ГЛАВА 1. ЗАНИМАТЕЛЬНАЯ РОДОСЛОВНАЯ МИСС ГРЕЙНДЖЕР

25 июня 1998г.

Лондон, Великобритания

      Работа кипела, все присутствующие знали, что сроки поджимают, и нужно открыть магазин, прежде чем, юные волшебники и ведьмы, получат свои письма из недавно восстановленного Хогвартса, чтобы не упустить ни одного юного покупателя. Хоть работы тут было не так много, как в школе, от куда, Гермиона и ее друзья вернулись совсем недавно, но и помощи от всей магической Британии в восстановлении семейного магазинчика ожидать не стоит. Почти все сегодня, были очень рады, что погода порадовала их первым прохладным деньком с дождем за последние две недели. Гермиона, утерла вспотевший лоб тыльной стороной ладони и достав палочку из кобуры на левом предплечье, сотворила «Темпус».       - Почти успели! – радостно обратилась шатенка к рыжей подруге, которая стояла рядом с ней и левитировала товары на верхние полки. – Я планировала, сделать сегодня как можно больше работы, пока жара отпустила.       Гермиона призвала с помощью манящих чар новую коробку из кладовки, и присоединилась к Джинни в ее занятии.       - Боже Герми, расслабься. Успеем мы, благо семейство не маленькое… - Джинни резко оборвалась, сделав судорожный вздох и на секунду плотно зажмурила глаза. Гермиона, тоже тяжело переносила потерю Фреда, но и представить себе не могла как тяжело подруге. Та в свою очередь медленно выпустила воздух из легких и продолжила. – В любом случае, с ремонтом и восстановлением мебели мы уже закончили, осталось лишь заполнить полки.  Не переживай, уложимся в твой график – подмигнула рыжая подруге, не отрываясь от работы.       - Девочки, милые, может мы сегодня закончим пораньше? – с тихим еле различимым стоном произнес Гарри подошедший со спины.       - Что ты такое говоришь, если мы сегодня все вместе приложим усилия, по моим расчетам мы к шести вечера закончим совсем! Не ленись, Гарри! Даже Рональд работает, а не ноет.       Сверху раздался заливистый смех Флёр.       - Ну конечно! – прерываясь на смех сказала та -  Гег’миона, Г’ональд спит за аква’гиумом с мини-д’гаконами!       По магазину прокатился возмущенный вскрик Гермионы и раскатистый смех всех остальных, да такой, которого никто из них не слышал с последней битвы. Девушка, грозно свела брови к переносице и громко топая ногами по деревянному лакированному паркету двинулась в сторону аквариумов.       - УУУУУ! – прогудел Джордж, скривив губы в подобии кривой, вымученной улыбки – Роннинкинс, беги! Львица вышла на охоту.       - Рональд Уизли, что ты себе позволяешь…       Громкий визг Гермионы был прерван тихим голосом миссис Уизли.       - Кто это? – отстраненно спросила женщина, смотря через витрину на улицу перед магазином.       Моментально внимание всех присутствующих было обращено на группу из пяти человек, стоявших в метре от крыльца и с интересом разглядывающих, только окрашенную голову над входом. Трое парней и две девушки, подобно мраморным изваяниям, буквально украшали своим видом, старый, еще не до конца оживший после войны, Косой переулок. Все пятеро были одеты в дорогие магловские вещи, как отметила Гермиона, и было ощущение, что они точно не волшебники. Что вызывало еще больший тайфун вытекающих вопросов. Тихо, что-то обсуждая между собой, молодые люди осматривались по сторонам и постоянно косились на витрину, словно точно могли видеть, что происходит внутри магазина.       - Я выйду! – напрягшись и моментально выхватив из нагрудной кобуры волшебную палочку, произнес Гарри, - Скажу, что мы еще закрыты. Возможно их интересуют покупки...       - Нет, Гарри, - почти прорычал Билл, вышедший из-за прилавка и инстинктивно задвинув Флёр себе за спину, - Я чувствую их запах, но не слышу их сердца.       Все присутствующие волшебники моментально напряглись и их палочки оказались в их руках.       - Вампиры – еле слышно выдохнула Гермиона, моментально проанализировав ситуацию. Конечно она читала о них множество литературы, да и была знакома с одним из них во времена своего обучения на шестом курсе, хотя Сангвинни был и близко не похож на этих ребят, девушка предположила, что эти ребята просто моложе.       