Однажды в Мунго

В психиатрическом крыле Мунго стояла зловещая тишина. Мнение о том, что нет ничего страшнее Азкабана с его дементорами - ошибочно. Находится в окружении преступников, злодеев волшебного мира было пощадой, по сравнению с тем, чтобы лицезреть каждый день тех, чьи мысли и поступки совершенно не совладали с реальностью, адекватностью и хоть малейшим сожалением. Психоз, шизофрения и прочие психические расстройства, смешные с жаждой власти и способностью использовать все непростительные заклинания разом - это ли не ад для тех, кто встал у них на пути? *** — Доктор Грейнджер, вы сегодня рано. Соскучились по мне? — протяжным ехидным тоном произнес Малфой. — Мне нужно осмотреть тебя до введения в рацион новых лекарств. — сухо ответила Гермиона, сглотнув при этом вязкую слюну. Девушка подошла к пациенту и направила на его серые, как мороз в плохую погоду, глаза свою палочку. — Люмус. Слабый огонек помогал рассмотреть ей его зрачки. По коже пробежали легкие мурашки от осознания того, что из всех пациентов, Драко Малфой единственный вызывал в ее душе одновременно и ужас, и желание быть ближе, изучать его, понять,… исцелить. Но возможно ли исцелить того, кто этого никогда не хотел? Чье сердце состоит изо льда, а мысли настолько кровожадны, что сам Темный Лорд преклонил бы перед ним свое колено. — Ты боишься меня, сладкая? — Драко резко моргнул и заулыбался, от чего Грейнджер отшатнулась. — Вовсе нет. Я попрошу вас сидеть смирно, вы мешаете моей работе. — девушка прочистила горло, ведь ее голос становился все тише, а сердце стучало все громче. — Неееет, ты не боишься меня. Ты хочешь меня. Я вижу это… Я чувствую твой запах. Я слышу, как твоя кровь сильнее бежит по венам, когда ты заходишь в мою палату. Ты боишься дышать, когда приближаешься ко мне. Ты не смотришь на меня без весомой надобности. Ты напитываешься мной за это короткое время, проводя осмотр по утрам, а потом, ложась ночью в свою холодную постель, ты думаешь обо мне, думаешь о том, чтобы я сделал с тобой этими, связанными рубашкой, руками, где бы я ласкал тебя, при этом подключив все свое безумие… Так ведь, доктор Грейнджер?… Его хриплый монотонный голос заполнил все пространство, вместе с тем овладевая разумом Гермионы. В глазах помутнело, воздух покидал легкие, пульс участился, а низ живота предательски горел. Сделав несколько шагов назад, девушка отвернулась лицом к стене и всеми силами пыталась привести мысли и чувства в порядок. После резко подошла к столу и склонилась над ним своей грудью. — Что бы хотел сделать со мной, Малфой? — теперь ее голос, как никогда, был твердым и решительным. — О, доктор Грейнджер, я бы приковал вас к кровати, как вы приковываете меня. Я раздел бы вас до белья, после медленно водил по тонкой коже холодным лезвием кинжала, чтобы вы содрогались от предчувствия боли, при этом не получая ее. Разрезав на вас остатки кружевной одежды, я покрывал бы ваше тело мягкими поцелуями, но мои руки сжимали бы вашу кожу до кровавых пятен, оставляя на ней следы своего присутствия. Но я бы не трахнул вас, неееет, это слишком просто. Я хочу, чтобы вы молили меня об этом, чтобы бы стонали и плакали от удовольствия, не получая меня до конца. — Драко склонился к ее лицу, переводя свой взгляд от карих глаз до розовых мокрых губ. Мертвая больничная тишина спорила с тяжелым дыханием Гермионы. — Что тебе нужно для побега, Малфой? Ты думал об этом? — с еще большей серьезностью произнесла девушка. — Чего только не сделаешь во имя страсти, да, сладкая? — игриво засмеялся парень, щелкнув перед ее лицом зубами. — Сейчас расскажу….