Часть 1

      Грохот стоял буквально повсюду, пули свистели над головами, работа моторов дирижаблей перебивала крики… Настоящий ад на земле. Ребята из бывшего 104 отряда вышли на улицу в полной экипировке, готовые к бою, но обезьянья туша на стене забрала на себя все внимание. — Почему Зик здесь? — удивление в голосе Жана приобрело нотки стали. — Капитан Леви ни за что не позволил бы ему выйти на свободу. Что произошло с капитаном и Ханджи? Догадка обрушилась прямиком на головы четверых ледяной лавиной, от которой волосы вставали дыбом. Этого просто не может быть. Невозможно. Всё застыли, ожидая ответа Елены. — Очевидно, что Зик их победил, — женщина ухмыльнулась. — Он появился ровно в нужное время и в нужном месте, как и обещал Эрену.       Жан застыл с открытым ртом, стиснув зубы, но глаза с потрохами выдавали его эмоции. Страх и волнение за товарищей, ставших ему второй семьёй, перекрывали здравый смысл. — Это какой-то бред! — воскликнул Конни, сжав кулаки. Спрингер также не мог поверить словам блондинки. Чтоб их капитана победила какая-то зверюга? Да черта с два он в это поверит! Но Ханджи так и не вернулась с тех пор, как её увёз Флок, а судя по тому отряду, что кружил над перевозчиком, рыжий Йегерист добился своего.       Микаса не произнесла ни слова, но глаза её предательски дрожали. Армин вышел из оцепенения и выступил вперёд. Настало время снова ломать комедию, отодвинув чувства в дальний угол ради спасения мира. Парень широко расправил руки, словно удерживая друзей от неверного шага. — Это плохо, но другого пути нет! Это нужно, чтобы Зик и Эрен спасли мир! Играть — так до конца. Друзья поняли его и спрятали беспокойство за масками как могли. Сейчас важнее всего было спасти людей. ***       Туча мыслей кружили в голове: Армин физически ощущал круговорот, который вот-вот обещал взорвать блондину голову. Арлерт устало потёр виски. Эрен объединился с Зиком и стал прародителем, вызвав гул земли с намерением уничтожить все человечество, ни осталось никого из старого командования, власть захватили йегеристы. И Конни сбежал с мальчиком, чтоб вернуть свою мать. Армин понимал Спрингера, но его поступок грозил принести ещё больше бед…       Он застегивал последние ремни и проверял УПМ перед отправкой. Рядом стояла Микаса. Она убеждала его остаться, спрашивала, что делать ей, что делать с Эреном. И он сорвался. На самого близкого его сердцу человека. — Я не знаю! И мы все равно не можем ничего сделать, так?! Капитана и Ханджи могли убить! Команда Флока, возможно, наставит на нас пушки!       Он кричал, не в силах остановиться. Слишком многое выходило из-под контроля, слишком много переменных. Он взглянул на подругу и замер. Она молчала, потупив голову. — Прости.       Вина пощечиной ударила его по лицу. Если бы здесь был главнокомандующий Эрвин — ничего бы этого не произошло.       Он вышел из комнаты в смешанных чувствах и направился к коням. Девочка-воин ехала с ним.       Короткое прощание — и вот они уже выехали в город, направляясь к деревне Рагако. Армин осматривал разрушенные титанами и обломками стен дома и улицы; повсюду бродили полицейские, вытаскивая выживших и раненых и собирая трупы. Арлерт отвернулся. Хорошо, что девочка почти не отвлекала, покорно следуя за ним. Усталость взяла верх, когда они выбрались за территорию Сигансины. Ветер освежал лицо и кипящую голову. Алый закат разливался за горизонтом. Взгляд зацепился за кружащийся в небе листок. Вот бы поиграть, как в детстве, следуя за друзьями к дереву, не заботясь о конце света. Казалось он был так разбит, что прямо сейчас остановит лошадь и завалится спать. Арлерт ударил себя по щекам, чтобы проснуться. «Подъем, все на построение», — прозвучал в голове голос капитана. Как давно это было. Меланхоличные раздумья привели его к тому, отчего он так бежал весь день. Ханджи и капитан мертвы. Это не укладывалось в голове, но других логичных объяснений того, как Зик мог оказаться в городе, не было. Неприятная боль скрутила живот, он покачнулся в седле. — Вы в порядке? — Габи подъехала вплотную и обеспокоенно осмотрела его. — Всё нормально, не беспокойся, просто вспомнил кое-что. Девочку это не убедило. — Может сделаем привал, буквально на час? Ваш друг скорее всего тоже устал, да и Фалько после первого обращения слаб, им придётся остановиться на отдых. В её словах была правда, с которой было бессмысленно спорить — он не спал уже двое суток и будь он хоть трижды титаном — передышка была необходима. — Хорошо, остановимся там, — он указал на небольшую полянку вдали. Лагерь разбивать не было смысла и, привязав лошадей, Армин завалился на голую землю. Габи постелила плащ и завернулась в оставшуюся часть. Как на зло именно сейчас сон никак не шёл и Арлерт в отчаянии спрятал лицо в сгибе локтя. Молчание затянулось, никто не мог уснуть. — Что вы вспомнили? — тихий голос Габи в лесной тиши прозвучал оглушающе громко. — Вы побледнели и, казалось, вот-вот упадете с лошади.       