Часть 4 Возвращение двух кланов.

Прошло три года. Тот трагический день, когда Минато лишился части своей силы и души, а Кушина утратила всё, что связывало её с древним кланом Узумаки, оставил глубокий след в их судьбе. С тех пор прошло три года, и врачи, денно и нощно следившие за состоянием Минато и Кушины, смогли вернуть их к жизни. Однако, прежние силы шиноби, которыми они обладали до рождения своих детей, были утрачены безвозвратно. После выписки из больницы, Джирайя рассказал им о том, что произошло в Конохе за это время и вернул Минато кунай, который тот когда-то подарил Какаши. Этот жест удивил Минато, но кунай, принадлежащий ему, он принял. Более того, новость о том, что жители деревни разрушили его изображение, потрясла его ещё больше. Но самым неожиданным стало то, что новый Хокаге по имени Амариша принял Наруто в свою семью и заботится о нём, как о собственном сыне. Это заставило Минато и Кушину задуматься о своих поступках и их последствиях. Переходим в Коноху. В течение трёх лет Наруто не выказывал капризов и удивлял Мито, которая постоянно была рядом со своим сыном и тщательно следила за каждым его движением. Мито не расставалась с фотоаппаратом, стремясь запечатлеть каждое важное мгновение роста их малыша. В полгода Наруто, хотя и испытывал трудности с обучением ходьбе, уверенно стоял на своих ногах. Но как только мальчику исполнился год, он сумел сделать свои первые шаги, и радость родителей была безмерной. Шинигами, Аматерасу и Цукиёми, наблюдая за стремительным прогрессом Наруто, решили одарить его даром быстрого развития, не позволяя своему будущему избраннику быть жалким и слабым. — Шинигами-сама, мы благодарны вам за столь бесценный подарок для нашего сына. Я уверена, что он станет сильным, чтобы выполнить своё предназначение… Внезапно открылся портал, из которого вышли три женщины. Хаширама, находившийся в резиденции, спешно вернулся домой, оставив своего древесного клона продолжать работу. По прибытии домой он увидел три Богини, одна из которых обнимала Наруто со спины. Хаширама, увидев их, поклонился в знак уважения, и получил кивок в ответ. Он хотел спросить о причине их визита, но Шинигами сама ответила на его немой вопрос. — Итак, время пришло. Раз Наруто начал развиваться, пришло время вернуть тех, кто в будущем станет его наставниками. По твоей просьбе, Хаширама, я верну к жизни твоего брата Тобераму, который пал на поле боя во Второй мировой войне. Я также верну к жизни твоего друга Мадару, чтобы он мог обучить Наруто, когда тот подрастёт. — Простите, Шинигами-сама, но один из кланов Конохи покинул деревню, и территория теперь пуста… — Да, я заметила. Поэтому… я верну ту часть клана Узумаки и Сенджу, которую мне удалось спасти во время нападения на Узушио. — Благодарю вас, Шинигами-сама. На заднем дворе Шинигами открыла портал, и из него вышли множество представителей клана Узумаки и Сенджу, спасённых во время нападения на Узушио. Представители обоих кланов, увидев Хашираму и Мито, радостно приветствовали их. Вопросов с размещением не возникло — их немедленно направили в квартал, где когда-то находился район клана Хьюга. Среди спасённых были и родители Кушины и Нагато, которые стремились увидеть своих детей. Вижуще растерянность Роя и Сары, Мито решила задать вопрос. — Рой, Сара, вас что-то беспокоит? — Да, я не ощущаю чакру Кушины. — Кушина здесь больше не живёт, так как она предала деревню. — Не верю… Она не могла предать деревню, которая её вырастила… — Будет лучше, если я всё объясню позже. Сначала я завершу здесь. Шинигами сложила печать, и из-под земли выросли два гроба. Как только крышки гробов открылись и упали на газон, в них оказались два тела. Один из них был Учиха Мадара, один из основателей деревни Скрытого Листа. Во втором гробу лежал младший брат Первого Хокаге, Тобирама Сенджу. Когда старейшины почувствовали мощную энергетику, исходящую от дома Первого Хокаге, они поспешили туда, чтобы узнать, что произошло. Но прибыв на место, они увидели Мадару и Тобираму. Тот, кто нарушил их покой, был никто иной, как Шинигами. Они также удивились, что