पच

Вечер Киран проводил в комнате. Он наконец мог насладиться сладким вкусом фруктов без желания вернуть их наружу в тот же миг. Попутно он читал книгу, однако мысли были о другом. Стоило признать, что Киран хотел домой. Откуда бы его корни ни были, но свое детство парень прожил в Англии, и все приятные воспоминания были именно там. В Индии, напротив, все напоминало о злосчастной ночи, когда Киран остался один… Да и дома парня ждали хорошие перспективы в спорте, друзья, дом, однако пугала мысль, что он останется наедине с обезумевшей бабушкой. Но раз Лима и Киллиан так твердо стояли на его возвращение, то наверняка не собирались оставлять его одного? Задумываясь о том, что он скорее всего выберет Англию, Киран вместе с тем невольно вспоминал о Джае и… Амрите. Казалось, Киран до сих пор испытывает к нему лёгкую злость, но благодарность заглушает всю ту яростную бурю, что была раньше. Наконец парень увидел в Дубее что-то кроме едких фраз и безразличного вида. Впервые Киран всерьёз задумался, насколько было тяжело Амриту. Он тоже испытывал горе и в прошлую ночь это было особенно заметно, когда взгляд Кирана не был затуманен ненавистью, а глаза Амрита были чисты и столь искренни, что не скрывали тоску и усталости. Но при этом на нем было бремя наследника своего рода и вместе с тем заботы о семье и Киране. Парень злился, что Амрит так бесстрастен, но у него попросту не было времени на собственную печаль… Может, Киран был с ним слишком жесток, но теперь ему не хотелось оставлять его одного. Однако, возможно, для Дубея будет лучше без лишнего бремени? Определённо. С Джаей же вопрос был другой… В дверь постучались, прерывая поток мыслей Кирана. Он встрепенулся и, дав позволение войти, застал Амрита у порога. Стало ясно, что время решать свою судьбу было близко. — Добрый вечер, — вежливо сказал Амрит, садясь на кресло. — Как ты себя чувствуешь? — Неплохо, — ответил Киран, пожимая плечами. — Радует, — кивнул Амрит. — Ладно. Не буду томить и перейду сразу к делу. Ты ведь догадываешься, почему я пришел? — Решил отговорить меня? — предположил Киран. Амрит ответил не сразу. Сложив пальцы в замок, он опёрся на них и тяжело вздохнул, явно размышляя над словами Кирана. Тот, в свою очередь, не думал, что реакция будет такой, представляя более решительный подход со стороны Дубея. А может, тот и не так желал отговаривать паренька… — Значит, ты все же хочешь в Англию… — задумчиво ответил Амрит и вновь принял расслабленную позу, скрещивая ноги и раскидывая руки на подлокотники кресла. — Хотя, чего я ожидал? Ответ и так был очевиден… — Так… Ты меня отпустишь? — осторожно спросил Киран. Меньше всего ему хотелось портить свое настроение спорами с Амритом. И в то же время почему-то ему хотелось, чтобы мужчина убедил его остаться, показывая тем самым хоть какую-то ценность в нем… И избавляя от лишних размышлений. Хотя даже так, душа Кирана, все равно бы тянулась домой… в Англию. — А ты думаешь, я тебя против воли держать буду? — приподнимая бровь, сказал Амрит с таким видом, будто услышал глупость. — Я не буду тебя удерживать, но хочу тебя предупредить перед тем, как ты примешь окончательное решение. С этими словами мужчина встал с кресла, скрестив руки за спиной и задумчиво расхаживая по комнате, прежде чем встать перед Кираном. — Я не знаю, что тебя ждет в Англии. Может, Лима и Киллиан тебе помогут. Как бы они мне не не нравились, но не думаю, что они бросят тебя в беде. Однако… с того момента, как ты окажешься в Англии, можешь не рассчитывать на мою помощь. Тебе всегда тут будут рады, потому, если решишь вернуться, то мы будем ждать — Амрит не сводил глаз с Кирана, но лишь ненадолго взглянул вдаль прежде, чем добавить: — Я буду тебя ждать. — Я так и знал! — яростно ответил парень, пропустив мимо ушей последние слова Амрита. — Я для тебя лишь обуза! Потому ты так спешишь избавиться от меня! — Не спеши с выводами, Киран, — ответил Амрит, угрожающе сузив глаза. — Разве в моих словах был хоть один намек на то, что я считаю тебя обузой? — Ты обещал заботиться обо мне, а в итоге что? Бросил, как только мое мнение стало тебе не угодно! — Успокойся, — ответил Амрит со сталью в голосе, но внешний вид его был спокоен. — Я отказываюсь от помощи не потому что хочу. А потому что ты должен понимать, что принимая решение уехать, ты сам по себе. Мои полномочия не столь всемогущи, чтобы помогать тебе везде и всюду. Мне будет куда сложнее помогать тебе