Птичьи перья

Ему было холодно. Его одежда была влажной, а по всему телу были порезы. Томми понятия не имел, как долго он бежал, и даже не представлял, куда он направляется, он просто знал, что за ним гонятся люди, и он не мог позволить им поймать себя, иначе был бы мертв. Он бежал по лесу, ветки и листья били его по лицу, когда он, тяжело дыша, пробегал между деревьями. У него болели ноги, боже, как же сильно они болели, но он не останавливался, не мог остановиться. Небо было темным, закат давно миновал, и он все еще мог видеть далекие огни факелов идущих за ним людей. Теперь они перестали кричать, и он не знал, предпочитает ли он тишину или хотел бы, чтобы они по-прежнему производили шум, чтобы он мог хотя бы знать, насколько близко они к нему. По скромному мнению Томми, они должны просто оставить его нахуй в покое. Потому что он ничего не делал! Его единственным "преступлением" в их глазах было то, что он был гибридом, птицей с перьями на лице и маленькими крыльями за спиной, просто пытавшейся прожить свою жизнь в мире. Но, видимо, у некоторых людей были проблемы с этим. Когда он впервые приехал в город, он уже знал, что наверняка найдутся люди, которым на самом деле не нравятся гибриды, но он не знал, что меньше чем за день все перейдет от простого обзывания его животным и нескольких легких угроз к реальной попытке убить его огнем. Но вот он появился. Слезы грозили потечь по его лицу, но он не позволил им. Люди уже сделали достаточно, он не собирался доставлять им удовольствие, заставляя себя плакать.(даже если они, вероятно, этого не увидят и им тоже будет все равно). Плюс, вероятно, ему было бы труднее что-либо разглядеть и без того темном лесу, так что. Казалось, что его сердце вот-вот упадет в желудок, и он сильно запыхавшись упадет от изнеможения, но все же. Он не мог остановиться. Хотя, как это всегда было в жизни Томми, все пошло не так. Он действительно не заметил, что его ноги зацепились за торчащий корень, пока не оказался лицом в грязи, покрывавшей лесную подстилку. Болезненный стон вырвался из его горла, лицо горело так, что это говорило о том, что он определенно либо намазал грязью свежие раны, либо только что создал новые. Хорошо, теперь он слышал приближающиеся крики людей, поскольку они, вероятно, заметили, что он споткнулся. В тот момент он был уверен, что с ним покончено. Он бы не сказал, что смирился со своей судьбой, к черту это, он, блядь, не хотел умирать. Но часть его прекрасно понимала, что с его нынешним положением у него не было шансов выжить. Ужас наполнил его сердце, и слезы, наконец, пролились. — Догнать его! — закричал кто-то, заставив все его тело содрогнуться, когда тяжелые шаги раздавались все ближе и ближе. Теперь он видел свет факелов, от которого отбрасывали тени рядом с ним, что означало, что у него, вероятно, осталось меньше времени на побег. Раздался сильный порыв ветра, за которым последовал громкий глухой удар, когда что-то тяжелое приземлилось за ним, заставив Томми вздрогнуть от страха. Хотя он все равно повернулся, чтобы посмотреть, что это было. С сердцем, почти выпрыгивающим из груди, Томми повернулся, чтобы посмотреть на темный силуэт перед ним, отбрасывающий такую огромную тень, что сам Томми теперь был полностью в темноте, свет факелов очерчивал силуэт существа и показывал Томми, что он определенно имеет дело не с человеком. Новый незнакомец был на самом деле невысокого роста, но из-за положения Томми на земле, казалось, что перед ним гигант. Их длинные волосы развевались на легком ветру, скрытые под широкой шляпой, но все же самым заметным была пара гигантских темных крыльев, торчащих из-за спины. — Уходите, — прошипел человек, его крылья расправились еще больше. По толпе пробежал ропот, слова замешательства и страха вырывались из глоток людей, которые собирались зарезать Томми, как свинью. — Я сказал, — прорычал крылатый парень так громко, что люди почти одновременно отступили на шаг назад. Меч был извлечен из ножны с громким металлическим звуком и сиял чарами, определенно более сильными, чем было у этих людей. — ПРОЧЬ! На этот раз они послушались, чуть не поскользнувшись в грязи, когда