Что ненавидит Адам?

Сера была, мягко говоря, недовольна новыми правками в указ об истреблении. Каждый год она скрепя сердце подписывала разрешение на очередную кровавую бойню, и, когда Адам пришел со своей новой идеей о проведении следующего истребления на 6 месяцев раньше, Серафим была в гневе. Но когда дело касалось личных интересов Адама - он умел убеждать. После ухода Лилит и исчезновения Евы он всегда получал кого и чего желал. Его обязанностями, как лидера, были оснащение ангельской армии оружием и бронёй, что необходимо было прописывать документально и вести учёт. Но конечно же, ему было похуй на это, когда есть личная помощница. Адам ходил на свидания, спал с любой женщиной, которую хотел и наслаждался райской жизнью. Лют сидела в посольстве большинство своего времени и писала бесконечные отчёты. Блять, она - воин, а не чертов финансист. Но в раю некому было поручить это, никто просто не знал и не должен был знать об истреблениях. Лют вполне могла силой заставить работать других экзорцистов, но всё-таки в ее голове была идея выслужиться перед старшим Серафимом и взять на себя роль командира ангельской армии, отправив Адама "на пенсию". Серые дни в посольстве, наполненные бумажной работой, смешивались в один. Адам иногда заходил, чтобы создать иллюзию работы. Неизменно на его шее были новые засосы, а в её руках "случайно" ломались карандаши. Трудно не чувствовать что-то к тому, кто единственный был рядом на протяжении многих лет, и, блять, хоть это и ебнутый мудак, но это цепляло Лют. Но она никогда не позволит узнать ему о том, что творится внутри, когда она смотрит на него и слышит его голос. О, ему несомненно польстит эта новость, но не более того, ему совершенно нечего предложить взамен. У Адама есть свои принципы, один из которых - женщины нужны только чтобы ими пользоваться: использовать как оружие в войне с грешниками и трахать их. Ему не было дела до чьих-то чувств, кроме своих собственных, и уже сотни лет ему точно нет дела до любви. Её не существует. Лилит и Ева буквально были созданы для него, но обе предали. Ёбаные шлюхи. - Как продвигается работа? - хлопнув дверью, поинтересовался ангел, опустив глаза в листы с расчётами. - Сэр, я думаю, что... - Не напрягайся, мне насрать, - перебил он её. - Чёрт, ты, блять, вообще видела клуб в новом квартале? Там пиздец охуенно, особенно вечером, когда все моралфаги уходят спать. - Да когда бы я успела там побывать, - опустив глаза в бумаги и с силой давя на карандаш, заметив новый засос на шее, продолжила писать, на чём остановилась. Послышались хруст и тихое "блять", после чего она достала новый карандаш. - Какая же ты пиздецки неуклюжая, - снова подойдя к столу, бросил Адам, - кажется кому-то нужен выходной. Пошли сегодня со мной, я, признаться, скучаю по твоей блядской компании. - Я не могу, истребление уже через 2 недели, а мне еще дохуя нужно сделать, - не поднимая на него глаз, твердо заключила экзорцист. Рука её дрогнула. И все же, когда он бросил ей "скучаю" как кость голодной собаке, она вцепилась в неё. - Блять, Лют, - прозвучал голос прям над головой, - это не предложение, а приказ. Ангел вылетел из комнаты так же стремительно, как появился в ней, а истребительница наконец-то смогла выдохнуть и расслабить свою прямую осанку. - Я по тебе абсолютно точно не скучаю, - гипнотизируя взглядом дверь, пробормотала Лют, а затем ударила кулаком по столу, - блять! *** В Раю был легализован алкоголь и не считался чем-то грешным. Преступным считались именно действия, которые люди совершали под его влиянием, но большинство за счёт него просто расслаблялись и хорошо проводили время. В любом случае все кто не умели пить попали в ад, поэтому нет смысла запрещать выпивать, ведь в раю можно всё, что не вредит окружающим. В теории то оно всё так, но на практике многое выходило за рамки ангельских правил, и если до ночи в заведениях с алкоголем реально собирались друзья, чтобы посидеть вместе, то после полуночи такие места отдалённо напоминали адские. Старший Серафим и высшие чины не бывали в таких местах, а все присутствующие не распространялись на эту тему, ведь никто здесь никого не убивал и не насиловал, так что тогда плохого? Новый район был действительно потрясающий, наполненный множеством ярких вывесок, которые сейчас были очень актуальны на земле. Клуб не особо выделялся на фоне этого неонового безумия и особо не привлекал к себе внимания. Открыв двери, истребительница удивилась, увидев сколько народу здесь было. Обычно все же такие места не пользовались популярностью, а сейчас здесь едва ли было место чтобы пройти. Разве это не тревожный звонок? Если Люцифер пал, то это может случится с каждым. Лют не была идеальным ангелом, кажется её даже тревожили несколько грехов, которые она замечала всё чаще: гнев, зависть, жадность, похоть... но она всё еще в раю, так? Может эти порывы ничего и не значат. И где же искать среди этого пиздеца Адама? Лют обходила всех людей, не извиняясь если кого-то случайно задела. Она даже не переоделась, оставаясь в своей военной форме, всем своим видом показывая, что не хочет здесь находится. Пусть этот уёбок не думает, что может давать ей приказы не касающиеся их работы. Или может, ведь всё же она здесь? Искать долго не пришлось, он себя прекрасно чувствовал сидя с длинноволосой