Нанами вкушает твои яблочки и отжимает сок до последней капли

Ты всегда выбираешь один и тот же маршрут для прогулок: вдоль по Яблоневому саду, дойти до пруда, сделать круг вокруг, с теплой улыбкой посмотреть, пока лабрадудель Маккачин, высунув язык, пытается безуспешно преследовать пятнистых уток: но знает, что нельзя в воду, хозяйка не велела, – а потому идёт обратно через деревянный мост. На этом мосту все и случается. Собачников в парковую зону стекается немало, ты знаешь практически их всех – за много лет выучила хозяев, всех по имени не знала, но по собакам и лицам худо-бедно определяла. Мужчину в бежевом тренче ты определенно видишь впервые, особенно в компании бежевого лабрадора: собака видная, активная, и хотя популярная, но всех лабрадоров в окрестностях ты знаешь, и это точно кто-то новый. Твои мысли подтверждает Маккачин: собаки обнюхиваются, знакомятся. Ты останавливаешься, смотришь с легкой улыбкой на хозяина: он не очень приветлив, сухо кивает, мол, да, понимаю, у собак свои дела, но на дружеский контакт не идет. И бог с ним.  – Идём, Маккачин, – зовешь ты и тянешь собаку за поводок. Пудель и лабрадор расстаются, а потом вдруг начинают лаять, тянут хозяев за поводки друг к другу, и вот уже ты оказываешься в объятиях светловолосого хозяина лабрадора. Собаки дышат часто, языки высунули: довольны. Как оказалось, спелые румяные яблочки сближают всех.   А потом приглашение выпить вместе кофе, и вот ты уже знаешь, что его зовут Нанами Кенто. А потом приглашение иногда вместе гулять с собаками. И вот вы уже встречаетесь. И ты бы никогда не подумала при таком романтическом знакомстве, что в постели Нанами окажется буквально извращенным монстром. Днем он ведет тебя под руку, чтобы ночью в постели эту хрупкую руку выкручивать тебе за спину, пока он будет вдалбливаться в твое изнывающее тело сзади. Днем Нанами открывает перед тобой двери, а ночью – открывает перед тобой врата удовольствия садомазхизма, прикладывая ремнем по твоей милой заднице. Днем Нанами открывает для тебя бутылку воды, а ночью выжимает из тебя все соки, заставляя своими крепкими пальцами густо изливаться тебя на предусмотрительно подстеленные полотенца. Оказалось, что Нанами Кенто человек с двумя лицами. Днем он мог бы сойти в своём идеальном с ниточки костюме за примерного семьянина и любящего отца, а ночью заворачивал рукава своей рубашки и превращался в папочку. У Нанами было очень много стресса на работе, который скапливался в его теле, что плохо отражалось на его здоровье. Благодаря тебе Нанами нашел способ выпускать свой стресс наружу, не только получая от этого удовольствия, но и доставляя его тебе. Мужчина возвращается с работы с опозданием на полтора часа. Снова задержался. Снова болят глаза, ломит виски и ноет шея. Ты слышишь, как он открывает входную дверь и с тяжелым вздохом снимает обувь. Свет в коридоре включается и выключается. Шумит вода в ванной комнате. Собаки встречают его радостным лаем на кухне – получают угощение, а потом он закрывает их на кухне. Это временно. Ты в прозрачном белье заняла позу, в которой Кэнто всегда желал тебя видеть после плохого дня – коленно-локтевая на постели, таз приподнять повыше, голову опустить пониже. Быть послушной девочкой. Всегда. Рядом на покрывале в ряд лежали: стек, хвостовая плеть, шлепалка, анальная пробка со смазкой, наручники и ошейник. Он выберет на свой вкус, тебе лишь достаточно предложить себя и все это в совокупности. – Я дома, – разносится низкий голос Нанами, когда он оказывается на пороге спальни. Свет приглушен, но это не мешает ему видеть, что происходит. Ты слышишь, как он шумно втягивает носом воздух – ты буквально видишь перед закрытыми глазами, как расширяются его крылья носа и хмурятся брови. Недоволен ли он? Отнюдь. – Хорошая девочка, – эта похвала значит для тебя многое.  