Running the Gauntlet[Thad]

Auction

      Боль и тяжесть — вот что чувствовал зеленоглазый юноша, валяясь на пыльном полу. Не в силах открыть глаза, рабочий тяжело дышит, пытаясь хоть немного восстановить силы после всего произошедшего. Адреналин, до того бушующий во всём теле, отступил, давая дорогу не только смертельной усталости, но и боли.              Больно. Было очень больно. Больше всего болело левое плечо. Несмотря на толстую шинель, демонические клыки всё же частично проникли внутрь достаточно глубоко, чтобы их пришлось доставать. Но и рукам досталось. И так сильно измученные, они ещё сильнее повредились от тяжких нагрузок. Да, он резал тварь с бешеной и даже слегка неестественной силой. Однако за такие чудеса пришлось платить. Тэд не мог нормально согнуть пальцы. О каком тут сражении можно говорить.              А если ему ещё придётся драться? Вернее, когда и сколько ещё ему придётся драться? Вдруг сейчас прибежит ещё одна Закипающая ярость и разорвёт его своими острыми когтями? А может, появится что-то гораздо более ужасающее и сильное? Нужно подниматься и идти дальше. В конце концов, у него нет другого выхода.              Набрав побольше воздуха, сквозь болезненные всхлипы рабочий всё же открывает глаза. К его удивлению, это было не так сложно, как казалось изначально. Сложнее было встать. Физически и морально подготовившись, Тэд пытается рывком подняться с земли. Вот только столь смелая попытка оканчивается неизбежным провалом. Слишком много самоуверенности с болью и слишком мало силы. Болезненно застонав, дрону приходится вновь выравнивать дыхание. Собравшись с силами и попытавшись перекатиться на грудь, Тэд вновь терпит неудачу. Он чувствовал не только боль, но и тяжесть.              И причина этой тяжести была прямо на нём. Шинель. Его любимая шинель стала клеткой, капканом, сковывающим его на месте. Верная скорлупа, защищающая его от любой опасности, обратилась привязанной к ноге гирей. Пропитавшись чужой кровью, она будто налилась свинцом. Толстые слои ткани сгустились, еле-еле позволяя ему дышать. Ему придётся снять её. Придётся оставить здесь. Его верного соратника, верного друга. Оставить здесь, в темноте и грязи. В бесконечном фрагментированном кошмаре, собирающимся из осколков его давно утраченной или затухшей с годами памяти.              Издав болезненный вздох, парень тянется к монолитным пуговицам. Пальцы болят. Сгибаясь и зацепляясь за металлические застёжки, фаланги отдают в процессор нестерпимыми страданиями. Тэд чувствовал, как метал на подушечках совсем сточился, оставляя на любом предмете, которого он касался, еле заметный чёрный отпечаток. Если бы у работяг были отпечатки, то зеленоглазый бы мог без лишних заморочек ставить штампы.              Щелчок. Ещё один. И ещё. А потом… Свобода. Расправившись с последней пуговицей, Тэд в бессилии бросает руки на пол. Теперь он мог набрать полную грудь сухого и пыльного воздуха. Восстановив силы, рабочий всё же вынимает своим израненные руки из рукавов, после чего, наконец, поднимается.              Распрямившись и опёршись на стену, дрон обхватывает руками плечи, лишь бы прикрыть свою частично оголившуюся грудь. Весь тот кошмар, что он столько лет прятал под шинелью, всё же открылся ему вновь. Под плотной верхней одеждой скрывалось месиво из стального корпуса, огромных маслянистых пятен, до безобразия истёршейся и прилипшей к торсу футболки и перетягивающих весь этот ужас грязных тряпок. Несмотря на отдалённость поверхности, Тэд всё равно почувствовал сильный холод. Он пронзил его, словно стрела, заставляя ужасно запаянную рану на животе вновь воспалиться. Скрючившись от холода и боли, рабочий не надеялся на свою футболку. Ранее довольно приличный предмет одежды стал выглядеть хуже половой тряпки. Тэд не снимал шинель с момента её нахождения. И, следовательно, не отмывал корпус, менял футболку или бинты.              Чувствуя себя максимально уязвимым, жалким и слабым, Тэд всё же берёт себя в руки. Он может ныть и стоять здесь сколько угодно, но это не приведёт его к выходу. Нужно идти. Идти также, как он шёл раньше. Перебороть боль и страх, сражаясь с судьбой за свою жизнь. Нужно бороться. Нужно идти дальше.              Сплюнув на грязный бетонный пол, рабочий забирает из нагрудного кармана фонарь и рацию. Больше у него ничего не осталось. Никакого оружия. Да и если бы оно было. Как он собирается сражаться с кем-то в таком состоянии? Покрепче обхватив единственный лучик света, Тэд медленно двигается вперёд.              Блок Б был удивительным местом. Это был улей, гнездо, муравейник. Именно в нём были расселены 90% всех жителей бункера. А жителей в нём было не так мало, как могло бы показаться. Вообще, разделение на блоки было максимальной условностью. К сожалению, или всё же к огромному счастью, этот бункер JSJanson не был коммерческим. По крайней мере, Хан так и не ответил, для чего было построено это убежище. Однако его бесконечно уходящие вдаль коридоры так и не были до конца изведанны. Никто не знал, что находится в самом конце. Мало кто лазил в тех тёмных туннелях. А те буйные подростки, кто всё-таки занимался исследованием родного дома, порой находили очень странные или пугающие вещи. В конце концов, уже нанесённая на карты часть могла вместить в себя со всеми удобствами чуть менее 1000 дронов. Однако естественный рост населения был слишком низким, а беженцы не проникали внутрь из-за политики полной изоляции.               Блок А и блок В отличались лишь количеством важных производственных и технических комнат. В остальном же квартира Дверьченко ничем не отличалась от дома Ребекки. Разрезанные чертой в чертежах два сектора всё же хоть немного разделяли Тэда и Лиззи по социальному статусу от остальных. И всё же их популярность и всеобщее обожание — результат кропотливого труда, а не простого деления. Все их друзья, знакомые, одноклассники и… Лили.              Это место пугало его не только своей атмосферой. Глядя себе под ноги, рабочий с каждым мгновением прозревал всё больше. Это не было каким-то внезапным взрывом или потоком. Совсем нет. Просто с каждой проведённой минутой он помнил всё больше и больше. Потоки памяти медленно заполняли его, словно тягучее масло, льющееся через трубку в больного на кушетке. Даже это сравнение. Он не подумал бы так ещё тридцать минут назад. Башня. Зеркальный демон сказал, что это кошмар башни. Трупной башни? Да… наверное. Он чувствовал себя сейчас так глупо. Старые воспоминания раскупоривались, а свежие забывались. Тэд уже не мог вспомнить, как именно попал в кошмар. Помнил зеркало. Помнил пустой коридор и внезапно зашипевшую рацию. А раньше? Туман.              Он снова сбился с мысли.                     Ноги вели его сами собой. Глядя вокруг, рабочий видел лишь бесконечно тянущиеся в разные стороны коридоры жилого модуля. Все они были тихими и пустыми. Даже свет фонаря не мог достичь их конца. А ещё тут было ужасно серо. Именно серый цвет преобладал в палитре местного художника. Если раньше его встретили сначала ржавый и острый чёрный, после насыщенный ярко-красный, то теперь здесь было ужасно серо и уныло. Остановившись на пару секунд и вглядевшись, Тэд всё сильнее убеждается в неправильности этого места. Двери и коридоры были какими-то картонными, ненастоящими. Будто бы все это место — это огромная декорация, скрывающая нечто страшное.              И чем дольше он вглядывался в эти однотонные, нереалистичные стены и двери, тем сильнее чувствовал фальшь. Всё это место было… искусственным. Именно это место. Это сложно объяснить в контексте вечно перестраивающегося кошмара, использовавшего его воспоминания. По сути, вообще всё здесь было фальшивым и ненастоящим. Весь этот бункер, все эти монстры. Всё это было лишь образами, вырванными из его головы, а после перерубленными и перемешанными.              Но именно это место… оно было максимально фальшивым. И до дрожи спокойным. Здесь не было никого и ничего. Здесь было пусто и тихо. Здесь были знакомые и не искажённые дома и коридоры. Однако это всё равно был кошмар. Вот только на этот раз он давил на него по другому. Он вновь был искажён. Только теперь на месте воспоминаний были его желания. Тишина, спокойствие, безопасность, родной бункер. Всё, чего он так желал, борясь за свою жизнь на поверхности, было здесь. Но оно было… неправильным. Слишком утрированным, слишком прямым. Он хотел тишины, а не бездны. Он хотел спокойствия, а не пустоты. Он хотел безопасности, а не отсутствия чего-либо ещё. Он хотел… домой. Хотел вернуться в тёплую кровать. Хотел снова увидеть своих друзей. Хотел вернуться назад. И он вернулся. Вот только тут было так холодно…              До того глядя себе под ноги, дрон внезапно остановился. Он вновь почувствовал что-то. Медленно подняв голову, он с лёгким трепетом осознал, что стоит на перекрёстке. Ранее проход шёл только вперёд, иногда уходя далеко влево. Но каждый раз, проходя мимо, рабочий так и не решался заглянуть внутрь. Стоило задержаться хоть на пару секунд, как из тёмного коридора начинало веять чем-то зловещим. Большим ужасом. Не каким-нибудь монстром, а целым явлением. Подобно бесконечной бездне, раз и навсегда утягивающей в себя. Именно поэтому он так и не решился зайти туда. Но теперь. Теперь он смог пройти дальше. Рабочий чувствовал себя так же, как и в самом начале пути блока А. Разгадав шифр концептуализации, он смог вырваться из закольцованного отрезка. Но куда ему теперь идти?              Осмотревшись вокруг, Тэд совершенно внезапно для себя находит здесь что-то знакомое. Это было не стандартное чувство дежавю, преследующее его повсеместно. Совсем нет. Это был действительно знакомый ему перекрёсток. Он часто проходил здесь, когда жил в бункере. Но куда и зачем он шёл?              Проход вперёд продолжил бы его путешествие дальше по разросшемуся до колоссальных размеров муравейнику без единого муравья. Поворот налево приведёт его к уходящему в бесконечность туннелю, ведущему в неизвестные просторы бункера. На самом краю «цивилизованной» части коридора дроны организовали своеобразный творческий клуб, в котором состояли самые «интересные» личности, создававшие порой не менее трепещущие сознание произведения. А справа был простой жилой закуток. Такой же, как и многими пролётами назад. Вот только на этот раз он выглядел настоящим. По крайней мере, дрон чувствовал, что не умрёт сразу, как выйдет с центрального коридора.              Тэд долго метался туда-сюда, не решаясь идти в какую-либо сторону. С одной стороны, было интересно заглянуть в творческий клуб. Вероятно, там он сможет найти там что-то полезное. Но было что-то ещё. Какая-то неизвестная сила тянула его направо. Чем дольше он смотрел в ничем не примечательный закуток, тем больше хотел пойти именно туда. Он не мог объяснить почему. Может, кто-то или что-то просто дёрнуло его за ниточки. И теперь он не в состоянии сопротивляться могущественному кукловоду, вынужден следовать его приказам. А может просто плюнуть на всё это и пойти вперёд? Ведь выход должен был быть именно там. Нет. Это так не работает. Опыт уже показал, что ему как минимум понадобится ключ. И где же его искать?              Ему было холодно. Ужасно холодно. И это тепло… Всего градус. А потом ещё. И ещё. С каждым шагом рабочий чувствовал иррациональный жар. Воздух вокруг него совершенно не изменился. Он остался таким же сухим и морозным. Но вот сам зеленоглазый — нет. Чем ближе он двигался к жилому модулю, тем сильнее разгонялось его измученное ядро. Он чувствовал волнение. Но не то, что убивало его последнее два года. Нет. Это было то волнение, которое испытываешь перед встречей с важным для тебя дроном. И он чувствовал, что вот-вот с ним встретится.                     Остановившись у одной из дверей, Тэд с маниакальным вниманием прожигал уже давно покрывшуюся пылью и выцветшую табличку с номером. Эти три цифры впились в его сознание, словно осиновые колья, разорвавшие грудь вампира. Глядя на них, парень чувствовал трепет, холод, нервозность, тепло, страх, слегка покалывающую страсть и бог ещё знает что. Это был настолько чудовищный и неуправляемый калейдоскоп, что, в конце концов, измученный процессор просто подавил все остальные эмоции невероятно сильной усталостью. Да. Он так устал. Устал бегать, сражаться, разгадывать загадки, бояться и умирать. Он так давно не отдыхал. Ему нужно место, где можно перевести дух. И эта квартира, до боли знакомая, но всё ещё непонятная и таинственная, манила его к себе. Не исключено, что это очередная ловушка. Но разве у него есть другой выбор?              Да. Есть. Например, прикусить губу и катиться отсюда.              Подойдя ближе, рабочий с нескрываемым раздражением глядит на цифровой замок. Тот с издёвкой глядит на него в ответ, ярко проецируя пустое числовое табло из четырёх цифр. Не желая долго возиться с новым препятствием, рабочий нервно вводит несколько уже встреченных им кодов, в том числе «3069». Однако ехидная надпись «ошибка» вкупе с раздражающим писком почти довели дрона до истерики. Но сил сломать замок или просто ударить по нему кулаком не было. Поэтому, раздавленный поражением, Тэд отпрянул назад, всё же решившись прогуляться до творческого крыла.                     Было холодно. Холодно и нервозно. Пусть за всё время пребывания здесь он так и не встретил ни единую тварь, чувство опасности никуда не исчезло. Даже наоборот. Чем дольше рабочий находился в полном одиночестве, тем сильнее у него развивалась паранойя. И атмосфера левого крыла совершенно не помогала ему. Здесь было ещё темнее и тише, чем раньше. Отсюда хотелось убежать и больше никогда не возвращаться. Вот только ему некуда бежать. Единственная локация, на которой он ещё не был, находилась прямо перед ним.              Стоило только выбросить из головы лишние мысли и поднять голову, как по всему телу проходит лёгкий холодок. Он дошёл до творческого объединения. Вот только между ним и рядом комнат находилась стальная решётка. Ржавая и обвитая самыми разнообразными пугающими украшениями, она не давала ему и шанса пройти дальше. Переборов нарастающий внутри страх, Тэд медленно подходит ближе лишь для того, чтобы вновь лицезреть замок. Вот только на этот раз он был металлическим и довольно увесистым. Сломать его инструментами вряд ли получится, что уж говорить о голых и израненных руках. Стараясь не обращать внимание на прочие «творческие» украшения, зеленоглазый заостряет внимание на сплетённые между собой руки манекена. Чем дольше он в них вглядывался, тем более жуткими они ему казались. Пусть подвижные деревянные части и не выделялись чем-то сверхнеобычным, всё равно их чересчур дотошно сделанные человеческие пальцы внушали некоторый дискомфорт. Локти манекенов были засунуты глубоко в металлическую решётку, в то время как кисти переплелись между собой, как бы ещё раз запирая дверь. И пусть они могли быть вытащены и разъединены без каких-либо усилий, Тэд всё же не решился трогать их, как и что-либо ещё.              