warmed

      — Я то надеялась, что ты меня вспомнишь, — мягко улыбнулась та, вставая и уходя обратно к компании, предварительно погладив того по плечу, — Видать многого хотела.        Перекручивая полученные слова из раза в раз, уставившись в потолок, парень до последнего не понимал, как это произошло. Спустя столько лет. В условиях, связанных с его мечтой и смыслом жизни. Судьба или самовнушение? Юкимия бы очень хотел получить ответы на свой вопрос, ибо заниматься завышением планки ожиданий- такая себе авантюра. 

***

      — Юная леди, спину ровнее. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя спутали с детьми обычных нищенок, — причитала гувернантка, хлопая большой тростью по худой спине, заставляя девочку съежится, — Как можно быть такой... беспринципной? Поверить только. Пропустила уроки этики и манер! И не стыдно ли тебе перед своими родителями? Они столько отдают, лишь бы их чадо жило в достатке! Да тебе им ноги целовать мало будет! И не смей реветь. Нет у тебя такого права. Стой ровно, кому говорю.        Девочка, роняя слезы один за другим, уныло скатывавшимся по щекам, сжала подол маленькой юбчонки в ручках, поджимая губы. Хотелось взять и убежать, далеко-далеко. Так, чтобы не нашел ее никто. Ни старший брат, запрещавший ей потреблять большое количество еды. Ни родители, которые даже не знали сколько ей лет. Ни гувернантка, морально и физически изматывавшую её. Ни няня, которая посчитала прекрасной идеей, повесить вину, за дорогую сломанную вазу, на девочку, которую в итоге заперли в каморке на два дня без еды и воды.       Впрочем, поступила она ровно так, как и хотела. Выхватив трость у женщины, девочка ударила её по колену, что были силы, и дала деру, куда глаза глядят. Пелена, застилавшая глаза, не смогла стать помехой для того, чтобы бежать к желанной свободе. Оказавшись за пределами поместья, девчушка очутилась на полянке, не сильно вдали от старинного дерева, посаженного её дедом. Единственным человеком, не чаявшим в ней души. Как только до него дошла новость о том, что у него появится долгожданная внучка, он целиком и полностью отдал всего себя ее воспитанию.        Приводил он её к этой полянке из раза в раз, рассказывая разного рода истории, которые приключались с ним за время его молодости. С улыбкой вспоминая свою женщину, которой он лишился из-за халатности докторов, он ведал маленькой девице историю их знакомства. Исами все удивлялась, насколько же крепкой была их любовь. Оба из неблагополучных семей, однако у бабули, состояние в этом плане все же было получше. До безумия полюбившая ромашки, которые она получала от молодого человека, девушка напрочь забыла о других дорогих цветах, полученные ею от других более богатых ухажеров. Дед рассмеялся с того, каким неуклюжим был, и как она такого смогла полюбить вместе со всеми изъянами и помятым букетов цветов с парой четвертаков на проезд. На вопросы об изъянах бабушки, тот лишь с улыбкой глядел на ночные звезды, с гордостью отвечая: Нет, солнце мое. У этой до безумия прекрасной женщины не было ни одного недостатка. Единственный недостаток наших отношений, пожалуй, заключается в том, что сейчас ее рядом нет.       Исами лишилась и дедушки, когда его собственный сын, то есть отец юной леди, отправил его в лечебницу, когда тот отказался включать его в завещание. В ту роковую ночь, девочка лила слезы так, как никогда раньше. Но пришлось делать это так, дабы никто из семьи не услышал. Плотно прикрыв рот небольшой ладонью, Хоши прижалась к углу комнаты, сквозь пелену слез глядя на ночные звезды через небольшое окошко.