От его слов, сказанных низким проникновенным баритоном ты готова заскулить и пресмыкаться перед своим папочкой. Еле заметно дергаешь манящими бедрами, но продолжаешь стойко стоять в своей послушной позе, пока тихие шаги мужчины приближаются к тебе. Ты ничего не видишь, а потом вздрагиваешь, когда его мозолистые пальцы нежно проводят по твоим белоснежным ягодицам, сменяя легкое прикосновение едва ощутимым шлепком. Затем раздаётся шорох, и ты понимаешь, что Нанами разглядывает предложенный ему сегодня вечером арсенал. Немного поворачиваешь голову из любопытства и видишь, как он касается пальцами то одного, то другого предмета, словно выбирая, какое у него сегодня настроение. Ты вдыхаешь в томительном предвкушении, так несдержанно прикусывая пухлые губки.  Мужчина практически тебя не касался, но от позы, от ожидания ты чувствуешь, как между ног уже стало влажно. Боги, ты хотела, ждала и жаждала, чтобы он скорее пришел домой и сделал с тобой все, что хочет. Твоя потребность в нем так сильна.  – Чего хочет сегодня вечером, моя питомица? – спрашивает он негромко. Твои волосы спадают на личико, и ты выдыхаешь нервно. Папочка разрешил помочь с выбором. – Может быть, шлепалка? – предлагаешь ты вариант, надеясь, что она быстро ему наскучит, и Кенто наполнит тебя до краёв своим блестящим от собственного сока членом.  – Неправильный ответ, – хмыкает он и берет в руки плеть. Мышцы на его руках напряжены.  Видимо, у него был очень плохой день. Ты вся поджимаешься – эту игрушку вы еще не пробовали. Больно ли? Куда будет шлепать Нанами? Понравится ли тебе? На все эти вопросы у тебя пока что не было ответа. Однако твое трепещущее тельце пахнет таким естественным возбуждением, что не можешь не думать, как Кенто сходит с ума от этого.  Он тем временем подошел к тебе и стянул твои ненужные трусики до дрожащих колен. Провел большим пальцем между твоих упругих ножек – усмехнулся от удовлетворения, но ничего не сказал. Прикосновение было таким мимолетным, но таким желанным для тебя, что ты недовольно стонешь, выгибая спину и потираясь круглыми грудями о кровать.  – Поработаем над дисциплиной, – предлагает Кенто. – Будем учиться ждать. А затем хвосты плетки легко опускаются на твою розоватую кожу. Ты вздрагиваешь от неожиданности, но это кажется совсем не больно. По ощущениям словно легонько ошпарило горячим, буквально мимолетное касание.  – Один, – сообщаешь с придыханием ты Нанами, по негласной договоренности озвучивая все удары, которые сыплются на тебя во время секса.  Мужчина поигрывает с кожаной игрушкой, замахивается то слабее, то сильнее, но к десятому удару ты понимаешь, что это не такое простое наказание, которое можно вынести. Белая кожа краснеет. ягодицы едва ли не звенят от ощущений. Ты стискиваешь кулаки и кусаешь губы – раньше двадцати Кенто точно не остановится, ты уже знаешь его привычки. Ради интереса он обрушивает удар тебе на поясницу и спину, а потом на заднюю сторону бархатного бедра – ты чувствуешь, что удары эти совсем легкие, но кожа там чувствительнее, чем на заднице, поэтому негромко всхлипываешь, глядя перед собой стеклянными глазками.  Нанами зверь, но милостив. Он откладывает плеть и подходит к тебе со спины, прижимаясь тазом к твоей распаленной от ударов коже. Его рука ложится к тебе на шею, а сам он шепчет на ухо: – Так больно, да, детка? – Ты киваешь, глотая выступившие слезы. Он продолжает утешительно. – Знаю, но ты же сможешь выдержать это для меня, правда? Ты ведь у меня хорошая девочка? – ласково шепчет тебе Кенто.  