Ответа не последовало. Девочка закусила губу: похоже, она снова полезла не в свое дело. Но гнетущая тишина, от которой нельзя спрятаться, давила со всех сторон, хотелось забыться в чужих словах. Армин убрал руку от лица. — Близкие мне люди пропали и, возможно, мертвы, — произнёс парень, разглядывая небо сквозь ветви дерева. — Наш капитан и главнокомандующий. Они должны были охранять Зика. Снова тишина. — Мне жаль, но, скорее всего, ваши друзья мертвы. Зик очень силен, не знаю, кто из людей мог бы с ним справиться, — девочка вытянула руку из-под импровизированного спальника и положила под голову. — Я тоже не знаю, где сейчас маршал Магат. Он был вместе с Пик, надеюсь они в порядке. Армин повернул голову и посмотрел на Габи. — Мы обязательно узнаем все. Только сначала найдём Конни и Фалько. Девочка кивнула. — И ты не права, капитан Леви может справиться с Зиком, он уже победил его однажды, — странное чувство гордости разлилось внутри. — Он — сильнейший воин человечества, ему нет равных. — Капитан Леви? Что это за человек, который смог победить Звероподобного? — она с недоверием уставилась на Арлерта. — Ты видела его на дирижабле. Такой невысокий мужчина с тёмными волосами и в плаще с крыльями. А Ханджи носит повязку на левом глазу, её ты тоже видела после того, как… выстрелила в Сашу. Разговор зашёл в тупик. Габи уже сто раз пожалела о смерти Блаус, но чёртова судьба так и норовит свести её со знакомыми девушки. — Мне жаль, — тихо сказала она. — Это война. Уже ничего не поделать, — Армин прикрыл глаза. — Познакомьте меня с капитаном, если он будет жив, — от неожиданной просьбы Армин даже приподнялся, удивлённо взглянув на Габи. — Хорошо, — только и смог он произнести. — И я надеюсь, что с твоими друзьями тоже все в порядке. Девочка серьёзно кивнула и отвернулась. Уже через пару минут послышалось сопение, и Армин наконец уснул. Спустя два часа они продолжили путь в темноте ночи. ***       Микаса проводила Армина и поднялась по лестнице в главную башню, где сейчас находился Жан. Запах крови насторожил ещё у дверей и она напряглась. Жан сидел перед Форстером на коленях, пока тот убеждал Кирштейна присоединиться к Йегеристам. Друг выглядел так, словно не мог поверить в происходящее, его глаза блуждали по залитому кровью полу, разрушенным стенам, собственным рукам. Надо забрать его отсюда, но сначала нужно было кое-что узнать. — Флок. Капитан Леви и главнокомандующая Ханджи, что с ними? — она произнесла это настолько холодно, насколько могла. Глава Йегеристов поднялся с пола, пожал плечами и убрал в кобуру пистолет. — Очень жаль, но Зик убил их, — в его голосе не было ни капли печали. Жан в ужасе распахнул глаза и посмотрел на Форстера. Микаса застыла на месте, но позже отвела взгляд, протянув Жану руку. Тот в смятении принял её и поднялся с пола. — Мы пойдём. Отдохни, Флок, день был тяжёлый, — бросила девушка и скрылась за дверью. По коридору разносились их неторопливые шаги. Тишина давила со всех сторон. — Думаешь это правда? Что капитан и Ханджи мертвы? — Микаса переживала за начальников. — Не знаю, — только и выдавил из себя Жан. Его мысли блуждали далеко, он запутался, уже не понимал кто прав и как стоит поступить. Гибель Ханджи и капитана, ставших им второй семьёй болью отзывалась на границах сознания. Микаса довела его до спален и пошла к себе. ***       Парень никак не мог заснуть. От переживаний хотелось спрятаться, забыться, закрыть уши. Сейчас как никогда ему не хватало Саши и Конни. Перепутья мыслей заводили его в самые закоулки потаенных желаний. А что, если снова стать старым Жаном? Как и сказал Флок, занять высокое положение, жить припеваючи в городе, иметь все, что захочется… Раздался стук в окно и голос, который вызвал одновременно радость и страх. — Это я! — шептала Ханджи.       Так она жива. Значит и капитан Леви, скорее всего, тоже в порядке. Но он не может выйти. Он ещё ничего не решил. Парень закрыл уши, надеясь слиться со стеной. «Я ничего не слышал» — шептал он сам себе. «Если останусь здесь, у меня будет дом в центре». Нужно просто не двигаться. Просто хоть раз не делать ничего. Ханджи стукнула по стеклу ещё раз, а потом звук исчез. Она ушла. ***       Микаса лежала на кровати, поджав ноги. События последних дней выжали её досуха. Через разбитое окно на край постели упал камень с примотанной бумажкой. Аккерман подскочила и развернула записку. Это было послание от Ханджи, которая ждала её внизу. Сердце сделало сальто — главнокомандующая жива! Тихо, словно призрак, как их учил капитан Леви, она спустилась вниз и свернула в закоулок. Там её уже поджидала фигура в плаще. — Рада вас видеть, Ханджи, нам сказали, что вы мертвы. Женщина сняла капюшон и поправила очки. На лице Зоэ отпечаталась усталость, тёмные тени залегли под глаза. — Я тоже рада, Микаса. Где Армин, Конни, Жан? Нам нужно обсудить дальнейший план. Микаса рассказала, что случилось во время битвы: и то как Армин последовал за Конни в деревню, и что с ними были и воины-дети. Также она показала окно комнаты Кирштейна, а сама направилась на кухню, где взяла несколько пайков для Зоэ — еды сейчас не хватало. Встретившись в разрушенном доме, они стали дожидаться Жана. Время шло, а парень явно не торопился. Ханджи начинала заметно нервничать и покусывать большой палец. — Что с капитаном? Женщина замерла и помрачнела. В эту минуту в поле зрения появился Кирштейн. — Хорошо, что ты пришёл. Микаса мне рассказала о ситуации, вы отлично справились. Простите, что не смогла быть рядом, — Она тяжело опустилась на стул. — Леви… Серьёзно ранен, но жив. Правда какое-то время не сможет сражаться. И мы объединились с титаном-перевозчиком и остатками марлийских сил.       Лица обоих вытянулись, выражая удивление и непонимание. За этот разговор оставшиеся члены Разведки многое обсудили. Жан наконец сделал выбор в пользу Разведкорпуса.