***

      — Доброе утро, дочурка. Как прошли сборы с теми игроками из проекта? — спросил Хоши старший, потягивая утренний кофе, сидя за главным местом большого стола, — Хочешь еще раз встретиться с тем юнцом, ради которого ты все это затеяла?       — Нормально все прошло, — безразлично ответила та, глядя на завтрак, стоявший пред ней, — Отдай это кому-нибудь, у кого нет аллергии на орехи. И на счет того парня, не волнуйся, я сама справлюсь, — добавила девушка, прежде, чем попросить одну из горничных унести прочь ее поднос с завтраком и принести ей ее сумку.        — Исами. Мы ведь договорились. Я тебе доступ к футбольному проекту, и их игрокам, а ты, в свою очередь, остаешься с нами дома. Тебе не обязательно уезжать, — чуть хмурясь, с разочарованным видом, процедил ее отец, — Обязательно ли ехать туда?       — Кому-то ведь нужно за ним приглядывать. Раз собственному сыну наплевать.       — Дочка, ну сколько можно? Мы и так из кожи вон лезем, отношения пытаемся исправить. Пойди нам на встречу, ну в конце то концов!              — Ты думаешь, что можешь предъявлять мне какие-либо претензии, когда ты сам и являешься причиной этой отвратительной атмосферы дома?! Ну разрешил ты мне увидеться с Юкимией, дал мне все средства, чтобы я смогла его увидеть. Ты думаешь, этого хватит, чтобы стереть отголоски прошлого? Думаешь, сможешь загладить то, как запирал меня на несколько дней за детские и глупые ошибки, без еды и воды, и внушил мне страх собственных слез? — она даже не переходила на повышенный тон. Он скорее был обреченным, и смирившимся, нежели агрессивным. Вид мужчины вмиг поблек, оставляя лишь пустоту в глазах, — Хуже всего даже не ваше блядское отношение ко мне. Ты разлучил меня с единственным членом семьи, который не проклял Вселенную за мое рождение. Ты! Ты отправил дедушку в лечебницу, словно он был каким-то психом, наравне с педофилами, убийцами и насильниками. Может я и закрою глаза на то, что ты вытворял со мной. Но за него, я тебя никогда не прощу. И даже не пытайся убедить меня переехать обратно. Я останусь у себя. И Бога ради, если у тебя осталась совесть верить во Всевышнего, не впутывай в это маму. Никого. Хватит.       Наспех схватив сумочку, и выдвигаясь к парадной двери, девица даже не взглянула на отца, которому тут же стало не по себе. Взявшись за левую часть своей грудной клетки, мужчина опирался об край стола, и тут же к нему примчались горничные, да дворецкий, дабы удостовериться, что с их начальником все хорошо.       Указав место назначения, Хоши всунула водителю пару крупных купюр, напоследок кидая взгляд на здание, которое она клеймила проклятым, она поехала к дедушке. 

***

      — Не слишком ли ты строга к нему, солнце? — искренне улыбаясь, вопрошал пожилой мужчина, стоя у небольшого пруда, внутри его особняка, опираясь двумя руками на трость.       — Он другого и не заслуживает,— зло хмыкнула внучка, уставившись на клумбы с цветами.        — Стоит ли тебе опускаться до их уровня? — по-доброму усмехнулся старик, поглаживая кошку, присоединившуюся к ним в саду, и начавшую бодаться о его ногу.        — Ты слишком милосерден к ним, дедушка.        — А что мне еще остается? Нельзя всю жизнь прожить с обидой. Была бы здесь моя Мэй… Она бы и ему скалкой по голове, да и мне. А после восклицала бы, что злопамятность это плохо.        — Ты в любой момент будешь вспоминать бабушку? — с мягкой улыбкой спросила Хоши.        — Я может и всего не упомню. Родителей, друзей, одноклассников.. Но ее буду помнить всегда. Она луч света, ведущий меня в кромешной тьме, — осторожно, не без помощи внучки, присаживался на скамью, он, — И пока есть у меня возможность ее вспоминать, я буду делать это с удовольствием.        — Мне бы так кого-то любить, — вздохнула Исами, садясь рядом с ним. Старик улыбнулся, беря ее руку в свою.       — Я думаю тот юнец из новой сборной, более чем достоин твоей любви. На моей памяти он единственный парень, привлекший твое внимание, и не испугавшийся твоего напора. Да и в целом один из немногих, ради которых ты так расстаралась. Как он там?       — Я узнала от их чудного предводителя, что он получил предложение от одной футбольной команды, не только играть за них, но и дать им разрешение на оплату лечения его оптической невропатии… Однако он отказал, и попросил дать ему больше времени, — обращая свой взор на небо, разъяснила та.        — Полагаю, это из-за того, что он боится, что это станет его пределом?       — Именно.        Старичок отвел взгляд, наблюдая за кошкой, ходившей от одного угла к другому, пытаясь поймать бабочку, и усмехнулся опять таки, по доброму, по стариковски.        — Паренек ведь не глуп, и знает, что к чему. Ты лучше скажи, обратно ты туда поедешь? — не уточняя, про родительский дом он, или саму тюрьму.        — Не знаю даже… — также не уточнив, ответила Хоши, поглаживая усмиренную кошку, разлегшейся на ее коленях.        — В любом случае, я буду на твоей стороне. Здесь всегда будет место для тебя, и при твоем желании, для него. Это меньшее, что я могу сделать для самого дорогого мне человека, который при первой же возможности забрал меня из того интересного места, взяв под опеку в свой особняк, — улыбнулся дед, беря руку внучки в свою.        Исами усмехнулась, шуточно закатив глаза.        — Во-первых, то место было ужасным, и ты не заслуживал того, чтобы тебя туда сослали. Во-вторых, особняк ваш, просто мой отец его забрал, а мне пришлось отсудить, потому что, как оказалось кое-кто успел переписать дом на меня. В-третьих, я не могла поступить иначе, ты ведь знаешь.       — Ну.. На счет ужасного не знаю, но.. там включали интересные азиатские сериалы по вторникам. Грех жаловаться. Я же полностью пересмотрел “Цветочки после ягодок”, ты в курсе? И корейскую, и тайскую, и китайскую версии. Разочарован выбором главной героини в нескольких версиях, правда. Но что уж поделать. Кстати, от тебя я жду не меньшей драмы.       —Дед...

