1

Было обычное собрание, вроде бы ничего нового. Генерал Сюаньжень и генерал Наньян как обычно ругались. Никто так и не понял из-за чего и почему. Да это было и не важно, все собравшиеся откровенно веселились от происходящего. С каждым новым словом Владыка все больше и больше хмурился. - Тебе как будто 17 лет и ты бегаешь за Его Высочеством. А, Наньян, я разве не прав? - едко спросил генерал Сюаньжень. Это далеко не первый их спор. Два генерала будто не взлюбили друг друга, и, опять же, никто не знал причину таких натянутых отношений между ними. Хотя все прекрасно знали, что раньше они служили у Его Высочества Наследного принца Сяньлэ, от знания этой информации легче не становится, появляется только больше вопросов. И вот, когда Сюаньжень в который раз закатил глаза, его любимая привычка, от которой он просто не откажется, Наньян не выдержал и ушел, пыхтя и злясь на своего ненавистного друга. По залу легла оглушающая тишина, все стали смотреть на Му Цина, который находился в некой растерянности и тупо смотрел вслед Фэн Синю. Но так и не сдвинулся с места, он не знал как нужно поступить. Отстояв собрание, Му Цин буквально побежал, в одно место находившиеся в саду дворца Шэньу. Это были кусты ликорисов достаточно высокие и большие, чтобы людей за них не было ни слышно, ни видно. Как он и надеялся, там и находился этот напыщенный индюк, хотя и выглядел он расстроенным. Фэн Синь тупо пялился на одну из веток, облокотившись на стену дворца, не было понятно: ждет он кого-то, или просто стоял и отходил от своей вспышки гнева. - Фэн Синь? - немного виновато спросил Му Цин. - Да. - Я не хотел так сильно вживаться в эту ссору. - переведя слегка виновный взгляд на своего, уже как несколько столетий парня, вкрадчиво прошептал Му Цин. - В какой-то момент... Я вспомнил то, какими мы были в свои 18. Когда смотришь на прошлое в обличие божества, то это как будто... - Было вчера. - договорил за него Сюаньжень. - Я и вправду не хотел так сильно распаляться, но и твоя вина тоже есть. Ты мог меня остановить или хотя бы показать, что тебе неприятно. - и совсем шёпотом прибавил. - Прости. Конечно, Фэн Синь услышал, что именно сказал его парень. И это вывело его из такого шатко-восстановленного равновесия. Он ненавидел слышать такие слова от Му Цина. - Что ты, блять, сказал? - на ходу спросил Наньян. - Прости. - уже громче и с каким-то огоньком в глазах повторил Сюаньжень. Му Цин знает как сильно Фэн Синя это бесит и одновременно распаляет. Он не хочет, чтобы их встречи были такие грустные или агрессивные. Для всех остальных они будут разыгрывать этот нелепый спектакль, но в этом саду с ликорисами во дворце Шэньу они самые настоящие. Подойдя вплотную к Му Цину, Фэн Синь приник к его губам, которые растянулись в чеширской улыбке. Пока он, наверное в тысячный раз, исследовал рот Сюаньженя, руки его неспешно гладили упругие бока. Это выглядело как извинение с обоих сторон. Все эти поцелуи, поглаживания, перебирание волос, так и сквозили словами, которые они никогда не скажут в серьёз. Фэн Синь с неохотой отстранился от губ Му Цина и стал спускаться ниже. Он не оставлял засосов, ведь эти метки не нужны были. Они просто знали, что принадлежат друг другу. Легкими поцелуями, едва касаясь кожи, больше ополяя ее своим горячим дыханием, он продвигался все ниже, пока сильные руки чуть ли не разрывали верхний халат Му Цина, оголяя плечи, которые тоже подверглись сладостной пытки. Всё это происходило в таком медленном темпе, что Му Цину хотелось орать и одновременно умолять продолжить. Фэн Синь знал как сильно ему это нравится и не мог отказать ему в таком удовольствии, хотя на него уже начинало давить его нижнее напряжение. Еле как собрав мысли воедино, а это было сложно сделать во время такой ласки, Сюаньжень спросил: - То есть меня ты раздеваешь, а сам стоишь чуть ли не в полном обмудировании? Такими темпами ты в животное превратишься, генерал Наньян. Сарказм в этих словах был настолько не скрыт, что