Глава 3.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

      Было темно и очень холодно. Кимберли проследовала за Майлзом через ворота к его дому. Особняк находился на значительном расстоянии, и девушке пришлось серьёзно постараться, чтобы добраться до него. При такой погоде она не успела оценить его внешнее убранство, но вот масштабы впечатляли. Кроме того, много всего нехорошего говорят об этом месте, особенно после гибели родителей Майлза. Они погибли у ворот, попав в аварию. С тех пор маленькая наследница Флора не покидает территории и учится исключительно дома, да и общается лишь с братом и гувернанткой.       Кимберли вошла за Майлзом в большие двери и застыла от окружившей её роскоши. Вся грязная и мокрая она не хотела и шага ступать, чтобы не запачкать здесь ничего.       Появившаяся пожилая женщина со строгим взглядом и причёской из эпохи джаза, забрала у Майлза зонт и пальто, и только потом удостоила вниманием Ким. — Майлз. Она с тобой? — А? Да-а. Моя староста, ей нужна свободная комната на моём этаже и сухая одежда. Подбери что-нибудь. — Она надолго у нас? — На столько, сколько я захочу. — Как твоё имя? — Я Кимберли Мейсон. — Девушка заметила, как в глазах у женщины промелькнуло осознание. — Я миссис Гроуз. Сними свою обувь здесь и следуй за мной. — Но я… — Я всё уберу. Пошли. — Где моя сестра? — Она уже спит. Лучше не тревожить её. — Я сам разберусь, — холодно произнёс Майлз.       Кимберли проводила парня взглядом, и последовала указаниям гувернантки.       В здании стояла какая-то мрачная обволакивающая тишина, в которой даже шаркающие шаги были колокольным звоном. Ким не могла оторвать глаз от изящной мебели, старинной архитектуры, скульптур и великолепных картин. Всё выглядело так дорого, что её трехэтажный дом казался посредственным по сравнению с этим особняком. Никто и никогда раньше из её окружения не был здесь, она первая. Правда, поделиться этим теперь было не с кем.       После того, как миссис Гроуз самолично набрала для девушки ванну, она прикрыла дверь и обещала оставить одежду на постели. Комната, в которую её поселили, выглядела шикарно, словно в каком-то замке. Хотя, может, так казалось только Ким.       Она ведь все ещё пребывала в глубоко тревожном и разбитом состоянии. Жизнь сломалась, как-никак. Кимберли сбросила грязную школьную форму и опустилась в горячую мыльную воду с запахом каких-то трав. У неё пробежали мурашки от резкой смены температуры. Ким обхватила колени и прижалась к ним, прикрывая глаза. Её пробило на слёзы, и она в очередной раз зарыдала, как ни в себя. Сегодняшний день ужасающими картинками пролетал перед глазами.

Хотелось всё забыть. Нет. Хотелось всем отомстить.

      Через пятнадцать минут эта последняя фраза эхом отдалась в голове. Ким распахнула красные опухшие глаза, упираясь взглядом в стену. Вся печаль сошла на нет, а боль притупилась при мысли о мести. Жестокой. Хладнокровной. Заслуженной.       Так глубоко она была ранена, что рана начинала покрываться чёрствой коркой, не давая чувствам проникать в её сердце. Кимберли устала быть слабой и никчёмной, устала быть грушей для битья, устала от хреновой несправедливости, которая сегодня на неё обрушилась настоящими цунами. Никто её не слушал. Никто ей не поверил. Все осудили её, словно сами самые благочестивые! Кимберли злобно ударила кулаком по воде, и задрала голову к потолку, крепко сцепив челюсть. Она не могла всем им спустить с рук их злодеяния, их бесчеловечность. Этот городок уже окончательно прогнил.       Ким встала в ванне, волнуя воду, и провела мыльной губкой по коже. В помещении был приглушён свет, снаружи шумел дождь, а внутри стояла такая тишина, что до напряжённого слуха девушки долетал хлест веток по дальней части крыши дома. В голове не укладывалось, что она находилась в особняке Фэйрчайлд. Атмосфера здесь стояла довольно мрачная. От красивых стен веяло холодом, а каждый шорох заставлял прислушиваться.       