бросились прочь, страх был на их лицах, когда последние лучи света ударили им в глаза. В мгновение ока они исчезли. Томми все еще тяжело дышал, чувствуя, что его вот-вот вырвет, он потеряет сознание, а может, и то и другое вместе. Затем незнакомец сложил крылья. В темноте все еще было плохо видно, но Томми все еще мог различить темные глаза, смотрящие прямо на него, длинную мантию и, конечно же, большой меч, который незнакомец все еще держал в руке. Томми попытался встать, его нога немного соскользнула, когда он пытался удержаться в вертикальном положении, он поймал баланс и попытался выровняться, когда он выпрямил верхнюю половину тела. — Не... — выдохнул он, его голос дрожал, даже когда он пытался встать в ровно вертикальное положение. — Не прикасайся ко мне! После этих слов человек сделал шаг назад, к шоку Томми, как будто от неожиданности. Если быть честным, Томми полностью ожидал, что его в любую секунду зарежут лезвием, поскольку его единственное предположение о том, зачем этот человек вообще оказался там, состояло в том, чтобы сделать жизнь Томми еще хуже или просто покончить с ней. В этот момент у Томми начало кружиться голова, адреналин, который только что и делал что тек по его венам, почти полностью иссякли. —Ты... — начал незнакомец, прежде чем спрятать свой меч и сделал шаг назад. — Тебе не о чем беспокоиться, да? Я не причиню тебе вреда, приятель. Тем не менее, Томми оставался напряженным, не обращал внимания на то, насколько сильно горели его ладони, когда при падении, грязь попала в его открытые раны. Его дыхание было прерывистым, почему-то даже больше, чем раньше, когда он пытался держаться прямо, его конечности молили о том, чтобы отдохнуть, когда его тело начало чувствовать усталость, как будто присутствия другого человека, который не пытался его убить, было достаточно, чтобы чувствовать безопасность. — Теперь все в порядке, — продолжил человек, подняв руки вверх. — Я Фил, я на твоей стороне, хорошо? Послушай, я не человек... И когда мужчина сказал это, он еще немного расправил крылья, будто это должно было заставить Томми расслабиться. Часть его мозга кричала, что да, это дерьмо! Он понимал, что этот человек назвавшийся Филом принадлежал к тому же гибридному подклассу как и Томми. Перед глазами у Томми медленно начинало плыть, и как бы он ни старался сосредоточиться, он не мог видеть четко. — Ты гибрид птицы, верно? — спросил парень, по-видимому, Фил. — Из-за этого они охотились за тобой? — Не твое собачье дело, — прорычал Томми, в его глазах потемнело и он упал в обморок от перенапряжения. *** Когда Томми проснулся, первое, что он осознал, было ощущение, что его голова вот-вот расколется. Во рту у него было сухо, а глаза тоже будто пульсировали, отчего он чувствовал себя так, словно только что выполз из своей могилы или что-то в этом роде, боги превыше, что он делал вчера. И тут его осенило. Он быстро открыл глаза, но был вынужден закрыть их, когда его ненадолго ослепил свет над головой. С болезненным стоном Томми повернулся на бок, а затем снова попытался открыть глаза, на этот раз успешно. Он смог осмотреть комнату, деревянные полы и кирпичные стены, много мебели, такие как книжные шкафы или комод, и камин в углу, ярко горящий и дающий ему приятное тепло. Когда Томми посмотрел вниз, он понял, что его руки покрыты бинтами, и работа выглядела выполненной довольно хорошо. Он также понял, что, то на чем он сам лежал, определенно было не просто кроватью или даже просто одеялом. С каким-то замирающим чувством в сердце он осознал, что в данный момент находится в гребаном гнезде из всех возможных вариантов. Он был окружен мягкими тканями и подушками, и о боги, это были перья?! Он выпрыгнул из гнезда, быстро увеличив дистанцию между собой и тем, в чем такому, как он, определенно не должно быть места. Потому что, окей! Гнезда были чем-то особенным для всех гибридов птиц, это было место, где спали, где им было наиболее комфортно, но не только это! Это было место для особых случаев, где влюбленные делились своими самыми сокровенными секретами, а родители показывали своим детям, как правильно ухаживать за своими крыльями, место для