В этот же момент, словно услышав её слова, все пятеро посмотрели прямо на девушку, хотя по всем правилам физики они никак не могли её увидеть. От компании отделилась блондинка и словно лидер в группе двинулась ко входу. Остальные грациозно и почти в ногу ступали чуть позади неё.       Вместе со звоном дверного колокольчика, входная дверь магазина открылась и внимание волшебников было обращено на вход.       Юная девушка, не старше Гермионы и её друзей, прекрасная блондинка с длинными кудрями и янтарными почти желтыми глазами, с порога упёрла взгляд на Гермиону и ослепительно улыбнулась. Она была одета в широкие льняные светлые брюки, расклешённые от бедра, красную облегающую изящные изгибы футболку и накинутый сверху свитшот из светлого кашемира в тон брюкам. На ногах девушки были идеальные сандалии из красной замшевой кожи.       Остальные ребята не уступали ничем, словно они все только что сошли со страниц Космополитан. И Гермиона точно поняла, что это не обычные вампиры, помешанные на магловской моде.       Пока молодая волшебница вместе с друзьями и семьей Уизли, с которыми они ремонтировали магазин, приходили в себя, блондинка вышла вперед, протягивая к ошалелой шатенке руки.       - Милая, меня зовут Розали Хейл, я твоя двоюродная бабушка! Слышала у тебя тут неприятности. Прости пожалуйста, что не смогли прибыть, раньше, мы узнали о Магической войне всего месяц назад и сразу же стали прорываться в Великобританию. – Роуз посмотрела на своих спутников и с мягкой улыбкой произнесла, голосом, который был подобен песне сирены, - Это мой Эммет, я тебе про него писала, про всех них вообще-то, - уточнила блондинка подмигнув Гермионе, и вывела вперед самого большого парня похожего больше на скалу чем на парня если честно. Он был высокий почти как Рон, и Билл с Джорджем, но вдвое больше всех них в плечах. У него были темные короткие волосы и такие же почти жёлтые глаза как у всех Вампиров в комнате.       - Привет, красавица! МЫ так рады встрече, прости что поздно приехали, ты же знаешь что мы живем среди маглов, а новости из Магической Британии до Форкса…       - Что это все значит? – Взорвалась миссис Уизли, уткнув руки в бока, и выйдя вперёд Гермионы. – Кто вы такие? Как вы попали в Косой переулок? Как вампир может быть родственником Гермионы? Детка, у тебя есть двоюродная бабушка с таким именем? – обратилась Молли уже к шатенке.       - Да, Молли, бабушка Роуз живет в штате Вашингтон и никогда не была в Великобритании, - тихо проговорила девушка, не отрывая глаз от всё ещё улыбающейся ей блондинки. – Мы переписывались примерно пару раз в год, до начала войны. – Гермиона запнулась – Но она никогда не писала, о своей.. проблеме.       Чистый звонкий смех, словно перезвон колокольчиков разнёсся по магазину и миниатюрная брюнетка, вышла вперед.       - Боже, Розали, она очаровательна! Проблема, -снова смех озарил помещение, - Гермиона милая, боюсь у нас как и у вас магов есть свои законы, и мы с радостью поделимся ими с тобой, как с частью семьи, однако могли бы мы отправиться в более приватное место?       - Мы её семья, - Гарри подошел к подруге и взял её за руку, - все мы. Другой семьи у моей сестры нет. И я не отпущу её от себя ни на шаг! Ммм... со всем уважением. – добавил Гарри, от чего-то вспомнив о манерах. У него в висках стучало, от обилия вопросов, мыслей и эмоций. Джинни тихо подошла к Гермионе с другой стороны и молча взяла её за вторую руку, вызывающе вздёрнув подбородок и прокрутив между пальцами палочку. Никто даже не заметил, когда из-за аквариума вышел Рон и встал сзади ребят, в защитном жесте положив руку на плечо шатенки.       Розали смотрела на эту картину все с той же мягкой улыбкой и гордостью за внучку, которая обрела таких друзей, готовых ради нее на всё!         - Полагаю, мистер Поттер? – блондинка по очереди осмотрела ребят, отмечая про себя что узнает каждого кого описывала в письмах Гермиона. – Мистер Уизли, и мисс Уизли?       - Да мисс Хейл! Все верно! А это мистер и миссис Уизли, Флер и Билл Уизли и Джордж Уизли. И мы все считаем Гермиону своей семьей уже много лет. И если вы действительно та, за кого себя выдаёте, то будете готовы общаться в присутствии нас всех.