Фэн Синь аж зарычал то ли от возбуждения, то ли от раздражения, и не сильно прикусил ключицу, от чего Му Цин не сдержал тяжелого выдоха. Конечно, после такого комментария Наньян стал снимать свою броню, не отрываясь от своих действий. Сначала на землю упали латы, потом защитная кожа, и, когда он остался в одном нижнем халате, Му Цин легким движением скинул его и ущепнул за сосок, от чего тот резко втянул воздух. От этого действия Фэн Синь лишь с большей силой начал атаковать грудь своего бойкого парня, который все сильнее начал дергать его за волосы, но не настолько сильно, чтобы доставить настоящую боль. Они давно научились балансировать на этом невидимом лезвии, так что для всех они ненавидят, но друг для друга это просто флирт. Фэн Синь не стал долго акцентировать свое внимание на этом итак излюбованном месте и стал спускаться ещё ниже, если бы не стена, на которую Му Цин облокотился, то с вероятностью в сто процентов он бы упал. Как Фэн Синь узнал за все такие их встречи, ещё одним слабым местом Сюаньженя был пресс, который был сложен очень даже хорошо. Всё-таки Му Цин является богом войны, а не гламура, поэтому формами он такой же непревзойдённый как и у Владыки. Наньян провел своим горячим языком вдоль его кубиков пресса. Услышав сдавленный стон, он снова поднялся выше и приник к его губам. Поцелуй продлился не долго, потому что руки Му Цина легли на завязки штанов, и он сменил их положение. Теперь Фэн Синь был прижат к стене, а Му Цин в свою очередь положил свою холодную руку на твердо вставший член. По телу Наньяна прошлась волна дрожи, Му Цин повел рукой вверх, едва касаясь, но даже этого хватило, чтобы услышать сдавленный стон. Теперь уже руки Фэн Синя потянулись к штанам своего парня. Все это время он молчал, не просто потому что не хотел говорить, а потому что голос явно его подведет. Но сейчас, чтобы им обоим было хорошо, нужно всё-таки произнести слова. Одновременно с тем пока снимал его штаны, он приказал: - Меняемся местами. Ты закидываешь свои ахуенные ноги на мою талию. Му Цин без лишних слов, но с фырканьем, выполнил приказ. И они снова слились в горячем поцелуе, пока одна из рук Фэн Синя искала флакон с маслом в висящем на поясе халате. Масло было с терпким запахом шафрана, Фэн Синь терпеливо разогревал его в руке, когда отдышавшийся после поцелуя Му Цин сказал: - Ты как будто готовился, взял мое любимое. Хмыкнув, Фэн Синь распределил его по всей своей длине. Расслабившись, Сюаньжень с легким раздражительным стоном опустился на член и остановился, привыкая к таким знакомым ощущениям. Наньян очень тяжело дышал, он считал про себя, пытаясь взять контроль, и в конце концов у него это получилось. И, видимо, прошло достаточно времени, что Му Цин начал ёрзать. Не теряя времени, медленными толчками Фэн Синь начал двигаться, пытаясь найти ту самую точку. Меняя углы входа, он всё-таки задел этот пучок нервов, заставив Му Цина вскрикнуть. И именно тогда у Фэн Синя снесло голову: он увеличил темп и стал действовать намного резче. Да так, что сам не смог сдерживаться и откинув голову застонал чуть ли не в голос. У Му Цина было такое ощущение что его рвут на части, он уже без остановки просто стонал. - Фэн Синь, я скоро... - охрипшим голосом сказал Му Цин. Наньян не останавливался и уже спустя несколько секунд Сюаньжень затрясься и излился им на животы. Фэн Синь же в свою очередь еле успел выйти из него чтобы закончить, он уперся руками в стену, пытаясь выровнять дыхание, а Му Цин все еще сидел на бедрах своего парня. Они оба не знали, что за ними наблюдают, но именно сейчас Цзюнь У наблюдал за всем произошедшим в его саду и думал как же мог не заметить такого. Хотя ответ лежал на поверхности: он не думал, что между ними есть хоть что-то, кроме ненависти. А то, что он видел сейчас это не похоже на всё то, что эти двое показывают. И, очнувшись от своих мыслей, развернулся и направился в глубь дворца с мыслями. - А была ли это ненависть? - пробормотал Владыка.