семьи. (Которого у Томми определенно не было и частью которого он не был ...) Однако, когда он попытался напрячь свои мысли, весь мир закружился. Черные точки замелькали у него перед глазами, он потерял равновесие и упав прямо задницей на деревянный пол, сквозь зубы прошипел. После падения, он внезапно услышал движение, доносящееся из-за дверей, голоса приближались к нему, но все еще приглушались деревом. Он снова начал паниковать, его сердцебиение участилось, поскольку шум становился все громче и больше, заставляя его быть уверенным, что кто-то вот-вот войдет в комнату в любую секунду. — Я подлатал его, как мог, — сумел разглядеть он человека прямо за дверью. — Но он выглядит так, будто давно не ел нормальной еды, так что определенно есть над чем поработать. На мгновение Томми подумал, не попытаться ли как-нибудь убежать, может быть, попробовать окно в стене слева от него, но в ту секунду, когда он попытался встать, его голова заболела, и ему пришлось остаться на месте. Ему оставалось только ждать, когда незнакомцы решат его судьбу. Двери со скрипом открылись, отчего волосы у него на затылке встали дыбом, поскольку он пытался не нервничать. Было довольно сложно вспомнить детали вчерашней темной ночи, но он был почти уверен, что первым человеком, который вошел в комнату, звали Филом, с длинными волосами, темными крыльями и всем прочим. Он... выглядел гораздо менее устрашающе теперь, когда Томми мог как следует разглядеть его черты, насколько мягким было выражение его лица, насколько он был больше похож на вежливого путешественника, чем на убийцу. Но, тем не менее, он держался настороже. Другой человек, который последовал за Филом, был намного страшнее. Он был не только невероятно высоким, но и его пепельная кожа, темные глаза и гребаные кости, по форме которые напоминали пару больших крыльев, и определенно не давали Томми почувствовать, что он доживет до следующего утра. Сначала взгляд Фила был направлен на гнездо, но когда он заметил, что Томми там нет, из его горла вырвался тихий чирик. Но когда мужчина заметил, что Томми пытается прижаться спиной к дальней стене, его ранее распушенные перья снова разгладились. — Вот ты где! — мужчина улыбнулся и сделал шаг ближе, что, очевидно, заставило Томми напрячься, и мужчина остановился. Через секунду он попробовал снова. — Извини, ты, наверное, не в настроении разговаривать, да? — Кто ты такой? — прорычал Томми. — Где я?! Парень остановился, его глаза расширились, он был удивлен реакцией Томми, но вы же не ожидаете, что парень, которого вы фактически похитили, будет счастлив, не так ли? — Ох, эм... Я Фил. Я говорил тебе это вчера, но… Да, ты, наверное, много не помнишь. Томми просто уставился на него, ожидая, что парень хотя бы расскажет ему, что происходит, прежде чем он покончить с ним. — И, — продолжил Фил. — После того, как ты отключился, я решил отвести тебя сюда – Это называется Пабом. — Паб! — Парень, стоящий за Филом, вмешался, напугав Томми. Это заставило Фила вздохнуть. — Конечно, Паб. В любом случае, это, хм, как бы это сказать... Это своего рода главное здание в нашем маленьком сообществе, так что… Тебе не нужно беспокоиться о том, что вы находитесь у черта на куличках или что-то в этом роде. – Что, подождите, нет... Прежде чем мужчина успел закончить, Томми подскочил к большому окну, не заботясь о своих травмах или ноющих мышцах, он должен был увидеть. Когда он подошел к окну и выглянул наружу, ему почти сразу пришлось отойти, потому что, срань господня, он был в воздухе. В каком бы странном здании он ни находился, оно находилось не на земле. Он, конечно, мог видеть землю, но она определенно была по крайней мере в сотне футов от неё, он не мог быть просто на какой–то башне, таких высоких башен не делают. — Какого черта, — обнаружил он, что говорит хриплым голосом. — Ах, ну, — Фил кашлянул, по какой-то причине его голос звучал неуверенно. — Здание расположено на летающем острове. Я понимаю, что, вероятно, мне следовало упомянуть об этом раньше, но да, извини. Внезапно Томми охватил злость – злость на свою ситуацию, на тот факт, что ему причинили боль, что он не знал, где находится, что какие-то