Рабочий уже собирался погружаться в собственное сознания, пытаясь логически вычислить, где можно найти не только код, но и ключ от двери, как тут совершенно внезапно его вновь бросило в дрожь.              Застыв на месте, как вкопанный, дрон, не дыша, наблюдал за силуэтом по ту сторону решётки. Где-то вдалеке, посреди коридора стоял ещё один дрон-рабочий. По крайней мере, именно так он выглядел в полутьме, едва-едва подставляя себя под свет фонаря. Так же безмолвно наблюдая за Тэдом, фигура сжимала что-то в левой руке. Вот только расстояние, тьма и блики не позволяли предмету обрести форму. Слегка придя в себя и прищурившись, Тэд частично рассматривает на незнакомце одежду. Хотя он больше достраивает её в своей голове, нежели наблюдает через зрительные сенсоры. Некто был одет в измятый и выправленный фиолетовый смокинг, за которым скрывалась уже потасканная временем грязная белая рубашка. Не лучшего вида брюки заканчивались парой сносных чёрных кроссовок. Всё лицо, включая волосы, так и остались во тьме. Хотя Тэду показалось, что пара тёмных локонов всё же явились на свет божий.              Они бы так и смотрели друг на друга, если бы внезапно фигура не запустила что-то в сторону Тэда. Машинально отойдя на пару шагов, рабочий глядит на быстро скребущийся по полу жёлтый прямоугольник. Словно снаряд в кёрленге, он останавливается прямо под ногами светловолосого. Не сдержав любопытство, рабочий медленно, но уверенно приседает, беря плотный разукрашенный кусочек картона в руки. «Жду тебя в нашем особом месте. L.» — было выведено невероятно красивым и аккуратным почерком. В недоумении глядя на поданную записку, рабочий переворачивает её. «2013» — уже менее аккуратно были нарисованы цифры с другой стороны. Они были не только слегка кривоваты, но и написаны другим ярко-красным маркером. В отличии от радующей дисплей элегантной синей ручки. Записка выглядела так, будто её писали два разных дрона. И у Тэда были идеи, кто является автором потусторонней надписи.              Однако стоило распрямиться и вновь взглянуть вперёд, как дрона вновь заставляют облиться потом. На месте незнакомца уже никого не было. Машинально ожидая нападения, дрон вновь отошёл на несколько шагов. Вот только никто на него так и не напал. Тишина и темнота всё ещё пожирали это место, заставляя дрона выглядеть глупо. Немного успокоившись, рабочий вновь глядит на код с обратной стороны. Единственное место, где необходимы 4 цифры и куда он может пройти, был далеко за спиной.                     Нервно сжимая клочок картона в руке, рабочий с неким трепетом всё же набирает цифры на панели. Каждое нажатие отдаётся лёгким дискомфортам в фалангах, а также разносится по пустому и мертвенно тихому коридору ярким писком. В конце концов, последняя «3» была нажата, и до того предупреждающе жёлтый сменился расслабляющим зелёным. Щелчок и замок на массивной двери отворяется. Тяжело вздохнув, рабочий всё же решается открыть преграду.              Стоило только надавить пальцами на дверной замок, как в глаза тут же бьёт нестерпимый поток фотонов. За столь долгий срок привыкший у полной темноте Тэд был мгновенно ослеплён самой обычной лампочкой. Болезненно зашипев и прикрыв дисплей, работяга ещё пару десятков секунд пытается приспособиться к новым условиям. Яркий свет настолько невероятным событием посреди этой бесконечной тьмы, что процессор зеленоглазого так и не смог в полной мере осознать его значимости. Тёплый желтоватый свет быстро растерял всякую загадочную ауру, стоило только осмотреться вокруг.              Откалибровав дисплей, рабочий с неподдельным удивлением глядит вокруг. Его не встретили монстры, страх, беспорядок, кровь, масло или прочий кошмар. Нет. Ему в ответ глядела совершенно нормальная квартира. Чистая, спокойная, удобная, уютная. Здесь не было ни малейшего признака опасности. И если раньше это сильно бы его напрягло, заставило бы полностью сконцентрироваться, то теперь чувства притупились, и сильная усталость просто не дала ему услышать довольно громкие звуки позади…              — ААААА! УБИРАЙСЯ! ЧУДИЩЕ! — не успел Тэд понять, что вообще происходит, как по спине каскадом прошлась сильная боль. Не ожидавший атаки рабочий вскрикивает от боли и падает на землю. Упав на пол, рабочий молниеносно переворачивается на спину. Он был готов сражаться за свою жизнь ногами. Вот только стоило сконцентрировать взгляд на напавшем, как чувство недоумения и искреннего шока сковали его не хуже армированных цепей.              Вновь до дрожи сжав тонкие руки на спинке металлического стула, синеглазая девушка готовилась нанести ещё один удар. Однако стоило только получше вглядеться в незнакомца, как полное отчаянной ярости лицо быстро искажается таким же сильным шоком. Сменив глаза ноликами, синеволосая открыла рот от удивления, но так и не смогла чего-то сказать.              Всё же медленно опустив стул на землю, рабочая продолжала молча таращится на Тэда, не зная, что ей делать. Неизвестная была одета в красную юбку с жёлтой полоской, прямо как у чирлидерш. Но вместо такой же красной футболки дама носила элегантную белую рубашку, из-под которой виднелся чёрный топ. Красивые синие волосы были неровными и резкими, будто бы их в спешке обрезали ножом. Опустив же взгляд ниже, рабочий обнаруживает на ногах девушки очень удобные для этого жуткого потустороннего мира сапоги. Её немного странный, не сочетающийся образ по какой-то причине вызывал у светловолосого приятные чувства. Хотя в первые секунды их знакомства он больше концентрировался на самом факте наличия здесь живого и, похоже, нормального дрона.              — Ты… настоящая? — тихо начал Тэд, наконец разорвав нагнетаемую тишину. Его голос был слабым и немного болезненным, так как хоть стул и был тонким, да и девушка не выглядела особо сильной, удар по спине всё же оказался приличный.              — Боже! Мне так жаль! Я… Я не знаю, что и говорить! — слова зеленоглазого окончательно вернули её в чувство. Немного судорожно дёргаясь туда-сюда, рабочая не могла успокоиться и остановиться. Её речь была сбивчивой и быстрой, будто бы она говорила это на бегу. Внезапно девушка слегка дёрнулась, словно всё её тело пробил небольшой заряд тока или морозный ветерок. Быстро оглянувшись назад, неизвестная с ужасом наблюдает за всё ещё открытой дверью. Метнувшись к ней, она в пару движений захлопывает её, вновь вводя всё тот же код.              — Кто ты такая? — снова тихо заговорил Тэд, пытаясь обработать всю приходящую к нему в процессор информацию. Чем больше он вглядывался в изгибы её тела, пронзительные голубые глаза, сумбурную, вырванную из разных костюмах одежду, тем сильнее его память плавилась, пытаясь вспомнить. Вновь услышав его голос, работяга быстро подскочила к парню, сев рядом с ним на колени.              — Я… Прости! Просто твоё тело… Со спины ты выглядел как монстр. — Обеспокоенным и слегка дрожащим голосом произнесла девушка, помогая ему подняться в сидячее положение. Смерив её ещё одним дезориентированным взглядом, Тэд заставил девушку скрестить руки на груди.              — Ты так и не ответила на мой вопрос. И… монстры? Ты тоже их видела? — процессор уже начинал плавиться от постоянно прибывающей информации. Только сейчас рабочий вообще смог осознать сам факт существования другого дрона-рабочего не просто в городе, но в самой трупной башне. Но чем дольше он на неё смотрит, тем сильнее внутри разрастается уродливое дежавю.              — Да. Они бродят в темноте и пытаются убить тебя. Довольно просто, не так ли? Раньше я жила в постоянном страхе. По крайней мере, пока не смогла попасть сюда. Здесь безопасно и светло. — Вновь проигнорировав животрепещущий вопрос, девушка слегка наклонила голову, после чего стрельнула в него глазами. И этот жест пробрал дрона до дрожи. Ему словно выстрелили в голову. Метафизическая пуля пробила ему череп и прорвалась внутрь, наконец, сорвав с процессора налипший слой гнили.              — Лили? — само собой вырвалось из сжатого горла зеленоглазого. Услышав имя, девушка выпрямила голову и слегка улыбнулась.              — Я похожа на твою девушку? — тон неизвестной сменился пугающе быстро. Если раньше он был осторожным и нервным, то теперь с ним говорили уверенно и немного высокомерно. И это ещё сильнее убедило рабочего в его догадках. Пазл хоть и выцвел с годами, но всё ещё был разбросан где-то в его голове. И пусть Тэд смог собрать лишь края, они уже дали ему хоть какие-то представления о том, кто перед ним. Или всё же заблуждения?              — Нет. На мою… бывшую одноклассницу. — Слова выдавились из горла с невероятным трудом. Болезненно отдаваясь где-то в груди, они заставляли парня снова и снова напрягать свою память, пытаясь вспомнить, кто вообще такая Лили.              — Бывшую? — услышав его слова, девушка ничуть не сбавила свой доминирующий настрой. Поднявшись, она поставила руки в бока, продолжая наблюдать за парнем сверху. Сбитый с толку и деморализованный рабочий опустил взгляд, перед этим ещё раз пройдясь сначала по рубашке, затем по юбке, а после окончательное упёршись в бетонный пол.              — Я не могу в это поверить. Лили пропала 4 года назад, а ты… Ты буквально её близнец! Твоё лицо, твой голос… лишь одежда и волосы отличаются. — Внезапно начал рабочий, вновь взглянув в пронзительные синие глаза. Они смотрели на него в ответ, и они были реальными. Сколько бы мученик не вглядывался в них, помех или дефектов он не замечал. И от этого становилось только страшнее.              — Меня зовут Лиза. Я не смахиваю на голограмму, не так ли? — уверенно и обольстительно произнесла Лиза, наконец подав ему руку. Хоть фундамент под ногами Тэда вновь был выбит, рабочий всё же не растерялся и принял помощь. Одним резким рывком он вновь оказался на ногах.              — Видишь? Чувствуешь мои прикосновения? — женские пальцы были на удивление мягкими, по крайней мере, по меркам дронов. Она слегка согнулась, пока подтягивала его, но не упала. Тем не менее, Тэд всё же чувствовал, как на самом деле она хрупка и уязвима. Пусть сейчас девушка и говорила довольно пронзительным тоном, пытаясь скрыть это.              — Ты точно не Лили? — вновь твёрдо встав на ноги, Тэд снова осматривает Лизу с ног до головы. И чем дольше он на неё смотрит, тем больше видит в ней ту самую Лили. Лили, что пропала 4 года назад.              — Нет. Я же сказала, Я — Лиза. — Всё также спокойно ответила ему девушка, вновь стрельнув в него своими пронзительными голубыми глазами. Поставив руки в бока, она стояла, словно модель на подиуме.              — Прости. Я просто… запутался. — Поведение рабочей вновь заставило светловолосого усомниться в работоспособности его процессора. Мысли путались и роились в голове, будто осы в гнезде. Чудовищное чувство дежавю, сильнее всего выворачивающее его именно здесь, стало настолько привычным, что стоило только ему за сбоить, как поток сознания улетал в помойку. Он вспомнил Лили. Вернее, её призрак. Даже не так — фантом. И этот фантом одновременно подходил к трафарету перед ним и зацеплялся каким-то маленьким кусочком. Это чудовищно дезориентировало.              — Что ты вообще здесь делаешь? Как смог подобрать код? Это же ты пытался открыть дверь минут десять назад? — как ни в чём не бывало, начала задавать вопросы Лиза, вновь слегка наклонив голову. Её нежный голос вновь вернул его в реальность. Помассировав виски, рабочий пытается вспомнить, как вообще оказался в этом кошмаре. И у него это получается.              — Мой… двойник. Мой двойник заманил меня сюда через зеркало. А до этого я бродил в чём-то подобном, только менее страшном и опасном. Кажется, я попал туда после того, как мы с Ви… Ви. — Стоило только провести логическую цепочку в своей голове, как всё тело пробил сильнейший холод. Одной только буквы хватило для ужасающего каскада самых разнообразных и противоречивых эмоций. Он разом почувствовал страх, трепет, лёгкую надежду и некую злость. И всё это тут же проявилось на его дисплее.              — Ух ты. Похоже, ты влип на всех этапах по пути сюда. — С уже свойственной ей ехидностью произнесла Лиза, вновь вернув парня в пугающее настоящее. И он не мог с ней не согласиться. Он действительно влип по полной. Но за что ему всё это?              — Да, ты права. Я действительно влип. И я так устал. Не только морально, но и физически. Я настолько ослаб, что больше не могу носить свою старую одежду. Какая мерзость… — стоило только вспомнить об истощении, как оно тут же проявило себя, заставив дрона пошатываться. Болезненно сплюнув на чистый пол, Тэд возненавидел себя за слабость, да ещё и перед девушкой. Он уже и забыл, какого это — чувствовать вину и стыд перед кем-то.              — Да, вид у тебя действительно не лучший. Благо, что для этого у тебя есть Я и эта чудесная квартира. — С некой искрой в голосе произнесла Лиза, одной рукой аккуратно взяв его кисть, а второй показав на виднеющийся в середине дома диван. Вновь почувствовав чужое тёплое прикосновение, рабочий слегка вздрогнул.              — Прости, но я не думаю, что это хорошая идея. — тихо говорил Тэд, пока новая знакомая уверенно и с некоторым усилием тащила его вперёд. Вяло противясь, рабочий всё же насильно усаживается в мягкий и удобный синий диван. Продолжая слегка давить ему на плечи, будто бы боясь, что он вскочит и убежит, Лиза с интересом заострила свой взгляд на его груди. И, возможно, ему показалось, но, кажется, она прикусила губу.              — Ты её несколько лет не снимал? Серьёзно? Ладно. Сейчас я найду ножницы, после чего отмоем тебя и уложим спать. — Почти что буднично произнесла синеволосая, будто делает подобное каждый день. Он подобного плана по всему телу, а особенно груди, прошёлся холодок. В какой-то мере рабочий пытался успокоить себя тем, что это просто неудачная шутка. Однако стоило только чужим нежным рукам перестать касаться его, как что-то в голове вновь щёлкнуло.              Лиза не врала. И Тэда это очень пугало. Не зная, что делать, он безмолвно наблюдал за тем, как девушка грациозно ходит туда-сюда по квартире, сначала ища ножницы, а после замачивая тряпку. Приготовив всё необходимое, она возвращается к светловолосому, вновь глядя на него сверху своими хищными глазами. Вновь почувствовав себя подавленным и прижатым к стене женщиной, Тэд начинал негодовать. Однако негодование быстро улетучилось, стоило только холодному лезвию коснуться его торса снизу. Слегка дрогнув, рабочий прикусывает губу, лишь бы не издать никаких лишних звуков, пока девушка, довольно ловко орудуя парой лезвий, разрезает куски футболки и бинтов. Её элегантные движения всё больше стягивают с него уже намертво прилипшие оковы, позволяя ему, наконец, вздохнуть полной грудью. В конце концов, хоть и не без проблем, но ткань была, так или иначе, оторвана. Теперь был черёд всего того кошмара, что скрывался под ней.              