Глава 7. Визит Наны

      Она пришла в один из вечеров, когда Тошинори уже вновь исчерпал свой ежедневный лимит времени. Герой сидел в своем кресле в агентстве, в его руках была та старая книга, в которой были произведения поэтов и которую он забрал из ее квартиры.       Сейчас, читая ее спустя столько лет, он обратил внимание, что многие стихотворения содержали в себе мысли о чести, доброте, силе духа, отваге и любви. А также о смерти. Они хорошо иллюстрировали путь «Одного за всех» и перекликались с судьбами его хранителей.       - Тоши? – тихий голос прозвучал в комнате.       Тошинори медленно поднял голову, боясь резкостью спугнуть долгожданное видение, столь же тонкое и хрупкое, как первый лед на воде. Нана была там, он видел ее отражение в темнеющем окне и она была не одна. Рядом с ней герой заметил еще одного предшественника, которого ранее ни разу не встречал.       Тошинори повернул кресло, чтобы наконец иметь возможность посмотреть на наставницу напрямую, а не через отражение, так напоминающее иллюзию. Он надеялся, что она не исчезнет как в прошлый раз.       Нана стояла там. Она была почти такой, какой он ее помнил. Только ее улыбка стала немного печальнее. Словно при жизни она была солнцем, а теперь стала луной.       - Мастер, – выдохнул Тошинори, в уголках его глаз появились слезы. – Вы пришли.       Его мышцы расслабились, когда он увидел ее. Даже если ее появление и правда принесет ему смерть, он встретит ее с распростертыми объятьями и с искренней и счастливой улыбкой на своем исхудалом лице.       Женщина сделала шаг к нему и неуверенно замерла, закусив губу и обернувшись на своего спутника. Тот мягко улыбнулся ей.       - Все хорошо, Седьмая, – сказал он. – Ты можешь подойти к нему.       Нана чуть всхлипнула и сделала еще несколько шагов, сокращая дистанцию между собой и учеником. Тошинори наблюдал за ней, позволяя своей наставнице приблизиться. Ее пальцы неуверенно скользнули в его волосах и он почувствовал знакомое тепло. Его рука чуть сжала ее призрачную ладонь.       - Я так рад вас видеть, мастер, – прошептал он. – Я так скучал.       Он склонил голову, прижимаясь лбом к плечу наставницы и закрывая глаза. Нана гладила его по волосам, когда почувствовала на себе руки предшественника. Мужчина мягко увлек ее на шаг назад. Тревога заставила ее напрячься. Тошинори поднял на нее взгляд. В его затуманившихся глазах была тень недоумения.       - Что-то не так? – спросил он.       - Ничего страшного, – ответил мужчина. – Просто будьте осторожны с физическим контактом, если хотите поговорить. Он усыпляет Восьмого, – Нана побледнела и попыталась исчезнуть, но он ее удержал. – В условиях отсутствия угрозы для жизни это не опасно для него. Просто если Восьмой уснет, то вы не сможете разговаривать друг с другом. Только и всего.       Тошинори кивнул, это имело смысл, объясняя его убежденность в том, что появления Наны в его жизни были лишь сном. А также то, что после разговора с Первым, он также уснул, хотя и так проспал до этого почти сутки. И даже сейчас он чувствовал, что его глаза начинают слипаться.       Чуть улыбнувшись, он поднялся со своего кресла и подошел к столику в углу, включая чайник. Пару минут спустя он вернулся обратно, прихлебывая крепкий и сладкий чай. Сонливость начала отступать.       Нана наблюдала за учеником, стоя в хватке своего предшественника. Она увидела, что в его глазах снова появился блеск, дымка сонливости медленно растворилась. Убедившись в том, что она заметила изменения, Хикаге выпустил ее. Она стерла рукой слезы и села рядом с учеником так, чтобы не касаться его.       - Как ты, Тоши? – тихо спросила она.       - Сейчас я просто счастлив, – улыбнулся Тошинори и взглянул на спутника наставницы. – Я так понимаю, что вы либо Третий, либо Четвертый. Остальных я уже видел хотя бы раз.       - Четвертый, – чуть улыбнулся в ответ мужчина. – Меня зовут Хикаге. Приятно познакомиться, Восьмой.       - Мне тоже, – вежливо склонил голову Тошинори.       Нана чуть улыбнулась, сжимая собственные руки, чтобы подавить соблазн сжать ученика в объятьях или попытаться стереть слезы с его запавших щек. Он так сильно изменился.       Нане было больно осознавать, сколь непохож был этот Тошинори на того подростка, которого она некогда одновременно благословила и прокляла силой «Одного за всех». Его лицо осунулось, он исхудал, а на его губах нередко была видна кровь. Но сейчас он улыбался ей и его улыбка наполняла ее пустую грудь теплотой.       - Расскажи о себе, – тихо попросила она. – Я многое пропустила в твоей жизни и мне жаль, что я не видела, как ты достигал своей мечты.       Тошинори улыбнулся наставнице и сделал глоток из кружки, чтобы не подпускать к себе сонливость. Он не позволит ей лишить его такой долгожданной возможности поговорить с Наной и рассказать ей, каким он стал и через что прошел за эти десятилетия.       Он не стал говорить о тренировках, через которые его прогонял Гран Торино и о том, как тяжело ему было собрать себя по кусочкам после ее смерти. Зато Тошинори поведал ей о своей жизни в Америке, о том, что он объехал множество различных стран, и о том, как спустя десять лет вернулся в Японию.       Он говорил о своем дебюте на родине, вспоминая большую техногенную катастрофу в одной из лабораторий, когда он десятками вытаскивал людей из огня. Кратко описал свой путь на вершину рейтинга и добавил о том, что на протяжении уже около пятнадцати лет известен в Японии и за ее пределами, как Символ Мира.       Также Тошинори рассказал Нане о Дейве и Мелиссе, даже показал их фотографии, упомянул и Тсукаучи, с которым работал уже много лет, кратко охарактеризовал Мирая и их партнерство.       Нана слушала рассказ ученика и чувствовала, как в ее груди расцветает гордость. Он смог не сломаться и сумел достичь в своей жизни столь многого. Правда от нее не укрылось, что он ни разу за весь рассказ не упомянул о семье. Ей было больно осознавать то, что Тоши так и не женился и не завел собственных детей, но она могла понять тот страх, который стоял за этим решением.       - Я рада, что тебе все же удалось найти близких для себя людей, – улыбнулась она, рассматривая фотографии, которые Тошинори показал ей.       Герой кивнул. Он тоже был рад этому, но все же чувствовал, что даже они не могут в полной мере заполнить ту дыру, которая осталась в его сердце после потери наставницы. Словно уловив направление его мыслей, Нана обернулась к нему.       - Мне жаль, что ты не рискнул обзавестись семьей, хотя я и понимаю причины, – произнесла она. – Но помни, что «Один за всех» связывает нас всех подобно крови. Наши узы оказались разорваны, но ты все еще можешь сформировать новые.       Тошинори склонил голову.       - Я понимаю. Вы говорите о преемнике, – тихо произнес он.       - Тебе объективно нужен преемник, – заговорил Четвертый. – Даже просто ради физической безопасности. «Один за всех» наполняет тебя, но если он ударит через край, то ты можешь не суметь удержаться на его потоках и не утонуть в них, – его немного суровые черты лица смягчились. – Кроме того, ты на собственном опыте знаешь, сколь сильны могут быть узы между тобой и твоим предшественником. Но можешь поверить, они не менее крепки и с другой стороны.       Тошинори чуть улыбнулся. Он верил Четвертому и еще помнил тихий разговор Наны и Гран Торино, который они вели, когда думали, что он спит, и который был посвящен тому, что Тоши сумел заполнить пустоту, оставшуюся в сердце Наны после того, как разорвались ее узы с семьей.       Он почувствовал, как пальцы наставницы вновь скользнули по его волосам в тщетной попытке заправить выбившуюся прядь за ухо. С улыбкой он сделал это сам и посмотрел на женщину.       - Я пока не уверен, что нашел его, – негромко произнес Тошинори и чуть закусил губу. – Как вы сделали этот выбор когда-то, мастер?       Нана улыбнулась.       - Думаю, я сделала его, когда поняла, что не могу забыть того, кого встретила случайно и кого знала так мало, – мягко сказала она. – Что-то в тебе зацепило меня, мое сердце, мою душу. Я встречала немало людей с тех пор, как стала Седьмой и подписалась найти Восьмого – коллег и злодеев, спасенных и поклонников, детей и взрослых. Но все эти знакомства так и остались поверхностными. Однако мне оказалось достаточно поговорить с тобой несколько минут, посмотреть в твои глаза и я поняла, что не могу выкинуть тебя из своей головы.       Тошинори задумчиво склонил голову, размышляя над словами своей наставницы. Нана тем временем продолжила говорить, мягко улыбаясь.       - Я вовсе не агитирую тебя делать также. Думаю, нет инструкции о том, как найти его и как сделать выбор. Со мной было так, но ты вовсе не обязан следовать по моим стопам.       - Я сам выбрал Дайгоро, когда понял, что в его присутствии моя причуда успокаивалась, – задумчиво поделился своим опытом Четвертый. – И он был очень шумным. Настолько, что заполнял своим присутствием все вокруг, – Хикаге улыбнулся. – За свою жизнь я смирился с тем, что звук – предвестник угрозы, а безопасность возможна только в одиночестве. Но он был словно живым доказательством обратного, почти моей полной противоположностью. И я не смог пройти мимо.       - Получается, что он тоже по-своему зацепил вас, – с улыбкой заметила Нана.       - Получается, что так, – пожал плечами Хикаге.       Тошинори улыбался, слушая своих предшественников. Ему правда было интересно, чем они руководствовались при выборе преемников. И да, у него тоже был некто, кто сумел зацепить какие-то глубинные струны его души.       - Я понимаю, – произнес он наконец. – Думаю, я знаю, каково это.       Нана заметно оживилась и подсела ближе, в ее черных глазах блестело любопытство.       - Неужели? И кто тебя зацепил, Тоши? – спросила она, ее улыбка чуть угасла – И как я могла это упустить?       - Не переживай об этом так сильно, Седьмая, – заметил Четвертый. – С нашей позиции заметить это довольно сложно. Тем более, что твои мысли были заняты другими насущными тревогами.       Женщина не ответила на слова предшественника, глядя на своего ученика. Нане действительно было крайне интересно, кого выберет Тоши, кто станет ее неофициальным внуком. И ей плевать, что она все еще считала сыном человека, который был в два раза ее старше. Тем более, что тот, кажется, вовсе не возражал против своего неизменного статуса.       Тошинори чуть улыбнулся, погружаясь в воспоминания о том дне, который запал в его душу. С того момента прошло уже несколько месяцев, но он по-прежнему помнил все детали случившегося. Помнил место и время, помнил, как называлась та аптека, как звали самого мальчика и его мать. Какая-то его часть все еще ждала звонка.       - Я помню тот день, – заговорил он. – Мне стало плохо при возвращении в агентство и я вынужден был сделать остановку по дороге. Там был мальчик лет 12-13. Он сильно помог мне. Даже привел меня к себе домой, чтобы я мог укрыться от сильной бури, – его губы тронула ностальгическая улыбка. – Он мечтает стать героем. И он беспричудный.       Глаза Наны распахнулись чуть шире. О, она могла понять, почему ее Тоши зацепил этот ребенок. Если Четвертого в свое время привлек некто полностью противоположный ему, то Тошинори судьба свела с его собственным отражением.       - Он не знает, что я Всемогущий, – задумчиво добавил герой. – И даже то, что я связан с ним, он узнал в последние минуты нашего знакомства. Я дал ему свою визитку, но он так и не позвонил, – Тошинори вздохнул, пряча лицо в ладонях.       Нана с мягкой улыбкой посмотрела на опущенную голову ученика. Для того было редкостью в последние десятилетия оказаться в позиции уязвимого и получить чью-то помощь. Не удивительно, что подобный опыт сильно врезался в его память. Ее саму также зацепили слова Тошинори о Символе мира, когда ее собственная душа была истерзана тем хаосом и страхом, которые наполняли все вокруг.       - У него не было причин надевать маску в попытке выглядеть лучше, чем он есть, чтобы произвести на тебя впечатление, – заговорила она негромко. – Именно этим мне всегда нравились случайные встречи. Что они с большей вероятностью раскроют истинную природу незнакомцев. Весьма вероятно, что у этого мальчика действительно душа героя, если он не прошел мимо, когда тебе нужна была помощь, – Нана протянула руку и вплела пальцы в волосы ученика. – Если ты помнишь имя или хотя бы место, то попробуй узнать его чуть лучше. Быть может, ты найдешь в нем то, что ищешь.       Она позволила своему голосу мягко сойти на нет, наблюдая за тем, как мышцы Тоши расслабляются. Да, она помнила слова Четвертого о том, что физический контакт усыпляет Восьмого, но именно к этому она и стремилась в данный момент. Это был тяжелый день, долгий разговор и уже давно была ночь. Ее ученик должен отдохнуть.       Тошинори откинулся на спинку кресла, ощущая руку наставницы в своих волосах и то тепло, которое исходило от нее. Это одновременно успокаивало и утешало. Он улыбнулся сквозь настойчиво затягивающий его в свои объятья сон и его глаза закрылись. Он подумает обо всем, что узнал, завтра.