незнакомцы вели себя так, как будто все было в полном порядке после того, как фактически похитили его... — Отпустите меня! - повысил тон голоса Томми, его крылья приподнялись — Ты не можешь держать меня здесь, я хочу уйти домой! Глаза Фила расширились, но прежде чем он успел что-либо сказать, заговорил другой парень. — Вау, все хорошо! Мы... кстати, меня зовут Уилбур, мы не хотели причинить тебе никакого вреда! Фил просто привел тебя сюда, потому что ты был на грани смерти и тебя могли убить! Не похоже, что мы вообще планировали это или что-то в этом роде. Томми тяжело дышал, но он знал, что логически парень был прав. Он не был в камере, он не был связан или что-то в этом роде, его раны были перевязаны, он чувствовал тепло. Но это не означало, что он все еще не был злым. — Я не хочу находиться тут, — прошипел он, пытаясь сделать так чтобы его руки не дрожали. Фил вздохнул, но по какой-то причине это был не сердитый вздох, скорее ... просто усталый. — Эта ситуация похожа с Техно, — прошептал он, но Томми услышал. — Хорошо! Мы не хотим держать тебя здесь против твоей воли, да? Мы просто хотим убедиться, что ты не умрешь, потому что я не прощу себе, если оставлю тебя раненым. С каждым словом Томми чувствовал, как утихает его злость, даже если он пытался сохранить это чувство. — Итак, как насчет этого, — продолжил Фил. — Ты останешься здесь, до тех пор пока твои раны не заживут, а потом сможешь продолжить свой веселый путь, и тебе больше никогда не придется с нами иметь дело, договорились? Сначала он чуть было не сказал "нет". Он почти кричал о том, что он ни за что добровольно не останется с какими-то говнюками, но… В то же время он знал, что на самом деле у него нет выбора. У него не было дома, ни родных, к которым можно было бы вернуться. Ему все еще было больно, и он не мог полностью шевелить крыльями, все его тело болело, он никак не сможет уйти далеко. Он был слаб, ему было больно, и он был голоден. Итак, он согласился. *** Первые несколько дней прошли спокойно. Томми большую часть времени оставался в комнате(как ему сообщили, это была комната для гостей, так что ему, по крайней мере, не нужно было беспокоиться о том, что он находится в чужом пространстве), ему приносили еду, Фил или Уилбур, ему несколько раз меняли повязки, и, кроме того, он был в тепле. Было страшно признавать, но… Томми вроде как понравилось тут. Не поймите его неправильно, конечно, он любил свою уличную жизнь! Он был свободен и мог делать все, что хотел, и никто не указывал ему, что делать, эти три вещи. Конечно, на улице ему обычно было холодно, у него не было безопасного места для сна, и он мог есть только то, что украл или нашел в мусорном ведре, постоянно существовала вероятность нападения. Кого он обманывает, здесь было намного лучше! Он был накормлен, ему было тепло, люди были милыми, и ему не нужно было беспокоиться о том, что его убьют во сне. Наступило утро его пятого дня, и он как раз доедал теплый завтрак, принесенный ему Уилбуром, и его одолевали тяжелые мысли. Его желудок был полон, его раны почти полностью зажили, и он знал, что если он ничего не предпримет, его вышвырнут в любую секунду. Он не был уверен, как реагировать. Но кем был Томми, если не импульсивным. С вновь обретенной решимостью Томми вскочил на ноги и быстро направился к дверям, не обращая внимания на то, что его сердце готово было выскочить из груди. Когда его рука взялась за ручку, он на секунду замер, сомнение и напряжение сковали его движение, но он быстро покачал головой отгоняя мысли и открыл двери. Коридор на самом деле не был для него чем-то новым, он уже несколько раз ходил по нему, когда ему нужно было в туалет, но на этот раз он пошел в другую сторону, к лестнице. Не доходя до неё, он остановился, прислушиваясь к любым звукам, доносящимся снизу, опасаясь, что там кто-то может быть, но никого не услышав Томми двинулся вниз по лестнице. Когда он спустился, его там никого не оказалось. Томм увидел большой бар, несколько кресел, красивый и большой аквариум по бокам, уголок с книжными полками и несколькими диванами, но там никого не было. Томми выдохнул, сам не осознавая, что задерживал