предателей из клана Хьюга быстро заменили на тех, кто готов защитить Коноху от нападений других деревень. — Мадара-сама, Тобирама-сама, рады вашему возвращению. — Кохару, Хомура, Данзо и Хирузен, вы постарели. — Да, сенсей. В отличие от вас с Мадарой, время нас не пощадило. — Ладно, я отправлюсь в квартал Учих. Хочу понять, что там произошло. — Мы пойдём с тобой. Мадара посмотрел на две Богини, стоящие рядом с Шинигами, и был поражён. Увидеть Богиню Луны и Богиню Чёрного Пламени было большой честью. Но, быстро восстановив своё спокойствие, он направился к выходу, а Аматерасу и Цукиёми пошли за ним. — Если вы не против, я бы хотел поговорить со своими учениками. Почему меня вызвали из могилы, я выслушаю позже. — Конечно. — Идите, сенсей, мы всё расскажем. — Хорошо, ведите. Четверо учеников Тобирамы провели его под землю, где Шимура основал своё подразделение АНБУ Корня, а Шинигами вернулась в дом, где её уже ждали Хаширама, Мито и родители Кушины и Нагато. Войдя в дом, Шинигами приняла человеческий облик, села на стул, и Наруто, увидев её, поспешил подбежать. Богиня взяла его на руки, усадила себе на колени и обняла, как родного. — Так вот, Рой, Сара, вы хотели узнать, где Кушина… — Верно. Когда мы прибыли сюда, мы не почувствовали её присутствия, как и Нагато. — И что значит предала деревню? — Я всё объясню, только не перебивайте. — Рой и Сара уселись поудобнее и начали внимательно слушать Шинигами. — Три года назад появилось предсказание… — Предсказание? — Да. Оно гласило, что вскоре появится ребёнок, связанный с пятью Богинями, которые помогут ему спасти или уничтожить мир… — Спасти, но от чего или кого? — Когда-то существовал клан Ооцуцуки, враждовавший со своими соседями из клана Кара. В последней битве между этими кланами, Ооцуцуки понимали, что не справятся, и решили отправить своего представителя на землю, чтобы его потомки завершили то, что они не смогли. Годы шли, и ничего не менялось, пока Кушина не стала джинчурики и не вышла замуж. Наблюдая за утомленным Наруто, Шинигами заметила, что его глаза начинают закрываться от усталости. Поэтому она передала заботу о нем Мито и продолжила свое объяснение. Мито, приняв Наруто на руки, отнесла его в комнату, а Рой и Сара, провожая её взглядом, продолжили внимать богине Смерти. — Возможно, вам известно, что Мито была первой джинчурики и носительницей Курамы, что делает её для нас сродственной душой. Когда жизнь Мито подошла к концу, эту важную миссию приняла Кушина, когда ей было лишь около десяти лет. — Всё это ясно, но почему вы назвали Кушину предателем? И кто этот мальчик? И где Нагато? — Постепенно разберёмся. Начнём с того, что Нагато в данный момент находится в Амигакуре и возглавляет одну из организаций, но об этом позже. Теперь о Кушине. На данный момент она живет в столице Страны Огня со своей семьёй, и я не назвала её предателем без причины. — Значит, есть причина для этого? — Безусловно. Кушина связала свою судьбу с человеком, который не имеет никакого отношения к клану Узумаки. — Кто он? — спросил Рой. — Её супруг — Минато Намекадзе из клана Намекадзе, который сейчас живёт в столице. — Не могу поверить, что она связалась с этим кланом, который всегда стремился заполучить наши гены. — Это не самое главное. Когда Кушина родила близнецов, появился неизвестный в маске, убив акушерку и захватив детей в заложники. Однако, Намекадзе сумел вырвать детей и перенести их в безопасное место. Вернувшись, он обнаружил, что незнакомец извлёк из Кушины Кураму. В ходе сражения Намекадзе заставил его отступить, но после родов женщина ослабевает, и запечатать вновь Кураму в ней было уже невозможно… — То есть, Кушина могла погибнуть? — верно подметил Рой. — Да. Единственным выходом для Намекадзе было разделить Кураму и запечатать её в обоих детях. Для этого он обратился ко мне за помощью. Когда я призвала меня, чтобы разделить Кураму и запечатать её в детях, я осмотрела младенцев и обнаружила, что один из них является ребёнком пророчества. Я поступила следующим образом: в ребёнка из пророчества я запечатала и душу, и тело Курамы, а во второго