Мы все поклялись, Что не останемся

В защиту Томми скажу, что он был напряжен после первой недели. И он думал, что неплохо справляется на работе. На этой неделе он не нашел слишком много информации, ну, за исключением того, что SBI - гребаная семья, но в любом случае, ничего особо интересного. Он обнаружил, что Техноблейд оказался на удивление проницательным и сумел обнаружить его травму. Но все было в порядке! Вероятно. Надеюсь. Томми считает, что имел полное право выпустить немного пара. Большинство людей думают, что когда Томми вышел в роли "Кримсона", он пытался провернуть какое-то крупное ограбление, и хотя он часто это делает, это не все, что сделал злодей. Видишь ли, время от времени Томми просто выходил сражаться. Будь то линчеватели, герои или даже другие злодеи. Опасно ли это и рискованно? Безусловно! Но было просто приятно иметь возможность продолжать в том же духе, не прибегая к любезностям и лжи окружающим, и, наконец, иметь возможность использовать свою силу - это всегда большое облегчение. Один из немногих недостатков того, что ты вундеркинд, заключается в том, что если ты не используешь свои способности хотя бы раз в несколько дней, это начнет тебя беспокоить. Большинство людей сравнивают это с зудом, который невозможно почесать. Для Томми это жжет. Как будто вселенная знает, что он не был хорошим человеком, и пытается заставить его столкнуться с последствиями. Хотя, если бы это было так, это было бы довольно контрпродуктивно. Все, что это сделало, это заставило его почувствовать необходимость выступить в роли злодея, чтобы он мог избавиться от ощущения жжения. У Томми была довольно хорошая теория, объясняющая, почему это произошло. Когда он жил на улице, он был вынужден использовать свои силы до предела, защищая себя. Не помогло и то, что в то время его способности были такими слабыми, поскольку он только вырос в них. Поскольку его тело так привыкло к тому, что он так часто использует свои способности в столь юном возрасте, ему стало казаться все более естественным использовать их так часто. Это почти как ломка. Его тело так часто полагалось на то, что он использует свои силы, что останавливаться просто больно, потому что он так привык к этому. В любом случае, после долгих уговоров двух своих соседей по комнате Томми был рад выйти и надрать задницы некоторым героям. Это был не тот случай. Что ж, вместо этого он надрал задницу какому-то линчевателю - Перемотке. Хотя его сила не действовала на Томми, по-видимому, он мог повернуть время вспять, до того, как были созданы гаджеты злодея, что было очень раздражающим и сделало бесполезной половину его припасов на поясе. Инструменты вернулись в течение десяти минут, хотя из-за нехватки припасов он сильно растянул правую руку. Кто знал, что странный посох Перемотки так сильно повредит его руку? Как бы то ни было, Томми просто случайно прогуливался по пустой улице, направляясь домой, когда столкнулся со злодейкой Торн. Это был не первый раз, когда блондин сталкивался с ней. Он встречал её несколько раз, они никогда ничего не имели друг против друга, но, в конце концов, они оба злодеи. Вы не можете доверять друг другу, даже если вы относительно на одной стороне. Томми собирался просто помахать ей рукой, не видя причин вступать с ней в дискуссию, но прежде чем он успел это сделать, она заговорила с ним. — Привет, Кримсон, я пыталась поговорить с тобой. Но это была непростая задача - попытаться дозвониться до тебя. — Томми остановился как вкопанный, чтобы посмотреть на нее. Охуенно. Томми просто очень хотел домой, он устал, и у него ужасно болит рука. — О? Зачем? — Спросил блондин. У Торны не было причин злиться на него… он подумал. Вероятно, причин для беспокойства было немного, хотя он ничего не мог поделать с тем, как упало его сердце, когда она произнесла эту фразу. Злодей, желающий с кем-либо встретиться, обычно не имеет на то веских причин. Торн просто усмехнулась в ответ на его вопрос, и, о боже, это не может означать ничего хорошего. Она наклонилась к Томми и огляделась, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, но поскольку они сейчас в семнадцатом округе, никто в здравом уме не выйдет на улицу, если только не попросит, чтобы его ограбили. — Определенные злодеи планируют встретиться. Мы начали формировать своего рода группу. — Она говорила тихо. — Это перемирие. Мы не причиним вреда друг другу, и мы делимся информацией о том, что мы узнали о героях, мы также делимся нашими планами и идеями по сносу Башни Героев. Как ты, наверное, знаешь, это цель, к которой стремится большинство злодеев. — Она объяснила. — И что ж, после попытки