08 Лён

Я наблюдала за черными эльфами. Они меняли весьма условную стражу у клетки с пленником. Но, хоть и стража была весьма условной я насчитала четверых черных. Все они были легко вооружены и без доспехов. А за чем им, долины были для них весьма спокойным местом. Я перевела взгляд на юношу. Клетка была небольшой, он мог либо сидеть, либо лежать скрючившись. Если бы не веревка на ногах, он бы наверно мог бы просунуть их через прутья и немного вытянуться. Или просто встать с клеткой, и уйти - клетка была сработана из толстых веток и стволиков молодых ив. Срезы белели в ночи - клетку соорудили совсем недавно. Через такие же свежие рогатины у юноши были связаны руки, так, что они были разведены в стороны на чуть большую величину, чем ширина тела. Довершал все это кляп из какой-то непонятной материи. Черные перекинулись несколькими репликами, из которых я узнала, что юношу должны будут покормить в скором времени. Для этого разрешалось снять кляп, но ни в коем случае не развязывать руки а уж тем более ноги, а лучше вообще к клетке не прикасаться. Это все звучало очень любопытно, и явно стоило того, что бы рискнуть, и освободить пленника. Вот только кляп бы я тоже пока не снимала бы. Что ж, оставалось ждать, и надеяться, что они все же решать его покормить. Тогда, как я понимаю, на страже останется кто-то один. И, судя по расстоянию, у меня будет около ста пятидесяти ударов сердца на то, что бы вытащить его из клетки и сбежать. Но что делать с тем, кто останется? Магия отпадает, могут почувствовать, я не знаю, кто они. Усыпить бдительность музыкой? Но тогда и пленник задремлет, будет заторможен и ничего не удастся. Я ухватилась за мысль о дреме, и принялась быстро шарить по поясным мешочкам. Есть! Я нашла небольшой металлический флакон с плотно притертой каменной крышкой. Жидкость, хранящаяся в нем, обладала довольно резким холодным запахом, но быстро погружала в дрему, если распылить пару капель в воздухе. Ждала я относительно недолго, звезды сместились меньше, чем на пол-ладони. Один из сторожей хлопнул себя по коленям, встал, и направился в сторону небольшой усадьбы. Что ж, настала пора действовать. Я зажала флакон в ладони, и поползла, прячась в высокой траве. Постоянно дующий с воды ветер помогал мне, заставляя злаки постоянно идти волнами, бликовать в свете звездной дороги, и причудливо менять очертания. И вот, оставшийся черный уже буквально на расстоянии вытянутой руки. Я осторожно беззвучно открыла крышечку флакона, благо она на цепочке и не потеряется, зажала горлышко пальцем и стала ждать ветер, что бы он дул от меня на стража. Еще чуть чуть, ну же, ну! Нужное мне направление, не короткий порыв, наконец-то! Я вскакиваю в полный рост, одновременно встряхиваю и открываю флакон. Эльф успевает схватиться за меч, но не успевает встать, и вдыхает это холодное облачко. Я же трясущимися руками закрываю крышку, кидаю флакон в мешочек, снимаю короткий нож с пояса, быстро перерубаю веревки, держащие ближайшие ко мне прутья клетки, вытаскиваю за ворот туники парня, рассекаю веревку на лодыжках, рывком ставлю его на ноги (впрочем он и сам вставал), хватаю за палку между руками и мы бежим, бесхитростно прямо до ближайшего берега реки, скатываемся по склону, вдоль ив, вверх по течению, до ближайшего впадающего ручья, вброд через его устье, на другой берег, и бегом, дальше и дальше от всех, там, где виднеются скошенные копны травы, и небольшие, наперво сметанные стожики - Хорошо, ты меня освободила, дальше то что? - юноша, худой, с огромными глазами, и свалявшимися волосами цвета льняной кудели, растирал запястья. - Тебе глобально и ли вот прямо сейчас? - Переспросила я, откидываясь на сметанную копну сена - черные запасали его к зиме, и по всему полю таких хватало. - Глобально. - Он принялся растирать лодыжки. - Изгнать черных из нашего мира. - Я легла так, что бы видеть ночное небо полностью, не задирая голову. Где-то там была родная звезда Гарды, невидимая, но была. - Именно изгнать, а не перебить? - А если их перебить, то чем мы от них будем отличаться? - Тем, что ты не лезем в чужой мир? Зачем они вообще нас захватили? - Он задал вопрос, над котором я думала практически постоянно. - Просто так, потому что время пришло? Я вспомнила Гарду, и меня передернуло. - Потому что они почти убили свой мир. - И теперь хотят убить наш? Я промолчала. Этот ответ был слишком прост, тут явно было что-то еще. Еще какая-то причина, по которой они свой мир выжали практически полностью, но все еще цеплялись за него. И мы им были зачем-то нужны, иначе бы они перебили всех, так же, как детей до года. И дело явно не в рабочей силе - какие из детей работники? На это у меня ответов еще не было. - Как ты собираешься это сделать? - Еще не знаю. Мне нужны союзники - одна я это явно не сделаю. - Тогда наши взрослые не справились, почему ты думаешь, что у тебя получится? - Я не знаю, получится или нет. - По небу прокатилась звезда, и я загадала, что бы получилось. - Но если не пробовать, то тогда точно не получится. - По-моему проще их всех перебить. Я от возмущения села и еще раз внимательно посмотрела на юношу. Он с угрюмым видом сидел на соседней копне и плел себе некое подобие сандаль, выдергивая сено из нее же. - Тебе ж не восемь лет, что бы так рассуждать! - Одиннадцать. Но это действительно проще. - Ага и в замен каждого убитого, они пришлют еще троих, и на нас еще больше озлобятся. - Я фыркнула. - Я знаю, что можно открыть массовые порталы. Надо придумать, как собрать всех черных в одном месте и заставить через них пройти. И пока всех нас держат максимально разрозненно, это не реально. - Ты умеешь открывать такие порталы? Нет же. - Я собираюсь в Академию через два года, когда можно будет. Но к этому моменту мне бы знать, сколько примерно в мире черных, и как примерно строятся эти порталы. Объединить нас и найти союзников среди оборотней. - Тогда они не помогли. Почему ты думаешь, что сейчас помогут? - Он примерил подошву, но она была еще слишком маленькой. - Потому что сейчас это их тоже касается. Он хмыкнул, достал новый пучок сена и продолжил плести. - Ладно, считай я с тобой. - Как тебя зовут хоть? - Мы до сих пор не назвались друг другу. Ладно, допустим, когда я вытащила его из клетки, я разрезала только веревки на ногах, не снимая ни путы на руках, ни тугой намордник, подтягивающий нижнюю челюсть, и сняла с него все уже здесь, в поле. - Лён. - Лилия. За что они тебя так? - Кусался. - Буркнул он, не желая вдаваться в подробности.