Наверное, он уже никогда не станет прежним Жаном Кирштейном, который вёл себя как самовлюбленный малолетний придурок, ведь его павшие товарищи не простят ему этого. Ханджи разработала план — Микаса расскажет обо всем Армину и Конни, когда те вернутся, а Жан постарается втереться в доверие к Флоку. Сама Ханджи придёт к условленному месту встречи и они снова обсудят план бегства. *** Армин, Конни и дети вернулись к обеду. К большому удивлению, с ними была Энни. По началу Аккерман и вовсе хотела убить её, но Арлерт остановил Микасу, объяснив как состоялась их встреча и что теперь они преследуют общие цели. Микаса рассказала Армину о встрече с Ханджи и передала её слова. — Какое счастье, что с ними все в порядке, — эти слова прозвучали бы гораздо радостнее, если бы блондин не валился с ног от усталости.       Новоприбывших нужно было спрятать — кто знает, может эффект неожиданности сработает им на пользу. Армин, Конни, Энни, Габи и Фалько укрылись в заброшенном сарае на границе города. Йегеристы и полиция не станут прочесывать этот район, уже давно здесь никто не жил, а после разрушения стен все силы военных стянули к заселенной части города, чтоб разобрать завалы. Тем более, это было совсем близко к месту встречи с Зоэ. Ночью все, кроме Габи, Фалько, Жана и Энни, тихо выбрались из своих убежищ, Жану нельзя было вызывать подозрений, а последняя не рискнула идти на встречу, где могли быть капитан Леви и Ханджи. Остальные направились к оврагу с природным навесом из камней и деревьев, который прекрасно маскировал людей. — Рады вас видеть, Ханджи! — тепло поприветствовали главнокомандующую солдаты. — И я вас. А теперь к делу, не хочу оставлять Леви надолго. — Как он? — поинтересовался Конни. Зоэ отвела взгляд, но, собравшись с силами, ответила на волнующий всех вопрос. — Он подорвался на громовом копье, когда схватил Зика. Если бы он остался без помощи, то умер бы, но Флок и я оказались недалеко в момент взрыва и я смогла его вытащить с того света. Весь его отряд Зик обратил в титанов с помощью вина со спинномозговой жидкостью. Тридцать человек были обращены в титанов — лица погибших товарищей мелькнули в мыслях каждого. Ведь каждый из них служил под её началом почти четыре года. — Громовое копье способно пробить даже броню титана, как капитан уцелел? — прошептал Армин широко раскрыв глаза. — Думаю дело в том, что он Аккерман, — взгляд женщины скользнул по Микасе. — Вот повезло, — вздохнул Спрингер и потёр лоб.       Армин потянулся к сумке и вытащил карту окрестностей с несколькими карандашами. Арлерт и Ханджи приступили к мозговому штурму для разработки идеального плана. Сидя на земле, они рассуждали как обойти охрану без лишних потерь, как свести риски к минимуму и не потерять преимуществ на будущее. Солнце давно зашло за горизонт и они продолжили строить маршрут на карте при свете кристаллов из пещеры Райсса. Разговоры прервал подошедший марлийский маршал. Его лицо не выражало положительного настроя или доверия. — Что-то вы задержались, пришёл проверить, — презрение в голосе заставило всех встрепенуться, но Ханджи подняла руки в примирительном жесте. — Ну что вы, просто заговорились. Женщина быстро представила своих подчинённых и они снова склонились над картой. Маршала крайне удивило известие, что Энни жива и теперь на их стороне, также он сухо поблагодарил их за сохранность Габи и Фалько.       В плане побега нужно было учесть множество деталей, например, Пик и Магат поставили условие, что будут помогать, только если они спасут ещё и Елену. Также необходимо было захватить с собой лошадей, провиант, повозку, забрать Райнера, который все ещё находился в одном из домов. Ханджи не особо верила, что Браун станет им помогать, но Армин убедил её попробовать уговорить его. Самого Арлерта на это надоумили дети, которые не собирались оставлять Райнера на Парадизе. После долгих обсуждений получился идеальный план, который Микаса передала Жану этой же ночью. *** — Я пойду проверю. Пик, останься с ним, — Маршал Магат кивнул в сторону раскуроченной и снова собранной повозки. — Есть, — коротко ответила Фингер. Девушка уже давно вышла из формы титана — прятаться удобнее было в виде человека, не привлекая лишнее внимание. Да и силы стоило поберечь. Они расположились в густом лесу под кронами низких деревьев, со всех сторон окружённые зарослями кустарника. Идеальное укрытие.       Девушка перевела взгляд на мужчину в повозке. Он глядел вслед удаляющемуся маршалу одним глазом. Весь перебинтованный, изувеченный и уставший, он ни на минуту не ослаблял бдительность, когда оставался наедине с марлийцами. И только в присутствии Ханджи засыпал, восстанавливая силы. Сейчас он едва мог есть, не мог двинуться с места из спального мешка, так какой смысл быть настороже, все равно избежать смерти не сможет, стоит только маршалу приказать убить его? Сейчас он больше напоминал заложника, которого Ханджи оставляла в качестве обещания вернуться и помочь остановить Гул. Сильнейший воин человечества. Пережить взрыв и вправду мог только такой человек. Пик неоднократно видела его в деле, и его сила ужасала ее. Ведь он разделался с Зиком четыре года назад, и если бы не Пик, то старший Йегер сейчас не ходил бы по земле. Во время нападения на Либерио этот монстр в одиночку уничтожил десятки солдат и сражался со Звероподобным, Титаном-челюсти и Бронированным одновременно. Её он мог бы убить в любой момент, но только не теперь. Сейчас они союзники в противостоянии Прародителю. До чего жизнь забавная штука. Пик запуталась в мыслях и не сразу распознала звук кашля. Леви надрывно кашлял в своей повозке, прижимая руки к горлу. Бинт правой руки, где не хватало двух пальцев, пропитался кровью — снова открылась рана. Девушка взяла флягу и подошла к мужчине. — Выпейте, — она протянула ему воды. Он взял сосуд левой рукой и жадно отпил воды. Кашель успокоился и он вернул флягу. Леви неожиданно резко повернул голову и громко сплюнул большой сгусток крови. Пик притворилась, что не обратила на это внимание, но все же спросила. — Вы нормально себя чувствуете? Серые глаза превратились в узкие щелки. — Да, не беспокойся, подыхать пока не собираюсь, — со смесью злобы и усталости прошипел он. — Если вы умрёте, то нашему с Ханджи соглашению конец, поэтому постарайтесь принять хотя бы такую помощь, — она пожала плечами. Достав бинт из походной сумки учёной, она снова двинулась к повозке и села рядом. — Давайте руку. Ханджи и маршал Магат ещё не скоро вернутся, нужно обработать рану. И вам стоит поспать, завтра мы снова увидим своих друзей.       