Стойко ощутив на себе чей-то взгляд, Ким резко обернулась. В небольшой щели в дверях мелькнула тень. Кто-то поглядывал за ней? Но кому здесь это надо? Лишь Майлзу. Кимберли смутилась. Именно смутилась. Мысль о том, что он разглядывал её обнаженную, как-то не вписывалась в нынешнюю общую картину в голове. Смыв с себя пену, девушка быстро вышла на мягкий коврик и завернулась в полотенце, оставленное миссис Гроуз. Ким убрала мокрые волосы назад и ещё раз взглянула в окно, по которому стучали капли дождя. Как она могла вообще влипнуть в такое. Задержавшись у двери на секунду, девушка прислушалась и вышла, проходя к кровати. Она хотела было снять полотенце, но к своему счастью, обернулась и вздрогнула. Майлз как ни в чем не бывало стоял, облокотившись о косяк, и сверлил взглядом Ким. В здешнем полумраке он выглядел ещё более пугающе. У Кимберли перехватило дыхание, и она тяжело сглотнула. Майлз оценивающе пробежался взглядом и усмехнулся в привычной ему манере. — И что они в тебе нашли. Вот, держи, староста. — Ким только сейчас заметила в руках у парня стопку какой-то одежды, пропуская колкость мимо ушей. Девушка подняла на него недоверчивый взгляд. — Хочешь остаться голой? Твоё дело. — Хорошо-хорошо! Дай сюда.       Майлз не спешил уходить и нагло, по-свойски, разглядывал Кимберли. Он горделиво задрал подбородок, сложив руки на груди, и медленно провёл кончиком языка по нижней губе. — Ты ждёшь благодарностей, Майлз? Почему ты врываешься? Я почти голая. — Я в своём доме. Для меня здесь нет закрытых дверей. Ты на моей территории, принимай мои правила, либо проваливай. Хотя идти тебе некуда, я прав? Ты же у нас теперь… м-м-м… как бы сказать… беглянка. Никому не нужна. Я разрешаю тебе быть здесь. — И… как долго? — Пока разрешаю. — Что ты хочешь взамен? — Взамен? Дай-ка подумать, — юноша показушно задумался, постукивая пальцами по дверному косяку, а потом растянулся в улыбке, довольно странной для нынешней ситуации. — Твои… связи. — Мои связи? Огорчу, но у тебя их в разы больше. — Ты была всеми любимой пай-девочкой, и какой бы опущенной сейчас ни стала, всё ещё имеешь представление о, как минимум, половине жителей этого сраного города. — Ты ведь лжёшь? — полушёпотом произнесла Ким, не доверяя словам парня. — Тебе решать. У тебя нет иного выбора. Присоединяйся ко мне или иди прыгай с моста. — Я уже сказала, что согласна. Мне всё равно. Если ты знаешь, что делать, я с тобой. — Отлично, — Майлз улыбнулся ещё шире, и Кимберли на секунду подметила, какая у него всё-таки необычная внешность, такая бледность и какие-то даже аристократические черты. Он гармонично вписывался в атмосферу поместья, или же… это она так подстраивалась под него.       Ким сжала одежду в руках, не решаясь что-либо произнести. Майлз ещё раз окинул её взглядом и вышел из комнаты, прихлопнув дверь.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

      Утром следующего дня Кимберли резко распахнула глаза, очнувшись от кошмарного беспокойного сна. Первые секунды она не могла пошевелиться от сковавшего её ужаса и просто смотрела в потолок большими мокрыми глазами. Ей не нужно было помнить сон, чтобы ощущать пожирающую тревогу. Реальности вполне хватало.       Мягкий матрац и тяжёлое одеяло напомнили Ким, где она находится. Девушка повернулась в сторону и столкнулась с тёмным пронзительным взглядом. Кимберли вздрогнула, словно увидела призрака. Маленькая девочка с каштановыми волнистыми волосами в платье с рюшами без робости разглядывала Мейсон. Откинув версию с призраком, девушка очевидно предположила, что это та самая загадочная младшая наследница Фэйрчайлд. — Ты Флора? — полушёпотом спросила Ким. — Почему ты в нашем доме? — Майлз впустил меня, — продолжала шептать девушка.       