Я всегда хотела, чтобы ты была моей мамой

Клэр просто обожает детей. Поэтому, когда женщине предложили устроиться нянькой для сирот, под крылом компании "Playtime co.", Клэр была более чем уверена, что постарается сделать всё возможное для счастья детей. И уже с первого дня, к ней представили маленькую девочку Мэри Пейн, которая любила петь и рисовать. Днями напролёт, они рисовали деревья, небо и солнце. Иногда они разговаривали обо всём на свете. Но с каждым днем Клэр стала видеть всё больше тревожных звоночков, говорящих, что с детьми что-то не так. Например, Клэр начала постепенно понимать, почему в компании нет окон. Детям просто нельзя было наружу. У бедняжки Мэри, как и у некоторых других детей, были панические атаки и жутчайщие кошмары. Клэр каждый раз не может отделаться от воспоминаний, как дрожащая, до смерти напуганная Мэри, вцепившись женщине в рукав, с совершенно дикими глазами таращилась в темноту, рассказывая о жутком существе. А потом Мэри забрали. Клэр было сложно рассказывать о том инциденте, сдерживая слёзы. В любой момент, хотелось кинуться кому-то в ноги и зарыдать на разрыв. Горько и мучительно. Особенно её отчаянию способствовал отказ вернуть ей малютку. Клэр всегда считала, что не смогла помочь малышке. Даже прибывая в новом теле, она не могла забыть об этом. Мисс Приятность приходит в гнев каждый раз, когда вспоминает. Её разрывает ненависть к бывшим коллегам, Прототипу и его верному Кэтнэпу. От лица Мисс Приятность осталось мало чего приятного. Разорваный пластик на лице обнажает окровавленую плоть, а в её глазах ничего, кроме безумия, уже и не увидишь. Мисс Приятность бесконечно зла на судьбу, и она не может ничего с этим поделать. Ей просто хочется вырвать кому-то сердце, чтобы оно уже билось внутри неё. Чтобы оно заполнило пустоту. Особенно, если это будет сердце ребёнка. Мэри появляется спустя много лет совершенно внезапно. Она даже приблизительно не похожа на ту маленькую девочку, но Мисс Приятность сразу поняла — это она. Конечности Мэри теперь намного длинее и розовее. Её тело больше напоминает паука, чем человека. И только глаза — большие и голубые, как прежде. Мисс Приятность, ранее Харпер, не знает как реагировать на такое внезапное возращение. — Здраствуйте, мисс Харпер! — радостно произносит Мэри, и голос её больше похож на голос взрослой женщины, чем маленькой девочки. — Или мне стоит называть вас Мисс Приятность? У Мисс Приятность больше нет слёзных желез в глазах. И это к лучшему, поскольку Мисс Приятность не хочет терять контроль над ситуацией. Не сейчас. Но она так давно не видела свою девочку. — Мэри... — Приятности хочется сказать что-то ещё, но она словно позабыла слова. — Называй меня Мамочкой. У меня не так много времени, до тех пор, пока сюда не явится КэтНэп, — Мэри и сама не ожидала, что её голос будет звучать с такой заботой. Все эти годы, Мэри только помнила о своём желании мести. Особенно, за любимую няню. Спустя все эти годы, Мэри до сих пор не знает, какого там, снаружи. Мисс Приятность знает, что там прекрасно, но теперь она лишена возможности вернуться туда. И это к лучшему, кто знает, к каким разрушениям это приведёт. Мисс Приятность любила детей. Очень. Но сейчас, она отлично понимает, что подпускать к ним её нельзя. И Мисс Приятность чувствует, что внутри Мэри всё ещё та девочка. И что внутри, у неё должно быть сердце. Хрупкое и светлое. Прекрасное и чистое. Просто Приятность не знает всех ужастных поступков, совершённых её милой девочкой. Длинные руки слегка приобнимают её. Касаются плассмасового корпуса, и окутывают его. — Прошло так много времени. Вы и представить не сможете, как я по вам соскучилась, — из-за голоса "Мамочки", у Мисс Приятность есть болезненно-правильное желание вонзится линейкой ей в тело. У неё тоже должна быть кровь. Алая, и такая, которая останется очередным кровяным следом на линейке. Мамочка-Длинные-Ноги пытается понять, что сейчас в голове у бывшей няни. Она рада? Расстроена? Её молчание слишком многозначное, а по изуродовонному лицу сложно понять эмоции. Кажется, где-то внутри у няни что-то бьётся. Явно что-то такое, что нужно взять с собой. Чтобы быть рядом, даже в моменты разлуки. — Боюсь, мне пора. Увидимся как-нибудь, — в словах Мамочки слышиться насмешка. И Мисс Приятность, кажется, понимает почему. Она ведь теперь выглядит жалко. И Мисс Приятность этого не отрицает. — Знаете, а ведь мне всегда хотелось, чтобы вы были моей мамой, — на последок говорит Мамочка, прежде чем уйти, оставляя Мисс Приятность. Уже навсегда.