блондинкой с большими голубыми глазами. Она улыбалась и разве что не светилась, кокетливо заправляя прядь за ухо. Командир ангельской армии умел производить впечатление на женщин, они явно были без ума от него и даже с соседних столиков некоторые девушки оборачивались и подмигивали ему, питая его эго. Было ли это влияние его титула или харизма, экзорцист не знала, но внезапное желание устроить истребление прямо здесь, заставило её резко отвернуться. Глазами наткнувшись на бар, Лют прошла к нему, занимая место на высоком стуле. Она могла бы прямо сейчас уйти отсюда, но боялась потерять контроль и убить случайного прохожего, который наслаждался прогулкой по ночному раю. Крылья подрагивали от гнева, а сама она вцепилась руками в стол, стараясь унять гулко бьющееся сердце. Господи, что она ожидала когда пришла сюда с ним? Что они уединятся за каким-то дальним столиком и как хорошие друзья повспоминают хорошие моменты их загробной жизни? Он кинул ей "скучаю", словно кость, а она вцепилась в нее как голодная собака. - Что будете пить? - миролюбиво спросил бармен. Высокий брюнет в пиджаке и белоснежной рубашке с закатанными рукавами. Он выжидающе смотрел на нее своими карими глазами, ожидая ответа. - Я... Мне насрать, наливай то, что отключит мне голову. - Хорошо, мисс, - дружелюбно улыбнулся парень, наливая напиток в стакан, - нечасто в таких местах увидишь ангельскую стражу. - Поменьше болтай об этом, - сузила глаза Лют и запрокинув голову выпила напиток, - чёрт, ну и дрянь. - Вообще в правилах у нас есть лимит на количество алкоголя, - тихо проговорил бармен, но затем улыбнулся и наклонился ближе, - но для вас я готов сделать исключение. Охотно верится, что здесь сделали исключение только для неё, но сейчас не хотелось всё это высказывать, хотелось просто забыть этот ёбанный день. От гнева трясти уже перестало, да и в голове стало чуть больше свободного места. - Вы хорошо выглядите, - продолжал тем временем улыбаться бармен, на что получил скептичный взгляд, - не поймите меня неправильно, я просто привык говорить правду, другие девушки все обворожительно милые и одинаковые, вы же выделяетесь на их фоне. Вы выглядите подавленно, знаете, бармену всё можно рассказать, снять груз с плеч. - Хватит выкать и нести чушь, - остановила жестом его истребительница, - лучше налей мне ещё. Лют сидела и выпивала, слушая "забавные" истории бармена об этом клубе. И с каждым стаканом истории действительно становились все веселее и веселее, но истребительница держала лицо и эмоции внутри. Впрочем все её переживания остались где-то за толстой стеной и сейчас она чувствовала себя на удивление умиротворенно. Посреди очередной истории, парень резко замолчал и, смотря в затуманенные золотые глаза, спросил: - Как тебя зовут? Его резкий вопрос, который он задал спустя хрен-его-знает сколько времени неожиданно вызвал на лице Лют улыбку. - Её зовут пошел нахуй ёбаный осёл, - практически прошипел Адам, наклонившись через стойку к бармену, - ты, блять, слепой? - обвел рукой барную стойку, за которой в ожидании сидели посетители, - займись, нахуй, своей работой. Бармен опешил и не смог выронить и слова, кивнув он ретировался в другую сторону. Лют безразлично смотрела вперёд, разглядывая бутылки с жидкостью, стоящие в баре. - Ты охуела? - схватив ее за ладонь, развернул и подтянул к себе, - какого хуя ты флиртуешь с каким-то уебаном, пока я жду тебя? - Ты? - угрожающе сжала его ладонь истребительница, перейдя с командиром на "ты", - Ждал меня? Пошёл нахуй, Адам. Она хотела отдернуть руку и отвернуться, но он стащил ее с этого стула и потащил к выходу. С той силой, что была сжата её ладонь, было понятно - он в ярости. Но сейчас Лют было насрать на всё, её тоже переполнял гнев. Что ему вообще нужно? Её блядский мир не вертится вокруг него, впрочем, это работало в обе стороны. Толкнув дверь, которая чудом не слетела с петель, они вышли на улицу, где свежий воздух резко контрастировал с духотой клуба. - Блять, ты серьезно напилась не хуже ебучих грешников в аду? - продолжил злиться Адам, схватив вырывающуюся подчиненную за второе запястье. - Я просто охуенно проводила время, пока ты не решил всё испортить! - рычала она, продолжая бесполезную попытку освободиться из его рук. - Ты принадлежишь только мне, - его маска угрожающе замерцала помехами разными оттенками гнева, - ты только моя, Лют, запомни это, блять, навсегда. Она застыла на месте, а Адам расслабил хватку, чем и воспользовалась девушка, вырвав правую руку и сбивая маску с его лица, впилась своими губами в его. Здесь не было места нежности и осторожности, это чувствовалось как безмолвное продолжение их яростных криков. Его руки отпустили второе запястье и обхватили ее затылок, стянув волосы, притягивая еще ближе к себе. Лют впилась ногтями в его шею, не сильно, но ощутимо, перечеркивая тонкими линиями засосы. Этим поцелуем она словно поставила подпись в сделке на свою душу с самим дьяволом. И, о боже, это было охуенно. *** Уже с первыми лучами рассвета они медленно шли домой уставшие больше, чем после дня истребления. - Я думаю нужно нахуй убрать это место из рая, рассадник пошлости, - с недовольством в голосе сделал вывод Адам, - поставить на его месте ебучее кафе с чизкейками и кофе. - Главное чтобы в нем были симпатичные официанты. - Ой, заткнись, Лют.