дыхание. Он огляделся, полюбовался виноградными лозами и светящимися ягодами вокруг и позволил себе вздохнуть. Не часто ему было так комфортно в воздухе, даже если птицы созданы для того, чтобы парить высоко в воздухе, Томми давно привык быть прикованным к земле, даже если это означало, что он годами не мог нормально спать, так что было приятно не чувствовать, скованность. В любом случае, он направился к бару, что, он был взрослым, в принципе, никто бы не разозлился, если бы он просто посмотрел на их заначку, да? Томми встал за стойку и, не теряя времени, открыл шкафы, быстро просмотрел все этикетки и решил, что ему вкусу что-нибудь подойдет, может быть, он даже попробует пару раз. — Что ты делаешь? Внезапный голос напугал его так сильно, что он с криком ударился головой о внутреннюю стенку шкафа, быстро отошел назад и встал, чтобы посмотреть на незваного гостя. (Хотя на самом деле он не знал, жил ли там незнакомец, так мог ли он действительно так сказать) Он столкнулся лицом к лицу с человеком, который своими широкими плечами напоминал гору. который, какого хрена, не так выглядели нормальные люди. В данный момент он смотрел на Томми с хмурым выражением лица, которое, казалось, ничуть не смягчали его розовые волосы и заячьи ушки. — Что ты делаешь, — снова спросил мужчина, скрестив руки на груди. — Ты тот сопляк, которого Фил привел сюда? Томми расправил крылья. — Что... Я не сопляк! Парень хихикнул. — Ты на самом деле не оспоришь моё мнение прямо сейчас. Он почувствовал, что его лицо краснеет от смущения. — Заткнись! Кто ты вообще такой?! Я большой мужчина, и ты не можешь быть такой сукой! — Ты ведешь себя как ребенок. — Я не ребенок! — Знаешь, именно поэтому тебе не стоит заглядывать в этот шкаф. — Заткнись! — Томми усмехнулся, отступая. — Кто ты такой, чтобы указывать мне, что делать?! — Меня зовут Техно, — быстро ответил парень, подходя на шаг ближе — Это напоминает мне, что по иронии судьбы, никто на самом деле не знает, кто такой ты. И теперь Томми столкнулся с проблемой. Технически он мог просто назвать свое имя, не похоже, что что-то действительно произошло бы, если бы они это знали. В этом не было никакой силы, в этом не было ничего особенного, на самом деле. Но в то же время, прошло так много времени с тех пор, как кто-либо называл его настоящим именем. В последние несколько лет это были только “мусор”, “крыса”, ”животное"... и...“Сопляк”. Возможно, пришло время это изменить. — Отлично, — прошипел он, все еще не очень довольный своим нынешним положением. — Томми. На лице мужчины появился намек на улыбку. — Приятно познакомиться Томми. Внезапно от дверей раздался голос. — Техно, ты не видел мою сумку, коричневую на- О, привет! Теперь перед ним был Фил, его волосы были собраны в хвост, а одежда выглядела потрепанной. Мужчина остановился, когда заметил их двоих, внимательно осмотрел, а затем, когда в чем-то убедился, широко улыбнулся. — Ты спустился, — усмехнулся он, подходя ближе, взъерошив при этом волосы Техно, отчего мужчина раздраженно издал звук. — Я надеюсь, Техно не напугал тебя, он такой устрашающий. — Пожалуйста, никогда больше не говори мне этого, — пробормотал Техно, отстраняясь от руки Фила. — И нет, я просто остановил ребенка, когда он рылся в запасах алкоголя. — Я не ребенок, — мгновенно воскликнул Томми, но, казалось, его слова почти ничего не изменили. — Томми… Не ребенок. Глаза Фила расширились от удивления, прежде чем на его лице снова появилась улыбка. — Так приятно познакомиться с тобой, — рассмеялся он и сделал шаг ближе, но быстро остановился, заметив, что Томми слегка вздрогнул. Тем не менее, его улыбка не померкла. — А теперь, что ты скажешь о совместном ужине, чтобы должным образом познакомиться со всеми? И снова Томми столкнулся с дилеммой. Потому что да! Конечно, он этого хотел. Он думал о подобной возможности добрых несколько дней, он хотел иметь шанс, возможно, попытаться убедить ребят позволить ему остаться. Даже не в здании, а в их круге общества. Его бы устроила жизнь в дыре в горе или что-то в этом роде! Но… Что, если они скажут "нет". Что, если они решат, что в течение тех нескольких дней он был абсолютно