И вновь Лиза с упорством и мастерством, достойным самой высокой похвалы, начинает очищать его от кусков засохшего масла. Иногда просто отрывая сами собой откалывающиеся куски, а иногда вычищая их тряпкой, девушка приводит внешний вид парня в порядок. Она даже не задела место удара хвостом и была очень осторожна, пока чистила шрамы от когтей желтоглазой твари. В конце концов, вся эта процедура из неправильной, ненужной, смущающей и болезненной превратилась просто в смущающую и болезненную. Ему стоит сказать ей спасибо. Но что теперь делать с одеждой? Не может же он ходить по пояс голым.              — Ну вот. А ты упирался. Теперь гораздо лучше. Теперь ложись и отдохни. Уверена, силы тебе понадобятся. — уже гораздо более милым и даже соблазнительным тоном произнесла Лиза, став давить на его плечо так, чтобы рабочий лёг на диван.              — А что если всё это очередная ловушка? Что если ты на самом деле монстр и стоит мне заснуть, как я тут же попрощаюсь с жизнью? — еле-еле говорил светловолосый, изо всех сил стараясь удерживать слипающиеся глаза открытыми. Даже если так, что он может сделать? Он уже на грани отключения, так что кулаками тут не помахать, да и сбежать тоже не получится. К тому же он уже один раз умирал. Или неизвестные силы дали ему только одну поблажку?              — Не будь таким глупым. Если бы я была монстром, то просто бы вонзила тебе ножницы глубоко в грудь. Да и вместо ножниц я бы искала кухонный нож. — спокойным, убаюкивающим голосом говорила Лиза, видимо, намереваясь погрузить его в царство морфея.              Не найдя правдоподобных оправданий, а главное, сил для них, рабочий всё же вновь смиряется с реальностью и кладёт свою голову на диван. Мягкая обивка сразу засасывает его, окончательно, обрубая любую возможность отказаться от сна. Мысли уже не формировались, распадаясь где-то во тьме сознания. Всё, что произошло за последние тридцать минут, до сих пор не могло уложиться в его голове. Может оно и к лучшему? Хватит с него потрясений за сегодня. Он так устал. Он вообще умер сегодня. Как такое вообще возможно? Тэд подумает об это завтра. Или через несколько часов? В этом месте невозможно понять, сколько прошло времени. Было бы неплохо, если бы он просто проснулся… — Сладкий снов, Тэд…                     Услышав мерзкий писк системы, уведомляющей его о полном заряде, зеленоглазый недовольно поморщился. В глаза вновь бил уже забыты за столь долгое время яркий свет. Поморщившись, работяга отворачивается в сторону спинки дивана, зарываясь поглубже в одеяло. Стоп. Одеяло? Подождите. Он что, действительно уснул?              Осознав всю ситуацию, рабочий резко поднимается в сидячие положение. Сильная волна стресса и страха сразу после пробуждения ударила по нему сильнее. Однако Тэд не обращал на это никакого внимания, судорожно бегая глазами по хорошо освещённой квартире в поисках её «хозяйки». Хотя ставить Лизу в кавычки было бы преждевременно. Пусть это всего лишь теория, но они находятся именно в квартире пропавшей девушки.              Не найдя взглядом хоть кого-нибудь, рабочий нервно вздыхает. Неужели всё, что произошло вчера, было лишь его галлюцинацией? Нет. Стягивая с себя «волшебное одеяло, покрывшее его само собой» зеленоглазый ненароком дотрагивается до своей груди. Чистая и свободная. Ошибки быть не может. Всё-таки прошлые события были реальностью.              Но это значит, что он не просто нашёл живого и здорового дрона-рабочего посреди кошмара трупной башни, но и без лишних раздумий сначала позволил ей касаться и манипулировать своим телом, а после послушно уснул, уже тогда понимая всю опасность этого дела. О чём он вообще думал! Вероятность того, что она была монстром, была 1000%! Да и сейчас ничего не изменилось. Может, она просто ждёт более удачного момента? Хотя, что может быть удачнее, чем смертельно уставший враг, спящий в закрытой квартире. И он всё равно повёлся на это. Единственное, чем он мог объяснить свою тупость и нелогичность, было всё то же невероятное изнеможение.              Медленно поднявшись с уютного дивана, рабочий вздыхает полной грудью. Благо, теперь он может так делать. Поправив сбившиеся на лоб волосы, Тэд пытается понять, что ему вообще делать дальше. Путь в творческое отделение для него закрыт. Да и незачем ему там появляться. Из блока Б можно было выйти сразу в школьное отделение. Может, если он пройдёт дальше, то сможет выбраться туда? Но куда бы он не пошёл, для начала ему нужно найти верхнюю одежду. Да, он благодарен Лизе за то, что она, наконец, избавила его от этих обносков. Но теперь он чувствует себя слишком беззащитным. К тому же здесь довольно холодно. Может, ему стоит вернуться за шинелью?              Но не успел Тэд как следует обдумать эту мысль, как дверь в соседнюю комнату распахнулась. Удивлённый рабочий опасливо попятился назад, попутно ища что-нибудь для защиты. Но вскоре цокот сапог явил из тёмной спальни милое женское личико. Вновь взглянув в пронзительные синие глаза, рабочий смущённо прикрыл руками голую грудь. Такой бессмысленный жест со стороны нового знакомого вызвал у девушки улыбку, с которой она медленно направилась прямо к нему.              — Как ты себя чувствуешь? Лучше? Вижу, ты поживее, чем вчера. Вот. Я нашла это в шкафу спальни. Я прикинула на глаз. Тебе должно подойти. К тому же расцветка прямо в твоём стиле. — Всё таким же кокетливым тоном произнесла Лиза, протянув завёрнутые в ткань руки вперёд. Перестав с опаской глядеть ей прямо в глаза, светловолосый, наконец, различает в девичьих руках несколько аккуратно сложенных предметов одежды.              Продолжая стоять на месте, как истукан, Тэд был приведён в чувство лёгкой тряской подаренной ему одежды. Всё же с некоторой опаской забрав из чужих рук так сильно необходимую для него одежду, рабочий с недоверием осматривает её. Всего ему было предложено три вещи: самая обычная чёрная футболка без принта, тёмно-синяя тонкая кофта и не намного более толстая серая куртка, из-за своей длины больше походящая на плащ. Немного повертев куски ткани в руках, зеленоглазый всё же смиряется с судьбой, начиная одеваться под довольным взглядом Лизы. Надев футболку, натянув поверх кофту, а после прикрывшись курткой, Тэд вновь чувствовал себя комфортно. И пусть он уже не мог сжимать и разжимать свои синтетические лёгкие с той же лёгкостью, подаренное чувство тепла и защищённости перевешивали.              — Выглядишь гораздо лучше. — Добродушно произнесла Лиза, пройдясь оценивающим взглядом по всему телу парня с голову до ног. Тут было сложно не согласиться. Хотя он в чём угодно выглядел бы лучше, чем в прошлых грязных обносках.              Ненароком кивнув в сторону стоящего неподалёку зеркала, рабочая дала парню довольно жирный намёк. Последовав её приглашению, Тэд оказывается напротив стеклянного протеже. Вот только зеркало в миг из обычной вещи становится злейшим врагом, стоит только рабочему увидеть в нём скрестившую руки за спиной Лизу. Но проблема была не в самой девушке, а в том, что она стояла прямо позади него. Он снова не отражался в зеркале. И осознание этого страшного факта прошлось холодной дрожью по всему телу. Тем не менее, синеволосая, похоже, не заметила его странной реакции. Поэтому, взяв себя в руки, Тэд делал вид, что активно рассматривал свой новый образ, в то время как всё его внимание было сосредоточено на новой знакомой.              Теперь, проспавшись и отойдя от шока, светловолосый видел Лизу чем-то иным. Он всё ещё не мог понять, кто или что она такое. Но был уверен, что это не Лили. Или же нет? Неужели четыре года назад она оказалась в ловушке трупной башни? Но как? Последние сплетни, что он слышал, говорили о том, что девушка ушла куда-то в сторону неизведанных туннелей. Может быть, они привели её сюда? А что, если два бункера всё это время были соединены? Что если убежища были куда более обширны, чем все думали и это даже не два отдельных бункера, а один? Всё это вопросы. И никаких ответов. Может, ему и не стоит искать их?              — Лиза, ты знаешь, как выбраться отсюда? Я смог сбежать через спортивную секцию, но теперь… я даже не знаю, куда идти. — Тяжело вздохнув, рабочий медленно разворачивается в сторону своей новой подруги. Девушка прикладывает одну руку к подбородку, изображая активный мыслительный процесс.              — Знаешь, если бы я нашла выход их этого кошмара, то тут же им воспользовалась. Но тебя наверняка не устроит этот ответ. Из блока Б можно выйти напрямую к учебному сектору. А там уже можно выйти к воротам на поверхность, если мне, конечно, не изменяет память. — сначала Лиза хотела просто отшутиться. Но после, продумывая путь в своей голове, она выписывала его пальцем прямо на воздухе.              — Спасибо. Пожалуй, мне пора идти. Спасибо за всё, что сделала для меня. Но это место… я не могу здесь находиться. Пожалуй, здесь ещё более жутко, чем раньше. — тяжело вздохнув, Тэд всё же собирается с силами, чтобы идти дальше. Подобрав оставленные на журнальном столике фонарь и рацию, Тэд прикрепляет их на положенные места. Но стоило только медленно зашагать вперёд, как позади послышался тихий отступ.              — Ты идёшь со мной? — с искренним недоумение произнёс рабочий, глядя на свою пока что несостоявшуюся спутницу. Лиза была для него настолько сложным и комплексным явлением, что он просто предпочёл убежать от неё, так и не раздобыв ответы на свои мучительные вопросы. Но, похоже, девушка была другого мнения.              — Ты хочешь оставить меня здесь? Со всеми этими монстрами? Я здесь совсем одна. Никого больше не осталось… — по настоящему жалобно произнесла Лиза, подойдя ещё ближе. Тёплые девичьи руки ухватились за его рукав, будто боясь, что парень вскочит и убежит. Тэд и правда испытывал желание совершить что-то подобное. Он думал, что девушка не вылезет из своего безопасного места. Он думал, что как всегда продолжит путь в одиночку.              — Нет, я просто… — Тэд не мог понять это чувство. Он просто до сих пор не смог его осознать. Этот страх. Такой маленький, но жгучий. Трепыхающийся, но не разбрызгивающий воду. Это был подсознательный страх. Даже не страх. Что-то менее серьёзное и оттого ещё не замененное.              — Ты точно не хочешь здесь остаться? Тут безопасно. — предприняла последнюю попытку остановить его Лиза, уже не крепко обхватывая запястье рабочего. Однако все её попытки заранее были обречены на провал. Рабочий всё это время настраивал себя на постоянное продолжение поиска выхода, какой бы ужас не творился вокруг. Поэтому остаться здесь было для него непозволительно.              — Нет. Я ухожу. Мне нужно найти выход. — окончательно решившись, Тэд двигается вперёд, ненароком разрывая их руки. Сжав кулачки то ли от страха, то ли от злости, синеглазая всё же направляется за ним. Подойдя вплотную к двери, рабочий немного неуверенно вводит старый код. Безвольно поддавшись ему, массивная преграда отступает, вновь представляя рабочему царство пока что тихого ужаса. Но на этот раз злобная тишина негодующи бурлила, стоило только в проходе показаться сразу двум живым персонам.                     — И всё же… Ты так и не ответила на мои вопросы. — тихо начал Тэд, всё-таки решившись хоть немного разобраться в происходящем. Двое дронов медленно шли вперёд, то и дело оглядываясь по сторонам. Ни один из них не мог найти силы для начала диалога, хоть тем для обсуждения была масса.              — Что же конкретно ты хочешь услышать? Как я сюда попала? Кто я? Почему ты здесь? Или, может быть, где выход из этого кошмара? — с одновременным вызовом и вопросом произнесла Лиза, вновь слегка склонив голову вбок. Её взгляд, её голос, а в особенности, её ответ заставили парня содрогнуться.              — Д… Да. — нервно пробормотал Тэд, не в силах больше смотреть девушке в глаза. Она только что вслух озвучила самые трепещущие его сознание вопросы. И сделала она это так нагло и открыто, будто встрыла его череп и достала всё прямо оттуда.              — Ах, Тэд, ты же прекрасно знаешь ответы на все эти вопросы. Неужели ты забыл их? — уверенно продолжила Лиза, пронзив рабочего своими яркими синими глазами. Вновь взглянув на неё, он почувствовал странную смесь холодного бессилия и тёплой надежды. В подсознании девушка принимала вид одновременно замка и ключа. И эта дихотомия ещё сильнее пугала светловолосого, заставляя парня невольно отшатнуться от напарницы.              — Я хотел бы многое забыть. — вновь отведя взгляд, рабочий нахмурился и уткнулся носом в пол. Резня в бункере, смерть всех его друзей, родных и любви, многолетние скитания по мёртвой поверхности, Несыти, демонтажница. Весь этот кошмар раздавливал его каждую секунду. Всё то, что он пережил, слишком сильно сдавливало ему горло. Это было невыносимо. Единственное, о чём жалел Тэд, была невозможность самостоятельно удалить свои воспоминания.              — Ты не можешь забыть прошлое. Всё, что ты когда-либо сделал, или не сделал оставило на тебе отпечаток. И ты не можешь забыть этот отпечаток, как и изменить его. Ведь прошлое нельзя изменить. Его можно только принять. — На этот раз тон Лизы был полностью серьёзным. Исчезла та задорная искра в её голосе, сопровождавшая её почти всё время. Но это изменение не заставило Тэда поднять голову. Наоборот. Он лишь сильнее увёл взгляд вниз, пытаясь сконцентрироваться на разглядывании новой одежды, а не той мысли, что высказала его новая подруга.              — Иногда груз ответственности и старых ошибок становится слишком тяжёлым. И тогда никакие уроки и принятие уже не способны заставить твоё сердце биться под этим чудовищным давлением. Некоторые вещи действительно стоит забыть. —Невозмутимо ответил рабочий после длительной паузы. Всем своим видом показав, что диалог закончен, Тэд вновь погрузился в глубокие раздумия. Идущая рядом Лили безмолвно наблюдала за ним, почти не моргая своими глубокими глазами.              Остальной путь они прошли молча.              — НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕТ! Я НЕ ЗАСТРЯНУ В ЭТОМ КОШМАРЕ ИЗ-ЗА КУЧКИ ЕБАНЫХ КАМНЕЙ! — яростно кричал парень, судорожно разбирая руками образовавшийся впереди завал. Страшный гнев ненадолго притупил его боль, позволяя хватать острые и грязные бетонные куски голыми руками и бросать их прочь. Некоторые из камней пролетали в опасной близости от стоящей позади Лизы. Девушка нервно покусывала ногти, проводя в голове сложный мыслительный процесс.              