твоего убийства, я уверена, ты чувствуешь то же самое… тебе интересно? — Что за черт? Это... не то, что злодеи обычно делают, если они уже не знают друг друга. — Сказал Таббо по связи. Томми согласился с Таббо. Это могла быть ловушка, но с чего бы это? Он попал во множество хороших книг о злодеях с тех пор, как был так близок к убийству Дрима. Для кого-то вроде Торна не имело никакого смысла иметь какие-либо скрытые мотивы. Хотя никогда нельзя быть слишком осторожным, разговаривая со злодеями, даже если ты сам один из них. — Возможно... — Осторожно ответил Томми. — Но мне нужно больше информации. Торн кивнула. — Да, конечно, — начала она, — Мы все согласились не выдавать друг друга, если будем знать, кто мы такие или тот факт, что у нас есть группа с самого начала, даже если нас схватят герои. Мы встречаемся в определенном месте и в определенное время раз в неделю, если не оговорено иное. Также у каждого из нас есть одноразовый телефон, чтобы мы могли связаться друг с другом. — Проговорила она для Томми. — Тебе не обязательно быть там так часто, как большинству злодеев. Ты можешь приходить только в экстренных случаях или если тебе захочется прийти. Даже если ты редко пользуетесь собственной информацией, чтобы помочь всем остальным в группе, ты можете использовать эту информацию в своих интересах и действовать в соответствии с ней при нападении на героев, что в долгосрочной перспективе принесет пользу всем нам. В присоединении к этой группе нет никаких недостатков. — закончила она. Томми обдумал это. Это звучало как хорошая идея, и блондину не обязательно было дружить с остальными. Он мог просто появиться, поделиться информацией и получить ее. Они все могли бы использовать это, чтобы разрушить Башню Героев или, по крайней мере, помочь. Что его останавливает? У него была бы ценная информация. Они не попытаются нанести ему удар в спину. — Когда следующая встреча? — Спросил Томми. Хотя он не мог этого видеть, он знал, что злодейка ухмыльнулась под своей маской. — В четверг в одиннадцать вечера. Под заброшенным зданием между пятнадцатым и шестнадцатым округами есть лестница. Это на двести восемнадцатой улице. Надеюсь увидимся. — Она ответила, отходя от Томми, прежде чем внезапно остановиться. — О, и Кримсон? — злодейка остановилась, не поворачивая головы. Если ты выдашь наше местоположение кому-либо без нашего разрешения, я без колебаний убью тебя и человека, которому ты сообщила местоположение. — закончила Торн. С этими словами она ушла. ><><><><><>< — Что, черт возьми, мы собираемся делать, ребята?! Томми визжал, расхаживая по комнате. — Все в порядке! Она ни за что не узнает о нас. К тому же, мы полностью на твоей стороне, у нее не было бы мотива убивать нас. — Таббо рассуждал, сидя за своим столом. Честно говоря, блондин знал это. Но он не может не волноваться, что Торн придет за ними. Он вздохнул, плюхаясь на диван рядом с Ранбу. — Ты прав. Я знаю, что ты прав, но что, если... — Томми замолчал. Он мог сказать, что Ранбу изо всех сил пытался скрыть свою панику, хотя это не очень-то получалось, поскольку он смотрел в пространство, нахмурив брови, дико размахивая хвостом. Таббо мягко улыбнулся. — Не волнуйся, босс, я уверен, что мы могли бы справиться с ней, если понадобится. — Он успокоил. — Хорошо, но нам нужно поговорить о том, что мы собираемся сделать, о… все это. — Томми начал. — Я имею в виду, группа злодеев. Даже если злодеи, очевидно, дали друг другу слово, что они не сдадут группу, это ни хрена не значит. — Кто знает? Технически мы злодеи, может быть, нам стоит поверить им на слово. — Ранбу вскочил, пытаясь отвлечься от своих мыслей. В этом и заключается проблема формирования группы с кучей злодеев, если вы не сблизитесь с ними заранее, вы никому не сможете доверять. Они могут ударить тебя ножом в спину и сдать, они могут узнать о твоей личной жизни и использовать это в своих интересах, просто слишком много переменных. Эти группы злодеев никогда не работают, в отличие от героев, которые должны быть ‘хорошими’ и все такое. Томми усмехнулся. — Мы отличаемся от большинства злодеев. Мы делаем это на благо общества. — На безжизненный взгляд Ранбу и Таббо блондин добавил. — И из мести. В основном из мести, но все же на благо общества! В конце концов, ты не можешь доверять ничьему слову. Ни злодеям, ни героям, никому. Все они лгут тебе. Невозмутимый вид Таббо сразу смягчился при словах Томми. — Послушай, у них нет причин лгать. Имеет смысл пойти на встречу, узнать, кто там есть и как мы могли бы использовать это в наших интересах. Ты можешь больше никогда не приходить, если действительно захочешь. — Сказал