невыносим и они не хотели, чтобы он был рядом? Что, если бы они сказали: "Нет, мы держали тебя здесь только из жалости, убирайся" Он не мог так рисковать, верно? Хотя Томми никогда не умел следить за своими мыслями. — Конечно, — пробормотал он, борясь с собой, чтобы не улыбнуться. — Если это означает бесплатную еду, я согласен. — Потрясающе! — Фил хлопнул в ладоши. — Мы расскажем Уилу и дадим тебе знать, когда все будет готово. На этот раз Томми не смог сдержать улыбку. *** Стол ломился от всевозможной еды: салаты, супы, свежий хлеб и картофель. Так много картофеля. На самом деле он не был украшен, только несколькими салфетками и одной вазой с цветами, но, как мог догадаться Томми, никто особо не возражал против простоты. В данный момент Техно перекладывал картошку на свою тарелку и больше ничего, казалось, был этим доволен. Фил как раз садился за стол, его тарелка была полна зелени и какого-то блюда из макарон, Томми не знал, как это назвать. А Томми... Просто сидел там. Он не знал, что взять, не знал, что он мог взять, потому что, возможно, там было что-то только для некоторых людей? Возможно, он даже не должен был есть с ними и был там только для того, чтобы они могли сказать ему убираться. — Томми. Слова Техно заставили его поднять глаза. Мужчина смотрел прямо на него, ничего не говоря, и только через секунду Томми понял, что тот протягивает ему тарелку, полную всевозможной еды, которая была на столе и восхитительно пахла. На мгновение он растерялся, что делать, но когда Техно слегка наклонил голову вперед, Томми быстро схватил тарелку и принялся за еду. Как и предполагал запах, еда была восхитительным. Это почему-то оказалось вкуснее, чем те блюда, которые ему давали раньше, как-то теплее, даже если температура была одинаковой. Недолго думая, он начал в основном вдыхать пищу, почти забыв воспользоваться вилкой, останавливая себя только тогда, когда еда была слишком горячей, чтобы сразу проглотить. — Ты животное! Он повернулся, чтобы посмотреть на Уила, который все еще посмеивался, даже когда Фил ударил его по затылку. — Я шучу! —засмеялся он. — Ты не намного лучше, — усмехнулся Техно, указывая на жирные пальцы Уилбура, ковырявшиеся в жареной картошке. — Заткнись, — прошипел мужчина, но в его глазах все еще светилось веселье. — Ты говоришь так, как будто не бросаешь все ради одной морковки. С невозмутимым лицом Техно повернулся к Филу. — Он меня дискриминирует. — Какого хрена! Фил только посмотрел на Томми взглядом, который ясно говорил "Ты видишь, с чем мне приходится мириться" Рассмешил Томми. Он даже не пытался остановиться, ни когда Техно и Уилл перестали препираться, ни когда Фил посмотрел на него с удивлением, ни когда они втроем присоединились к смеху. После этого они быстро поели. Томми предложил помочь с уборкой, и после небольшого спора Фил позволил ему помочь. Они мыли последнюю посуду, когда Томми наконец набрался смелости заговорить. — Фил, — медленно произнес он. Мужчина повернулся к нему, приподняв крылья в знак внимания. — Да, приятель? Томми глубоко вздохнул, на секунду опустил глаза и только потом повернулся к Филу. — Могу я остаться с вами? Подождите... он не это имел в виду, он хотел сказать "в вашем сообществе", не с ними конкретно. Фил посмотрел на него широко раскрытыми глазами, заставив Томми напрячься, что он вот-вот получит самый большой отказ в своей жизни, мысленно уже готовясь к тому, что его сердце будет разбито и его вышвырнут вон. Его обняли руки. Фил обнял его. Томми на секунду замер, не зная, как себя вести. Но затем, когда он почувствовал, что Фил отстранился, он быстро обнял мужчину в ответ, спрятав лицо в рубашке мужчины, чтобы скрыть, насколько красным стало его лицо от всех этих эмоций. Было тепло, теплее, чем когда-либо, как будто впервые в жизни он действительно почувствовал, каково это - быть любимым, каково это - испытывать позитивные прикосновения. — Конечно, ты можешь! — воскликнул мужчина. — Томми, мы бы хотели, чтобы ты присоединился к нашему сообществу! А потом, со слезами, медленно собирающимися в уголках его глаз, теплой едой в желудке и искренней улыбкой на лице. Томми чувствовал себя как дома.