Что творилось в голове этой девушки было загадкой для Аккермана. Рассуждать о встрече с друзьями, помогать новому союзнику, который ещё вчера был врагом, когда мир на грани уничтожения? Леви медленно протянул девушке руку и стал наблюдать, как методично она сначала сняла старые перевязки, затем промыла обрубки водой, нанесла мазь, оставленную Ханджи, и начала наматывать новые бинты. Её руки были маленькими и аккуратными, но немного холодными. Леви и сам не понял, зачем продолжил разговор. — У тебя семья в Либерио? Чёрная макушка Пик замерла на мгновение, затем мягко качнулась, кивнув в ответ. — Да, мой отец и друзья. Вот только мою команду убили ваши люди. А Габи и Фалько сбежали на дирижабле сюда совсем одни, — она говорила это беззлобно, но печаль все же проскальзывала в её интонации. — Жертвы есть с обеих сторон. А те дети точно в порядке, мои ребята их не тронут, — со всей серьезностью произнес Леви, словно это был общеизвестный факт. — Откуда такая уверенность? — она усмехнулась. — Фалько теперь носитель титана-челюсти. — Просто знаю, — произнёс он и уставился в небо. Пик исподлобья взглянула на него и завязала узел. — Готово. — Спасибо, — Леви осмотрел работу девушки и удовлетворенно хмыкнул. Пусть это и не так хорошо, как делает Ханджи. Пик на секунду замерла, удивленная благодарностью. — Не за что, капитан, — девушка легла на мягкую траву, раскинув чёрные как смоль волосы и добавила. — Неплохо поговорили, вы не самый ужасный собеседник. — Мне уже говорили такое, — флегматично заметил Леви. — Почему «капитан»? — Он смотрел на Фингер, насколько это позволяло его положение. — Субординация. Вы выше меня по званию, а раз мы теперь в одной команде, значит вы капитан, — объяснила девушка на выдохе, переходящем в зевание. Сон так и грозил закрыть глаза, но она на карауле — спать нельзя. Девушка села на траве и уставилась в небо. Деревья скрывали почти весь небосвод, но кое-где между ветвей и листьев блестели звезды. Этот мир как будто не знал о кошмаре, который надвигался на все живое. Простое наблюдение за звездами поглотило её мысли и резко очнувшись, словно её ударили, она посмотрела на Аккермана. Могло показаться, что он спал, но едва заметные белки глаза между век говорили об обратном. — Они ещё не скоро вернутся, можете отдохнуть. Мужчина странно цокнул и раздражённо произнёс. — Ещё успею выдрыхнуться. Повисшая тишина обещала снова утащить Пик в мир полудрема. В таком случае нет ничего лучше разговоров. — А у вас есть семья? — Девушка вгляделась в его лицо. — Нет, — быстрый ответ без капли раздумий. Фингер и до этого догадывалась, что он был сиротой. — А ваш отряд? Я слышала вы в хороших отношениях. Леви непонимающе взглянул на неё. — Они уже давно выросли, хоть и остались балбесами, — в его голосе чувствовалась едва заметная теплота. Но тут же снова помрачнел. — особенно Эрен. Полный идиот. Разговоры о Йегере были не самыми приятными для них обоих, поэтому Пик сменила тему: — А та девушка, Микаса Аккерман, вы родственники? — Получается так, судя по всему дальние родственники. На разговоры потянуло? — Леви не мог понять, зачем был нужен этот допрос. Пик поднялась земли и размяла плечи, нарочито возмущённо причитая: — Вам ведь тоже не с кем поговорить, спать нельзя, раз уж мы караулим друг друга. Да и просто. Мир сейчас сошёл с ума, враги становятся союзниками, а союзники — врагами. Что плохого в том, чтобы узнать друг друга чуть лучше? Леви наблюдал за её странноватой шаткой походкой, пока она объясняла внезапный интерес к его персоне. — Это из-за силы титана? Пик не нужно было объяснять, о чем шла речь. — Да, мой титан вынослив, часто я по несколько месяцев провожу в форме титана, потом нужно время, чтобы привыкнуть ходить на своих двоих. — Расскажи об этом Ханджи, она будет в восторге, уписается от счастья, — фыркнул он. Такая реакция показалась Пик забавной. — Она ведь дорога вам? — осторожно спросила она. Леви замер, будто дышать перестал. — Она — мой товарищ и друг, не придумывай лишнего, — серьёзный капитан отмахнулся от вопроса как ребёнок. Пик стало действительно интересно. — Просто скажите ей об этом, иначе может быть поздно, — с тоской произнесла она. — Скажите ей, что она ваш друг и поблагодарите, потому что когда настанет «тот» момент — вы уже ничего не успеете сказать. — Я же сказал, что не собираюсь помирать, — грубо сказал Леви, но её посыл уловил. — Тот парень, титан-челюсти? Фингер кивнула и обратила взгляд к небу. — Да, Порко Гальярд. Он тоже был моим другом, — последнее слово было пропитано нежностью и теплотой. Аккерман понял, что девушка рядом испытала то же самое, что и он.       