издалека, ведь на мне обязанности дюжины. Одно дело заботиться о тебе на своей территории, а другое — за ее пределами. На мне обязанности дюжины и целой страны, ты должен понимать, что я не могу разорваться между тобой и делами. Ты взрослый мальчик. Должен сам принимать решения и знать о последствиях, о которых я тебе говорю. Я не гоню тебя. Ты можешь остаться и тебя примут с почестями. К тебе будут относиться с уважением. Я не дам тебя в обиду и обеспечу хорошее будущее. Это я тебе обещаю, но выбор за тобой. Киран замялся, будто стыдясь собственных слов. Он снова поспешил и пожалел о том, что обвинил Амрита, не выслушав предварительно. Однако можно было ли ему верить? Парень знал, что да, ведь Амрит всегда сдерживал свое слово. Тем не менее Киран не спешил менять свое мнение. Единственное, что его останавливало — это Джая. Столь беззащитная среди всей этой борьбы за власть и расположение кровавой богини. После предательства семьи ей и без того стало труднее, ведь каждый считал своим долгом упрекнуть девушку в проделках ее родственников. Будучи хрупкой и ранимой, Джая тяжело переносила этот удар, но Киран, несмотря на собственное подавленное состояние, пытался ее утешить, поддержать. Однако если он уедет… Джая останется совсем одна, и главным страхом Кирана было, что весь этот гнет, что свалился на ее хрупкие плечи, попросту сломает ее без необходимой опоры. — Я знаю, о ком ты думаешь, — привлек к себе внимание Амрит, прерывая тишину ласковым голосом. — Джая, не так ли? — Не хочу оставлять ее одну… — прошептал Киран, отводя взгляд, чувствуя себя неловко, выражая столь трепетные чувства перед Амритом. — Понимаю, ей сейчас нелегко, но она вовсе не так слаба, поверь. Когда надо, умеет показать коготки, — с привычной ухмылкой говорил Амрит и казалось даже его умиляла подобная картина, хотя он не был падок на такие чувства. — К тому же она не одна, Киран. С ней ее отец и я. Мы не дадим ее в обиду. Я так же как и ты считаю, что невинное дитя не виновато в грехах своих обезумевших родственников. Знаю по своему горькому опыту… — Ей будет грустно… — все не унимался Киран, чувствуя беспокойство, хотя слова Амрита, стоило признать, значительно утешали. Если Дубей приглядывал за Бенерджи, то ему точно не стоило беспокоиться за Джаю в физическом плане. Но Амрита нельзя было назвать… человеком поддержки. — Справится, куда денется. Ей пора взрослеть и понимать, что мир не так мягок, как хотелось бы. Иногда этому учишься через горький опыт, — пожимая плечами, сказал Амрит, подтверждая суждения Кирана. — Не буду врать. Без тебя ей будет тяжелее. Но оставаться здесь ради нее, когда сам рвешься домой — бессмысленно. Ей будет не лучше от мысли, что ты пожертвовал всем ради нее и теперь несчастен. Она и для тебя желает только лучшего, так сделай так, чтобы Джая была рада за тебя, а не корила себя за твое несчастье. Киран хотел что-то возразить, но стоило признать, что Амрит был прав. Потому в голову лишь приходили безумные мысли. — Я могу… Взять Джаю с собой? — решил рискнуть Киран и позволить себя такую наглость. — Нет, — твердо сказал Амрит, и парень тяжело выдохнул. Глупо было ожидать другого ответа. — Сейчас — нет. Ты сам не знаешь, что будешь делать в Англии. Не стоит так рисковать Джаей из-за пылких чувств. Это сейчас ты думаешь, что готов свернуть горы ради нее, но все может измениться при иных обстоятельствах. Я отпущу ее только при том условии, что буду уверен в твоих намерениях и возможностях обеспечить ей хорошую жизнь. И конечно, если она сама будет не против. — Я серьезно настроен! — возмутился Киран, посчитав слова Амрита насмешкой над его чувствами. — Докажи, — бросая вызов, сказал Дубей и коварно усмехнулся. — Уверен, даже в Англии ты сможешь достичь успеха. — Ты еще сомневаешься? — приняв вызов, сказал Киран. — Я докажу. — Верю, — кивнул Амрит, и в его взгляде читалась гордость. Заботливо потрепав мальчишку по плечу, мужчина о чем-то задумался, глядя на Кирана и улыбаясь с некоей тоской. Встрепенувшись, Амрит вернул свой бесстрастный вид. — Тебе пора спать. Ты все ещё восстанавливаешься, необходим отдых. Завтра приглашу этих… англичан. Обсудим все насчёт переезда. Киран не успел вставить и слова, как Амрит направился к двери, собираясь уйти. — Доброй ночи, — лишь успел кинуть вдогонку Киран. Амрит остановился у двери, в последний раз взглянув на Кирана и улыбнувшись так по-доброму, словно отец ребенку: — Доброй, Киран.