***

      В небольшой гостиной на площади Гриммо 12 в напряженной тишине рассаживались члены огромной (как оказалось) семьи Гермионы Грейнджер. Еще утром девушка считала себя сиротой, а к вечеру гостиная дома где она сейчас жила с другом была переполнена людьми, каждый из которых считал себя её семьей.       Молли Уизли, зашла в гостиную левитируя перед собой несколько подносов с чаем и закусками.       - Прошу, угощайтесь! У ребят на кухне запасы конечно страдают – она укоризненно посмотрела на Гермиону и Гарри которые сидели вместе с Роном на диване напротив гостей.       - Благодарю, миссис Уизли… – начала было Роуз, но была перебита.       - Прошу, называйте меня Молли, раз уж так интересно обстоят дела.       - Благодарю, Молли, - вновь продолжила Розали улыбаясь, - но боюсь мы вынуждены отказаться от предложения, видите ли мы…       - Мы не едим – со смешком воскликнул Эммет и подмигнул Гермионе, после чего уткнулся носом в волосы своей девушки, которая сидела рядом с ним и Элис.       Все собравшиеся уже раззнакомились, на беседу с гостями остались лишь младшие и старшие Уизли, в то время как Джордж остался в своей квартире над магазином, а Билл и Флёр отправились на плановый осмотр к колдомедику, по поводу беременности последней.       - Значит, бабушка Роуз… - Гермиона замялась и сморщила носик, - боже можно просто Роуз? Это нелепо, называть тебя бабушкой, когда ты выглядишь младше меня.       - Конечно, милая! – блондинка мягко улыбнулась и обвела взглядом всех присутствующих, - Гермиона, могу я задать тебе сперва один вопрос, разрывающий мне сердце? – после ответного кивка шатенки, она продолжила – Мы были в доме твоих родителей, и там никого не оказалось, дом продан, никто не знает где прежние хозяева. Более того никто из соседей и местной администрации понятия не имеют, кто такие Грейнджеры. Где твоя мама? Она жива, что с ней стряслось?       - Она жива, именно чтобы сохранить жизнь родителям, мне пришлось их отправить в Австралию, придумать им новые личности и стереть тут все следы их пребывания. Так сложилось, что я самая знаменитая маглорожденная в Великобритании, и во время бесчинств Волдеморта, была объявлена «Нежелательным лицом №2», на меня была открыта охота и я…- Гермиона запнулась, - я не знала как еще обезопасить их.       Под конец девушка всхлипнула, и Розали потянулась к ее руке и мягко сжала ее в своей ледяной.       - Хорошо, Гермиона, ты умничка, такая сильная, не расстраивайся, мы рядом и с этим разберемся вместе. Главное, что они живы а мы все исправим. Теперь я думаю мы с семьей должны объясниться.       Розали оглядела всех присутствующих, слегка вздернула подбородок, чем очень напомнила всем Гермиону. Гари улыбнулся одним уголком губ, отметив для себя этот момент и посмотрел на Джинни, которая моргнула в знак понимания и снова перевела любопытный лисий взгляд на гостей.       -  Меня зовут Розали Лиллиан Хейл. Я родилась в Рочестере, Нью-Йорк, в 1915 году во вполне зажиточной семье. Отец работал в банке – теперь я понимаю, что он этим очень гордился. Считал свою обеспеченность наградой за талант и упорный труд, не признавая, что ему просто повезло. Тогда я все это принимала как должное. У нас дома Великая депрессия казалась не более чем досадными слухами. Конечно, я видела бедняков, тех, кому не повезло. Но отец считал, что они сами навлекли на себя все несчастья, и я ему верила. Мать занималась домом и детьми – кроме меня было еще два младших брата, но именно во мне она души не чаяла. В то время я не понимала – лишь смутно чувствовала, что родители недовольны жизнью, хотя имели больше многих. Но им было мало. Они хотели выбиться в люди, так сказать, подняться по социальной лестнице. И моя красота пришлась очень кстати: они видели в ней то, чего не видела я. В отличие от родителей я на жизнь не жаловалась и обожала себя такой, какая была. Мне нравилось, что лет с двенадцати, куда бы я ни пошла, мужчины всегда провожали меня взглядом. Подружки завистливо вздыхали, прикасаясь к моим волосам. Мать мной гордилась, а отец любил покупать мне нарядные платья. Я знала, чего хочу от жизни, и ничто не мешало мне получить желаемое. Я хотела, чтобы меня любили и мной восхищались. Хотела роскошную, изысканную свадьбу, где все жители города будут смотреть, как отец ведет меня к алтарю, и ахать, восторгаясь моей неземной красотой. Гермиона, я жить не могла без обожания. Глупая, недалекая и самодовольная девчонка! - блондинка прервалась на долю секунды, агрессивно поджав пухлые губы.       - Под влиянием родителей я мечтала и о материальных радостях жизни: о большом богатом доме, который будет убирать прислуга, и о современной кухне, где кто-то будет готовить для меня. Говорю же, очень недалекая девчонка. Молоденькая и совсем глупая. И я не видела никаких причин, почему бы мне не получить желаемое. Некоторые желания были более осмысленны. Особенно одно. Мою лучшую подругу звали Вера. Она рано вышла замуж, всего в семнадцать лет, причем за человека, который бы ни за что не понравился моим родителям в качестве жениха – за столяра. А через год у Веры родился сын – прелестный малыш с ямочками на щеках и черными завитками волос. Первый раз в жизни я действительно кому-то позавидовала. Тогда были другие времена. В твоем возрасте я уже чувствовала себя готовой ко взрослой жизни. Мне хотелось завести собственного малыша. Хотелось иметь дом и мужа, который будет целовать меня, возвращаясь с работы, – все, как у Веры. Только мой дом будет не таким, как у нее…       Розали вздохнула и продолжила рассказ – ностальгии в ее голосе не осталось.       – В Рочестере всем заправляла одна семья, и фамилию они носили весьма подходящую – Кинг. Банк, где работал мой отец, принадлежал Ройсу Кингу – как и почти половина всех остальных доходных предприятий в городе. И именно в банке меня впервые увидел его сын, Ройс Кинг Второй. – губы Розали искривились, и она произнесла это имя сквозь зубы. – Он собирался вступить во владение банком и начал приходить в различные отделы. Через два дня мать очень удачно забыла дать отцу обед с собой и велела мне отнести его. Я помню, что удивилась, когда мать заставила меня надеть прозрачную белую блузку и уложить волосы – всего лишь для того, чтобы сбегать в банк. – Розали невесело рассмеялась.       – Я не обратила особого внимания на Ройса: на меня глазели все. Однако в тот вечер кто-то впервые прислал мне букет роз. Каждый вечер, пока Ройс ухаживал за мной, он посылал мне розы. В моей комнате их скоро стало некуда ставить. Дошло до того, что когда я выходила из дома, от меня пахло розами. Ройс был к тому же красавчик: волосы светлее моих и бледно-голубые глаза. Он сказал, что мои глаза похожи на фиалки, и с тех пор вместе с розами стали приносить фиалки. Мои родители, мягко говоря, не возражали: они получили именно то, что хотели. И мне казалось, что Ройс – это именно то, чего я хотела. Сказочный принц, который сделает меня принцессой. Исполнит все мои мечты – да и как же иначе? Мы обручились, хотя знали друг друга всего пару месяцев. Мы не так уж много времени проводили вместе. Ройс говорил, что у него много работы, а когда мы бывали вместе, то он обожал, чтобы все на нас смотрели. Мне это тоже нравилось. Было много вечеринок, танцев и нарядных платьев. Для человека по фамилии Кинг любая дверь открывалась настежь; его все принимали с распростертыми объятиями. Свадьбу откладывать не стали. – девушка воскликнула и взмахнула руками давая себе очередную нелестную оценку - Боже я была, такой юной и наивной.  