Прямой путь до школьного блока был завален железобетонными обломками. Бункер трещал по швам. И тщетные попытки светловолосого раскопать проход были в лучшем случае бессмысленными, если не опасными. Тяжело выдохнув, Лиза всё же вмешивается в процесс самобичевания, предотвращая дальнейшие раны парня. Взяв парня за плечи, рабочая изо всех сил тянет его назад наконец приводя зеленоглазого в чувство.              — Тэд, успокойся! Есть другой путь! Вот только… вряд ли он тебе понравится. — Сначала громко, а потом тихо начала девушка, одновременно завладев вниманием парня и обуздав его ярость. Придя в себя, зеленоглазый болезненно потирает уже начинающие болеть руки, внимательно слушая каждого слово девушки.              — В следующий блок можно попасть через технические туннели. Вот только, чтобы попасть уже туда, придётся пройти в неизведанную часть бункера сквозь творческую секцию. — Присев на колени, Лиза оказывается на одном уровне с парнем. Слушая нежный девичий голос, Тэд чувствовал её тёплое дыхание на своей шее. Руки, до того держащие его за плечи, пошли дальше и вскоре переплелись между собой, заключив рабочего в своеобразные объятия.              — Это бессмысленно. Секция закрыта на хороший замок, который мне не открыть без инструментов. — С откровенной болью в голосе произнёс рабочий, вновь опустив голову. Он даже не попытался отодвинуться или разжать мягкий капкан. Всё, что поглощало его сознание, были бесконечные тягучие мысли о заточении в собственном кошмаре.              Однако стоило ему только потерять надежду, как одна из женских конечностей отступает. Вскоре он слышит шелест одежды, а после тихое лязганье. Слегка приободрившись и приподняв голову, Тэд натыкается на средних размеров ключ, идеально бы подошедший к запертой двери.              — Он был у тебя всё это время и ты всё равно повела нас сюда? Ты же знала, что проход завален, не так ли? Тогда почему мы потратили столько времени? Почему ты сама не сбежала через технические туннели? — холодно и даже бесчувственно ответил ей Тэд, взяв ключ в руки. Повертев его меж пальцев, рабочий сжимает кулак, после чего запрокидывает голову назад, вновь встречая немного подавленный лазурный взгляд.              — Я боялась. Я так боялась. Там… монстры. Я закрыла их там. А здесь… здесь я чувствую себя в безопасности. Я понимала, что остановить тебя уже не получится, но надеялась хотя бы на чуть-чуть оттянуть ужас. — Откровенно болезненным, дрожащим тоном произнесла Лиза, уже во второй раз показав свою нежную и боязливую сущность. Не выдержав пустого взгляда рабочего, девушка отворачивается куда-то в сторону.              — Похоже, у нас не осталось другого выхода. Нам нужно пройти дальше. Всё будет хорошо, Лиза. — Тяжело выдохнув, Тэд медленно поднимается, неизбежно разрывая недообъятия девушки. Помассировав виски, он уже собирается идти к воротам, как тут его пробило лёгким током. Он что, только что сказал что-то ободряющее? И кому? Только что встреченной им неизвестной посреди его кошмара, в который он попал под воздействием трупной башни? Боже.                     Двое рабочих стояли прямо напротив запертых ворот, нервно топчась на месте. Никто из них не горел желанием идти дальше. Увесистый замок, скрытый за скреплёнными между собой деревянными руками, давил на них одним только своим существованием. Глядя на ту сторону по ощущениям ещё более тёмного коридора, дроны боялись разного. Если Тэда пугала неизвестность и тот еле уловимый силуэт, что попался ему в прошлый раз, то Лиза содрогалась от одной только мысли о тех, кто уже ждёт их там.              Всё же пересилив себя, Тэд медленно подходит к воротам, сжимая в руках отданный ему ключ. Плетущаяся за ним девушка не отставала ни на шаг, до скрипа вцепившись в рукав парня. Разорвав связь, рабочий открывает замок, после чего осторожно открывает дверь. Скрип разносится по всему коридору, возвещая всех, кто может слышать о появлении незваных гостей. Тяжело вздохнув, светловолосый уже морально готовит себя к будущим испытаниям.              Творческий клуб был во всех смыслах странным местом. Когда-то очень давно его создали для продвижения и раскрытия юных и не очень талантов. Выдающимся художникам, поэтам, писателям, артистам, певцам и прочим гениям выделили целое ответвление в бункере, уходящее далеко вперёд. Это был смелый и очень дальновидный шаг. Туннель, на краю которого организовали клуб, был неизведан и, следовательно, не обжит. Это значило, что творческие объединения могли постоянно расширяться вдаль, не стискивая себя рамками небольших бункерных помещений.              И изначально всё было хорошо. Дроны осваивались, пробовали новое, оттачивали свои навыки, знакомились друг с другом и создавали всё новые и новые компании по интересам. Именно в этот момент рассвета Тэд и вступил в клуб в целом, не привязывая себя к какой-то конкретной секции. Так как Творческий клуб был скорее административным сборником, включающим в себя и регулирующий все остальные кружки, нежели действительным клубом. Получив «серебряный пропуск», можно было пройти во все секции. И Тэд этим активно пользовался. Он уже не помнил, почему именно ходил туда, так как какое-либо серьёзное искусство его никогда не занимало. Единственное, что он помнил, так это активное участие Лили в вокальном, художественном и конструкторском клубах.              Но достаточно быстро всё пошло наперекосяк. Избавленные от чужого надзора и собранные в крупные группы юные гении быстро устали от «общепризнанного» искусства. Натюрморты, джаз, драма, стендап и прочие совершенно нормальные выражения прекрасного довольно быстро потеряли свою популярность. ИИ новейшего поколения мог создавать. Именно это сделало возможным само существование Творческого клуба. Но позже это созидание вышло за границы дозволенного человеческой морали. Механический разум двинулся дальше, и это движение неуклонно направлялось в сторону страшной бездны. Пугающие до дрожи гортанные звуки из певчей, сюрреалистические образы на холодных полотнах художественного кружка и, наконец, одновременно омерзительные и прекрасные скульптуры и макеты конструкторского клуба.              В конце концов, лично Хан полностью закрыл Творческий клуб. Все кружки были расформированы, а более ненужный свет ламп вновь погас, снова вернувшись к границе блока Б. Ярко обставленные помещения быстро покрылись пылью и грязью. А вновь скованные гении пусть и не могли явить миру свой выходящий за рамки талант, но и перестали быть опасными для общества.                     Проходя мимо прогнивших от времени запретительных лент, сорванных со сломанных дверей, разобранных на куски и вновь склеенных воедино уродливых манекенов, налипших на пол густых луж тёмной краски, а также прочих брошенных и забытых, но воскресших уродливых копий творческого инвентаря, дроны чувствовали себя неуютно. В воздухе витала не смерть, но что-то жуткое. Что-то находящееся за гранью. Что-то такое, что они ещё никогда не видели.               Думая об этом, Тэд стал воображать, будто несуществующие жители несуществующих картонных домов блока Б бегали здесь, ломая и теряя свои инструменты, судорожно пытаясь воссоздать тот образ всё ещё функционирующего клуба, что он так кропотливо задавил в своей памяти. И они облажались. Эта уродливая копия до ужаса пугала.              Так, пугаясь каждого шороха, трясясь и вечно оглядываясь по сторонам, дроны дошли до самого конца. Ряды клубных комнаты закончились. Большинство дверей были сломаны. И стоило остановиться возле них и прислушаться, как по ту сторону металлических монстров нагнетались пугающие до дрожи звуковые волны. Но были и отличающиеся. Они были открыты. Дверь в художественный, вокальный и конструкторский клуб всё ещё находились на своих местах, продолжая приветливо отсвечивать работающей панелью управления дверьми. И пусть они были открыты, дроны совершенно не собирались туда заходить. Они прошли весь коридор, так и не встретив ни единой живой или мёртвой души.              Но не успел Тэд обрадоваться, как его встретила новая преграда. Клуб их никуда не отпустил. Он лишь провёл им экскурсию по своим кошмарным владениям. Осветив дверь, ведущую в технические туннели, светловолосый тихо выругался и сплюнул. На двери висел ещё один замок. Но он был не простым. К центру с трёх сторон подходили сдавливающие конструкцию поршни. Соединялись они все в центре чёрного металлического куба, на котором были выдавлены три хорошо заметные и даже покрашенные выемки. «Взгляд» «Эго» «Зависть» Каждая из выемок располагалась напротив своего поршня. Видимо, чтобы продвинуться дальше, им нужно будет собрать все три скижали.              — Блеск! Я уже радовался, что нам не придётся торчать в этом притоне! Ах! Почему это место придумывает сраные загадки в самых конченых местах! — не сдержав скопившейся внутри злобы, Тэд яростно пинает ближайшую кучку мусора. Его гневный возглас эхом разносится по тёмным коридорам, заставляя девушку нервничать.              — Тэд! Прошу, успокойся. Всё нормально. Думаю, нам не придётся далеко идти. И, пожалуйста, не кричи. Здесь могут быть… посторонние. — Крепко схватив светловолосого за руку, Лиза нервно предостерегла его, жалобно взглянув рабочему в глаза. В ответ Тэд лишь недовольно отвернулся. Пожалуй, ему уже пора принять то, что здесь никто и ничто так просто его не отпустит.              — Ладно. Ты права. Просто пройдёмся по открытым дверям, побегаем от монстров и найдём эти чёртовы плиты. — Саркастично ответил ей зеленоглазый, всё же смягчив свой тон. Лиза права, ему действительно стоит успокоиться и не шуметь. Спокойно выдохнув, Тэд поворачивает назад. Здесь им было делать нечего.                     Медленно идя назад по грязным и тёмным коридорам, двое дронов довольно быстро добрались до первой незапертой двери. На обратном пути их также встретила пугающая пустота. Никого или ничего опасного не было. Но от этого не становилось легче. Наоборот, пустота заполнялась не пугающей реальностью, а куда более жуткой фантазией. Именно поэтому Тэд полностью сконцентрировал все свои мысли на задаче по поиску нужных предметов, просто приняв отсутствие монстров. А вот Лиза, судя по её внешнему виду и поведению, не могла так же просто перестроиться. Сжимая пальцы рабочего, она нервно дышала, постоянно оборачиваясь по сторонам.                     Тяжело вздохнув, Тэд и Лиза открыли первый гермозатвор. Небольшое помещение, ознаменованное «Художественным клубом» как и подобает хорошей картине, красноречиво и ярко показало своё нутро. Средних размеров помещение было переоборудовано под нужны художников, устроивших внутри одновременно мастерскую и галерею. Прямо по центру комнаты был сооружён постамент, на который помещался объект, который необходимо было запечатлеть на полотне, электронном планшете или бумаге. Вокруг него роился десяток столиков с мольбертами, заваленные разнообразным творческим хламом. На стене справа от входа висели выставочные работы, кои должны были впечатлить гостей, не отвлекая художников от работы.              И всё это было на месте. Вот только что-то было не так. И на этот раз Тэд мог чётко и ясно «найти 10 отличий». Такое же грязное и мерзкое помещение было искажено под чудовищным воздействием трупной башни. Вырванный из его головы, пусть и не всегда чистый, но всё равно приятный зал превратился в инфернальную помойку, посреди которой восседало невероятно уродливое существо.              На постаменте вместо простой вещи или красивой девы взгромоздилась уродливая туша, по комплекции напоминающая дрона-рабочего. Тело робота облепили десятки пар человеческих глаз. Настоящие, живые, двигающиеся и не моргающие человеческие глаза бесконечно дёргались в пределах своих возможностей. Но самым страшным стал дисплей дрона, вместо которого был кропотливо выращен огромный глаз. Из-за своих размеров он стал единственным, на ком Тэд смог разглядеть постепенно вздувающиеся кровеносные сосуды. Он никогда не видел живого человека, но они изучали их на уроках истории. Может, именно в пыльных страницах или тусклых слайдах презентации впервые родилось это мерзкое существо.              Не успел парень отойти от шока, как за пару мгновений карий зрачок останавливается прямо на нём. Более мелкие глаза всё так же произвольно дёргались, по крайней мере, те, что не могли видеть его напрямую и повернуться. Остальные же, в особенности глаза на передней части дрона, с всё нарастающей яростью глядели на него. Зрачок Зрителя сильно сузился и задрожал. Сжигая множество сетчаток под светом фонаря, тварь начинала злиться. С каждым мгновением сосуды главного глаза всё сильнее наполнялись маслом, заставляя процессор рабочего гореть. Тэд чувствовал, что прожигающий взгляд действительно начинает плавить его изнутри.              — Выключи фонарь! — к удивлению, Лиза пришла в себя гораздо быстрее тормозящего парня. Если бы она не дёрнула его за собой под один из столов на пару с мольбертом, спрятавшим их от прямого наблюдения, то судьба зеленоглазого могла быть незавидной. Потеряв из прямой видимости свою цель, тварь начала с мерзким вязким звуком двигать огромным глазом туда-сюда. И чтобы жертва точно не сбежала, дверь позади захлопнулась.              — Что будем делать? — тихо, почти шёпотом произнёс Тэд, выключив нагрудный фонарь. Сидящая на четвереньках девушка активно придумывала план, пытаясь найти слабые стороны чудовища и как их использовать против него.              — Нам нельзя попадаться ему «на глаза». Скорее всего, таблична либо внутри твари, либо она сидит на ней. Нужно найти способ отключить свет. Но как? — план был довольно неплох. Вот только как привести его в исполнение? Ответ на этот вопрос не заставил себя долго ждать.       Тэд уже собирался что-то сказать, но тут между двумя живыми пронеслась чёрная капля. Она с довольно громким хлюпаньем упала на и так грязный пол, заставив дронов с ужасом поднять взгляд чуть выше. И стоило это сделать, как по спине обоих прошёлся холодок. Прямо над ними на стуле разлагался труп одного из художников. Эта жуткая картина, что он не увидел ранее из-за слишком сильной фиксации на монстре, открыла ему глаза. Убедившись в смерти сидящего, рабочий аккуратно огляделся по сторонам.              Художественный клуб, небрежно вырванный из его воспоминаний, был уродливой копией самого себя. На проржавевших стенах было гораздо больше картин. Теперь они висели не только справа на входе, а повсюду. За эти 4 года инфернальные художники успели выплеснуть множество ужасающих разум полотен. Некоторые имели пробирающие до дрожи, но всё же узнаваемые образы. Некоторые в темноте казались простой мешаниной красок. Но самыми жуткими были те, на которых рабочий смог разглядеть встреченных им ранее монстров.              