Ханджи всегда была для него особенным человеком. Он и сам не знал почему, но её прикосновения не вызывали отвращения, за исключением тех моментов, когда её руки были вымазаны очередной скользкой дурно пахнущей жижей во имя науки. Она всегда терпела его грубости и понимала его странноватый сортирный юмор. А её болтовня о титанах и экспериментах даже чем-то его забавляла. Они всегда ставили лошадей вместе — чёрный скакун Аккермана и бурая бойкая лошадь Зоэ. Ни счесть сколько раз они таскали лошадей друг друга за упряжки. После смерти Эрвина многое изменилось, они остались одни. Им обоим было тяжело, но Ханджи пришлось вдвойне тяжелее — пост главнокомандующей забирал все её силы, пусть она и старалась этого не показывать. Леви слишком хорошо её знал и видел, как огонёк в её глазах тлеет, превращаясь в пустой пепел. Возможно, если бы Моблит был жив, то все сложилось бы лучше, но проклятая битва за Сигансину отняла у Зоэ и его. Её левый глаз и «правая рука» остались там. И только они остались друг у друга. Леви все чаще наведывался в главное здание разведки, чтобы облегчить тяжесть бумажной волокиты, посещал все собрания вместе с ней. Без слов они договорились, что Леви всегда будет слева от неё, там, где она не видела, — так ей спокойнее. Раньше втроём они часто засыпали в большом зале на диванах, теперь же им хватало одного — опереться о плечи друг друга и задремать после утомительного дня.       Укрыть её пледом, когда она снова заснула за столом после работы стало таким же привычным, как и заваривать чай на двоих. Эти четыре года сблизили их, сделав практически одним целым. Сейчас они понимали друг друга без слов, и порой ему хватало быстрого взгляда, чтоб понять намерения Ханджи. Она всегда была поблизости. Даже когда он оплошал и почти умер, по воле судьбы именно она оказалась рядом и спасла его. Он помнил её крики с просьбой не умирать, когда они выбрались из воды. Помнил и ужас в её прекрасных карих глазах, когда она только нашла его в зарослях высокой травы. Помнил и её тёплое плечо, когда она легла рядом, после того как зашила его лицо, вернув куски мяса на место. — Понятно, — прервал долгое молчание Леви. Они оба смотрели на звезды, думая о своих близких друзьях. Возможно, они и правда могут стать товарищами — дьявол Парадиза и титан-перевозчик. Их молчание нарушил шорох кустов — Ханджи и Магат вернулись. — Это мы! — объявила себя Зоэ, выбираясь из колючего кустарника, за который зацепился её плащ. Маршал же прошел и подозвал Пик в сторону, по-видимому, чтобы обменяться новостями. Ханджи наконец подошла к Леви и с размаху плюхнулась рядом. — Если все пройдёт, как мы задумали, то уже завтра все соберёмся, — она разминала плечи после не слишком удобной позы, в которой провела несколько часов, сидя над картой. — Как там ребята? — Не знаю, ран нет. Но решение Эрена и Флока явно подкосили их. На Жане лица нет, Микасу словно выжали как лимон. Армин и Конни кажется как обычно. Ах, да, с нами ещё будет Райнер и… — женщина замялась. — Кто? — Леви недоумевал, почему Зоэ не могла просто сказать то, что было на уме. — Энни Леонхарт выбралась из кристалла, когда стены рухнули, и теперь вроде как на нашей стороне, — она попыталась выдавить улыбку. — Одним титаном больше, здорово. О, нам дали немного еды, поешь, — она закопошилась в карманах сумки и вытащила немного хлеба. — А ты? — поинтересовался Аккерман. — Я уже перекусила, — ложь в этой фразе не заметил бы только идиот, настолько она была неубедительна. — Четырехглазая, не глупи, я все равно не смогу сейчас столько съесть, — справедливо заметил он, неуклюже забирая маленький кусочек хлеба левой рукой. Ханджи тяжело вздохнула. — Ты прав. И что я творю? — она бросила взгляд на его руки и встрепенулась. — Что случилось? На тебе другой бинт. Леви поднял изуродованную руку. — Рана открылась, та девушка сделала перевязку, — он кивнул в сторону Пик. Взгляд Ханджи стал теплее, беспокойство больше не читалось на её лице. — Дай посмотрю, — он вложил руку в её ладонь. Довольная увиденным, она положила конечность на одеяло. — Рада, что вы подружились. Леви фыркнул. — Что за детский сад, мы на войне вообще-то. — Да, война… — задумчиво протянула Ханджи.       Женщина давно не знала, что правильно, а что нет. Но ответственность за товарищей она продолжит нести чего бы это ни стоило. Они с Армином продумал все до мелочей: если все пойдет по плану, то они должны обойтись без жертв. Голова гудела от мыслей о завтрашнем дне, хотя ей просто нужно ждать здесь, в лагере, и положиться на ребят. Магат и Пик сидели рядом и ели сухие пайки, которые передал Арлерт. Всем сейчас тяжело и она не может позволить себе расклеиться. Увы, усталость брала верх. Кстати, почему Леви не спал, пока её не было? С его ранами он должен отдыхать как следует. Мысль о нем заставила её понурить голову. «Коротышка, как же все так обернулось? Почему ты пострадал?»       Ещё с первой встречи этот маленький чертенок завоевал её внимание. Быстрый, ловкий, нечеловечески сильный паренёк из подземного города, которого привёл Эрвин, оказался к тому же редким чистюлей и грубияном. Но Зое было плевать на это, потому что она видела, что за этой стеной хамства скрывается на удивление чуткий и проницательный человек. Это же видел и Эрвин, на том они втроём и сошлись. Он всегда слушал её, когда она рассказывала об очередном эксперименте, хоть и пытался показать всем видом, как это его раздражало. Леви читал её, как открытую книгу, хотя даже сама Ханджи зачастую не понимала своих чувств. Но этот мужчина всегда оказывался рядом в нужный момент, без слов подставлял плечо, а чаще просто спасал из очередной переделки. Он был тем, кому она всегда могла доверить свой тыл, они прекрасно понимали друг друга. Смерть Эрвина и всего Разведкорпуса сказалась на них обоих. У Аккермана усилилась и без того мучившая его