Глава Седьмая. Лето 1988 года: « Где я?»

Афганистан. Три километра до Кабула. 10:43 по местному времени. Лето 1988-го года.

Взрыв… Ещё взрыв, множество хлопков, будто бы плетью бьют… Шум двигателя, снова взрыв… А я сижу в том, что мы успели выроть за последние сутки, импровезированное мать его укрепление, которое принято называть « Лисьей Норой. » Почему я блять оказался здесь, в такой вот сука ситуации? Я кое-как смог крепче сжать в руках мой автомат, в магазине осталось ровно девять патронов, а запасные магазины пустые. Я просто не мог понять, зачем я в это все вписался? Хотя… Я был готов к такому если честно… Что рано или поздно моя реальность напомнит о себе. И первое напоминание было очевидным… Афганистан.

Солнцегорск. 1988 год, за три месяца до времени «А"

Прошло уже… Сколько я уже живу в казарменном положении? Месяц или два? И черт бы меня побрал вообще вспоминать, что я жил где-то кроме казармы. Уже и правда скучаю по тому, что за забором. Нет тебе устава, нет тебе нарядов, нет вечного обучения и подготовки к некому «врагу». И самое главное Нормальная и разносторонняя компания. Тут же одни парни, мужчины за лет так сорок… Девушек разве что только в мед части найти, но там экземпляры, что на похоронах Сталина плакали. Ещё может где в штабе сидят, но это настолько для нас закрытая территория, что даже нас туда не пускают и не дают там наряды. Хорошо с одной стороны, меньше рожи офицеров видать, меньше шанс проебаться и ответить не так, как положено. Но с другой стороны жить на участке в виде казарма-плац-столовая-баня-чипок-военторг тоже не очень радовало. Уже за первый месяц успел облазить все уголки и найти свои секретные уголки. Где и покурить можно свободно и где можно загаситься от лишних глаз. И так… Что же я могу сказать о своей роте? Первое и самое важное… Моя компания. На удивление, моё отделение было в том же составе, в котором я и проходил поступление. А именно Драгунов, Зайцев и Кравец, плюс ещё четыре рыла в лице Кротикова, Лисова, Шархая и Смоленского. Командиром отделения был сержант лет так тридцати по фамилии Дубов. Так вот, с бойцами отделения у меня не было разногласий, наоборот, мы из-за общей проблемы и вида жительства очень даже сблизились. Драгунов, он же Гусар, он же порутчик Ржевский, он же Андрей. Как вы поняли, он был как раз очень знатно похож на героя анектодов как внешне, так и характером. На свое счастье на удостоверение его сфоткали с усами, поэтому к нему правило «бритое ебало-чистое ебало» не относилось, он только поддерживал их в аккуратном виде. Любит травить анекдоты пошлого уровня, не пойдёт мимо ни одной юбки, даёт оценки каждой юбке соответственно. По типажу чистого рода лентяй, но есть и плюсы — за товарищей стоит горой и помогает чем может. Выделяется задорным смехом гусара. Их особых навыков в него разве что КМС по бегу и Стрельбе, плюс в спаринге не столь плохой. Поэтому у нас он ценится как хороший талисман на плюс мораль. Зелёные глаза, нормальное телосложение, русые, короткие волосы, руки длинные и жилистые, усы «шевроны» которыми он очень уж гордится. Зацев, он же Заяц, он же «Сука беги блять быстрее» он же Сергей. Сергей потомственный военный, его род чуть ли не со времен Петра Первого в армии был и этот факт он не упустит упомянуть. Умен, даже слишком, можно сказать ходячий справочник по всему и вся, часто становится объектом подколов Гусара, ибо Серёга очень часто вспоминает свою пассию. Из особых навыков знание устава от корки до корки, Хорош в стрельбе и в рукопашном бою, ещё кмс по плаванию. Белокурый паренёк с голубыми глазами, лицо чистое, сам по себе жилистый и вообще в глаза не шибко бросается. Крввец он же Горилла, он же Колосс он же «Щя позову и он тебе голову свернёт» Крвец из семьи тежелоатлетов, поэтому о его физической форме родители явно заботились и даже слишком, огромный и под два метра ростом шкаф, не шибко разговорчивый, такой себе камень на ногах, но в целом если и говорит, то по делу и лишнего не говорит никогда. С Зайцем имеет нормальные отношения, а Гусар, в целях сохранения здоровья, к нему и не лезет шибко. Побритый под ноль парень, как я говорил выше, широкий и высокий, гора мышц проще выразиться. Кмс по тяжёлой атлетике. Кротиков, он же Крот, он же «Опять эта падла под БМП гасится» он же Лёша. Лёша парень провинциальный, попал сюда просто потому, что в деревне стало ему скучно водить трактор и решил поступить сюда. Часто говорит о семье, особенно о своих братьях и старшей сестре. Гусар же часто интересуется о здоровье сестры, на что Крот часто отвечает красным как помидор лицом и просто уходит на ремонт БМП. Выделяется деревенским говором, который даже сержант не в силах исправить. Хорош в беге и силовых нагрузка, ещё очень хорошо знает устройство БМП. Рыжый, конопатый парень с простым лицом и довольно хорошим телосложением, а зелёные глаза вечно смотря куда угодно, но не туда, куда надо. Лисов, он же Лис, он же « Убери от меня эту херню!» он же Виталий. Виталий у нас парень из Солнцегорска и на моё удивление учились мы в соседних школах, даже пару раз на соревнованиях пересекались. Потому его я знал чуть лучше, чем остальных и с ним общение было намного проще. По своей натуре суров и трудолюбив, часто поднимает моральных дух и дисциплину путем соревнований, конечно, таких как Гусар это знатно напрягало, но делать собственно нечего. Выделялся он одной чертой, а именно разного цвета глаза. Один был серый, а другой голубой. Русые волосы, высокий рост и мощное тело. Как и я занимался самбо и бегом, прекрасно знает дисциплину и у него крайне железные нервы. Шархай, он же Джин, он же « Ты где это блин достал?! » он же Фируз Как ясно из фамилии Шархай у нас не русский, он из Азербайджана. Парень натуры крайне весёлой и любит кутеж и веселье, потому с Гусаром имеет прекрасные отношения. Как и Гусар поддерживает мораль отделения шутками, рассказами и пением восточных песен. Часто рассказывает всякого рода народные сказания своего народа и в целом парень весёлый. Наше отделение за него горой стоит. Смуглый, чернявый парень с серыми глазами и с вечной улыбкой на лице, говорит с очень лёгким акцентом, но прекрасно знает как свой родной язык, так и русский. Парень жилистый, шустрый но не особо силен по сравнению с остальными, но ему оно и не надо. Смолин. Он же Смола, он же Гуталин он же « Не ной и тащи!» Смолин попал к нам переводом, отличился и теперь состоит в первой роте, а закинули его к нам, так как место было только у нас. Кличку «Гуталин» получил после от того, как неудачно вскрыл банку с его содержимым и размазал его по рукам и лицу… Как же я с Гусаром долго угарали над ним… Вот с тех пор и прижилась кличка, а он через недели две перестал обижаться и сам начал смеяться тся над этой ситуацией… Образцовый комуннист, таких ещё найти надо, образцовый солдат и переносит тяготы с достоинством… До первого описания Гусара, как он девочку склеил удачно… Паренёк русый, бледный, хорошего телосложения… Серые глаза суровые, но мы уже привыкли, что это обычный его взгляд. И вот какие мы должности в отделении занимали… Мне повезло, меня благодаря навыкам и просто везению записали в старшие стрелки, моими партнёрами был Драгунов и Лисов, оба стрелки. Пулеметчиком был Кравец Зайцев снайпер Кротиков механик-водитель БТР Шархай Гранатометчик Смолин помощник Гранатометчика Из всего своей отделения у меня были хорошие отношения с Драгуновым и Лисовым, это по той причине, что я старший стрелок С Зайцевым потому что он был нашими глазами С Кравецем, так как он был нашем прикрытием и вообще хорошим парнем А Шархай… Он друг Драгунова и значит мой друг соответственно, плюс к себе он умел расположить очень уж умело. С остальными же я просто был знаком и в конфликты не влезал вот и все. Но эти должности мы занимали согласно военному времени, а так мы все в равной степени курсанты. Учимся каждый, выполняем учебный план и стараемся не лезть в чужие дела… Лишь изредка мы общаемся все вместе и обсуждаем разного рода вещи. Ну, иногда не изредка, ибо занятие найти надо и желательно такое, которые не придумают за тебя… Так и шли недели, за ними месяца… Я уже начал вспоминать тот день, когда меня проважали… Отец горд, мать и сестра в небольших слезах, друзья обещают заботится о Мику как о своей родной, чтобы с ней не случилось. А сама Мику… Мику, наверное, плакала сильнее всех и не отпускала меня, её только уговарами удалось отлепить и то с обещание, что она меня навещать будет… И я ждал дня, когда же она приедет… Считал как идиот минуты, дни, часы… И её так не и не было видно… Да и от родни подарков нет, что само по себе странно…