только её чакру. Кушина и её муж посчитали, что тот, в кого я запечатала чакру, и есть ребёнок пророчества, но это не так. — Неужели этот мальчик, которого Мито увела спать, и есть ребёнок пророчества? — Верно. Но Кушина и Намекадзе не подумали, что, оставив своего сына, они нарушили закон, в особенности сама Кушина. — Как зовут мальчика? — Его зовут Наруто Узумаки-Сенджу. После того, как я узнала, что сотворила Кушина, я воскресила Мито и Хашираму, предоставив мальчику ту семью, которую он заслуживает. — Так, получается, что мы уже не можем быть его бабушкой и дедушкой, раз Наруто теперь сын Мито? — Почему же? Несмотря на поступок Кушины, который она совершила сознательно, это вас не касается. Уверена, если вы проведёте с ним время, то полюбите Наруто, как полюбили его мы с Хаширой. — Что думает Рой? — осведомилась Сара. — Раз Кушина нарушила закон, её следует лишить всего, что связывает её с нашим кланом. — Не переживайте об этом. Три мудреца из клана Узумаки уже позаботились об этом. — Тогда осталось найти Нагато и попросить его прибыть в Коноху. — Думаю, Орочимару согласится помочь. — Я очень надеюсь на это, — сказала Сара с чувством надежды. В квартале Учих, идя в сторону своего клана, Мадара с каждым шагом ощущал, как изменилась деревня после его ухода и последующего сражения с Хаширомой в долине конца. Городская суета поглотила его внимание: повсюду движутся люди, каждый поглощён своим делом. Он встречал своих соклановцев, которые, узнав его, остановились, склоняясь в почтительном приветствии основателю деревни. По прибытии к кварталу Учих Мадаре встретились два охранника, которые, узнав основателя, без колебаний пропустили его на территорию клана. Мадара, направляясь к дому главы клана, непременно находил путь, руководствуясь своим опытом и интуицией, и знал, кто в клане стоит на вершине. В это время беседа между Главой клана и его сыном Итачи подошла к концу. Итачи, выходя из кабинета, внезапно почувствовал мощное давление чакры. Встревоженный, он обернулся и увидел перед собой самого основателя деревни, сопровождаемого двумя божественными сущностями, Аматерасу и Цукиёми. — Ты глава клана? — спросил Мадара, его голос был полон власти и уверенности. — Я не глава, Мадара-сама, но... — Итачи открыл дверь кабинета и сообщил отцу, — Отец, к тебе пришли гости. Постепенно распахнув дверь, Итачи представил Мадару с божественными спутницами. Фугаку, увидев пришедших, вскочил и поклонился. — Приветствую вас, Мадара-сама, Аматерасу-сама, Цукиёми-сама. Я Фугаку Учиха, нынешний глава клана. — Как идут дела в клане? — осведомился Мадара. — В клане Учиха всё идёт своим чередом, проблем не наблюдается. Мы также передали несколько заявок в полицию Конохи от шиноби, желающих служить в правоохранительных органах... — Принять заявки. Думаю, что лишние навыки в полиции не помешают, — сказал Мадара. — А что насчёт вас, дамы? — У нас есть новость, что наша сестра Шинигами вернула два клана, Узумаки и Сенджу. Теперь они будут обитать на территории, где ранее находился клан Хьюга… — Вы сказали Хьюга? — удивлённо повторил Мадара. — Верно. Однако этот клан предал деревню и отправился искать новую жизнь. Мы предполагаем, что они захотят присоединиться к клану Кара, который был соперником клана Ооцуцуки. — Белоглазые. Неудивительно, что мне не понравился этот клан, когда Хаши его принимал в деревню, — заметил Мадара. — Мадара-сама, могу ли я попросить вас начать тренировать моего младшего сына? — осведомился Фугаку. — Это тот парень, которого я только что встретил? — уточнил Мадара. — Нет, нет. Тот парень — мой старший сын, Итачи. Я говорю о младшем, — пояснил Фугаку. — Сколько ему лет? — На данный момент, три года, как и сыну Хаширомы-самы, — ответил Фугаку. — Хорошо. Я возьмусь за тренировку этих двоих. Думаю, Мито и Хаши не будут против, — сказал Мадара. — Это большая честь. Тем временем, в подземном убежище, Тобераму привели в логово АНБУ Корня. Это место, хоть и удивило его, но не вызвало вопросов. В просторном кабинете Тоберама заметил уют и порядок. Сотрудники АНБУ Корня, увидев его, молчали и