бессонница, у Зое — постоянное ощущение подавленности. Но даже здесь он был рядом со своим душистым чаем, который они пили по вечерам в её кабинете. Они были последними из старого Разведкорпуса, оставшись единственными друг у друга. Он стал практически её правой рукой, ни одно собрание не обходилось без его участия. Поэтому тот месяц, что Леви провел в лесу гигантских деревьев вдали от нее, был странным, словно Ханджи не хватало какого-то важного элемента в её жизни. И когда они встретились у реки весь её мир рухнул, ударив в самое сердце, заставив буквально задохнуться. Но окровавленное тело, в котором едва теплилась жизнь, дало ей надежду, заставило подняться из руин и бросить все силы на его спасение. Она отбросила все мысли и сосредоточилась на том, в чем разбиралась лучше всего — науке. Ей было безумно страшно думать о мире, в котором нет Леви Аккермана. Жилка под её пальцами ритмично билась, и Ханджи наконец смогла остановить слезы. Она была готова на все ради его спасения, ведь он столько раз спасал её. Она была ему благодарна. В странном порыве признательности Ханджи повернулась к нему. — Леви, я… — её взгляд нашёл его лицо. Зоэ не договорила и улыбнулась. Мужчина мирно спал, бледная кожа сливалась с бинтами, тёмные круги под глазом выдавали его изможденность. — Уснул наконец. Женщина встала с земли, поправила одеяло спальника и на секунду замешкалась. Она обернулась на новых союзников — те были заняты обсуждением чего-то и не обращали никакого внимания на них. Ханджи выдохнула и невесомо коснулась губами перебинтованного лба. *** Ханджи наматывала круги вокруг повозки, её тень то и дело падала на дремавшего Леви, что сильно его раздражало. — Четырехглазая, успокойся и сядь, ты так канаву вокруг себя протопчешь, — буркнул он. Женщина замерла, взглянув на Аккермана, потом на Магата, который смотрел между деревьев, где не так давно скрылась Фингер, и наконец села на землю рядом с повозкой. — Просто я нервничаю. Если план не сработает, то придётся перейти к другому варианту, а его я не хочу рассматривать, — глухим голосом произнесла она. — Вы с Армином придумали его, так что все должно получиться. Положись на них. Ханджи взглянула на него и протянула свою руку к его. Ладонь обхватила бледную мужскую кисть. Даже сквозь ткань Леви чувствовал, какая Ханджи холодная. — Мне так спокойнее, — пряча глаза, ответила она на немой вопрос Леви. — Хорошо, — только и сказал он перед тем как погрузиться в сон, в надежде что его рука отдаст ей хоть немного тепла. *** Магат и Ханджи переговаривались на опушке леса, вглядываясь вдаль. — Что-то они задерживаются, — произнёс маршал. — Сколько времени прошло? — спросила Ханджи. Мужчина достал часы из кармана. — Уже два часа, похоже что-то случилось. Зоэ устало выдохнула. — Нужно было отправиться с ними, — удрученно произнесла она. — Вы бы там ничем не помогли, — резко ответил Магат. — Лучше посмотрите за Аккерманом, что-то он долго спит. Ханджи обернулась на повозку. На первый взгляд Леви просто спал, но она все же прислушалась к совету и подошла к повозке. — Леви, — тихо позвала она мужчину, но тот не откликнулся. — Леви! — она повторила чуть громче, но снова не получила ответа.       Когтистый холод дурного предчувствия сковал сердце. Леви всегда имел чуткий сон и просыпался от малейшего шороха. Она аккуратно взяла его за плечи и тряхнула. Голова безвольно мотнулась на шее, левый глаз приоткрылся. Голос рациональности проснулся в Ханджи и она прощупала его грудь. К счастью — нашла пульс на шее, хоть он и был очень тихий. Приложила ухо к перевязанной груди в районе сердца. Слабые непостоянные толчки эхом раздавались под ребрами и женщина немного расслабилась. Он жив, просто без сознания. Видимо прошлая холодная ночь измотала его, и недостаток питания и лекарств сделали свое дело. — Ты отдохни, ребята скоро привезут еды и лекарств, — она устроила его голову удобнее на импровизированной подушке и смахнула чёлку с холодного лба, а сама присела на край, сжав одеяло. ***       План сработал безукоризненно. Первыми вернулись команда Пик с Еленой, Оньянкопоном и Жаном. Какое-то время они отмывали слюни титана в реке, а потом Ханджи отвела их в лагерь. Оньянкопон вызвался следить за Еленой, и Зоэ доверилась ему. Маршал недобро зыркал на новоприбывших, но Ханджи, быстро схватив Жана под локоть, отвела его в сторону. — Ханджи, что происходит? Где остальные? Женщина почесала затылок. — Похоже Райнер их задержал, скоро будут, я уверена, не волнуйся. Её спокойный тон внушал доверие. — Где капитан? — парень огляделся в поисках Аккермана. Весь энтузиазм мигом пропал с лица Зоэ и они направились к повозке. Кирштейн не мог оторвать взгляд от человека в бинтах. Непобедимый Леви Аккерман лежал, словно младенец, закутанный в одеяло по самый подбородок. — Он спит, — сказала Ханджи, упав рядом на землю. Жан сел подле нее, все ещё разглядывая командиров. — Он поправится? — обеспокоенно спросил парень. — Да, Армин должен принести кое-какие лекарства… — Я все слышу вообще-то, рано вы меня со счетов списываете, — резкий голос капитана заставил Кирштейна резко обернуться. — Капитан! — он машинально отдал честь. — Рад тебя видеть, Жан, — ровный тон хрипловатого голоса не сочетался со сказанными словами. — И я вас, капитан. Мы думали, что вы и командор погибли, когда Зик появился в городе. Единственный открытый глаз Леви гневно сощурился. — Эта обезьянья тварь у меня ещё поплатится. Послышались голоса и грохот телег. Остальные наконец-то прибыли. Ханджи подорвалась с места навстречу Армину и Микасе. Габи и Фалько