Потом девочка развернулась и быстро убежала, не закрыв за собой дверь. Ничего не понимающая Кимберли сморщилась от тупой боли в висках и потёрла переносицу. Странная семейка. Но не то чтобы у неё был выбор. Бросив короткий взгляд в окно, девушка заметила, что из-под тяжёлых штор просачивается солнечный свет, от вчерашней непогоды не осталось и следа. Поднявшись с постели, Ким заметила рядом на тумбочке свою школьную форму, чистую и сложенную в стопку. Но она точно помнила, что прошлым вечером просто бросила её где-то в ванной, не задумываясь о её дальнейшей судьбе. Вряд ли Ким сможет вернуться в школу. — Ты вернёшься в школу, староста, — словно прочёл её мысли явившийся юноша.       Кимберли подняла взгляд на Майлза, который снова надменно наблюдал за ней из дверного проёма. В этот раз она не стала удивляться или пугаться, похоже, для парня это норма. Ему ведь совершенно плевать на чужие личные границы и правила морали. Хренов социопат. — Нет. Я не пойду туда. — Ты сказала, что согласна на всё. Сегодня я разрешаю тебе быть в моём доме, но завтра ты вернёшься в школу. — Будешь указывать мне? — Хочешь отомстить им? Тогда слушай меня. — Я не собираюсь слепо подчиняться. Я должна быть в курсе твоего плана, иначе никакого сотрудничества не будет. — Кимберли приблизилась к Майлзу практически вплотную, совершенно не страшась его возможной реакции. Она, действительно, не боялась сейчас. Даже если она захочет убить её, какая уже разница. — Мою жизнь сломали, если ты думаешь, что мне есть, что терять, то нет! Либо мы на одном уровне, либо никак! Не смей думать, Майлз, что такой, как ты, может помыкать мной! — Какой «такой»? — злобно ухмыльнулся парень, не прерывая зрительного контакта с Ким. — Психованный придурок, который считает себя королём мира! — И это твоя благодарность за помощь, староста? — Я благодарна тебе, но это просто предупреждения. — Словно мне не плевать на твои слова, Мейсон. Кстати, эта рубашка тебе подходит. Совершенно подстать.       Девушка быстро глянула вниз, чтобы убедиться в том, что не видно её белья или ещё чего другого. Потом она проследила за насмехающимися глазами Майлза, и прикрыла руками грудь, чтобы скрыть декольте и торчащие из-под тонкой ткани рубашки соски. — Извращенец… — От кого слышу, староста. У тебя есть десять минут, чтобы собраться и спуститься ко мне вниз.       Оказавшись в рабочем кабинете на первом этаже, девушка села напротив Майлза и сложила руки на груди, выжидающе глядя на него. Юноша кинул перед Ким на стол красивый блокнот с эмблемой его семьи. Мейсон вопросительно подняла бровь. — Здесь записаны все необходимые имена.       Кимберли открыла блокнот на первой странице. На удивление изящным размашистым почерком там был написан столбец имён, а сбоку от них слово «тайна». Кое-где слово стояло в одиночестве. Девушка перелистнула пару страниц, подмечая, как же много человек записано в блокноте Фэйрчайлда. Это явно было очень плохо. Но взгляд Ким выцепил её собственное имя, когда она вернулась в начало. Метка с тайной была пуста. — Почему здесь я? — Сюда попадают все с личиной внутри. — Вот значит как. Что насчёт моей тайны? — Тайны? Да разве теперь это тайна.       Кимберли поняла, что он имел в виду, и продолжать говорить об этом не хотела. — Зачем ты показываешь это мне? — Там есть те, кто тебе нужен. Помочь? — Майлз беспардонно вырвал блокнот у девушки из рук и принялся листать. — Что ж, начнём. Николас, Кассандра и Фелиция Мейсон… — парень злорадно взглянул исподлобья на Ким, чтобы увидеть её реакцию. — Знакомые имена, верно? — Более чем. — Дальше у нас твоя домработница — Элизабет Тарп.       