***

      Заказав черничный пирог и шоколадный коктейль, девушка, в ожидании, сидела за дальним столом, наблюдая за уличными кошками, нежившихся на потрескавшемся тротуаре. Тут же небольшое устройство, которое ей выдали при заказе, начало вибрировать и пикать, указывая на то, что ее десерт и напиток были готовы. Встав с места, параллельно встряхнув, осевшую на подоле юбки, пыль, Исами направилась в сторону кассы, и забрала свой поднос, окинув персонал безразличным взглядом. В противовес ее выражению лица, ее рука протянула купюру с крупной суммой, кладя в банку чаевых. То, что ее внешность не вызвала у них никаких эмоции, было неудивительно. Нанесенные, посредством макияжа, веснушки, парик темно-коричневого цвета и карие линзы. Обычных белоснежных волос и красно-рубиновых глаз как ни бывало.         — Благодарю, — кивнула та, и направилась к своему столу, как вдруг на все заведение раздался возглас.        — Отоя, придурок, прибью! — воскликнул парень, гоняясь за другим юнцом. Светловолосый, с зеленой прядью посередине, со смехом кинув очки во второго, пронесся в метре от девицы, в то время как другой, в силу сильного потемнения в глазах, и попытке поймать летящий в него объект, натолкнулся прямо на нее. Все было как в замедленной съемке. Слетевший из рук поднос, с которого еще дальше летела тарелка с пирогом и стакан, содержавший коктейль, разбивавшийся вдребезги, при ударе о кафель. Стекло в оправах также разлеталось на кучу мелких осколков, оставляя за собой пустышки. Девушка упавшая на правый бок, и парень кое-как оперившийся на две руки, — Простите пожалуйста! Мне очень жаль… Я компенсирую ваш десерт и ваш напиток.        Хоши уже собиралась обрушить на него шквал нецензурной лексики, но что-то ее остановило. Юнец держался за лоб, пытаясь сфокусировать взгляд, однако получалось у него это ну очень скудно. Исами взглянула на хаос, творившийся у них прямо перед носом, и чуть нахмурилась. Как оказалось, ни одна капля коктейля не попала на них, и слава Богу, сказала бы та, если бы мысли не были забиты незнакомцем, на которого почему-то даже накричать не хотелось. Взяв очки, ну или то, что от них осталось, девушка разглядела их с разных сторон, пытаясь понять, что за модель это была. Пока она размышляла, паренек встал на ноги, и протянул ей руку.        — Позволите?       Неуверенно приняв предложенную руку, Исами привстала с его помощью, и стала уже разглядывать парня. Глаза, цвета восхода, словно смотрящие в душу, а по факту пытавшиеся рассмотреть хоть что-то, были устремлены на нее.        — Благодарю…?       — Юкимия Кэнъю. Ещё раз приношу свои извинения! Мне трудно сейчас ориентироваться.        — Ничего страшного… Не берите в голову, — хмыкнула та, смотря как подоспели рабочие, чтобы разобраться с появившимся бардаком. Переведя взгляд на пустые оправы, она обратилась к нему со странным вопросом, — Вы… старшеклассник?        — Первый год, да, — неловко улыбнулся Юки, — а что?        — Просто стало интересно. Мне жаль, что так получилось, — добавила Хоши, вертя объектом в руках.        — Это не ваша вина.        Разойдясь на хорошей ноте, после недолгой, но очень приятной беседы, эта парочка даже и не думала увидеться снова. Однако девушке стало до безумия интересно, что же в нем было такого, что она не могла выкинуть его из головы?        Парень, к слову, получил доставку прямо в школу. Очки, с нужными ему линзами, только гораздо лучшего качества, в одном из самых дорогих футляров, которые привез курьер, отказавшийся называть отправителя. Он еще долго размышлял о том, от кого это могло бы быть, но он упускал самый очевидный ответ. 