Ты не отвечаешь, потому что не знаешь, получится ли у тебя. Коленки уже какое-то время дрожат, и мышцы готовы изменить своему телу. Грубые пальцы Нанами в нетерпении сжимаются вокруг твоего горла. – Не слышу ответ. – Да, папочка, – всхлипываешь ты, дополняя своё согласие кивком. Кенто издаёт смешок, а потом отстраняется и… милостиво шлепает по твоей наказанной попке голой ладонью. Ты выгибаешься, мечешься, но стойко считаешь последние пять ударов, после чего ощущаешь, как его пальцы ласково касаются твоих влажных бедер.  – Хорошая девочка, – хвалит тебя Нанами, после чего ласкает тебя между ног. Там было так влажно, что стекла небольшая струйка, которую он подобрал пальцами и добавил к естественной смазке, что стала громко хлюпать.  Ты задрожала от сладкого подарка, что дарил тебе мужчина. Его пальцы скользили вверх-вниз неторопливо, а сам он второй рукой расстегивал ремень – ты слышала это и вся сжималась от предвкушения.  – Пожалуйста, – ты поёрзала на коленях, скуля в покрывало. – Пожалуйста… – Пожалуйста? – переспросил мужчина спокойно. – Не понимаю тебя. Он взял ремень и стянул им руки за твоей спиной, отчего ты оказалась лицом полностью в покрывале. В висках стучала кровь, но желание быть вытраханной членом папочки от этого не стало меньше ни на йоту.  – Пожалуйста, используй меня, – умоляешь ты. – Я хочу, чтобы ты натянул меня на свой огромный член… И всю ночь растягивал… Кенто издаёт одобрительный смешок. Какая же ты у него хорошая зверушка. Мог ли он когда-нибудь подумать, что будет каждый день торопиться с работы, чтобы трахнуть свою миленькую подружку, которая изнывает от нетерпения каждый раз, когда он приходит? Нанами счастлив приходить домой и видеть у себя на постели свою куколку, свой спермоприёмник, который рано или поздно точно станет матерью для его детей – он столько влил в тебя своей спермы, что удивлен еще, почему твой животик не округлился, вынашивая его наследника или наследницу.  Сегодня он ещё раз это исправит. Но как он мог забыть, что тебя нужно подготовить? Пока ты стоишь на коленях, со завязанными руками и зарывшись румяными щеками в простынях – Нанами задумчиво кусает губу.  Твоя попка такая гладкая, красноватая и как только он представляет, что кусает тебя за неё – уже слышит этот звук из твоего ротика, обещающий, что твои половинки будут сочными и свежими как яблочки.  Кенто поднимает взгляд на твоё лицо, а ты смотришь на него в ожидании, с повёрнутой головой, чувствуешь его желания и нужду. Тебе не нужны слова, чтобы понять своего любимого папочку.  Ты игриво приподнимаешь бедра повыше, открывая вид на чувствительные места. В твоих глазах сияет смелость, самая ситуация вынуждает тебя не держать язычок за зубами.  – Представляешь, как моя тонкая кожа на попке сопротивляется твоим зубам, папочка? – делаешь глубокий вдох. – Хочешь искусать её и трахнуть своим скользким языком? – а потом медленный выдох.  Нанами кусает щёку изнутри, лишь бы сохранить самообладание. Ты дерзкая и наглая маленькая сучка, когда возбуждаешься до такого состояния, что вся твоя послушность испаряется и на её место приходит только скулеж о том, как ему нужно тебя оттрахать.  Кенто едва ли не рычит, но сохраняет расслабленное и спокойное выражение лица. Мужчина немного раздвигает твои мягкие ягодицы и рассматривает для себя всю сладость. Ты очень аппетитная везде. С губ срывается сдавленный вздох, а в штанах появляется такая заметная влага.  – Представляю, как буду посасывать эту белую мякоть, как ты будешь таять во рту, – Нанами поддается своей потребности. – Твои глазки так ломаются из-за этого. Это очень.. Очень мило, – мужчина ласкает внутреннюю сторону твоего бедра, одобрительно мычит, когда кончики пальцев ловят падающие капли твоей сладкой эссенции.  Ты вся поджимаешься, у тебя кружится голова, а контроль полностью теряется у обоих. Хочешь свести колени вместе, чтобы подразнить папочку, но так нельзя. Ни в коем случае папочка Нанами не должен остаться без своего десерта.  – М-м... Натяни мою задницу на свое лицо, – умоляющим голосом просишь, не в силах ждать и...  Неожиданно грубая ладонь Кенто шлёпает тебя по одной из сочных половинок и внутри твоего тела всё сворачивается от удовольствия. Яркий розовый цвет появляется на нежной коже. Как же он обожает этот момент. Его длина яростно пульсирует между ног. Нанами умеет держать себя в руках, но чувствует, что готов кончить уже сейчас. Слишком резко тебя зарывают лицом в подушки и раздвигают ягодицы в стороны, а потом ты чувствуешь теплое лицо своего папочки, которое прижимается в доступном ему пространстве. Он жадно вдыхает твой запах, наслаждается пряным ароматом, а кончиком языка кружит вокруг задней дырочки, параллельно оставляя поцелуи. Новые и яркие ощущения захлестывают. Ты сжимаешь связанными руками простыни, глаза широко открываются, а от того, как его зубы начинают покусывать кожу вокруг сжатого ануса ты растекаешься вновь. – Я не давал разрешения на наглость, – хрипло отвечает мужчина, пока стоит на коленях сзади тебя и вылизывает твое маленькое отверстие. – Ты высвободишь свой нектар из этой маленькой киски только по моему приказу, уяснила? – пальцы тянутся к твоему набухшему бутону и давят, чтобы твой клитор заныл.  Круговые движения мокрого языка усилились, дыхание Нанами поверхностное, тело напрягается, пока он оставляет блестящие линии на твоей заднице и в самом центре твоего отверстия, широкими и медленными движениями лаская вверх вниз.  От того, как ты кричишь в подушки, его бедра выдвигаются вперёд, и он со стоном пытается хотя бы немного потереться о постель, пока насилует тебя сзади своим гибким языком. Давление и трение... Всё сводит его с ума.  – Я буду накачивать тебя собой, а ты не смей кончать, – глаза Нанами потемнели, тихое рычание срывается с его губ. – Даже если я накачаю тебя до краёв, и ты захочешь излиться, как шлюшка. У тебя сносит крышу, когда Нанами слегка всовывает язык внутрь, мягко и трепетно трахая тебя самым кончиком в задницу. Это слишком и для него. Голод и потребность заставляет трусы просочиться до последней нитки. – Папочка, я буду стараться... – хныкаешь ты, пока он облизывает тебя с таким аппетитом. – Я буду так стараться сдерживать себя ради тебя, – ты снова сжимаешься.  Кенто любит, когда ты задыхаешься. Вот такой должна быть хорошая девочка. Его язык работает, усердно толкается, чтобы ощущения тебя переполнили и заполнили. Между твоих складок скопилось слишком много смазки, тягучей и сладкой. Жевать тебя так приятно, но Нанами сегодня настроен на ещё один момент.  Он последний раз проводит языком от твоей задней дырки до промежности, надавливая, а потом отстраняется, облизывая губы и поглаживая твои ягодицы, тяжело дыша. Ты была похожа на измученную собачонку.  – Сожмешься вокруг меня, пока я буду иметь тебя в задницу, – грубо говорит Нанами.  Буквально ставит перед фактом, а ты киваешь активно и инстинктивно дёргаешь руками, пытаясь почувствовать свободу, но знаешь, что будешь лежать так до самого последнего.  Из своего арсенала Нанами выбирает яблочный лубрикант. Выдавливает щедро на ладонь и хлопает ею по твоему анальному измученному отверстию, заставляя пахучие капли расплескаться.  