты чего? У тебя болит что-то? — с несвойственной для него заботой, спросил Стрелецкий.       — Я. Влюбился. В. Вашу. Дочь, — через всхлипы сказал Матвей, закрыв лицо руками.       Повисла пауза. Артему потребовалось немного времени на то, чтобы понять сказанное помощником. Он пытался прочувствовать каждое слово, попробовать на вкус. Матвей влюблен в Киру. А она в него? А если обоюдно, то что? Артем понимал, что голова идет кругом.       — А она? — первое, что предположил психолог — неразделенная любовь. Кира — девушка с характером, причем не самым лучшим, так что спокойно могла отшить такого ухажера, да еще и в грубой форме.       — Она, вроде как тоже, — неуверенно пожал плечами Матвей, — ну мы с ней гуляли, переписывались. Она хорошая, правда.       — Да знаю я, что хорошая, — усмехается Артем и хлопает парня по плечу. Тот немного успокаивается и в его руках появляется коробка с бумажными платками, — и я дурак, должен был предположить подобное. Вы же примерно одного возраста.       Артем вернулся в кресло и с улыбкой наблюдал за тем, как Матвей неуклюже извлекает из коробки салфетки, после подносит их к лицу, убирая слезинки. Если даже у них с Кирой просто временные отношения, которые не подразумевают ничего серьезного, то он не имеет право препятствовать этому. Да и Матвей был не самым плохим вариантом. Милый, добрый, заботливый и достаточно отзывчивый. Единственное, что настораживало Артема — те психотравмы, которые нанесла парню его мама.       — Вы меня теперь уволите? — всхлипнул парень, вскинув голову и посмотрев на Стрелецкого покрасневшими глазами.       — Конечно нет, — усмехается Артем, — но обещай, что не станешь маньяком и не решишь убить мою дочь, — просит психолог и в этот момент Матвей не понимает — шутит он или говорить серьезно.       — Я… не… не собираюсь я никого убивать, — резко произносит он, встав с кресла.       — Супер! — довольно ответил Артем, — главное, чтобы вам было комфортно в этих отношениях, ну и… предохраняйтесь. Знаешь, я как-то не хочу пока что становиться дедом.       — Теперь я не знаю, как сказать Кире о том, что работаю у вас, — признался он, рухнув в кресло.       Артем хмурится, так как не знал какого-то универсального способа, как разрулить данную ситуацию. Первое, что ему пришло в голову — самому поговорить с дочерью о том, что он был инициатором их первой встречи с Матвеем, но все остальное — инициатива парня. Вероятно, она пошлет их обоих и будет права, Артем понимал и это. Он не хотел стать причиной, по которой разрушаться отношения.       — Да, это проблема, — выдохнул Стрелецкий, — но мы, что-нибудь придумаем, правда. Я сделаю все, чтобы она не бросила тебя. Ну из-за этого — остальное в твоих руках.       Им был нужен план. Очень смелый и эффективный. Артем считал, что он должен помочь Матвею, ведь все это произошло из-за него. Ему стоило убедить парня в том, что не стоит начинать общаться с Кирой, но что есть — то есть. Пора бороться со следствиями.       — Вы можете поговорить с ней? — настороженно спросил Матвей, словно боялся того, что Артем ему откажет.       — Конечно, поговорю, — обещает мужчина, — я вечером заеду к ней и обо всем расскажу, — он решил, что больше тянуть не стоит. Да и лучше, если Кира обо всем узнает от них, чем от кого-то другого.       — С… спасибо.