резво спрыгнули и стали ждать Райнера. Только Энни, казалось, была не в своей тарелке, но Магат и Пик её окружили и быстро увлекли в разговор. Да уж, столько лет разлуки не шутка. Лагерь поделился надвое. Оньянкопон и Елена сидели в стороне под большим деревом и наблюдали за происходящим. Бывший 104-й кадетский корпус быстро вытащил нужные вещи из повозок и передал их Ханджи, которая стала готовить ужин. Армин, Микаса и Конни подошли к Жану, который так и сидел возле повозки, и замерли, как вкопанные. — Капитан! — ребята в унисон поприветствовали Леви, но тот лишь отмахнулся. — Хорошо, что вы целы, а теперь перестаньте орать. Солдаты встревоженно переглянулись и отошли в сторону, чтобы не мешать капитану. — Сильно же его задело, — пробормотал Конни, украдкой поглядывая на Аккермана. Ребята сочувственно вздохнули. Видеть капитана таким было странно и даже страшно. *** Солнце зашло за горизонт, оставив тёмную дымку и фиолетовые отблески ночного неба. Даже звезды не показались на небосводе, скрывшись за облаками дыма и пара. Ханджи смотрела то в ту сторону, где сидели Магат и его подчинённые, то на бывших добровольцев напротив, то на своих ребят, которые никак не хотели садиться, словно готовясь к внезапной атаке. Что за наказание? Ведь эти злобные переглядки ничем им не помогут. Похлебка в огромном котле уже закипала, осталось совсем немного и прекрасный ужин будет готов. Где-то за её спиной посапывал Леви. Вот уж кто сейчас может наконец насладиться сном. — Мне никто не хочет помочь? — Ханджи попыталась разрядить обстановку, хотя у самой нерв, казалось, вот-вот порвутся от напряжения. — Пожалуйста, хватит так глазеть друг на друга.       Но маршал так и норовил подлить масла в огонь. Ханджи не считала Магата плохим человеком. Он просто жил в другом месте и не мог так быстро перечеркнуть свое мнение об элдийцах, тем более когда один из них воплотил в жизнь самый страшный кошмар, которым пугали всех детей в Марлии. И пусть маршал был уже закоренелым военным со своими убеждениями, она все же чувствовала, что они похожи. С ним можно было вести диалог и договориться, пусть он и крайне недоверчив. Магат, как и сама Ханджи, хотел остановить Гул и спасти как можно больше людей, и ещё сильнее — защитить своих близких. Истинные чувства маршала к подчиненным она заметила по тому как он беспокоился о каждом из них. Даже Энни, которая пропала четыре года назад, он ждал несмотря ни на что. — Неужто в вас проснулась совесть за две тысячи лет уничтожения марлийцев?       А, впрочем, он все ещё вёл себя как упрямый болван. Уставшим голосом Ханджи попыталась остудить пыл спорящих, пока не вмешалась Энни и все едва не дошло до драки. Но подоспевшее тушеное мясо заставило всех молча уплетать свой ужин. Долгая ночь, полная разговоров тянулась бесконечно долго, но у Ханджи не осталось сил, чтобы и дальше пресекать попытки союзников разжечь огонь ненависти. Поэтому она не бросилась разнимать драку Жана и Райнера, оставаясь на месте и иступленно наблюдая за происходящим. Всё вокруг казалось таким неправильным и ненастоящим. Вдруг её решение присоединиться к марлийцам было ошибкой? Женщина отставила тарелку в сторону и помассировала переносицу. — Вы такие шумные, — послышался знакомый приглушенный бинтами голос.       Ханджи обернулась и увидела растрепанного после сна Леви, поднявшегося со своей кровати. Может дело было в измученных этим кошмаром нервах или вид взлохмаченного, словно котёнка после мытья, так удивил, но Ханджи подавилась смешком. — В чем дело? — Леви непонимающе смотрел на хохотавшую Зоэ. Женщина только подняла руку и указала куда-то выше головы Аккермана, снова давясь смехом. Мужчина перебинтованной рукой искал на своей голове причину такого поведения Ханджи. Пальцы коснулись завитка волос, которые топорщились треугольной шапочкой по всей голове. Леви попытался пригладить их, но жёсткие волосы отпружинивали и возвращались на место. Ханджи от увиденного ещё сильнее разобрало смехом, что даже остальные стали оборачиваться на них. — Четырехглазая, заткнись, — прошипел Аккерман, все ещё пытаясь пригладить непослушные пряди. — Да, извини, — женщина сморгнула остатки веселья и стала накладывать похлебку в тарелку. Она села рядом с Леви и аккуратно ослабила бинты на его лице, затем окунула ложку в ужин и протянула ему. — Скажи «А-а-а»! — Ханджи демонстративно раскрыла рот, показывая как надо. — Ну же, Леви, тебе нужно поесть.       Мужчина смотрел прямо на неё с таким холодом и сталью во взгляде, что каждый на месте Зоэ уже бежал бы прочь, сверкая пятками. Но это была Ханджи, которая и титану в рот залезет, и сильнейшего воина человечества с ложечки покормит, не моргнув и глазом. — Я и сам могу справиться, — раздражённо сказал он. — Да-да, конечно, но вдруг ты будешь жевать так злобно, что швы разойдутся или уронишь мой кулинарный шедевр на себя, — с напускной серьезностью произнесла она.       