Вечер Дня Св. Валентина

Уверенный стук в дверь заставил Блейза резко соскочить с кровати, наспех натягивая штаны. — Иду я, иду… Дверь не снеси, кто бы там ни был. — бубнел мулат, пытаясь понять, кого принесло посреди ночи. — И ты оденься! — он швырнул в девчонку футболкой, пытаясь вспомнить ее имя, но так и не смог. Забини медленно открыл дверь, опираясь плечом о дверной косяк. — Пэнс? Ну конечно. Кто, если не ты. — кошачья улыбка растянулась на его лице. — Виски, мистер Забини? Хотя это был не вопрос, а скорее утверждение. Брюнетка шагнула через порог в комнату друга, туша сигарету о стену в коридоре. — Очередная Джинни? — усмехнулась Паркинсон, наблюдая за тем, как девчонка шмыгнула в закрывающуюся дверь. — Очередная попытка забыть Джинни. — Вечный страдалец Блэйз Забини, который, как и его дружок Драко Малфой, пытается скрыть свою тоску за дерзостью. — продолжала смеяться девушка, разливая алкоголь по стаканам. — А сама-то… Чем ты лучше, а, Пэнс? Сегодня День всех влюбленных, а вместо свидания с каким-нибудь очередным воздыхателем ты приперлась ко мне посреди ночи и сорвала какой-никакой, но секс. — Этим мы и отличаемся, дорогой друг… — она протянула мулату стакан, чтобы чокнуться. — Я лучше напьюсь здесь с тобой или даже в гордом одиночестве, чем буду слушать ненужные сопливые слова о любви или трахаться с кем попало. — Не веришь в любовь? — выгнув бровь, поинтересовался парень. — Хотела бы, правда. — она быстро налила себе еще грамм сто, будто боялась, что на трезвую не сможет продолжать эту тему. — Я иногда завидую тебе и Драко… Вы умеете чувствовать, что-то там переживаете, или, наоборот, светитесь от счастья, а я будто камень, наблюдающий за всем этим со стороны. — Вот именно, что со стороны все так интересно, а в реальности… Знаешь, я бы с радостью вырвал из груди тот кусок сердца, который отвечает за тоску по прошлым отношениям. — Неси нож, я помогу. — засмеялась Пэнси, кивая на стол. — Не сомневаюсь в твоем таланте. Кстати, можно вопрос? — Тебе можно все, мой хороший. — щеки ее горели то ли от выпитого, то ли от откровенного разговора. — Почему ты не упоминаешь о Тео? Он ведь тоже наш друг. — Нотт? О, Нотти… Мальчик-веселье. Мы же говорим о любви, а это точно не его остановка. Мы с ним два атеиста в этом плане. — голос девушки немного задрожал, а тонкие пальцы нервно стучали по стакану. — Почему ты так решила? — Да потому что, Блейз! Потому что я никогда не слышала от него и намека на то, что ему важны серьезные отношения. Со сколькими он уже встречался? Скольких бросил? — Так может все потому, что он не встретил ту самую, ради которой стоит остепениться? — Не знаю. Из вас троих я меньше всего его понимаю… Хотя, казалось бы, мы очень близки по духу. — Пэнс, помнишь ту ночную прогулку, когда мы вчетвером гоняли на мотоциклах по ночному Лондону? — Конечно помню. Я бы сейчас все отдала, чтобы вернуться в то мгновение. Такая свобода… Забини встал с дивана, подошел к рабочему столу и что-то достал из ящика. — Смотри. — он протянул подруге фотографию. — Видишь, дурочка, как он на тебя смотрит. И я знаю наверняка, он никогда ни на кого так не смотрел. Он избегает тебя не просто так… Подумай об этом. Вспомни все те редкие моменты, которые вы провели вместе. Паркинсон смотрела на фото не отрывая глаз. Где-то в горле образовался ком, который не давал ей шанса возразить. Она смотрела так долго, что ей даже показалось, будто Тео подмигнул ей прямо из фотокарточки. — Забини! Забини, мать твою, ты там одет? Не хочу видеть твой черный зад. — Легок на помине. Нотт, мы на кухне. — выкрикнул мулат в ответ другу. — Мы? Очередная Джинни? — засмеялся Тео, — Пэнси? Ой, прости, не знал, что ты здесь. — Говорю же, вы два сапога пара. — Забини махнул рукой, поджигая сигарету. Девушка засуетилась, пряча фотографию в карман толстовки. — Я, пожалуй, пойду. Уже поздно, плюс во мне достаточно алкоголя, чтобы беззаботно уснуть. Не буду вам мешать, парни. Ее попытка выпорхнуть, словно птичка из запертой клетки, не увенчалась успехом. Теплая ладонь обвила ее руку, заставив остановиться. — Останься. Мы давно не виделись. — Теодор пытался поймать ее взгляд, но почему-то ему это не удавалось. — Нет. Мне пора. — ответила она резко и дернулась к выходу. — Я провожу. Блэйз, я скоро вернусь. — парень отпустил девичью руку, направившись вслед за ней. — Пэнси, ну подожди ты! — он догнал подругу уже на улице, удерживая ее за плечо. — Ты… ты плачешь? Я чем-то тебя обидел? В ответ Паркинсон протянула ему фотографию. Она молчала, но в ее глазах таился лишь один вопрос. — Я помню эту ночь. Свобода… Чувство, которое жизнь нам дарит так редко. — Нотт рассматривал карточку так внимательно, будто пытался найти там нечто ранее неизведанное. — Знаешь, ты одна из немногих, кому идут сигареты. Его зеленые глаза встретились с ее заплаканным лицом. — Ну ты чего, малышка? Смотри, вся тушь по лицу растеклась. — его руки утирали ее слезы, а на лице смешались волнение и забота. Вдохнув больше воздуха, Пэнси приподнялась на носочки и осторожно, будто опасаясь отказа, поцеловала парня прямо в губы. Секунды его бездействия казались вечностью. Но ответ не заставил себя долго ждать. Теодор поцеловал ее со всей страстностью, будто ждал всю жизнь только этого, будто ничего в мире не было важнее. — А ведь это и правда работает. — тихо произнес он ей прямо в губы. — Что работает? — Загадать желание в День Святого Валентина. Я загадывал этот поцелуй снова и снова… и наконец сбылось. — А ты не ищешь легких путей, Нотт. Не проще было просто меня поцеловать в любой другой день? — девушка наконец расслабилась и улыбаясь, прижалась к мужской груди. — Не проще. Ведь ты — чудо. А чудо нужно ждать.