Таббо. — Да, подумай обо всей информации, которую мы можем получить благодаря этим встречам и твоей работе в Башне Героев. — вмешался Ранбу. — Я имею в виду, что мы на пути к тому, чтобы в ближайшее время снести Башню Героев. Томми обдумал это, прежде чем заговорить. — Вы двое правы. Я должен хотя бы это проверить. Это в четверг, то есть через два дня, да? — Услышав кивки соседей по комнате, он продолжил. — Отлично. Я могу получить представление о том, кому я могу в какой-то степени доверять, и с тех пор я точно буду знать, что у них та же цель, что и у меня. Они несколько минут сидели в уютной тишине, прежде чем Томми вспомнил о своей травме. — Подождите, черт возьми, ребята, вы знаете, как лечить растяжение? Например, могу ли я что-нибудь сделать со своей рукой так, чтобы они не заметили? — Он в отчаянии попросил. Они оба покачали головами. — Нет, если только один из вас двоих не знает целителя. Ты определенно не сможешь достаточно хорошо обработать свою руку за ночь. — Ответил Ранбу. Томми вздохнул, прежде чем уставиться в потолок. В первый день работы Томми им рассказали о том, насколько причудливо восприимчиво Техно, и они сразу запаниковали. Хотя они были рады, что травму вылечили, это был не лучший сценарий. Блондин не сомневался, что с его вывихнутой рукой произойдет то же самое. Томми также рассказал им о привязанности SBI друг к другу, и они были шокированы. Кто знал, что герои, похожие на злодеев, окажутся такой дружной семьей? Они были в восторге от того, что были так привязаны друг к другу. Было бы намного легче причинить им боль, поскольку у них была такая совместная история. Нет ничего больнее, чем наблюдать, как твою семью берут в заложники, или умирают, или даже получают увечья в каком-нибудь поместье. Томми знает об этом. Это было бы иронично, не так ли? Человек, стремящийся отомстить за свою семью, добивается этого, убивая собственного героя. Хотя это было бы только началом мести, он хотел убедиться, что Башня Героев рухнет у всех на глазах, и он хотел убить людей, о которых герои так заботились, просто чтобы они могли почувствовать крупицу того, что Томми пришлось испытать из-за них. Герои утверждают, что они всегда спасают тех, кто взывает о помощи. Но Томми кричал, и плакал, и кричал, пока его голос не стал грубым и надломленным. И все же никто так и не спас его или его семью. Томми никогда не был злодеем, он был жертвой. Все, что он делает, - это действует в соответствии с этим, вместо того, чтобы хандрить. — Уже поздно, я иду спать. — Он услышал, как Таббо сказал. Ранбу последовал за ним, пробормотав — То же самое. — И они оба вышли из комнаты, пожелав Томми спокойной ночи. Злодей приготовился ко сну, постелив подушки и потрепанное одеяло так удобно, как только мог, но он был слишком погружен в свои мысли. Иногда Томми пугал самого себя. Бывают моменты, когда он подвергает сомнению все, что делает. Он смотрит в зеркало и удивляется, когда он превратился в такого ужасного человека. В другие моменты его так переполняет ярость из-за того, что люди, называвшие себя героями, сделали с его семьей, что он в нескольких дюймах от того, чтобы отправиться в Башню Героев и импульсивно убить всех, кто имел к этому какое-либо отношение. Это самые красивые и страшные вещи в зеркалах. Они так жестоко честны с тобой; они скажут тебе правду, независимо от того, насколько сильно это ранит тебя. Неважно, насколько тебе страшно видеть человека, который отражает ответ. Томми хотел, чтобы люди больше походили на зеркала. Это ложь, как бы правдиво Томми ни хотелось, чтобы люди были такими, он знал, что не сможет с этим справиться. Вот почему он так часто старается смотреться в зеркало. Томми думал, что всегда знал, что в глубине души он плохой человек. Да, он делает это из мести и чтобы исправить систему. Но Томми знал, что он никогда не почувствует себя лучше от простой мести. Это слишком просто. Злодею просто нужен был предлог, чтобы выпустить весь гнев, который накопился у него внутри. Возможно, Томми просто хотел быть больше самого себя. Ему нужно было стать чем-то большим, потому что он отказался, чтобы его жалели и называли просто какой-то бедной жертвой. Так что да, в конце концов, Томми знал, что он плохой человек. Как бы он это ни оправдывал, хорошим человеком он никогда не станет. Его не называли ‘злодеем’ без причины. Но если ты собираешься быть плохим, ты должен быть плохим с определенной целью. В противном случае это пустая трата времени. Это именно то, что делает Томми, - быть плохим с определенной целью. Потому что, по крайней мере, он не одна из тех несчастных душ, которые бесцельно блуждают.