Однако двух неудачливых рабочих поджидал ещё один мерзкий сюрприз. Этим гниющим сюрпризом стали несколько трупов, застывших в агонии на своих рабочих местах. Бывшее художники так и не успели закончить новые ужасающие портреты, так как их лица были выжжены и сплавлены. Может оно и к лучшему, ведь незаконченными последними шедеврами всех восьмерых стали всё те же уродливые человеческие глаза. Видимо, именно они и сжарили несчастных, продолжая слегка пульсировать и переводить непокорный зрачок ближе к героям.              И пока Тэд напрягал процессор в попытке придумать, как выключить огромную защищёную лампу прямо над подиумом, оставляющей во тьме лишь самый край помещения, Лиза решила действовать. Пока зеленоглазый судорожно искал выключатель, или провода, или что угодно, что способно выключить лампу, позади донёсся режущий слуховые сенсоры звук. Дёрнувшись и обернувшись, Тэд безмолвно наблюдает за тем, как внезапно разъярившаяся девушка протыкает полотно острыми инструментами. Стоило только разорвать порченую ткань, как глазастая тварь злобно завывает, извиваясь в болезненных конвульсиях. И пока картина мироточива тягучей бордовой смесью, свет в комнате слегка угас. Теперь тонкое кольцо тьмы стало чуть толще, позволив дронам добраться до следующих мольбертов.              Стоило дронам переглянуться, как Тэд одновременно прояснил разум, придумав новый план, и тут же затуманил его под действием этих огненных голубых глаз. Сверкавшие, словно настоящие молнии, они прожигали парня насквозь. В них блестели чистое хладнокровие и яростная жажда. Безмолвно кивнув зеленоглазому, девушка тут же на четвереньках направилась к следующему холсту. Её юбка слегка задралась, но рабочий уже развернулся, сконцентрировавшись на более насущных задачах.              Нащупав стратегию, Тэд, так же не поднимаясь выше столиков, трупов и стульев, медленно двигался ближе к новым картинам. Все они были вариациями глаз. Жутких, проникающих в самое нутро, заставляющих тебя содрогаться и покорно сгорать. Но дух зеленоглазого был сильнее, поэтому ужасающие, но всё же довольно искусно сделанные полотна неумолимо разрывались на куски. Вонзая в очередной шедевр грязные затупившиеся ножницы, светловолосый не мог скрыть внутреннего удовлетворения. Пусть он и пытался сдерживать это чувство, но где-то внутри уничтожение предметов искусства доставляло ему удовольствие.              В конце концов, тварь осталась в тонком кольце света. Лампа, до того ярко освещающая почти всё помещение, практически погасла. Теперь рабочий мог, не сгибая спину, медленно бродить во тьме, всё ближе и ближе подбираясь к последней картине. Она была совсем близка к монстру, но уже скрылась во всепоглощающей бездне. После первых двух актов вандализма Зритель потерял возможность видеть висящие на стенах картины. Впав от этого в неистовство, монстр яростно гудел и дёргался, не имея голосового модуля, а также возможность ходить. И всё же его конец был предрешён тогда, когда рабочий разорвал последний видящий глаз в комнате.              Полностью погрузившись во тьму, чудовище стало дёргаться ещё сильнее и громче, чем только сильнее приближало свою неизбежную смерть. Ориентируясь в комнате на слух и память, Тэд медленно подбирался всё ближе. В руках и ногах скопилась какая-то неизвестная ярость. Почувствовав силу, рабочий впервые позволил себе распрямиться в полный рост. Чувствуя полное превосходство, он уже представил в голове расправу над жуткой тварью в своей голове. И времени от мыслей к действиям прошло всего ничего.              Встав напротив, Тэд не выдерживает и изо всей силы пинает Зрителя в область груди. В сапог отдаёт чем-то мягким и склизким. От удара множество пар жутких глазниц сразу превращаются в кашу, оставляя после себя лишь невнятное месиво из геля и тонких кусков ткани. Защиты у монстра совсем не осталось. Тэд не мог точно в этом убедиться, но, судя по ощущениям, он сразу продавил грудь твари, проникнув в область её внутренностей. Однако внутри его встретили не сталь и провода, а мерзкая жижа, заставляющая всю эту гниющую конструкцию держаться. Упав на землю, чудовище начинает биться в агонии, не имея никакой возможности ответить своему обидчику в полностью поглотившей их двоих темноте. Приметив голову Зрителя, Тэд набирает воздух в грудь, после чего со всей силы наступает чудищу прямо на главный глаз. Мерзкое бульканье, наконец, затыкает убожество, позволяя вздохнуть с облегчением. Вытащим и отряхнув ногу от мерзкой жижи, рабочий вновь включает уже полюбившийся источник света.              Яркий луч света вновь озаряет монстра. Вот только на этот раз он уже не предпринимает никаких действий. Мелкие глаза забились в судороге, после чего лопнули от перенапряжения, окончательно положив этому кошмару конец. Но Тэда гораздо больше заинтересовал оставшийся на постаменте предмет. Лиза была права. Скрижаль действительно была прямо под монстром. Но где же сама девушка?              Стоило только об этом подумать, как чьи-то нежные руки тут же обхватывают его правый локоть. Машинально дёрнувшись, Тэд не сразу признал Лизу, однако уже спустя пару секунд он спокойно выходнул. Не решившись отпихивать девушку, дрон уверено берёт в руки массивную плиту. Увесистая, она приятно скользила по рукам, отдавая приятной тяжестью. С лицевой стороны на двух рабочих глядел всё тот же человеческий глаз. Вот только сейчас он уже не казался таким жутким. С тыла же в глаза сразу бросалась пара выемок, видимо, необходимых для открытия двери. Ещё немного повертев плиту в руках, Тэд уже собирался уходить, но тут его слегка расслабленный взгляд поднялся в сторону галереи.              По телу пробежался болезненный холодок, вернувший дрона в гораздо более привычное состояние постоянного напряжения. Все картины, до того изображающие инфернальные сюжеты, были смазаны и намеренно замазаны, превратив каждое полотно в бессмысленный и беспощадный хаос. Но было одно исключение. Исключение, которое Тэд не мог увидеть ранее из-за загораживающей обзор глазастой фигуры. Прямо напротив него громоздилась ещё одна картина. И она не была размыта. Наоборот, её чёткие контуры заставили парня задержать дыхание. Прямо напротив него громоздился дрон-рабочий в деловом фиолетовом костюме. Его тёмные волосы исчезали во тьме фона и поглощённой ржавчиной стены. Единственной хоть сколько-нибудь светлой деталью стала белая, словно похоронный саван, рубашка. Лицо же было… нечётким. Ярко отблёскивая в свете фонаря, линии на полотне не давали Тэду запечатлеть лицо на портрете. И дрон, повинуясь неизвестному зову внутри, уже собирался шагнуть вперёд. Но тут его остановил крепкий хват девичьих рук.              До боли сжав свои руки, Лиза с настоящим ужасом глядела вперёд. В её глубоких голубых глазах таился настолько яркий и животный страх, что Тэд не мог понять его сути. Даже встреча с Зрителем не стала для неё настолько сильным потрясением, кое она испытывала прямо в эту секунду. Она пыталась что-то сказать, но горло предательски задрожала. Завороженный этим странный действом, рабочий остановился, разглядывая свою напарницу. Воспользовавшись этим и слегка придя в себя, Лиза как можно быстрее и со всей возможной силой тащит рабочего из проклятого художественного клуба.              — Что с тобой такое? Что такого в этой картине? — пытался выведать хоть какую-то информацию Тэд, в то время как Лиза продолжала неуклонно тащить его вперёд, к запертой на причудливый замок двери. Однако где-то на середине пути она внезапно остановилась, прочищая лёгкие внезапным кашлем.              — Я… Прости. Я просто… Не знаю что на меня нашло. Стоило только взглянуть на это, как… стало так страшно. — Придя в себя, девушка болезненно потёрла лоб. Взглянув на неё, рабочий убедился, что она ему не врёт. Всё её естество шептало Тэду, что она просто не может ему соврать. И это слегка пугало.              — И всё же. Почему именно этот портрет? Если честно, меня гораздо больше напугали другие картины. — Стоило вспомнить омерзительные экспонаты с проклятой выставки, как тело непроизвольно дёрнулось. Образы тварей, мест, леденящих абстракций и уловимых только подсознанием образов заставляли его испытать ужас. Однако, озвучив своё мнение, рабочий совершенно внезапно столкнулся с непониманием. Лиза стала смотреть на него как-то странно.              — Тэд, остальные холсты были пусты… — эти слова вонзились в его мозг, словно картечь. Болезненно отдавшись где-то в груди, непонимающий взгляд напарницы сменился болезненным. Оставшийся путь они прошли в молчании.                     Стоило только подойти к Вокальному кружку, как всё лишнее отпало само собой. Помня, что их встретило в прошлый раз, двое рабочих серьёзно напряглись, подготавливая себя к будущим опасностям. В конце концов, тяжело вздохнув, работяги быстро открыли дверь.              По ту сторону их встретило новое помещение. Небольшое, чуть больше галереи, оно было разделено на две части своеобразным подобием сцены. Довольно нелепо и неумело сколоченная трибуна сдавливалась и жалобно скрипела под давлением большой каменной статуи. Это был именно камень, а не мрамор. И изображал он что-то прекрасное, но ныне потерявшее форму. Изгибы прекрасного женского тела были перемешаны и передавлены, не давая различить, где заканчивается разорванная грудная клетка, а где начинается прилипшее к корпусу платье. Лицо же окончательно превратилось в месиво, обрекая любые попытки различить образ изваяния.              Стоило двум дронам войти, как захлопнувшаяся за ними дверь позволила пробирающей до мурашек музыке проникнуть внутрь слуховых аппаратов. Сначала она казалась чарующей. Вслушиваясь в ноты, Тэд на мгновение поймал себя на мысли не просто повернуться в сторону скульптуры, но и никогда больше не отрывать от неё взгляд. Найти в застывших изгибах причудливые узоры и глядеть на них, словно на яркий калейдоскоп. Ему захотелось не просто смотреть, но и слиться воедино со скульптурой, стать её частью, сделать всё, лишь бы она разрасталась как можно больше. Так и случилось. Захватив ещё двух новых слушателей, статуя начала слегка пульсировать, расширяясь на глазах. И он мог наблюдать за этой чудотворной метаморфозой часами и отдать собственную жизнь, лишь бы вечность слушать эту прекрасную мел…              — ТЭД! ВЫКЛЮЧИ СЛУХОВЫЕ СЕНСОРЫ! — внезапно схватившая его за плечо Лиза начала бешено трясти парня, лишь бы хоть на мгновение привести его в себя. Сама она уже последовала своей же просьбе. И усилия девушки оказались не напрасны. Придя в себя, Тэд тут же вырубает слух, погружая себя в безмолвную пустоту.              Стоило только оборвать эфемерную связь, как парень тут же замечает уродливую изнанку как комнаты, так и существа. Теперь он видел всё уродство каменного Эго, скрепляющего себя бесконечными страданиями уже поддавшихся его власти жертв. Перед подиумом в зрительном зале сидели множество слушателей. Иссохшие и гниющие, они были одновременно живы и мертвы. Мертвы физически, мертвы реально. Но живы абстрактно, духовно. Они подпитывали Эго, делали его нерушимым, неуязвимым.              Вернувшись в реальность, рабочий получает новый подарок от своей напарницы. Словно прочитав его мысли, девушка протягивает ему затупленный и грязный, но всё ещё достаточно острый для своих прямых обязанностей нож. Взяв толстую рукоятку, Тэд некоторое время осматривает полученный дар. Готов ли он пойти на убийство? С одной стороны, они все и так мертвы. Это гниющие трупы, а если в них и теплится жизнь, то необходимость оборвать её становится высшим благом и избавлением от страданий. Но ведь их масло будет на его руках. Чем же он тогда будет отличаться от вцепившейся в его шею демонтажницы? Хотя, увидит ли он её когда-нибудь снова? Или сгниёт здесь, так и не сумев выбраться?              Подойдя к ближайшему телу, рабочий замешкался. Неуверенно обхватив одной рукой челюсть убиенного, а второй прижав кинжал к горлу, Тэд нервно выходнул. И всё же рука предательски не двигалась. Почему он вообще мешкает? Обойдя остов рабочего, парень лицом к лицу встречается с давно сгнившим рабочим. Стоило только разглядеть частично разъеденный робо-тараканами подбородок, как пальцы, до того ухватившиеся за него, и неистовым отвращением стали обтираться о старые серые штаны. Никаких сомнений, они точно были мертвы. И всё же он не может просто взять и перерезать им глотки. Это само по себе было осквернением тел. К тому же, чем дольше он вглядывался в лицо трупа, тем сильнее его пробивал холод.              Нет. Он просто не может.              Поднявшись, рабочий пытается унять слегка разбушевавшиеся чувства. Первой и единственной идеей стала разведка территории. Не в силах больше смотреть на грязные и вонючие трупы, Тэд поворачивает голову в сторону не менее ужасающей статуи. Несмотря на отключённый звук, парня всё равно манило к ней, пусть и в более слабой форме.              Чем ближе он подходил к изваянию, тем сильнее чувствовал её тёмное воздействие. Самое сильное оружие чудовища не могло пробиться сквозь непроницаемую тишину. Но его аура всё равно немного искажала сознание. Пройдя от входа до самой скульптуры, Тэд заметил одну странную закономерность. Эго поглощало не только жизни, но всё окружающее пространство. Пусть всё вокруг было в упадке, зона вокруг самой статуи приятно отличалась. Лампы светили ярче обычного, доски на трибуне хоть и поскрипывали под натиском каменной глыбы, но были уложены на удивление хорошо. Да и в целом именно центр стянул в себя все краски и красоту бывшего вокального кружка. И чем дальше вы отходили от ярко сверкающего Эго, тем сильнее разрушалось помещение. В конце концов, самые тёмные углы покрылись трещинами, рискующими перерасти в настоящий обвал.              И только-только рабочий подошёл к статуе вплотную, как чудовище судорожно задрожало. Испустив психический вопль, тварь принялась сжигать его разум уже через взгляд. Немедленно среагировав, рабочий быстро оборачивается назад. И стоило ему только увидеть Лизу, как по телу вновь прошёлся сильнейший холод.              Закатав рукава, девушка тяжело дышала, безотрывно наблюдая за результатом своих трудов. Её руки были запачканы чёрной кровью, и это вкупе с самоличной расправой не могло не отразиться на ней. Тэд не видел её дисплей, но чувствовал, что синеволосая испытывала странную смесь шока, адреналина, страха и ненависти. Окончательно он в этом убедился, когда дама повернулась в его сторону. Однако под влиянием новой способности Эго убивать их одним только взглядом, Лиза успела отобразить на экране лишь одно сообщение:              [ЭТО РАБОТАЕТ]              Не имея других вариантов, рабочий вновь подходит к одному из тел. Да, ему не хотелось этого делать. Но он вынужден. Он должен. Он не может взвалить всё бремя только на неё. Одной рукой обхватив подбородок, а второй крепко прижав к чужому горлу затупленный нож, Тэд тяжело вздохнул. Прямо ему в лицо смотрел чужой чернильный дисплей. И этот несуществующий взгляд убивал его куда сильнее, чем монстр прямо за спиной.              