Часть 1

       Ты, Павел Крутов, олимпийский чемпион 2014 года, приходишь после очередной изнурительной тренировки и падаешь на кровать. Ты настолько устал, что нет сил даже раздеться: хочется просто лежать в абсолютном одиночестве. Совершенно без сил прикрываешь глаза, вслушиваясь в звенящую тишину. Но твоим планам не суждено сбыться. Резко твою идиллию нарушает стук в дверь, что отбойным молотком бьёт по вискам.        – Открыто, – тихо говоришь ты, даже не смотря в ту сторону.       – Паш, привет. Я войду? – слышишь женский голос и всё же приподнимаешься на локтях.        – Адель, уходи, я хочу побыть один, – отвечаешь ты, роняя голову обратно на подушку.       – Ой, да ладно тебе, – говорит девушка, проходя в комнату. – Будешь жвачку? С мятой, такой же ледяной как и ты.        Адель садится на край твоей кровати, вытаскивая парочку штук резинки из пачки и протягивая тебе. Ты поднимаешь свой холодный взгляд на неё, раздражаясь её поведением всё больше.        – Я же сказал: уходи! Ты не понимаешь слов что ли? – произносишь ты на повышенных тонах.       – Что ты орëшь-то? Я же к тебе по-доброму, а ты выгоняешь, – говорит девушка слегка обиженным голосом.       – Убирайся отсюда! Дай мне отдохнуть, – кричишь ты, садясь на кровати и толкая её в плечо.       – Это грубо с твоей стороны. Скажи, а душа у тебя тоже из осколков льда? – спрашивает она, не собираясь уходить.        – Привыкай к инею, к холодам, – цедишь ты, отворачиваясь от неё.       Адель так и сидит на месте, не смея нарушить молчание. По комнате раздаются лишь звуки лопающихся пузырьков жвачки, которые она выдувает, и чувствуется слабый запах морозной мяты.        – Ты ещё здесь? – спрашиваешь ты, не поворачивая головы в её сторону.       – А я никуда не собираюсь. Я хотела поговорить с тобой, – отвечает девушка, слегка касаясь твоего плеча кончиками пальцев.        – Не хочешь по-хорошему – будет по-плохому, – произносишь ты с тихим рыком и вскакиваешь с постели, скидывая руку со своего плеча.        Быстро закрываешь дверь на замок и, преодолев расстояние до кровати в пару шагов, хватаешь её за горло. Пальцы крепкой хваткой сжимаются на шее, не давая сделать и вдоха. Адель распахивает губы, пытаясь глотнуть побольше воздуха, что тебе безумно нравится.       – Ты же мне всю душу вытрепешь, – шипишь ты ей прямо в лицо, обжигая его горячим дыханием.        Толкаешь её на кровать и садишься на её бёдра, хватая за запястья. Заводишь её руки выше головы так, что девушка и пошевелить ими не может. Тяжело и загнанно дышишь, опаляя щеку своей яростью. Адель пытается освободиться из цепкой хватки и скинуть тебя с себя, но ты крепче сжимаешь пальцы, резко берёшь её за подбородок, устанавливая зрительный контакт, и хищно облизываешь пересохшие губы.       – Хватит дëргаться, иначе я буду таким жестоким, каким ты меня не видела никогда, – цедишь ты, отпуская её руки, когда она перестаёт вырываться.       Ты встаёшь с неё и, хватая две жвачки, оставленные девушкой на тумбочке, кидаешь их в рот. Ищешь свои брюки в шкафу, пока она молча наблюдает за тобой, не решаясь сделать и движения.       – Да, действительно, на вкус такая же как и я, – говоришь, надувая пузырик из жвачки.       Ты, наконец, находишь то, что было нужно. Вытаскиваешь кожаный ремень из шлëвок, складывая его вдвое, но всё так же стоишь спиной к Адель. Она заинтересованно поглядывает на тебя, пытаясь рассмотреть предмет в твоих руках, но все её попытки тщетны.       – Раздевайся живо, – охрипшим от гнева и возбуждения голосом произносишь ты, крепко сжимая челюсти.       – Что? – спрашивает девушка, не понимая, что происходит.        – Я сказал: живо! – повышаешь голос, резко разворачиваясь к ней всем корпусом.       – Паш, давай в следующий раз поговорим, когда ты остынешь, – говорит слегка напуганная Адель.        – Слишком поздно, дорогая, – произносишь ты, показывая свой животный оскал. – Раздевайся.       Девушка спорить с тобой не решается и подчиняется твоему приказу, вставая с кровати. Она снимает с себя футболку и джинсы, показательно бросая одежду на пол, и остаётся стоять перед тобой только лишь в нижнем белье. Ты осматриваешь её с ног до головы горящими от всё ещё плещущейся внутри ярости глазами. Адель не торопится предпринимать какие-либо действия, ожидая твоего слова. И ты, замечая это, говоришь:        – Остальное тоже снимай.       Всё так же стоишь на месте, продолжая жевать жвачку и дуть пузыри, в руках у тебя всё так же находится ремень, которым слегка шлëпаешь себе по ладони, тем самым заполняя звенящую тишину комнаты монотонными звуками. Девушка скептически смотрит на тебя, но всё же снова подчиняется, медленно расстëгивая лифчик и спуская трусики со своих бёдер. Последние остатки одежды падают на пол, и она остаётся совершенно нагой. Адель, смущëнная твоим открытым взглядом, скрещивает руки на груди и ноги между собой.       – Ложись животом вниз, – приказываешь ты, усмехаясь стеснительности девушки.       