Часть 1

      Выпускной… как много радости и счастья в этом слове. Одиннадцать лет ада подошли к концу. Все экзамены сданы. Почему бы и не оторваться как следует?        Большая часть народа находилась во дворе школы. Толпа подростков весело гудела. Слышался стук бокалов с соком и шампанским. Учителя на пару с завучами зачитывали поздравительные речи, а родители фотографировали своих взрослых детей, заливаясь слезами счастья. Да что уж там, некоторые ученики делали так же, ведь это конец школы. Конец одного из главных этапов жизни человека.       В этой радостной суматохе никто не заметил, как два ученика тихонько свиснули полупустую бутылку шампанского и скрылись за дверями запасного выхода. В окнах лишь на секунду мелькнули тёмные силуэты.       — Осторожнее! — шикнул Пик и схватил одноклассницу за плечи.       — Чёртово платье! — выругалась Вару, приподнимая пальцами тонкую ярко-красную ткань, края которой так и норовили запутать её и повалить на пол.       Парочка преодолела лестницу и подкралась к дверям небольшого спортзала. Пик, изображая лакея, открыл дверь, как бы приглашая Вару зайти первой. Та шагнула за порог и поставила бутылку на низкую деревянную скамейку.       — Наконец-то мы одни, — довольно сказала Вару, поворачиваясь к Пику лицом.       — Это точно…       Он подошёл к ней. Смуглые руки скользнули по телу, останавливаясь на спине. Притягивая Вару ближе к себе, Пик уткнулся носом в её кудри. Они так сладко пахли…       Вару обхватила руками спину одноклассника, водя острыми ногтями вдоль белоснежной рубашки, задевая атласную ленту с яркой надписью «Выпускник».       Пик отстранился и глянул в зелёные глаза. На улице начал играть тот самый медляк. Было слышно, как радостно запищали девушки, и тяжело выдохнули парни.       — Ну что? Потанцуем? — с небольшой ноткой сарказма спросил Пик, делая шаг назад, подавая Вару руку.       — Потанцуем! — выдала она, с наигранной элегантностью приложив одну руку к груди, а вторую протянув Пику, отведя голову чуть в сторону.       Уже через пару секунд руки Пика оказались на талии Вару, а её ладони медленно легли на его плечи.       Шаг. Ещё один. И ещё один. Парочка оказалась в центре зала. Сильная мужская рука спустилась в область чужой поясницы. Вару начала медленно откидываться назад, опираясь на подставленное предплечье и поднимая колено ближе к груди. Тут же последовало резкое поднятие в исходное положение.       Шаг — разворот, шаг — разворот. Стук обуви об пол звонко разносился по залу, разбиваясь о стены.       Пусть они не могли нормально видеть пространство вокруг, но они чувствовали «ритм» друг друга. Это помогало не сбиться и не запутаться, прервав этим такой изящный и нежный процесс.       Музыка будто специально подстраивалась под танец влюблённых. Аккорды, то осторожно плыли вверх, то резко срывались. Звучание скрипки заставляло пару замедлиться. Такт становился медленнее именно тогда, когда Вару падала в объятия Пика, давая ему насладиться тёплым или даже горячим телом. Каждое касание ощущалось ожогом, будто по её венам течёт огонь, а не кровь.       Лёгкая ткань платья развивалась. Она приподнималась и вновь опускалась к земле. В воздух поднялся жар, словно пара танцевали на раскалённом железе.       Пустота и мрак вокруг добавляли уверенности. Уверенности в том, что их никто не увидит. Им этого хватило во время учебного года, когда даже подышать рядом друг с другом было опасно. Все бы тут же зашептались. Главная бунтарка-скандалистка и заместитель президента школьного совета — это сильный дуэт, который бы точно не воодушевил учителей.       Резкое соприкосновение тел. Пик легко оттолкнул Вару от себя. Та сделала плавный поворот и упала обратно в его объятия. Подол платья вновь на несколько секунд взлетел в воздух, оголяя стройные ноги в капроновых чулках.       Вару не любила столь откровенные наряды от слова совсем, но почему-то свято была уверена, что в них она будет краше в глазах Пика, хотя тому было безразлично. Для него Вару в любом наряде останется прекрасной. Дарящей мир девушкой, из самого лучшего сна.       Вытянув две руки вперёд, сцепив их вместе и обхватив друг друга за талию, пара продолжила движение. Шаги были настолько синхронными, насколько позволяла темнота вокруг. Движение закончилось резким подхватыванием Вару под бёдра и поднятием её на руки. Такая лёгкая…        Взгляды пересеклись. В глазах Вару читалось счастье, во глазах Пика— восхищение. Очередной поворот и Вару осталась в руках своего любимого, сильно вжимаясь лицом куда-то в область плеча.       Осторожно доведя Вару до скамейки, Пик остановил танец внезапным поцелуем. Усадив её на холодную деревянную поверхность, он подтянул к ним бутылку. Вару взяла его за голову двумя руками, не желая разрывать поцелуй. Пик отдал алкоголь Вару, наблюдая за тем, как она сделала небольшой глоток, слизывая с губ несколько капель шипучей жидкости вместе с помадой.       Без лишних слов, она передала алкоголь Пику. Тот тоже немного отпил, после чего отставил бутылку на пол. Пик взял Вару за плечи и притянул ближе к себе. Руки оглаживали стройную спину, пока губы исследовали бледную шею и ключицы. Вару осторожно водила кончиком носа вдоль растрёпанных волос, наслаждаясь ядрёным запахом дезодоранта и мужского шампуня.       — Так не хочу возвращаться… туда. — Пик чуть нахмурился, прижимая Вару сильнее к себе.       — Я тоже, но иначе нас спалят, — грустно выдохнула она.       Смуглые ладони сместились на колени, поглаживая ноги, не осмеливаясь залезть под ткань платья. Слишком нагло.       Вару упёрлась ладонями в край скамейки и наблюдала за робкими движениями Пика со стороны. Она понимала, что им надо вернуться, пока никто не заметил, что их нет, но желание остаться наедине было сильнее. Когда им ещё выпадет возможность вот так побыть один на один? Летом? Возможно, но не точно.       — Ладно, пойдём… — с лёгкой ноткой недовольства сказал Пик, вставая с колен, беря бутылку и делая небольшой глоток.       Вару молча встала за ним, перехватила шампанское и поцеловала Пика в щёку, в качестве небольшого «утешения». Пусть и не долго, но они смогли побыть наедине. Им не пришлось крутить скованный медляк на глазах у всех, без возможности разгуляться, а это главное…