Ким усмехнулась. — Марта Фрейд, Констанция Макинтош — твои любимые подружки. — Было заметно, как из слов Майлза прямо-таки сочился яд. — На сладкое у нас: Луи Коул, Джером Ньютон и любовь всей твоей жизни — Итан Глоуберн. — Я не люблю его! — вскочила девушка, ударяя ладонями по столу. — Попридержи коней, староста. Ты не дослушала. И последний в нашем списке — шериф Джозеф Симс.       У девушки неожиданно по спине пробежал холодок. — Ты как-то напряглась, Бэрри. Что такое? — Издеваешься? Не смей так называть меня, Майлз! Ты вообще знаешь, что сделал этот ублюдок! — Вот ты и расскажи мне. Будет, от чего оттолкнуться. — Когда я пришла в участок и рассказала все, он начал приставать ко мне! Я никогда ему не доверяла, но вчера поняла, что он реально такой же мерзкий, каким я его считала!       Майлз рассмеялся, откидываясь назад. — Какого черта?! — К твоим сведениям, на счету шерифа есть куда более облачающие его сущность поступки. Но начнём мы с твоей семейки. Меня они чертовски бесят. Такие лицемеры. Ты должна рассказать мне все, что было вчера в подробностях, любая мелочь о твоих отношениях с ними, — Майлз постучал длинным пальцем по списку имён. — Не пытайся скрывать, староста. Я все равно узнаю.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

      Кимберли сидела в выделенной Майлзом спальне на кровати и смотрела в окно, думая обо всём и ни о чём одновременно. Конечно же, её до сих пор не отпускала её ужасная ситуация. Тут ещё и Майлз вылез каким-то боком. Как? Почему? Откуда? Зачем она ему сдалась? Зачем он ей помогает? Ким не верит в искренность его намерений и немного побаивается того,что творится в его голове. Но он единственный, кто сейчас на её стороне. Жить в его доме было очень странно, она не могла себе это позволить… Родители найдут и вернут её домой… Возможно…       Но ярость и ненависть к своим обидчикам разгоралась в Кимберли всё сильнее. Она прокручивала в голове воспоминания об изнасиловании, осуждение со стороны семьи, подруги, домогательства шерифа, неудавшееся самоубийство, и ей хотелось отомстить каждому, чтобы они прочувствовали её боль, чтобы поняли, какие они моральные уроды и место им в аду. Лишь это держало её рядом с Майлзом. Кто, как не он, заставит их умыться собственной кровью.       Ким резко обернулась на скрип половиц. За ней снова наблюдала Флора, но в этот раз менее враждебно. Девушка не решалась говорить первой, чтобы не спугнуть малышку. К тому же она была не менее жуткой, чем Майлз и сама атмосфера в особняке. — Меня зовут Флора, — произносит девочка, заламывая руки за спиной. — Как твоё имя? — Я Кимберли. Рада знакомству, — выдавливает из себя улыбку девушка.       Флора проходит по комнате и встаёт напротив Ким, загораживания окно. Она молчит. У Ким пробегают мурашки. Мало ли что может выкинуть эта странная девочка. Хочется встать, чтобы оказаться выше неё, но Ким не решает рискнуть. — Тебе нельзя любить моего брата. Понятно? — взгляд Флоры меняется в секунду,становится таким злобным и полным ненависти. — Но я не… — Тебе нельзя! — выкрикивает девочка и достаёт из-за спины баночку с сенокосцами, высыпая на Ким. Паучки быстро разбегаются по лицу, волосам и одежде, и девушка подскакивает с криками, пытаясь скинуть их всех с себя. Флора смеется, а потом убегает. Ошарашенная Кимберли не знает, куда себя деть. Она визжит и прыгает как сумасшедшая, ощущая, как по её коже бегают пауки, а потом в панике начинает снимать с себя одежду. В одном белье и с растрепанными волосами девушка забивается в угол комнаты, продолжая отряхиваться уже от невидимых паучков. Захлёбываясь слезами, Ким бегает взглядом по полу, боясь увидеть хоть малейший признак движения. Что это было?! Зачем Флора сделала это? Маленькая сучка. Нет ни малейших сомнений в том, что она сестра Майлза.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

