.

      Влад втолкнул Пашу в дом, но придержал за шиворот. — Ноги отряхни. Пашка утёр нос рукавом куртки и потопал на ковре усердно, сбивая снег. Он исподлобья глянул на брата, спрашивая, можно ли теперь зайти. Влад подзатыльником загнал внутрь. Повесил дублёнку на ручку двери и застегнул цепочку. Глубоко вдохнул, набрав воздуха в лёгкие до упора, и выдохнул носом, ткнувшись лбом в стену на секунду. Устал. Сколько можно вытаскивать брата-то из ереси? Когда поумнеет-то уже? — Чё встал? В комнату иди давай.       Пашка угрюмо кивнул, бросив куртку на лыжи у стены.       Грохнулся на кровать, отвернувшись к стене и обняв себя за плечи. Столько навалилось за день. Так ещё и пацанам по пути от Влада влетело ни за что. Подставил, получается. Плохо. Просто отвратительно. Паша не повернулся на брата, когда за ним хлопнула дверь. Не дёрнулся, когда Влад хлопнул его по плечу. Не ответил на вопрос.       Зря. Влад и так был недоволен в достаточной мере. — Сядь, гопота ты сраная. — Ты такой же, — буркнул Паша, не двинувшись. — Я хоть голову у друга в подъезде не брил. Ходишь теперь, как придурок, уши торчат. Сядь, сказал. — Не хочу я сидеть, чё ты пристал! — Паша потёр колючий затылок, сильнее прижав нос к подушке. — Нет, я не пойму, ты когда меня слушаться перестал? — Влад за ухо вздёрнул Пашу на ноги. — Совсем охерел? Ты как с братом разговариваешь?       Пашка сунул руки в карманы, чтобы выглядеть хоть немного более угрожающе. Хотя сложно выглядеть не жалко, когда тебя таскают за ухо… — Пусти ты… Я ничего не сделал же. — Кроме того, что мне пришлось тебя из школы забрать. А если бы мама трубку взяла? Ей отпрашиваться бы пришлось? Ты головой никогда не думаешь теперь? Отбили пацаны всё? — Влад… Прости. Влад хлопнул Пашку строго по щеке. — Пацаны не извиняются.       Пашка отвёл взгляд, делая вид, что бардак на столе срочно требует его внимания. Даже прибраться захотелось в моменте. Может, заодно и дневник бы нашёл, и стёрку. Может, даже галстук… — Маме ни слова о сегодняшнем. — Да, Влад. Если ей снова из школы не позвонят… — Я не об этом.       Спросить Паша не успел, Влад сам расстегнул ему штаны и спустил до колен вместе с трусами. Мама узнает — будет долго ругаться, что Влад будто бы заменяет брату отца. Но ведь некому больше. Раз косячит — пусть отвечает за это сполна. Фингал же поставить ему — ещё хуже будет. Да и на улице дерётся вечно, не тот эффект. — Ты чё? — пискнул Паша, потянувшись, чтобы прикрыться хоть. Но получил по рукам. — За голову убери. А нет, вытяни вверх.       Подчиняться Пашка не спешил — Владу пришлось и тут самому действовать. Расстегнул первые пуговицы рубашки и через голову стянул вместе с олимпийкой. Уложил брата толчком на кровать и сбросил всю его одежду на стул. — Неа, Пашк, лежи, — Влад придавил Пашу за спину. — Я думал, мама просто уж жалуется на тебя, от нечего делать, а ты, оказывается, правда распустился. — Ну Влад… Что ты, — голос дрогнул, — делать будешь?.. — То, что батя бы сделал, если бы жив был. Воспитывать буду. — Пороть, что-ли? — Догадливый какой. — Ну Влад, ну не надо, я ж брат тебе, — Паша повернул на Влада голову, но не вставал теперь, понял, что не прокатит. Лежал как положили, хоть и покраснел весь, застеснялся.       Влад не счёл нужным отвечать, он сходил в родительскую комнату и вернулся с ремнём. Ещё и широким, отцовским…       Пашка аж носом шмыгнул, обняв подушку. Не думал он, что брат так отреагирует. Тем более, что воспитывать возьмётся. Всего-то урок сорвал… Но упрашивать не было ни смысла, ни надобности. Одно только волновало. — Влад, это из-за Крылатого ты так?.. — А он тут при чём? — Влад сложил ремень вдвое и хлопнул им по ладони. — Ты и ему как-то насолил? — Нет! Нет, ничего тогда… Давай уже, дует а то…       Просить Влада дважды не пришлось. Он замахнулся так, что ремень коснулся сначала его лопатки, а потом обрушился с громким хлопком на зад Паши. Тот стиснул зубы и выдохнул в подушку. Гореть задница начала сразу же. Полностью. Заранее. — Чтоб я ещё раз пришёл тебя забирать, взрослого лба, — саркастично произнёс Влад, продолжая хлестать. — Понял меня? — Угу, — громко промычал Паша. Как будто он планировал повторять такое!       