Затевалось роскошное торжество – все так, как я и хотела. Я была безумно счастлива. Приходя в Вере, я больше ей не завидовала, а жалела, мечтая о собственных светловолосых малышах, играющих на огромных лужайках поместья Кингов.       Розали внезапно замолчала и стиснула зубы.       - Незадолго до свадьбы я навещала свою подругу Веру, и, увидев её сына, испытала зависть к ней. А в момент, когда муж поцеловал Веру, я, наконец, заметила столь очевидное отсутствие любви в своих отношениях с Ройсом.       – На улице стемнело, включили фонари. Я даже не думала, что уже так поздно. – Розали продолжала рассказывать едва слышным шепотом. – А еще холодно. Очень холодно для конца апреля. Свадьба должна была состояться через неделю, и по дороге домой я переживала за погоду – это я очень хорошо помню. Я помню все, что случилось в тот вечер, каждую мелочь. Я так цеплялась за эти воспоминания… в самом начале. Тогда я больше ни о чем думать не могла. Вот и запомнила все это, хотя столько приятных воспоминаний совсем стерлись…       Она вздохнула и снова зашептала:       – Да, я за погоду переживала… хотела, чтобы свадьба состоялась непременно на улице. До дома оставалось всего несколько кварталов, когда я услышала их – несколько мужчин под сломанным фонарем слишком громко смеялись. Пьяные. Я пожалела, что не позвонила отцу и не попросила встретить меня: так близко от дома провожатый казался излишним. А потом он позвал меня по имени. «Роза!» – закричал он, и остальные глупо захохотали. Я и не заметила, что пьянчужки хорошо одеты: это был Ройс с дружками; все – сыновья богатых родителей. Ройс хвастался красотой своей невесты, что имело очень печальные последствия: меня изнасиловали, жестоко избили и бросили умирать на улице. Кажется, парням понравилось – понравилось, как я кричу от боли…       Это произвело эффект взорвавшейся бомбы. Гермиона, уже заливаясь слезами, сжала мраморную ладонь бабушки и едва сдерживала всхлипы. Джинни закрыла рот рукой и зажмурила глаза. Молли и Артур напряглись одномоментно, и полными сочувствия глазами обратились к рассказчице, Гарри и Рон одновременно в защитном жесте с двух сторон прижались к Гермионе. Роуз улыбнулась.       - Не стоит переживать, я это пережила много лет назад. В ту ночь закончилась жизнь человека Розали и началась жизнь вампира. – Блондинка взглянула на Гермиону серьезным взглядом, и та поняла, что сейчас будет следующая часть истории.       – Они оставили меня на улице и ушли, все еще смеясь. Подумали, что я умерла. Дразнили Ройса, говорили, что ему придется поискать новую невесту. Он засмеялся. Ответил, что сначала ему придется научиться терпению. Я лежала на дороге и ждала смерти. Дрожала от холода и удивлялась, что замечаю это – ведь боль заслоняла все. Пошел снег, а я все не умирала. Я молила о смерти: чтобы она пришла и прекратила мои мучения, а смерть все медлила… Меня нашел Карлайл Каллен. Сейчас я зову его отцом, и этот мужчина единственной настоящий отец, который был в моей жизни. Почуял запах крови и решил выяснить в чем дело. Я помню, что немного злилась на его попытки привести меня в чувство. Мне никогда не нравился доктор Каллен, его жена и ее брат – Эдвард – Роуз посмотрела в угол где стоял один из её братьев, молча наблюдавший за происходящим, - тогда притворялся братом Эсми. Я огорчалась, что они все красивее меня, особенно мужчины. Но Каллены нечасто бывали в обществе, поэтому я видела их всего пару раз.       - Я подумала, что умерла, когда Карлайл поднял меня с земли и побежал – с такой скоростью, словно мы летели по воздуху. А боль все не уходила… А потом я оказалась в ярко освещенной, теплой комнате. Сознание плыло, и я была рада, что боль притупляется. Вдруг что-то острое врезалось в тело: в горло, запястья, лодыжки. Я в панике закричала. Подумала, что Карлайл хотел меня помучить. Внутри разгорелся огонь, и я больше ни о чем не могла думать. Умоляла Карлайла убить меня. Когда Эсми и Эдвард пришли домой, их я тоже умоляла убить меня. Карлайл сидел рядом со мной. Держал за руку и извинялся, обещал, что боль пройдет. Он рассказал мне обо всем, и иногда я прислушивалась к его словам. Рассказал, кто он такой на самом деле и в кого превращаюсь я. Его словам я не поверила. Он извинялся каждый раз, когда я кричала.       В комнате повисла гнетущая тишина. Которую боялся нарушить каждый.       - Я был так зол на Карлайла, - все обернулись, на раздавшийся из угла у камина голос. Высокий стройный Эдвард стоял неподвижно все время, у него были бронзовые кудри, которые отливали от камина красным – Он с чего-то решил, что ты будешь отличной парой для меня.       Роуз и Эдвард фыркнули почти одновременно и все Каллены и Хейлы взорвались хохотом. После чего он продолжил.       - Наша семья отличается от подобных нам, мы можно сказать… вегетарианцы – он вновь ухмыльнулся и все присутствующие не смогли противиться его очарованию. Как под гипнозом все волшебники улыбнулись ему в ответ – Мы не пьем человеческую кровь, только животных. Отец имеет долгую историю и если у тебя, Гермиона... – то как он произнес ее имя заставило девушку задержать дыхание, казалось даже сердце пропустило удар от его интонаций -  будет желание он расскажет. Но главное, что вы должны знать о нашей семье, это то, что мы не представляем для людей угрозу.       - И с тех пор ты была вампиром? – прочистив горло спросила Гермиона, глядя в глаза своей родственнице и стараясь не замечать пристальный взгляд из угла комнаты. – А как же твоя семья?       - Ну, меня искали месяц или около того, после смерти Ройса,а потом когда общественность потеряла ко мне всякий интерес, я отправила письмо родителям и написала, что не могу жить без возлюбленного, что я разбита и это слишком большая утрата, для моего нежного сердечка.       - Подожди, а что случилось с твоим женихом? – Гарри , не смог удержать свое любопытство обо всем что касается смертей.       - Я его убила конечно! – Голос Роуз был почти обиженный, а выражение лица уязвленным – Я убила их всех! – тяжелая улыбка исказила прекрасный лик – и не пролила ни капли их крови. Ройса я убила последним! Надеялась, он услышит о смерти своих дружков и поймет, что я приду за ним. Надеялась, что страх сделает его конец еще ужаснее. По-моему, мне это удалось. Когда я его настигла, он прятался в комнате без окон за толстенной металлической дверью, охраняемой снаружи вооруженной стражей.       - Я вела себя слишком театрально. Как ребенок, ей-богу. Надела свадебное платье, которое специально украла. Увидев меня, Ройс завопил. Той ночью он много кричал. Я очень правильно поступила, отложив визит к нему напоследок: мне было легче держать себя в руках и делать все медленно…       Внезапно замолчав, Розали виновато посмотрела на Гермиону.       – Извини. Ведь я тебя напугала, да?       - Нет, ничего, – соврала та.       - А меня вот напугала, Мерлинова борода! – Вскрикнул белый как мел Рон.       Все глухо засмеялись и казалось, что напряжение потихоньку отступало. Блондинка продолжила.        - После смерти моих родителей я связалась с братьями и продолжала общаться по переписке с ними, а потом и с их детьми, и с внуками – она с мягкой улыбкой посмотрела на шатенку. – Я знала о том, что ты волшебница, после писем твоей матери, в которых Джин писала о всех тех странных случаях, которые преследовали тебя с трех лет. Но я очень мало знаю о сообществе британских волшебников. Не говоря уже об истории их взаимоотношений. В Америке, общество в целом более прогрессивно. Поэтому, у меня и в мыслях никогда не было, что тут могут быть войны на почве неравенства, что ты можешь быть подвергнута опасности. – она возмущенно взмахнула изящной ладошкой – В Америке, как я знаю, после того что было с Гриндевальдом, даже со временем отменили закон Раппапорт.       - Я приглядываю за всеми родственниками, но показаться в живую могу только тебе, так как у вампиров есть только один закон – хранить наше существование в секрете от людей. А ты моя прекрасная ведьма, не совсем человек. Всегда думала заявиться эпатажно к тебе на выпускной и увести на месяц другой к нам, познакомить с семьей. А потом вы исчезли. Ни ты, ни Джин не отвечали на мои письма, а следом и вовсе они стали возвращаться назад за не востребованием. Мы начали искать выходы на МАКУСА чтобы найти тебя в волшебном мире, когда в обычном я потеряла все следы Грейнджеров. И только 3 мая один мой знакомый волшебник прислал мне совой Нью-Йоркский Призрак и на главном развороте я увидела Ваше колдофото, а в статье под ним описывались все события последнего года. Эти бюрократы во время войны словно накинули на Британию «Железный занавес». – лицо девушки исказилось гримасой презрения. – Поверь девочка моя, если бы я знала, если бы могла, мы бы все стояли в этой битве рядом с тобой!       Гермиона знала, что это так, чувствовала, она была уверена, что может верить гостям.       - Я знаю, Розали! И я рада, наконец-то встретиться лично.       - Моя девочка! – Блондинка нежно улыбнулась собеседнице.       Артур прочистил горло вставая со своего кресла.       - Ну что ж, боюсь уже поздний час, раз мы все выяснили, и Гермиона в безопасности, думаю нам пора домой. – он подал руку Молли и мягко потянул ее за собой в сторону камина -  Рон, Джинни нам пора, прощайтесь.       - Я переночую здесь! – почти жестким, бескомпромиссным, таким не похожим на себя самого голосом произнес Рон.       - Я могу тоже… - пыталась возразить Джинни, но Молли смерила её тяжелым взглядом.       - Не думаю моя дорогая! Не прилично незамужним девушкам ночевать в компании холостых мужчин.       Реакция на ее слова была тихая, но заметная. Розали и Элис усмехнулись друг другу, Джаспер и Эдвард расправили плечи и приняли самый достойный вид, Эммет не смог подавить вырвавшийся смешок. А Джинни взвизгнула изумленно:       - А как же Гермиона, ей значит можно? Она вообще живет с Гарри!       - Джиневра, что ты себе позволяешь? Тем более с Гермионой её бабушка. – глаза миссис Уизли еще несколько минут метались по комнате, а потом она сдалась – Хорошо. Но к завтраку жду всех четверых! Спокойной ночи дети! И вам… мистеры и мисс – замялась женщина и ступила в зеленое пламя.