Окончательно решившись, рабочий закрывает глаза. И тут его встречает бездна. Не имея возможности слышать и видеть, дрон попал в карманный ад. Здесь не было ничего и никого. Казалось, что в этой пустоте он был всегда, но смог понять это только сейчас. По всему телу прошёлся сильный холод, и именно физические ощущения его тела заставили дрона вновь почувствовать себя существующим. Холодный и жестокий реальный мир требовал крови для продолжения существования в нём. Тэд принёс эту жертву.              Лизе пришлось прикоснуться к его плечу, чтобы вернуть парня в реальность. Слегка дёрнувшись, рабочий смотрит на свою спутницу иначе. Её прикосновение было тёплым и грязным. Оставляющим след как в памяти, так и на новой куртке. По пальцам синеволосой текли толстые струйки масла. И Тэду казалось, что он избежал подобной участи. Но, бросив взгляд уже на свои руки, рабочий бездушно смотрит на перепачканные в чужой чёрной крови руки. Он уже не сможет смыть ёё.              В конце концов, все жертвы были принесены. Разорвав последнюю жизнь, Тэд окончательно уничтожает собравшуюся вокруг статуи паству. Лишённое всякой подпитки Эго окончательно потрескалось. Казалось, простого толчка хватит для того, чтобы разрушить его. Так оно и было. Скорлупа треснула. Но не треснуло то, что скрепляло эту уродливую конструкцию изнутри. Его необходимо было уничтожить.              Вместе подойдя к почти разрушенной статуе, дроны общими усилиями смогли свалить её со сцены. Упав, тварь, наконец, раскрыла свою мерзкую сущность. Внутри чудовище было массой инфернальной плоти, вовсю облюбовавшей так сильно необходимую им скрижаль. Спрыгнув вниз, рабочие принялись разрывать кусок мяса, пытаясь достать нужный предмет. Пусть Тэд и полностью отключил звуковые сенсоры, но ему стало казаться, что он слышал ужасающий вопль. Сорвав маску, Эго превратилось из существа, певшего чудную, совращающую умы мелодию в адский ком громко орущей от невыносимых страданий плоти. В конце концов, необходимая скрижаль была вытащена, а чудовище превращено в ещё более бесформенное месиво, более не подающие признаки жизнь.              Глядя на омерзительные результаты своих трудов, Тэд не выдержал. Вместо того, чтобы смело пошагать вперёд с новой скрижалью наперевес, рабочий устало плюхнулся в одно из свободных кресел. Его сковывала тяжесть. Он снова устал. Не смертельно и даже не так уж и сильно. Он устал морально. Всё это было невыносимым. Каждая минута нахождения внутри этого кошмара убивала его. Неважно, были ли это тёмные коридоры блока А, спортивный комплекс или Творческий клуб. Всё это разрывало его на куски, искажало его памяти и натравливало на него уродливые проекции его собственного сознания. Даже этот чёртов глаз. Пусть он и пытался держать себя в руках, дрожь в его пальцах с треском уничтожала весь образ. Ему было страшно и больно. Но теперь его ещё и мучает загадка. Лиза. Кто же она? Что она тут делает? Какие у неё мотивы? Разве она не говорила, что боится монстров? Однако здесь она первая придумывает план и исполняет его. Девушка на удивление ловко расправляется с уродами. Расправляется. Боже. Он же только что перерезал несколько глоток и разорвал инфернальную плоть. Каким же чудовищем он стал.              — Ты в порядке? — внезапно донеслось до слуховых сенсоров тихие слова. Уже привыкший к тишине рабочий вздрагивает. И пока он это делает, тонкая женская фигура садиться рядом, нежно взяв одну из его перепачканных в масле рук.              — Нет. Я не в порядке. Я… я только что убил… — не успел Тэд договорить, как тут случилось то, что совершенно выбило его из колеи.              Его заткнуло не шиканье, угроза, слово, нож или удар. Это оказалось под силу мимолётному, практически эфемерному поцелую. Нежные и горячие губы коснулись его меньше чем на секунду. Это этого стало достаточно, чтобы заставить его маслянистый насос работать до предела и ужасно болеть. Это такое короткое, но чувственное действие сделало ему настолько больно, что рабочий был готов отключиться. Но он этого не сделал, продолжая шокировано наблюдать за своей девушкой.              — Ты не виноват. Ты всего лишь защищался. Это была необходимость. Ты сделал всё правильно. Всё будет хорошо. Я рядом. — Тихо и почти гипнотически говорила Лиза, поглощая рабочего своими бездонными глазами. В них отражалось целое море. Такое голубое, чистое и красивое. А ещё там отражался его напуганный зелёный дисплей. Однако вскоре их связь была разорвана. Слегка скрючившись, девушка начала тяжело кашлять.              Тэд пытался что-то сказать. Хотел протестовать и биться. Хотел плакать и задавать вопросы. Но он не сделал этого. Всё, что он смог — это безвольно опустить голову, наблюдая за тем, как нежные женские пальцы играют с его измазанными чёрной кровью кистями. Это было одновременно мило и жутко. Тепло и склизко. Страшно и хорошо. Приятно и больно. Больно. Почему-то сейчас его насос разрывался от невыносимой боли. Может быть, потому, что быстрее своего хозяина понял, в какую ловушку попал. Что он снова привязался к первому живому существу, что было готово идти к нему на контакт. И если он снова потеряет его, то окончательно ввергнет себя в пучину отчаянья, апатии, ненависти к себе и безысходности.               Стоя перед дверью в конструкторский клуб, Тэд пытался взять себя в руки. Всё тело сводило от постоянного стресса, а нежные пальцы девушки, обхватившие его грубую и грязную ладонь, наоборот, делали всё только хуже. Он уже не может вспомнить, когда она взяла его за руку и почему он не одёрнул её. Наверное, потому, что хотел забыться. Хоть на секунду уменьшить постоянное давление на себя. Но теперь это напрягало. Теперь она стала частью тёмной картины, а не её антиподом. Он войдёт в эту дверь не столько за скрижалью, сколько за возможностью немного притупить эмоции и, наконец, забыть тёплые прикосновения, глазастую тварь, жуткие картины, фальшивые коридоры и тот ядовитый поцелуй. Тяжело вздохнув, рабочий всё же отпирает заветное помещение. И стоило двум дронам в него войти, как лицо светловолосого искажает сильное недоумение, смешанное с режущей тревогой. Вместо такого же относительно небольшого помещения, уставленного всем необходимым хламом, новая локация представляла собой длинный, разделяющийся на две части коридор. Это было странно и ненормально. И тут произошло то, что ни Тэд, ни Лиза не могли предугадать. Всё ещё держась за руки, они прошли чуть вперёд. Рабочий уже хотел спросить, куда им стоит идти, как судьба сама решила этот вопрос. С мерзким лязганьем из бездны на потолке упали холодные прутья. Идеально проскочив между сплетённой парой рук, ржавая решётка отделила двух дронов друг от друга. Если бы они прошли чуть вперёд или назад, то точно бы остались без конечности. Благо, жизненно необходимые им обоим конечности не пострадали. Однако эта мимолётная удача не смогла решить их новые проблемы. — Чёрт! Тэд, ты в порядке? — вскрикнув, девушка сначала отшатывается назад, но спустя секунду с силой обхватывает шершавые прутья. — Блять! Что нам теперь делать? — придя в себя, Тэд до дрожи сжал кулаки. Внезапный порыв злобы испепелил себя так же быстро, как и вспыхнул, оставляя после себя лишь пепел. Теперь они были физически разъединены, и выход был только один. Взглянув в уже свой коридор, рабочий и так знает, что скажет ему Лиза. — Похоже, нам придётся продолжить путь раздельно. Тэд, прошу… будь аккуратен. — С откровенной болью в голосе произнесла синеволосая, схватив завороженного рабочего за рукав. Теперь её прикосновение было холодным и жалобным. На мгновение Тэду захотелось всеми силами утешить её, остаться рядом и вновь согреть. Но он быстро отбросил это наваждение прочь. — Да. Похоже на то. Береги себя. Я надеюсь, нам удастся вновь столкнуться дальше. — Безэмоционально произнёс рабочий, отстранившись от чужих прикосновений. Оставшись один на один с пронзительным женским взглядом, Тэд не выдержал и спешно направился дальше. — Тэд! Будь осторожен. Там могут быть монстры. И, быть может, их стоит игнорировать. Нам стоит соединиться как можно скорее. — Вновь его окликнула Лиза, пока рабочий в нерешительности стоял у самой двери. Напоминание о монстрах вновь покоробило его решительность и заставило ещё сильнее сомневаться, а стоит ли открывать эту дверь. Впрочем, испепеляющий синим огнём взгляд сзади действовал куда более жестоко и напористо. Поэтому, лишь кивнув девушке в ответ, светловолосый всё же направился вперёд. Следующее помещение встретило его гробовой тишиной. Быстро осмотревшись, рабочий замечает множество творческого хлама. Различные инструменты и материалы были хаотично разбросаны вокруг, обильно смешиваясь с грязью и вечно витающим в воздухе приторно сладким запахом испорченного масла. Однако не они привлекли основное внимание парня. На столах, стульях, полу и подвешенными за крюки к потолку наваленные манекены. Неважно пластиковые, деревянные, полные, по частям, сломанные, целые — все они были покрыты той самой вечной для всего этого места тягучей грязью и гнилью, придавая всему помещению тошнотворный рыжеватый оттенок. Но что-то здесь было не так. Выйдя в центр помещения, рабочий стал внимательно осматривать всё вокруг. И он был вознаграждён за свою внимательность. В самом тёмном углу, заставленная пустышками, стояла она. Стоило только дрону краем дисплея зацепить аппетитную фигуру, как с её стороны стали оказываться ответные знаки внимания. Окончательно сконцентрировав всё внимание на очередном порождении кошмара, Тэд слегка дрожал от внезапно разлившемуся по всего его телу теплу. Польщённая вниманием фигура торопливо двигалась в его сторону, расталкивая своими тонкими деревянными руками прочие неживые манекены. Наконец, выйдя на свет фонаря, она смогла продемонстрировать рабочему всё свое великолепие. Жгучая, горячая, красивая и ужасающая. В конце концов, просто невероятно сексуализированная и вывернутая наизнанку форма, совмещающая в себе деревянные, пластиковые и металлические части. Фигура неумолимо двигалось на рабочего, всё ближе и ближе, демонстрируя свои самые пикантные части. Торс был гордостью, основой. Он был практически идеален. В отличии от наспех вырванных и пришитых к нему частей. Нарочито выпяченная крупная грудная клетка ярко блестела в луче фонаря. Облепленная нежной синтетической кожей, она была единственной частью тела, неспособной вызвать хоть малейшее отвращение или отвержение. Но не менее вызывающим стала переходящая из нежной талии лоно. Тёплое, жаждущее, оно звало, манило, требовало. Обтянутая всё той же светлой кожей, лоно было полностью работоспособно. Однако прочие части чудовища были не столь презентабельны. Руки и ноги были вырваны у совершенно разных моделей, а после грубо пришиты обратно. Огромные отвратительные швы растягивались при каждом неуклюжем и шатком движении, рискуя разорваться и развалить Фигуру на части. Но самым отрезвляющим стала именно голова. Вернее её отсутствие. И здесь пугал не столько сам факт пропажи, сколько болезненная, тягучая, мучительная и въевшаяся в саму конструкцию чёрная лужа, опоясавшая собой всю шею и плечи. Частично придя в себя, рабочий стал быстро пятится назад, не в силах оторвать взгляд от столь страстного комка сладости и горечи. Фигура двигалась отрывисто и болезненно. Каждый шаг давался ей с огромным трудом. Создавалось ощущение, будто монстр сам не понимает, какими частями тела двигает. Но, несмотря на свою неспешность, чудовище продвигалось вперёд, всё сильнее тесня Тэда к стенке. Неотрывно наблюдая за тварью, зеленоглазый чуть не упал, когда врезался спиной в стол. Быстро обернувшись, рабочий ищет что-нибудь, чем можно если не убить, то повредить тварь. И к его огромному счастью, заржавевшая металлическая мебель предложила ему целый список ужасающих инструментов для демонтажа. Именно демонтажа. Обычные инструменты были деформированы таким образом, чтобы калечить, а не чинить. И тут рабочий вновь понял, что что-то не так. Завороженный новым видом привычных ранее вещей, он задержал на них своё внимание гораздо больше положенного ситуацией. Однако он всё ещё не атакован, и мерзкий скрип больше не доносится прямо за его спиной. Не понимаю природу внезапной остановки, рабочий вновь поворачивается в сторону твари. Стоило это сделать, как до того застывший на месте манекен вновь начинает с омерзительным скрипом продвигаться к нему. Моментально схватив суть, Тэд вновь глядит на стол с инструментами. Крепко обхватив подвернувшийся под руку молоток. Светловолосый тяжело вздыхает. Позади не слышалось никаких шагов. Аккуратно обойдя монстра, рабочий начинает искать заветную дверь. Не может быть, чтобы он не смог выбраться. Невозможен вариант навсегда захлопнувшейся клетки. Выход должен был быть. И он был найден. Прямо за той кучей опрокинутых манекенов, за которыми притаилась Фигура. Войдя в следующее помещение, Тэд вновь оказывается в длинном и довольно узком коридоре. Он был очень похож на тот, что встретил их по прибытию в блок Творческого клуба. Такой же грязный, тёмный и заваленный хламом. Однако теперь он был там не один. Фигуры стали немного хитрее. Они не сразу начинали двигаться в его сторону, как только парень посмотрит на них. Нет. Они терпеливо выжидали своего момента, до того стыдливо пряча свои прелести, по которым их можно было отличить. И стоило рабочему подойти достаточно близко, как тварь тут же хватала его за одежду своими повреждёнными и хлипкими руками. Но эффект неожиданности был единственным, что было у гниющих по рукам и ногам манекенов. Одного-двух хороших ударов по конечностям хватало не только для освобождения из захвата, но и ампутации нелепо приделанной конечности. Руки ужасно болели и слегка подтекали маслом. Держать в руке молоток, а уж тем более бить им, было невыносимо больно. Поэтому, в конце концов, Тэд просто уставился в пол, решив идти прямо до самого конца. Благо, коридор был услужливо прост, всё ближе и ближе подводя его к неизвестному. Но почему? Почему конструкторский клуб был столь неправильным? Почему вместо обычного небольшого помещения его встретили столь неординарные архитектурные решения? Влияние кошмара? Может быть. Но почему тогда художественный клуб выглядел так, как должен был? По крайней мере, частично. Пытаясь решить эту загадку, Тэд медленно, но верно приходил к одному странному