уступали дорогу. В кабинете Шимура нарушил тишину: — Мы находимся под землёй Конохи, на базе АНБУ Корня… — АНБУ Корня? — переспросил Тоберама. — Да. После назначения Хирузена третьим Хокаге я решил, что деревне не помешает дополнительная защита. — Значит, ты выбрал защищать деревню из тени. Это разумно. Но я не вечно буду жить, и поэтому хотел бы попросить тебя взять управление Корня на себя. — У тебя нет приемника? — удивился Тоберама. — Изначально я планировал назначить Орочимару, но из-за предательства Цунаде и Джирайи, Орочимару стал главным врачом в Конохе, — объяснил Шимура. — Это моя вина. Если бы я должным образом следил за своими учениками, возможно, этого бы не произошло. — Ты сказал, что Цунаде и Джирайя предали деревню. Почему? — уточнил Тоберама. — Джирайя получил предсказание от старейшины жаб о сыне твоего брата и его жены. Когда он вернулся, рассказал это предсказание своему ученику, Минато Намекадзе, который был четвёртым Хокаге, и его жене Кушине Узумаки, которая была джинчурики Кьюби. Я и Данзо с отрядами стояли на страже, чтобы посторонние не проникли во время родов. И всё же нашёлся тот, кто сумел проникнуть через барьер и захватить детей в заложники, убив жену Хирузена. — Всё закончилось тем, что дети Минато и Кушины стали джинчурики, так как Шинигами-сама разделил Кьюби на две части. Когда Кьюби был вновь запечатан, Минато и Кушина решили, что тот, в кого была запечатана чакра Кьюби, и есть дитя пророчества. Однако Шинигами-сама опроверг это. В результате они оставили своего второго сына, и Шинигами-сама пришлось вернуть к жизни твоего брата и его жену. — Что ж, действия этой пары разочаровали меня. А что вы можете сказать, Кохару, Хомура? — Мы помогали мирному населению во время нападения, — ответили Кохару и Хомура. — И в результате, большинство жителей были спасены. — Это очень хорошо. Благодаря вам деревня сумела выстоять, — сказал Тоберама. — Благодарю вас, сенсей. На следующий день Тобирама занял пост главы Корня, что позволило Шимуре уйти на пенсию, как и его давнему другу Хирузену. В строю остались лишь Кохару и Хомура, однако они так и не нашли себе достойных преемников. Ближе к полудню, Хаширама вызвал к себе единственного оставшегося Санина Конохи. Орочимару, облачённый в свою привычную таинственность, прибыл немедля, постучав в дверь и получив разрешение войти. — Вы желали видеть меня? — произнёс он, стоя перед Хокаге с вечной тенью загадки на лице. — Орочимару, у меня для тебя задание, — сказал Хаширама, его голос был исполнен той тихой силы, что присуща лишь правителям. — Я вас слушаю, — склонив голову, ответил Санин, его глаза блеснули, предвкушая что-то необычное. — Отправляйся в Скрытый Дождь и найди Нагато Узумаки. Попробуй убедить его переехать в Коноху, а если не удастся, то расскажи ему о событиях трёхлетней давности, — Хаширама говорил твёрдо, но в его словах сквозила некоторая неуверенность. Было ясно, что он возлагал на Орочимару надежды, понимая всю сложность этой миссии. — Я вас понял, Хокаге-сама. Отправлюсь в ближайшие дни, — с легким поклоном ответил Орочимару, выказывая привычную сдержанность. Тем временем, в доме главы деревни, царила тишина и покой. Мито, жена первого Хокаге, познакомила молодого Наруто с его опекунами. Мальчик был рад их видеть, хотя его юное лицо ещё не выражало всех тех сложных чувств, которые тлели в его душе. До того как Наруто поступил в академию, Мито настояла на его обучении каллиграфии, и хотя это занятие не давалось ему сразу, терпение и наставления помогли ему понять, как правильно удерживать кисть, как наносить чёткие, уверенные линии. Мито объясняла ему каждую ошибку с заботой и любовью, словно мать, показывая, что совершенство не приходит сразу. Не обошлось и без Теневого Клонирования. Мито уговорила Тобираму поделиться этой техникой с Наруто, что в конечном итоге позволило мальчику значительно улучшить свои навыки в каллиграфии. Каждое движение кисти, каждая линия, начертанная с помощью клонированных тел, стали более плавными, изящными, словно сама душа ребёнка находила выражение в этих древних символах.