      После полудня Майлз сообщил Кимберли, что они уходят. Не отошедшая от случая с Флорой, девушка первое время молчала, слепо следуя за Майлзом. Она приходит в себя, когда они идут посреди леса по какой-то неизвестной Ким тропке. Её внезапно пронзает ужасающая мысль — она в лесу наедине с Майлзом, совершенно беззащитная. Судя по слухам, в такой обстановке он может её и убить. Именно убить. Ведь с Ким у них до вчерашнего дня были весьма натянутые отношения. А со всеми, кто идёт против него, он расправляется. Вдруг все это был такой план. — Черт! — Кимберли встряхнула головой, прогоняя эти странные навязчивые мысли. Она слишком сильно и часто погружалась в себя из-за всех переживаний. — Куда мы идём? — немного дрожащим голосом Ким обратилась к Майлзу, неспешно идущему впереди неё. В лучах солнца, пробивающихся сквозь ветви высоких деревьев, юноша выглядит поистине завораживающе. Со спины он кажется каким-то принцем или младшим божеством, спустившимся с небес на прогулку по бренной земле. Щебет птиц и запах свежести после дождя придают моменту особой атмосферы. Но стоит Майлзу остановиться и обернуться корпусом к Ким, как у неё тут же сердце пропускает удар. Не от любви. Куда уж тут! От страха. Он пронзает её своим ледяным острым взглядом исподлобья и привычно едко ухмыляется. От прежнего принца не остаётся и следа. Они застывают на тропке, глядя друг на друга. Кимберли вспоминает, что и лес, по которому они идут, далеко не так хорош. Ведь за глаза все зовут его «Грязным» из-за наркоманов, которые колятся здесь, и чьи трупы периодически находят любители утренних пробежек. В этом лесу на самых окраинах, где обычно не ищут, собираются все отбросы, которым плевать на свою жизнь и не хочется лишней мороки с копами. Природа отчаянно пытается скрыть весь этот кошмар, но правду, порой, бывает скрыть очень трудно. — Мы направляемся к тебе домой. — Что?! Нет! Я не вернусь туда! Зачем?! — Ты, действительно, тупая или притворяешься? — Майлз развернулся и пошёл дальше. — Зачем мы идём ко мне? — Ким поравнялась с парнем, чтобы все же добиться от него ответа. — Как я могу разоблачить твою семейку, если не попаду в ваш дом. Ты ведь совершенно точно знаешь всякие запасные и секретные входы и выходы. Ты проведёшь меня. Что это за взгляд? Считаешь, что мне может быть нужно ваше имущество? Ты видела моё состояние? Хотел бы, купил всю вашу землю. Воровство — путь нищих слабаков. Если мы сможем попасть в личные комнаты членов твоей семьи, считай, все козыри у нас. Именно поэтому мы начинаем с них — с простого. — Звучит так, словно ты давно это замышлял. — Всё возможно, — многозначительно усмехнулся Майлз. — Какой же он странный, — пронеслось в голове у Кимберли.       Сердце всё больше наполнялось ненавистью по мере приближения к дому. Семья её даже не искала после вчерашнего. Им настолько всё равно? Ким была убеждена, что соверши она самоубийство, всем было бы плевать на это. Как и когда погибла её подруга Дебора. — Ну что? — вскинул брови Майлз, оглядывая дом Мейсон.       Территория здесь в разы меньше, чем у поместья Фэйрчайлд, но довольно облагороженная. Ведь у семей их статуса должна быть красивая картинка.       Кимберли не хотела, чтобы кто-то её видел сейчас. Благо, что всё здесь она знает, как свои пять пальцев. Девушка неоднозначно хмыкнула и пошла налево вдоль забора, схватив Майлза за рукав рубашки. Глаза застилала ненависть. Так хотелось причинить им всем боль, чтобы облегчить свою. Потом она опомнилась и отпустила Майлза, засмущавшись. — Здесь легче всего перелезть по этому дубу. И вон там мать разводит кроликов, можно незаметно попасть в дом. В это время её нет, а никого другого она не пускает туда, даже домработницу. С Элизабет можно столкнуться только внутри дома. Нужно ориентироваться по ситуации. — Тогда пошли.       