Пашка старался считать про себя, чтобы отвлечься, но помогало так себе. Наоборот даже, от этого больше концентрировался на боли. Хотелось уже поскорее остановить грёбаную порку! — Прости, ай, Влад! Я больше не буду! — Сколько тебе повторять? — Влад сильно протянул по икрам для разнообразия. — Пацаны не извиняются.       Паша взвыл, выгнувшись в пояснице и дёрнув ногами. Больно, но скорее неожиданно было больше. Но всё равно больно!       Ремень продолжал обжигать раз за разом, вопреки всем мычаниям и извиваниям… — Мусорный ветер… — тихо протянул Паша, заставив Влада остановиться. И углядел в этом шанс. — Дым из трубы. Плач природы. Смех сатаны… А всё оттого, что мы… — Ты головой приложился? — Любили ловить ветра… Ай! — Пашка вскрикнул от нового удара, но не замолчал. — И разбрасывать камни! Дым на небе! Ауч! Дым на земле… Вместо людей… Ааа! — Машины, — закончил за брата Влад, потому что тот совсем задохнулся от последней волны боли. Не хватило дыхания и на песню, и на порку. — Мёртвые рыбы в иссохшей реке. М, что там дальше? — Зловонный зной пустыни… — шмыгнул носом Паша, приподнявшись на локтях. Сработало? — Надо её на гитаре выучить бы. — Сможешь? — Пашка вывернулся, утирая глаза кулаком. — Да делов-то, щас выучу. Кассета где лежит с песней? — На подоконнике…       Влад повесил ремень на спинку стула и отошёл копаться в поисках кассеты. Вставил её в магнитофон и отмотал на нужный момент. — Гитару принеси. — Одеться… — осторожно начал Паша и прикусил губу на всякий случай, не договорив. — Можно.       Пашка кивнул и как можно быстрее натянул домашние треники. Глянул на задумчивого брата, на ремень, снова на брата и умчался в родительскую комнату. Где тихо повесил ремень в шкаф, а гитару снял со стены. — Вот. — Иди давай носом в угол, пока я подбираю. Хотелось посопротивляться, но это грозило чем-нибудь похуже ремня. Паша подчинился, хоть и чувствовал себя смущённо. Ладно хоть в штанах! И порка кончилась! Он украдкой потирал задницу, пытаясь согнать жар, пока Влад медленно бренчал на струнах, то и дело перематывая кассету, чтобы попасть в нужный аккорд.       Мелодия приобретала всё более понятный вид, Паша не мог удержаться, начал тихо подпевать: — Ты умна, а я идиот… И не важно, кто из нас раздаёт… — Даже если мне пове… Не так. Во, — Влад переставил пальцы. — Если мне повезёт. И в моей руке будет туз, в твоей будет джокер. Хорошая песня. — Угу, — Пашка шмыгнул носом. — Влад? Влад хмыкнул, догадался, о чём попросить хочет. Да и в целом — за косяк ответил, задница прилично так покраснела, можно было заканчивать. — Да ладно, иди сюда. Встань передо мной. — Как лист перед травой, — тихо передразнил Паша, но низко опуская голову. — Ты, Пашк, на меня не обижайся, что я так с тобой. Был бы папа — он бы посильнее драл, уж поверь. Но щас я за тебя отвечаю, а значит, и за проколы твои. Понял? — Понял. — Вот и буду, значит, воспитывать тебя. Что б там мама ни говорила. Тебе не хватает мужчин дома. Я ещё и в разъездах постоянно. Но ничё, вырастет из тебя толк. Понял?       Паша кивнул. Он и не обижался. Почти. Как минимум это было не так плохо и унизительно, как Крылатый в тот раз… Тем более брат же, пусть и стыдно. Пашка заглянул Владу в глаза. — Может, мне в музыкалку пойти? Буду как ты… — Завтра сходим, запишем тебя. У меня там друзья остались, — кивнул Влад, поддержав идею. Это полезное дело. — А там, может, артистом станешь. Голос у тебя есть. Перестанешь по улицам без дела шататься. — Да я не… — Не спорь, — перебил Влад, ткнув Пашу в бок. — Я знаю всё.       Паша снова низко опустил голову, но чтобы скрыть улыбку в этот раз. Не всё Влад знает. Ой не всё… Влад слегка хлопнул Пашу по бедру и кивком велел сесть, сам устроил гитару поудобнее и продолжил играть, под Пашкино тихое пение. Дым на небе, дым на земле, Вместо людей машины, Мёртвые рыбы в иссохшей реке, Зловонный зной пустыни. Моя смерть разрубит цепи сна, Когда мы будем вместе…