Ты кусаешь губу, скрывая слабую ухмылку. Очень грязно.  – Не можешь игнорировать непреодолимую боль в пульсирующем члена, папочка? – протяжно стонешь, когда головка блестящей плоти Нанами упирается и шлёпает тебя по анусу.  Тебя мучает жажда. Ты капаешь вязкой смазкой на его член, который Кенто любезно опустил ниже, чтобы ты обмочила его. Это так пачкает и будоражит.  – Оттрахаю, – шепчет Нанами, пока наматывает твои волосы на свой мощный кулак. – Оттрахаю и не остановлюсь, пока не потеряешь голос, – бордовая головка водит вдоль твоей промежности и ты снова можешь лишь проигрышно стонать. – Я буду внутри тебя мучительно и сильно двигаться, – вы вплотную прижимаетесь друг к другу. – Ты уже такая неряшливая, течная и грязная. Не согласна? – с долей интереса уточняет маг.  Нельзя дерзить Нанами Кенто ночью.  – Да, да, да.. я уже очень мокрая, – глухо говоришь ты. – Да, п-папочка, используй меня, – стеклянными глазами пытаешься посмотреть на него, но резко поддаешься вперёд.  Ведь в таком нетерпении Кенто медленно и аккуратно толкается в твой задний проход, постепенно увеличивая глубину своего проникновения. Ты зарываешься лицом в подушку, краснея до ушей, поджимая пальцы ног. Звуки хлюпающей смазки, шлепки кожи и кожу, и очень неожиданный сдержанный стон из губ Нанами.  Он сдавливает твои волосы у самых корней, пряча тебя в постельном бельё, на руках выступили синеватые вены, а глаза почти закатились. Маг медленно выпутывает пальцы из твоих шелковистых волос.  Теперь горячие руки держат тебя за талию, направляя к себе, а широкие бедра врезаются в твою смазливую задницу. Очень узко и тесно... Кенто даже глаза шире открыл, глядя вниз на то, как ваши тела соединяются. Хочется обкончаться прямо в тебя, он почти наваливается на твою спину, а ты покачиваешься вместе с ним.  Нанами плавно достает член, заставляя тебя снова чувствовать пустоту. От этих ощущений его уздечка не перестает извлекать выделения. Слишком сочная твоя попка внутри.  – Ты так красиво распавшаяся передо мной, – бессознательно говорит Кенто, пока изучает тебя сзади. – Хорошая отзывчивая девочка… Мужчина качает головой и опять толкается, застонав громче, пока ты ослабеваешь в коленях, но принимаешь его. Он снова вынимает и вводит ещё раз свою горячую плоть, смакует этот момент, вбивается в тебя, не желая останавливаться. Быстрее и жёстче. Ты дёргаешься, когда его рука падает на твой клитор, прокручивая его между пальцами и оттягивая.  – М-м, очень интересно.. – со слабой улыбкой басит Кенто. – потерянная от удовольствия, выгибаешь спину.. Ты закрываешь веки и запах ваших тел наполняет комнату, когда Нанами вжимает твою тонкую спину в свою грудь, удерживая яростный ритм. Пальцы ускоряются, помогая тебе почувствовать вибрации по телу. Низкое и гортанное рычание вырывается из него, когда ты сжимаешься вокруг него своей дырочкой, и вы одновременно кончаете так громко и сильно, что падаете на кровать.  По спине бежит дрожь, и ты всхлипываешь, а Нанами плавно и осторожно вынимает из тебя член, не рывком, а максимально заботясь о тебе. Ваши тела отсоединились друг от друга. Мужчина даёт свободу твоим запястьям, нежно их массируя.  Целует кожу, чтобы выразить своё сочувствие. Зверь внутри утихает, ведь ты лежишь под ним, довольная и слабая.  – Ты идеальная, – зачарованно шепчет Нанами. – Такая идеальная, дорогая...  И только ты хочешь ответить своему мужчине, как к губам прижимается долька спелого яблочка. Твой розовый язык обвивает фрукт, а ресницы недоуменно хлопают.  – И даже не спорь со своим папочкой.  Трахнет, накормит и уложит спать.