Кимберли удивилась ловкости юноши. Майлз вкарабкался по толстому стволу и уверенно прошёлся по ветке. Он обернулся к Ким, когда добрался до верха забора. — Почему ты ещё стоишь?       Девушка сглотнула и неуклюже проследовала за Майлзом. Подняться — это было одно дело, а вот слезать — другое. Ким свесила ноги, готовясь к прыжку, но долго не решалась. Майлз наблюдал за ней снизу, не предлагая очевидно необходимой помощи. Кимберли видела, как его тёмные глаза без стеснения бегают по её стройным ногам, покрытым синяками и ссадинами. Что это такое? Интерес? Симпатия? Влечение? После вчерашних подглядываний Кимберли в замешательстве. Она не может принимать ничью симпатию сейчас. К тому же симпатию со стороны такого, как Майлз. — Я не могу слезть. Я в юбке! — И что с того? Думаешь, я никогда не видел чужого белья? — Не хочу, чтобы ты видел моё. — Какая же ты невыносимая. Прыгай уже! — Да что б тебя!       Придерживая одной рукой подол, Ким сиганула вниз, но не смогла удержать равновесие и полетела прямо в Майлза. Юноша вовремя выставил руки и схватил её, удерживая от падения. Ким ощутила прикосновение ледяных рук на своей талии и у неё пробежали мурашки. Слишком близко. Она буквально упиралась своей грудью в его. Майлз не спешил её отпускать, насмешливо глядя сверху вниз. Кимберли почувствовала, как от ярости и смущения горят уши. Она оттолкнула парня от себя, освободившись, и поправила форму. — Не прикасайся ко мне. Никогда. — В следующий раз дам тебе упасть лицом в грязь. Может, тогда ты оценишь мою помощь.       Кимберли не стала придавать большого значения словам Майлза. Она провела его через крольчатник к входу в дом. Оттуда ребята поднялись по второй лестнице для прислуги на третий этаж, успешно минуя Элизабет, которая наводила порядок в беседке. — У нас мало времени. Что ты собираешься искать в её комнате? — То, что обличит её сущность. — Ребята принялись искать зацепки, осторожно копаясь в вещах домработницы. — Что ты знаешь о ней? — Элизабет работает у нас около пяти лет. Я слышала её историю о больной матери, но за всё это время она уезжала к ней раз пять, то есть, каждое лето, на месяц. Нет ни фотографий, ни звонков. Я не верю ей. Она что-то скрывает. Родители платят ей слишком много для домработницы. Куда и зачем она тратит деньги, я не понятия не имею. К тому же она слишком много о себе думает, находясь в положении простой прислуги. Она ненавидит меня так же, как и остальные здесь. — И что ты хочешь? — Хочу, чтобы она знала своё место.       Майлз растянулся в одобрительной насмешливой улыбке, и Ким сама не смогла сдержать смешка. Лишь на секунду она ощутила это приятное чувство понимания и поддержки. Хоть и от… Майлза.       Случайно запнувшись о краешек половицы, Ким обнаружила пространство под полом. Они с Майлзом переглянулись и сели на пол возле кровати Элизабет. Сняв две доски, ребята было подумали, что тут пусто и они просто сломали пол, но длинные худые пальцы Майлза вытянули из дальнего угла продолговатый сундук. Много усилий, чтобы снять замок, прикладывать не пришлось. Юноша распахнул крышку. В нос ударил какой-то неприятный запах, от которого в голову закрались ужасные мысли. Кимберли отползла назад. Майлз без страха и сомнений развернул лежащий внутри свёрток и растянулся в какой-то злобной улыбке, переводя взгляд на Ким. — Поздравляю, Бэрри, твоя домработница — убийца.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