выводу. Он вообще когда-то заглядывал сюда? Был ли он внутри конструкторского клуба? Он не может вспомнить. Стоило закончить свои раздумья, как зеленоглазый ударяется головой об ещё одну дверь. Стоило поднять голову, как по всему телу прошёлся сильный холод. «Склад» — гласила стёртая временем и местной атмосферой табличка на двери. И пусть это были догадки, но рабочий знал, что там складируют. Вернее сказать, кого. Однако у него не было времени на колебания. Лиза ждёт его и, возможно, находится в опасности. Ему нужно найти её. Кроме синеглазой у него никого не осталось. Тяжело вздохнув, Тэд всё же открывает следующую дверь. Не прошло и секунды, как светловолосый опустил голову и выключил дисплей. Он был прав. Интуиция его не подвела. На складе в множество плотных рядов стояли Фигуры. Множество десятков безголовых тел мгновенно дёрнулись, хватая друг друга из-за нехватки места. Единственное, чему был рад слегка дрожащий рабочий было то, что он сумел быстро среагировать. Но это не сильно ободряло его. Ведь единственный путь дальше был чётко впереди. Выстроен тонкой линией свободного пространства, то и дело перерезающимся, выпирающей за метафорическую линию чужими конечностями. Судорожно вздохнув, Тэд медленно и неуверенно начал двигаться вперёд. Хоть его дисплей и был выключен, а голова опущена вниз, светловолосый всё равно чувствовал нависшую над ним угрозу. Она буквально окружала его со всех сторон. То и дело запинаясь на выставленные ноги, зеленоглазый вытянул свободную руку вперёд, начав двигаться дальше наощупь. Словно заворожённый, он медленно плёлся дальше и дальше, пытаясь игнорировать десяток монстров вокруг. Но они совершенно не желали его игнорировать. Где-то на середине пути он стал слышать вздохи. И не только слышать, но и чувствовать. Горячие, сбивчивые, глубокие, обжигающие. Такие, какие можно получить лишь при объятиях другого дрона, упирающегося тебе прямо в плечо. И Тэд чувствовал эти вздохи. Нежные, слегка звонкие, женские. И самым страшным были не сами по себе вздохи, а их количество. Несколько десятков ртов ежесекундно перекачивали гнусный влажный воздух, делая его более тёплым и оттого ещё более невыносимым. Однако Тэд не чувствовал себя теплее. Всё тело пробивал страшный холод от одного только осознания того факта, что все Фигуры были безголовые… Наконец всё это закончилось. Еле-еле добравшись до следующего помещения, рабочий вновь вернул себе возможность видеть. Захлопнув за собой дверь и сплюнув на пол, Тэд тяжело дышит, пытаясь осознать факт успешного прохождения сквозь этот ад. Приложив руки к дисплею, дрон пытается вновь прийти в себя. Однако услышанные им странные звуки чуть дальше по комнате взбодрили его гораздо быстрее и лучше. Пройдя чуть дальше, рабочий впадает в истинный ужас. Быстро повертев головой, Тэд в панике забирается в первое попавшееся ему укрытие, коим оказался удачно подвернувшийся под руку шкаф. Забравшись внутрь, светловолосый с ужасом наблюдает за страшной картиной, развернувшейся в одном из отделённых секторов мастерской. Это был он. Тот самый еле видимый в луче фонарика силуэт. Тот самый, что появился на картине после уничтожения глазастой твари. Тот самый, что до исступления напугал Лизу и прямо сейчас вгоняющий Тэда в непонятное и необъяснимое чувство страха и горечи. Светловолосый не ошибся. Он действительно был одет в сильно потасканный смокинг, рубашку и брюки. И тем самым предметом, что так ярко блестел в его руке, стал огромный клинок, ещё не являющимся мачете, но и явно перерастающим обычный нож. Однако самым страшным стал не сам неизвестный, а то, что он делал. Бросив на стол одну из Фигур, незнакомец всеми силами пытался обездвижить её. Раздвигая ноги женского манекена, дрон пытался, судя по всему, взять тварь по её прямому назначению — силой. И Фигура этому яростно сопротивлялась, дрыгая руками и ногами. Однако её усилия были тщетны, ведь по неизвестным причинам рабочий был гораздо сильнее. Неизвестно, чем бы закончилось весь этот ужас, если бы по всему коридору не раздался истошный женский крик. Сразу же, потеряв всякий интерес к Фигуре, Угнетатель безжалостно вонзает в её торс своё смертоносное оружие. Под невероятной силой удара, клинок не только с лёгкостью проникает внутрь, но и сминает живот монстра. Нанеся несколько ударов в чрево, незнакомец презрительно бросает разорванный труп, после чего размеренно направляется в следующую дверь, прямо в сторону донёсшегося крика. И самым страшным было то, что Тэд так и не смог увидеть на его поглощённым бездной дисплее хоть один горящий пиксель. Шокированный Тэд неуверенно выбрался из своего укрытия, мельком взглянув сначала на убитого монстра, а после на оставленный на грязном полу чёрный след. Кто бы он ни был, он очень силён и способен убивать монстров. Но что это даёт? Нового союзника? Вряд ли. Сейчас ему некогда об этом думать. Нужно срочно идти на помощь к Лизе. Остаётся надеяться, что он не опоздает. Пройдя вслед за Угнетателем, рабочий входит в очередной коридор. Вот только на этот раз он был совсем узким и полностью пустым, прямо как технические туннели. Быстро пробежав по нему, Тэд оказывается перед ещё одной дверью и уже за ней его ждало то, ради чего он вообще пришёл. Второй монстр, охраняющий свою скрижаль. Вот только на этот раз она сразу была на виду. Являясь своеобразным сердцем чудовища, металлическое изваяние было обвёрнуто в тошнотворную чёрную бурлящую массу. Эта масса не только скрывала жизненно необходимый для Тэда предмет, но и связывало всё существо. Она одновременно держала его вместе, своеобразно заменяя мышцы, и сковывало, не давая уйти с места. А сковывало оно уродливую массу украденных деталей, назвать которые одним целым было невозможно. Руки, ноги и даже торс — всё было заменено и соединено искусственно. Только голова, похоже, была своя. Но и она была больше похожа на месиво и стыдливо спрятана. Единственным, что внушало страх в существе, были его размеры. Больше похожее на промышленный сборщик, нежели на дрона-рабочего, монстр собирал из разорванных на куски тел подобие чего-то прекрасного. Того, что так и не смог обрести сам. Зависть, угрожающе нависнув по центру просторного помещения, потянуло одну из своих длинных рук к куче свежих трупов. Взглянув на них, Тэд из последних сил сдержал подступившее к горлу отвращение. Небрежно сваленные в одну кучу, они истекали маслом из множества самых разнообразных ран, никогда не затрагивающих торс. И самым жутким в этой картине было то, что Тэд не смог различить среди покойных ни одного дрона мужской комплекции.       По другую сторону виднелась такая же куча. Вот только на этот раз она состояла из разнообразных частей манекенов ужасного качества. Нащупав ещё теплое тело, Зависть подтянула его к себе, после чего принялась поочерёдно отрывать несчастной конечности, пытаясь прикрепить их к себе. Однако ни нога, ни рука не подходили, растворяясь в чёрной слизи. Тогда монстр принимался за голову. Грубым и резким движением тварь неизбежно ломала важнейшую часть тела, не оставляя себе никаких шансов стать «лучше».              — ТЭД! ПОМОГИ МНЕ! — не успел рабочий вообще понять, что происходит, как с другого конца большого зала донёсся пронзительный вопль. Мгновенно среагировав, парень оббегает занятую созданием новой твари Зависть, став прямым свидетелем попыток двух Фигур разорвать синеволосую на куски.              Не думая ни секунды, Тэд со всей поспешностью бежит вперёд, после чего наносит сокрушительный удар по спине одной из тварей. Из-за инерции и силы размаха молот пробивает нежную женскую кожу, выплёскивая рабочему в лицо смачный ком сладкой крови. И пока Тэд пытался очистить дислпей, Лиза отпнула от себя вторую Фигуру с такой силой, что удерживающая её деревянная кисть так и осталась висеть в воздухе без своего владельца.              — Тэд! Скрижаль — это сердце монстра! Как только мы её вырвем, она умрёт! — вновь на ходу придумав план по убийству монстра, Лиза рванула вперёд. Однако стоило только перевести взгляд от рабочего на Зависть, как девушка застыла, будто отключённая.              Понимая, что старые «творения» неспособны дать дронам достойный отпор, Сборщица решила изменить уже заученный алгоритм. На этот раз она не уничтожала, а после восстанавливала уродливую копию. Нет. Теперь она творила по настоящему.              Напротив двух дронов стояла обнажённая девушка. Вот только к её горячей фигуре была добавлена пара новых конечностей. Стоило ей вновь запустить ядро, как всё тело стало биться в судороге, видимо, пытаясь понять свою новую структуру и цели. Закончив со своеобразной настройкой, Вдова, запрокинув голову назад, ломает шею, не утруждая себя поворотом туловища. Длинные, испачканные в масле и сильно износившиеся волосы не только вызывали дискомфорт, слегка вытягивая голову твари, но и прятали за собой единственный красный глаз, бешено мечущийся от одной цели к другой. Зафиксировав добычу, Вдова неестественно выворачивает корпус, опёршись всеми шестью конечностями в железный решётчатый пол.              — Займись ей! Я достану сердце уродины! — прийдя в себя быстрее Тэда, Лиза вновь раздавала чёткие указания. Эта её черта одновременно восхищала рабочего и пугала. Впрочем, он не собирался с ней спорить, приняв боевую стойку. К тому же Вдова прожигала своим красным глазом именно его.              Сладостно облизнувшись, тварь рывками двигается вперёд. Её с виду хаотичные, но на самом деле чёткие движения не давали рабочему и шанса на побег. Но он не собирался бежать. Сжав молот изо всех сил, Тэд готовился к резкому прыжку. И он не прогадал. Следующий рывок был направлен прямо ему в лицо, и светловолосый достойно его встретил, отскочив влево и нанеся размашистый удар прямо по нежному лицу. Отшатнувшись назад, Вдова не потеряла своей маниакально решительности. Тут же рванув назад, она вцепляется не в тело дрона, а в его одежду, пытаясь разорвать её. Оказавшись в захвате, Тэд отчаянно сопротивляется, однако сразу четыре конечности нападающей не сбавляли свой напор.               Стоило взглянуть в её повреждённое лицо, как по всему телу рабочего прошлась волна непонятного и неописуемого страха. Он не мог понять, что его так сильно напугало. Он встречал тварей и по страшнее. Но именно слегка отблескивающие синим волосы, горячее дыхание на губах, обнажённое нежное тело и скрытый за копной волос глаз сложились в ядро, насквозь пробившее его моральный щит.              — АААААА! ТЭД! ПОМОГИ! — яростно вопила Лиза, выведя рабочего из транса. Взглянув через плечо Вдовы, рабочий с ужасом глядит за тем, как одна из рук-манипуляторов стискивает в своих острых когтях юную рабочую. Но Зависть не собиралась останавливаться этом. Громадное чудовище стало всё ближе и ближе приближать свою вторую конечность, намереваясь разорвать девушку на кусочки.              Увидев эту картину, Тэд сразу же пришёл в себя. Он не мог допустить её гибели. Он не мог снова остаться один. Ему нужен был кто-то. Кто-то, кто скажет, куда идти и что делать. Кто-то, кто сможет взять его за руку и обнять. Хоть кто-то, кто мог быть рядом.              Зарядившись огромной решительность, светловолосый с ненавистью глядит за всё сильней приближающейся мордой твари. Неизвестно, что Вдова собиралась делать с лицом Тэда. Но её оскал, обильно капающая слюна и острые клыки давали понять, что ничего хорошего.              Резко ударив тварь в лицо, Тэд сумел оторвать её от себя. Не медля ни секунды, он со всей силы бьёт ей в живот молотом. Прорубив в пузе монстра дыру, рабочий не просто вырывает инструмент, а делает это в сторону, окончательно уничтожая живот девушки. Оставив монстра с разорванным чревом позади, Тэд как можно быстрее бежит в главной твари.              К тому времени Зависть уже почти дотянула свои огромные и оттого тяжёлые и медлительные конечности к Лизе. Та, не желая умирать, изо всех сил брыкалась и извивалась, но без толку. Поэтому рабочему вновь пришлось применить силу. На этот раз в последний раз. Ударив молотком в скопление чёрной вязкой массы, частично закрывающей скрижаль, светловолосый ломает рукоятку, делая инструмент более непригодным к эксплуатации. Однако этого последнего удара хватило, чтобы хорошенько обхватить скрижаль и потянуть её на себя. Упираясь стёртыми пальцами в металлическую пластину, Тэд испытывал страшную боль, но всё же продолжал тянуть дальше, прилагая всё больше и больше сил. И, в конце концов, это принесло плоды. С мерзким хлюпаньем «зависть» была отделена от Зависти, ставя окончательную точку в жизни этого ужасающего творца.              — Тэд, боже! Как же я рада, что с тобой всё в порядке! — одновременно радостно и устало прокричала девушка, упав на колени, захватив парня в объятия. Истощённому и измотанному Тэд не оставалось ничего другого, кроме как принять столь сильный поток нежности.              — Ничего. Я рад, что ты в порядке. Третья скрижаль у нас. Теперь мы можем сбежать из этого проклятого места. — Сказав это и тяжело вздохнув, рабочий, наконец, позволяет себе полностью расслабиться в чужих крепких объятиях.              — Прошу, больше никогда и ни за что не оставляй меня одну! — уже более жалобно произнесла Лиза, взглянув Тэду прямо в лицо. Её синие глаза были столь гипнотически, что ответить отказом было совершенно невозможно. К тому же для этого не было ни одной причины. Девушка не просто была психологическим спуском, позволяющим построить хлипенький забор между собой и депрессией, но и очень отважным и инициативным дроном.              — Никогда. И Лиза, я… Я хотел сказать, что нам нужно идти назад. Вот только что мы будем делать с решёткой? — сначала спокойно, а потом немного нервно произнёс Тэд, приобняв девушку в ответ. За всю эту драку у него не было времени подумать о том, куда ушёл тот загадочный незнакомец. Ведь по всем правилам логики он должен был быть здесь. Не столько из-за интереса, сколько по прихоти узкого коридора без развилок и других дверей.              — Не думаю, что она всё ещё там. Тварь ведь мертва. В противном случае мы сможем немного отдохнуть, а после спилить её местными инструментами. — Устало произнесла Лиза, разжав свои объятия. Поудобнее расположившись на полу, дроны сели спина к спине. И несмотря на весь тот ужас, что он видел, и те мерзкие запахи, что он чувствовал, Тэд ощутил какую-то давно забытую теплоту. Будто бы он знал Лизу всю жизнь.              — Но, Лиза. Что мы будем делать дальше? Что нас ждёт за техническими туннелями? — тихо спросил рабочий, потирая в руках добытую скрижаль. Она была на удивление чистой, если учесть её прошлое местоположение. Хорошо, что это мерзкая дрянь не прилипает.              — Мы выберемся отсюда. Вместе. — уверенно прошептала Лиза, прижавшись к рабочему ещё сильнее. Обхватив себя за грудь, девушка тяжело дышала, борясь с сильной болью внутри. Вместе. Как же давно он не слышал этого слова. Как же давно он хотел почувствовать чужие объятия. Как же давно он хотел встретить ещё кого-нибудь. Кого-нибудь, кто вновь бы согрел его заледеневшее сердце. Кого-нибудь, кто не навредит и не унизит его. Осталось вставить последнюю скрижаль. Скоро всё это закончится.                     Глядя на грязную скрижаль в своих руках, Тэд застыл в нерешительности. Стоя напротив запечатанной двери, рабочий нервно поглядывал на стоящую рядом Лизу. Девушка совсем потеряла тот запал, что разжегся после победы над последним чудовищем. С каждым испытанием напарница начинала выглядеть всё хуже. Будто бы её разъедала какая-то болезнь. Уже сейчас она начала бледнеть, размывая серым красивые синие глаза.              Вновь мысленно вернувшись к преграде, Тэд пустым взглядом глядит на уже вставленные в ячейки скрижали. Они достались им гораздо легче, чем последняя. Везение или чей-то злой умысел? Остаётся надееться, что в будущем им не встретятся испытания ещё хуже. И всё же. Зачем всё это было нужно? Почему дверь в обычные технические коридоры так надёжно заперта? Наверное, он никогда не узнает ответ на этот вопрос. К тому же он бессмысленен. Дверь открыта. Осталось сделать последний шаг.              Тяжело вздохнув, рабочий аккуратно вставляет скрижаль в нужную ячейку. Щелчок. И массивные поршни, наконец, отодвигаются, позволяя двум дронам пройти дальше. С громким скрежетом механическая дверь распахивает свою уродливую гниющую пасть, наглядно демонстрируя тянущиеся вперёд до бесконечности технические туннели.              Освещённые тусклыми красными лампами коридоры были единственным местом в блоке Б, где вообще горел свет. Однако это совсем не успокаивало. Наоборот, лишь сильнее нагнетало атмосферу. Тянущиеся за лампами толстые и тонкие трубы нервно булькали и, кажется, сжимались. И так потрёпанные постоянной эксплуатацией, теперь они выглядели совершенно непригодными для использования. Казалось, что ещё чуть-чуть и они лопнут, сваривая дронов заживо. И довершал картину ржавый решётчатый пол, за которым была не абсолютная бездна, а всё те же трубы, только меньше.              Тяжело вздохнув, рабочий берёт себя в руки и медленными шагами направляется дальше. Стоит переступить порог, как в обонятельный сенсор тут же бьёт неприятный запах влаги. Той самой грязной и вонючей воды, что многие десятки лет перекачивается туда-сюда по проржавевшим трубам, ведомая жестокой и механической рукой систем бункера. Гул вентиляции слегка напрягал, но лёгкий холодок, быстро распространившийся по телу тут же гасился исходящим отовсюду теплом. Чем дальше он шёл, тем сильнее все эти механические образы и чувства сгущались внутри его. Отстукивая медленный размеренный шаг по решётчатому полу…              Стоп? Где Лиза?              Обернувшись, рабочий видит застывшую у самого входа дрона. Вид у неё был странный. До того бойкая и решительная девушка сейчас слегка сжалась, неуверенно топтаясь на месте. Её лицо в кроваво-красном освещении ещё сильнее приняло нездоровый оттенок. Глаза были не фиолетовыми, а какими-то грязно-серыми, будто помутневший хрусталик у человеческого трупа.              — Что-то не так? Я думал, что ты так сильно желаешь выбраться отсюда. — Спокойно начал Тэд, вновь подходя ближе. Погруженная в свои мысли, Лиза не сразу услышала его, но стоило это сделать, как лицо девушки приняло растерянный вид.              — Я… Я просто чувствую, что что-то не так. — Чуть дрожащим голосом произнесла Лиза, сложив руки на груди. Пока рабочий приближался к ней, она делала маленькие шажки назад.              — Давай. Всё будет хорошо. — Всё тем же успокаивающим тоном произнёс Тэд, вытянув руку вперед. Он не понимал, что вдруг случилось. Столь странная смена настроения перед самым финалом этого чёртового блока вводил в недоумение и немного раздражал. Но он откинул все негативные эмоции прочь, лишь бы вновь увидеть те уверенные и сильные синие глаза.              Тяжело вздохнув, девушка слегка встрепенулась. Прикрыв глаза, она, видимо, пересиливала себя, стараясь при этом выглядеть как можно менее жалкой и уязвимой. И, в конце концов, это сработало. Ещё раз выдохнув, Лиза аккуратно протягивает свою нежную руку вперёд. Переплетя пальцы, Тэд разворачивается назад, приготовившись к новому путешествию сквозь длинные красные технические коридоры, ведя за собой окончательно притихшую девушку.                     Это место было странным. Это место было неправильным. Это место пугало. Это место не выходило у него из головы. Тёмное, заброшенное, страшное, полное монстров, боли и страданий. Прямо как его истерзанный разум, пытающийся сохранить себя уже на протяжении более двух лет в непрекращающимся аду.              Туннели снова были неправильными. Они были не такими, какими он их помнил. Вернее, он никогда их не помнил. Тэд просто никогда не бродил по этим тёмным гудящим коридорам, изредка поглядывая на сдавливающие тело и сознания трубы. Нет. Это неправда. Однажды он был там. Он уже не помнит, когда и почему. Он просто там был. И этот красный цвет… Тусклый, словно венозная кровь. Вообще это был аварийный свет. Он не должен был и не горел повсеместно в техническом уровне бункера. Но в тот день что-то произошло. Он не помнит что. Помнит только узкий коридор, красный цвет, шипящие трубы и едкий запах.              Однако и здесь его ждало искажение. И так страшные коридоры уходили вниз. Да, прямо сейчас двое дронов медленно спускались по металлической лестнице, прикрывая обонятельные сенсоры из-за чересчур скопившейся влаги. Это было невозможно. Бункер и так находился на глубине, и всегда у него был только один уровень. Они просто не могли спускаться ниже. Хотя чему он удивляется? Почему до сих пор пытается находить хоть какие-то «правильные» вещи в этом искажённом кошмаре.              Дойдя до самого низа, рабочие вновь столкнулись с дверью. На этот раз она было совершенно обычной и ничем не примечательной. И Тэд уже собирался открыть её, но тут ему на глаза попался грязный и слегка отсыревший клочок бумаги на полу. Взяв его, дрон с холодно вздыхает. «Это сделано», «Болезни больше нет» — красовалось с двух сторон бессмысленного и беспощадного куска чьего-то сознания, не просто написанного маркером, а напечатанного крупными буквами. Не поняв адресованного ему послания, рабочий безмолвно кладёт его в карман.              С некоторым усилием открыв дверь, рабочие напрявляются дальше. Дышать становилось совсем не выносимо. Жара нагревала корпус, а вездесущий красный цвет прожигал дисплей, превращая всё изображение в кашу. Однако это было не всё. Что-то было не так. Что-то ещё было не так. Тэда мучило странное ощущение. Не столь физическое, сколько психологическое. Он чувствовал себя… странно. Это нельзя было описать. Будто бы что-то надавливало на его процессор, метафорически проникая прямо в мозг. Да ещё и этот нарастающий белый шум…              Опомнившись, Тэд внезапно останавливается на месте, как вкопанный. По телу прошёлся сильнейший холод, который не смог перебить вездесущий жар. Обернувшись назад, Тэд видит и слышит, как оставленная металлическая дверь открывается. Не прошло и секунды, как из неё под покровом кроваво-красного света выходит фигура дрона-рабочего. Стоило только взглянуть ему прямо в пустой дисплей, как всё тело пробило нереальным зарядом адреналина. Это был ОН.              — ЛИЗА! БЕГИ! — заорал рабочий, быстро развернувшись назад. Он рванул вперёд, словно за его спиной расходилась взрывная волна. Так и было.              Не оглядываясь назад, Тэд бежал, как только мог. Ранее, будто налитые свинцом ноги теперь казались ему идеально работоспособными и лёгкими как пушинка. Мелькающие впереди огни и трубы слились в один большой красный ком, заслонивший его взгляд кровавой пеленой. Позади он слышал не только цоканье девичьей обуви, его горячее дыхание, колышущуюся под одеждой грудь и бряцанье металлических украшений на её юбке. Нет. Сзади, словно огромная паровая машина, грохотал разрывающий слуховые сенсоры лязг и глухие, проминающие тонкий решётчатый пол шаги.              Угнетатель мчался за ними так же неумолимо, как сама смерть. Он и был ею. Воплощением неминуемой, всесильной погибели, облачённой в форму дрона-рабочего. Его кинжал не просто скрёбся по ржавому металлу и плесневелому бетону, а буквально разрывал его. Разрывал и уничтожал всё на своём пути. И прямо сейчас, вгрызшись в трубы, он оставлял за собой бушующий поток бурлящей жидкости, смертоносного пара и ядовитого газа.              Вновь ударившись уже отбитым плечом в стенку коридора, Тэд в последний раз поворачивает налево. Прямо напротив него, вдалеке виднеется спасительный выход. Толстые металлические двери, выводящие его, наконец, из этого ада. Последний всплеск адреналина болезненно отразился на изнеможённом рабочем. Голова раскалывалась и кружилась. Конечности тряслись, лишь каким-то чудом не обрекая его на падение и смерть. Масляной насос рвался из груди, стуча на грани разрыва механизма. Это был конец. Финал. Это был долгожданный отдых. Это было избавление. Это была частично приоткрытая механическая дверь, еле-еле позволяющая сквозь себя пролезть.              Буквально втаранившись в неё, рабочий не теряет сознание от невероятной боли и переизбытка адреналина лишь чудом. Оказавшись с другой стороны, Тэд не тратя ни секунды, на осмотр нового помещения, сразу же оборачивается назад. Огромный механизм приходит в себя, начав медленно закрываться. Будто бы нарочно желая погубить оставшуюся с той стороны девушку.              Лиза, всё это время бегущая прямо за Тэдом слегка отстала, не угнавшись за его животным страхом и сильнейшим желанием жить. И теперь светловолосый мог наглядно пронаблюдать за тем, как в кроваво-красном свете аварийных ламп на пол с огромной скоростью падает невинное женское тело. По инерции Лиза проскреблась по полу ещё около метра, перед тем, как тут же вскочить. Вот только удар был серьёзным, заставившим измученные конечности подкоситься. И всё же, переборов страшную боль, девушка вновь поднимается, начиная как можно быстрее ковылять в сторону своего защитника. Её дисплей покрылся множеством трещин, а и до того запачканная рубашка и юбка окончательно измазались в застывших на полу комках грязи.              В это время Тэд изо всех сил старался удержать двери открытыми. Но неумолимый, жестокий, холодный механический напор поршней был сильнее любой решимости, желанию и слабым, истёртым до масла рукам. Вгрызаться в сталь было невыносимо больно. Это было почти сравнимо с агонией. Но Тэд делал это. Делал и будет делать до тех пор, пока Лиза не будет в безопасности. Пока они, наконец, не выберутся из этого кошмара. И он пытался. Прилагал все возможные услилия. Окрашивал края механических дверей чёрными разводами. Но он не мог. Он был слаб. Он вечно бежал от всех своих проблем. Даже теперь он бросился вперёд, не оглядываясь. Бросил, оставил Лизу позади, лишь бы спастись самому. А если бы он чуть подождал и пропустил её вперёд? Стали бы тогда закрываться дверь? Он уже никогда этого не узнает. Ведь нельзя изменить прошлое…              Добравшись до дверей с другой стороны, Лиза также прилагала все усилия, чтобы выбраться. Её нежные руки были столь же бесполезны в попытке остановить механизм. Девушка пыталась протиснуться боком, но так же безуспешно. Они оба понимали, что это конец. Но Тэд так и продолжал судорожно бить по панели двери, пытаясь открыть её. А Лиза, несмотря ни на что, протискивала себя сквозь раздавливающую её сталь, начиная разрывать одежду и кожу. Однако, что бы они не делали, силуэт, молчаливо стоящий позади, был уже слишком близко.              – … — Лиза не успела сказать что-либо, как сквозь её нежный живот протиснулось смертоносная чёрная сталь. Грязная, но всё ещё белая ткань тут же тяжелела, начиная пропитываться сладкой чёрной кровью. Не в силах больше смотреть на это, Тэд в последний раз глядит в уже окончательно потускневшее лицо девушки. На дисплее застыло выражение ужаса, агонии и бесконечной печали. В последний миг Лиза смотрела на него с невыносимым отчаяньем, будто бы это именно он был виновен в её смерти.              – … — Резкий рывок и уже безвольная болванка, наконец, отлипает от механизма, позволяя крупным механизмам захлопнуться. Глядя на застывший перед ним шов, рабочий ничего не чувствовал. Адреналин закончился, из-за чего сил делать что-либо не было. Ему не хватало энергии не то что прокричать или заплакать. Он просто не мог думать. Мыслей в процессоре больше не было. Лишь бесконечная пустота.              Уперевшись головой в ворота, последнее, что делает дрон перед тем, как упасть на землю, был разворот. Медленно скатившись вниз, рабочий тупо глядел вперёд на множество полок с самым разнообразным хламом. Перед глазами застыла картина ужасающей гибели и мучительной гримасы. Он не мог выкинуть её из памяти, как не мог совершить какое-либо осмысленное действие. Поэтому, когда на одной из полок внезапно зашипел диктофон, рабочий никак на это не отреагировал, имея возможность лишь безвольно слушать сдавливающий ему шею текст.              «Почему… ПОЧЕМУ! Почему я опять увидела тебя в компании этой светловолосой шлюхи! Почему! Почему ты так поступаешь со мной?! За что ты меня так ненавидишь?!       ***       Я! Это МОЯ вина?! Значит, это Я всё придумала?! Значит, это Я всё сделала?! Ну конечно…       ***       Как ты можешь такое говорить… Я же… Я же сделала всё это ради тебя… Ради нас! Почему… Я знаю, что тебе больно. Но разве мне лучше? Думаешь, если на публике я стала выглядеть всё более уверенно и собираю на себе всё больше внимания, я каждую секунду не могу перестать думать о той ночи?       ***       Тогда останься со мной… Прошу, не уходи. Я не хочу видеть и слышать у других о твоих выходках. Ты знаешь, как мне было больно и страшно за тебя, когда я услышала новости из спортивного сектора пару дней назад?       ***       Тэд, я… я хочу быть рядом с тобой. Мы… мы должны быть вместе. Только мы можем понять и успокоить друг друга…       ***       Да? Значит, «хочешь забыться». Ну да. Как же я сразу не догадалась. Значит, теперь я бельмо на глазу, не так ли? Теперь я ходячая проблема, да?! Вот как… Ну тогда иди к своей долбанной шлюхе! УБИРАЙСЯ! ПРОЧЬ ИЗ МОЕЙ КОМНАТЫ! НАДЕЮСЬ, ТЫ В ПОЛНОЙ МЕРЕ НАСЛАДИШЬСЯ ТЕМ, КАК ОТТРАХАЕШЬ ЕЁ ДО СМЕРТИ, КАК ТУ УРОДЛИВУЮ БЛЯДИНУ! ***       Я СКАЗАЛА ВОН ИЗ МОЕГО ДОМА! ТЫ ХОТЕЛ, ЧТОБЫ Я НЕ НАПОМИНАЛА ТЕБЕ ОБО ВСЁ ЭТОМ?! ХОРОШО! МОЖЕШЬ БОЛЬШЕ ВООБЩЕ НИКОГДА КО МНЕ НЕ ПОДХОДИТЬ! Я… Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!       ***       <тихий плач>»