***

      Хоши хватило лишь имени, да фамилии, и одного взгляда на форму парня, чтобы понять, в какую префектуру ей отправлять компенсацию. По толщине оправ, и типу стекла, она рассудила какие линзы ей нужно заказать. Как оказалось, все эти тупые книжонки, которые ее заставляли читать в детстве, оказались не такими уж и бесполезными.        После, девушка жила с мыслью об этом парне, размышляя, сможет ли она встретить его вновь? Однако ей пришлось отложить все эти проблемы в дальний ящик, ведь тогда она проходила через испытания, в виде судов за право владение особняком, который должен был достаться ей, как наследнице, указанной в документах. Сумев выиграть суд, и забрав дедушку из лечебницы, девица начала возвращаться к мыслям о том юноше. Однажды, получив приглашение от локальной модельной компании, девушка разузнала, что тот, о ком она грезила, состоит там, она решила испытать судьбу еще раз. Наконец согласившись на подписание контракта, Исами решила попробовать там поработать, и встретить его, чтобы наконец узнать поближе и успокоить, бешено бьющиеся сердце.        Завидев его, но не сумев проронить ни слова, девушка ушла, оставляя за собой, для кого-то приятный, а для кого-то не, осадок несильного холода. Собравшись с силами, в тот же день, она позвонила агенту, объявляя, что спонсированию футбольного проекта быть. Заверив, что все траты она возьмет на себя, она переступила порог кафе, в котором находились, как вещал Эго Джимпачи, драгоценные таланты, девушка выдохнула с облегчением, увидев того, кто ей был нужен. Она чувствовала себя слишком одержимой, и мысленно покарала себя за такую странность.        Под конец оставив паренька в недоумении, Хоши покинула их компанию раньше, чем кто-либо еще, вручая Анри чемодан с крупной суммой денег. После этого, парень настоятельно выпросил номер ее телефона у Эго, уверяя, что это касается сугубо его футбольной карьеры. Ложь во благо не есть настоящая ложь, так что какая к черту разница?        После долгих размышлений и попыток вспомнить, до Юкимии дошло, как нужно поступить. По поручению Эго, Кэнъю сопровождался одним из работников Японской Футбольной Ассоциации, у которого он попросил остановиться у лучшей кулинарной, где в следствии он купил большой черничный торт, и два шоколадных коктейля, но их уже в кофейне.        Стоя у огромного забора, словно облитого золотом, парень молился, чтобы очки не вспотели так уж сильно. Дверь отворил дворецкий, приглашая юношу внутрь. Пройдя за ним, Юкимия очутился в саду, где расхаживали глава семьи Хоши, с внучкой под руку. Обернувшись на звук шагов, оба застыли. Кто от удивления, кто от игривости.        — Явился, да не запылился, — усмехнулся старик, и отпустив руку внучки пошагал в сторону летней кухни, и на вопросы Исами лишь отвечал, — Попкорн сам себя не притащит.        — Юкимия? Что ты тут делаешь? — спросила девушка, глядя на него с нескрываемым удивлением.        — Тебя хотел увидеть, если это не проблема, конечно. В противном случае, я могу уйти, — неловко улыбнулся тот, однако в ответ получил мотание головой в знак отрицания.        — Нет-нет. Я тебе рада. Проходи, — указав на белого цвета беседку, слегка улыбнулась девушка.        — Благодарю.       Анализируя все произошедшее с разных перспектив, парочка долго смеялась, наслаждаясь приятной компанией друг друга. Их диалог начался от воспоминаний, переходя к фильмам, сериалам, политике, в какой-то степени, играм, музыке, книгам, точным наукам, закончившись разговорами о карьерах. Беседа шла непринужденно, точно знали они друг друга, словно всю жизнь. Когда тема остановилась на работе, она плавно перешла в спонсорство, но тут парень ее остановил.        — Мне не нужно, чтобы ты меня спонсировала. Ты и так сделала для меня много всего. Да и поступать так отчаянно, только чтобы увидеть меня еще раз.. Не каждый человек на такое пойдет, знаешь ли.        — Богатое у тебя воображение, слушай, — улыбнулась та, делая вид, что он несет полнейшую чепуху.        — Ну конечно.        Причин сблизиться было неимоверное количество. Причина, по которой она ему так приглянулась, это то, что она не недооценивала его бэкграунд. Причина, по которой он не мог покинуть ее мысли, заключалась в том, что он не требовал от нее ничего. Они оба видели друг в друге обычных людей. Не спасение. Не источник поддержки. Не источник денег. Не героя, который должен спасти ее из лап строгих родителей. Не принцессу, что должна быть спасенной. Просто два безнадежных романтика, которые хотят добиться своих целей.