С минуту Ханджи продолжала сидеть с ложкой на весу, пока Леви переводил взгляд от тарелки на остальных. Ребята разошлись в разные углы, кроме Жана — он все ещё был где-то в лесу, марлийцы расправили спальники и уже улеглись спать. Снова взгляд упал на ложку с едой, затем на лицо Ханджи — уставшее и измученное, но горящее желанием помочь ему. Леви ненавидел свою роль обузы. Чувствовать себя слабым, когда он должен быть сильным ради товарищей, быть способным защитить их, было невыносимо. Гордость сражалась со здравомыслием ежеминутно. Поэтому попытки Ханджи заботиться о нем отзывались в душе теплом и желчью одновременно. Он и сам понимал, что вряд ли смог бы сам справиться с ложкой левой рукой, а если бы и смог, то это было бы крайне медленно и неуклюже в таком состоянии. Секунды колебаний и глубокий вздох. Мужчина покорно открыл рот. Глаза Зоэ просияли, и она аккуратно, не задевая шрамов и бинтов, поднесла тёплую похлебку к губам Аккермана. Только после первой ложки он понял насколько сильно был голоден. Еда оказалась очень вкусная, несмотря на то, в каких условиях её готовили. Хотя скорее всего дело было в том, что её готовила Ханджи, признанный мастер кулинарии Разведкорпуса ещё со времен обучения в кадетском корпусе. Женщина едва поспевала набирать новую порцию, как Леви сразу же жадно проглатывал её. Зоэ радовалась его аппетиту, это значило, что раненый идёт на поправку. Ужин кончился и Аккерман удовлетворённо откинулся на подушку. Даже такое простое действие, как приём пищи, сильно измотала его и он прикрыл глаза. Ночную тишину прерывал лишь треск дров в костре. Уже проваливаясь в сон мужчина услышал шаги и ворох ткани совсем близко от его головы. Узнав в нарушителе покоя Ханджи с одеялом в руках, он недоуменно уставился на неё, пока она стояла рядом и смотрела, но не на Леви, а на свободное пространство сбоку на повозке. Уловив ход её мыслей он на миг застыл, но женщина уже бросила одеяло рядом с ним и легла рядом, завернувшись в тёплый кокон. — А повозка не развалится? — с долей сарказма произнёс Аккерман, скрывая удивление. — Сомневаешься в моих навыках плотника? — шутливо-обиженно бросила Зоэ, повернувшись к нему лицом. Леви уже открыл рот, чтобы напомнить ей об очках, как всегда забытых на носу, но Ханджи перебила его. — На земле холодно и неудобно, а так нам будет теплее. — она умоляюще улыбнулась. — Поэтому двигайся и давай спать. В следующий момент Ханджи уже повернулась на бок спиной к нему, не дождавшись ответа. Леви ещё несколько секунд буравил взглядом её макушку, но все же аккуратно подвинулся, уступая больше места неожиданному соседу. Леви не удивлялся её поступку: спать рядом давно стало для них обыденностью, но в такой ситуации на виду у всех было странно. — Ханджи? — позвал ее Аккерман. — Да? — звонкий голос женщины доказывал, что заснуть она не могла. — Ты в порядке? — поинтересовался он. Глупый вопрос в данной ситуации, когда весь мир катился к чертям. Ханджи чувствовала, как каждый ее мускул был напряжен до состояния камня, даже вдыхать глубоко она не могла — сжавшиеся в комок легкие не пускали воздух внутрь. Судя по всему Леви так же заметил ее поведение. — Да, — глухо ответила она, практически выдавив из себя слово. Зоэ не думала, что выдержит разговоры о своем состоянии, когда сама не до конца понимала его. Она просто хотела на пару минут забыться и не думать о реальном мире и теплое плечо Леви рядом как нельзя лучше справлялось с задачей успокоительного. Но мысли атаковали ее все сильнее, грозя взорвать голову. — Ханджи? — снова окликнул ее Леви. — Что? — раздражение и усталость все же прорвались наружу и она резко повернулась к Леви, гневно блеснув глазами. Но его перебинтованное лицо не выражало ничего, кроме усталости и едва заметного беспокойства. — Ты забыла снять очки, — он смотрел ей прямо в глаза, видимо не ожидал подобной реакции. — Ах да, точно… Спасибо. — Ханджи сконфуженно опустила глаза и дотронулась до очков, стянула с головы, вытащив несколько прядей из растрепанной прически, и отложила их в сторону. Они лежали рядом молча, наблюдая за звездным небом сквозь листья деревьев, стараясь не бросать взгляды друг на друга. Лагерь спал, неподалеку слышалось громкое дыхание Пик в форме титана. Уже через несколько часов им предстоит отправиться в путь и от результата их миссии будут зависеть миллионы жизней. Ханджи прислушалась к дыханию Леви. Его тёплое плечо касалось её, даря покой. Неожиданная мысль мелькнула в голове и прежде чем она успела подумать, слова вырвались в тишину. — Мы похожи на женатую парочку в медовый месяц, — она усмехнулась и резко замолчала, поняв, что сказала это вслух. — Не думаю, что сейчас время для этого, — стальной голос Аккермана — А потом? Когда все закончится? — надежда в голосе Ханджи смешась с мольбой и интересом. Она всматривалась в его лицо, пытаясь уловить в темноте ночи изменения черт. Но Зоэ уже сняла очки и едва могла различить хоть что-то. Леви молчал, прокручивая в голове недавний разговор с Пик. Он давно понял, что Ханджи была для него особенным человеком, но признать это было страшно. Все люди, которых он когда-то любил страдали и умирали. Он не хотел снова остаться один. Но Ханджи была другой, особенной и никогда не оставит его. Возможно стоит дать последний шанс? — Может быть, — он сказал это совершенно серьёзно, все ещё глядя на звезды. Ханджи замерла на месте. Она ведь не ослышалась? Не может быть, чтобы Леви так просто согласился без сарказма. Но переспрашивать она не стала, боялась разрушить этот момент, воспоминание, что будет согревать её всегда. — Тогда давай выживем завтра. — она улыбнулась и снова легла на спину, прижавшись к мужчине. — Спокойной ночи. Она наконец вздохнула полной грудью, словно все преграды исчезли. Уверенность в завтрашнем дне наполнила сердце. — Да, выживи ради меня. Пожалуйста… — грусть пропитала каждое его слово, и он повернулся, чтобы разглядеть ее лицо, запомнить каждый миллиметр. Ханджи удивлённо подняла брови, отблески звёзд отражались в её прекрасных чайных глазах. — Обязательно, — не думая ни секунды она взяла его руку и переплёта свои пальцы с его. Осталось всего несколько часов до их отъезда. Несколько дней до разрушения или спасения мира.