Она молча забирается на кровать и удобнее устраивается, утыкаясь лицом в подушку. Ты смотришь на открывшийся вид, облизывая губы в хищном оскале. Про себя отмечаешь, что Адель действительно красивая: аккуратные, изящные изгибы тела, бледная кожа, схожая с мрамором, длинные русые волосы, хаотично рассыпанные по спине, длинная тонкая шея и худенькие ножки. На секунду твой гнев исчез, а вместо него пришло эстетическое удовольствие. Но тут же бушующее в тебе пламя запылало с новой силой. Ты быстро преодолеваешь расстояние до кровати и замахиваешься для удара. Ремень рассекает воздух со свистом и через долю секунды слышится громкий шлепок, а после болезненный стон. Лишь на миг ты замираешь, наслаждаясь этими звуками. Затем бьëшь подряд несколько раз, даже не считая. На нежной коже расцветают алые следы, которые начинают печь. Ты любуешься этой картиной, а затем продолжаешь порку.       Тяжело дыша от ярости, ты замахиваешься снова и снова, каждый раз с разной силой. Адель стонет, ей больно, она возбуждается. Девушке очень нравится всё то, что сейчас происходит, но в этом она никогда не признается. Её ягодицы горят от многочисленных ударов, а по щекам непроизвольно скатываются солёные слëзы, но она не просит остановиться. Тебе сейчас всё равно, услышит ли вас кто-то, ты просто хочешь выплеснуть весь гнев в этих действиях. От усердия у тебя на лбу выступает испарина, а губы высохли от частого дыхания. Это безумие, но всех всё устраивает.        Только когда её ягодицы становятся полностью красными, ты заставляешь себя остановиться, чтобы не перейти черту ещё какого-либо здравого смысла. В комнате настолько душно, что ты стягиваешь с себя футболку, проводя рукой по оголённому торсу и собирая редкие капли пота. Садишься на кровать у её ног и проводишь ладонью по горячей коже. Адель недовольно шипит, но лежит, не шевелясь. Кладёшь руку выше, на поясницу, оглаживая это место большим пальцем.        – Не плачь, милая Адель, я больше не буду бить тебя, – говоришь ты, чувствуя, как легонько подрагивает её тело.       Поднимаешься с кровати и всё же раздеваешься полностью, встаëшь коленями на кровать так, чтобы её ноги оказались между твоих. Девушка вовсе не смотрит на тебя, но спиной ощущает каждое твоё движение. Она знает, чего ты хочешь в этот момент. Ты тянешь её за плечо к себе, прижимаясь своим обнажённым телом к её, и проводишь носом по шее, жадно вдыхая запах всё той же мяты. Адель откидывает голову тебе на плечо, чуть прогибаясь в спине. Прижимаешься своими бëдрами к её ягодицам, из-за чего кожа на них начинает гореть с новой силой, обжигая и твою собственную. Девушка слегка потирается от твой стояк – это её возбуждает.        Ты проходишься руками вдоль всего её тела, ненадолго задерживаясь на груди и бёдрах. Она податливо ластится к твоим тëплым ладоням, блаженно закрывая глаза. Ты поднимаешь руки обратно, кладя левую на её шею, и ведëшь пальцами от подбородка к ключице, перебирая разбросанные по ней волосы.        – Что, нравится тебе, когда я грубый, да? – тихо спрашиваешь ты, опаляя её правое ухо своим дыханием.        – Паш, это не то, что ты подумал, – говорит Адель такую типичную фразу.        – Ну, да, конечно. Я, пожалуй, продолжу без твоего позволения, – усмехаясь, говоришь ты и уже тянешься к тумбочке за презервативом.       Разрываешь обёртку зубами и сразу же раскатываешь латекс по члену, не медля ни секунды. Девушка лишь загнанно дышит, предвкушая удовольствие от всего, что будет сейчас происходить. Поддерживая её за талию, ты резко входишь на всю длину, совершенно не церемонясь. Адель громко болезненно стонет, машинально пытаясь отстраниться. Крепко её держишь, не давая сделать резких движений, и медленно начинаешь толкаться в неё.       Она откидывает голову на твоё плечо, полностью отдаваясь тебе.Твои руки беспорядочно касаются её тела, а губы грубо целуют горячую шею. Девушка стонет не в силах контролировать себя, что тебе безумно нравится. Наслаждаешься её состоянием и отзывчивостью её тела, начиная чаще и резче двигаться. Одна ладонь сжимает упругую грудь Адель, а другая – бедро. Она всё пытается поймать твои губы своими, но ты умело уклоняешься, не желая портить такой прекрасный момент неуместными нежностями.       Чувствуя, как девушка сжимается, срываешься на бешеный темп. Пространство вокруг вас плавится, в её глазах темнеет от каждого твоего толчка, слышатся стоны, тяжёлое дыхание обоих, шлепки кожи о кожу и скрип кровати, а стук твоего сердца ощущается в каждом миллиметре твоих сосудов, даже на кончиках пальцев. Резко входишь по самое основание, достигая долгожданной разрядки. Адель в твоих руках обмякает не в силах стоять на коленях.       Ты выходишь из девушки, укладывая её на кровать, а затем и сам ложишься рядом. Наконец, позволяешь себе стать ласковым и гладишь её по голове, перебирая русые волосы.        – Так о чём ты хотела поговорить? – спрашиваешь, когда она поворачивается к тебе лицом.       – Паш, ты всегда был неуравновешенным, – говорит Адель и снова тянется за поцелуем.       Ты мягко касаешься её губ своими, растворяясь в этих ощущениях и чувствах. Сейчас остаётся только лишь тепло, никакого гнева. В этом заключаешься весь ты.       Слишком уж настойчивое поведение может привести к неожиданным последствиям, не обязательно к плохим, но и не факт, что к хорошим. Так что, будьте аккуратнее.