Осень 1988 года. Четыре часа до времени «А"

Прошли месяца, я уже привык к жизни в казарма, привык к уставу, поменял свою речь, мышление… С моими товарищами сложились хорошие отношения, даже слишком. Обсуждать личное, обсуждать девушек, какие пидоры командиры и как нас заебало учится… Сегодня как раз был один из таких дней… Обычный день в курилке я проводил с Лисом и Гусаром… Мы сидели на лавочке и потягивали дым от сигарет и обсуждали казалось бы все что угодно… Но… — Вот такие груди, прям с мою голову! Вот клянусь тебе! — Гусар же как обычно свёл разговор о вечном к женским грудям — Да она с такими ходить бы не смогла нормально, может ты попутал чего? — Ответил вопросом Лис, а я лишь молча курил и слушал их. Затыкать их не шибко хотелось и желания не было… Как вдруг нас прервал Зайцев, который бежал к нам с явно напуганный лицом… — Построение через пять минут на плацу! Бегом! — Ага. Интересно. Я посмотрел на часы и до построения далеко ещё… Но Заяц не склонен шутить, так что… Лучше уж пойти. — Так, докуриваем и на плац. — Сказал я и докурив, потушили сигарету и направился на плац, мои товарищи последовал тому же примеру. На плацу же было довольно оживленно и собралась вся наша рота… И команд состав тоже весь был на моё удивление… Мы довольно шустро заняли свое место и началось все с речи нашего командира. — И так… Бойцы, товарищи курсанты. Сегодня поступил приказ о переводе роты в Афганистан. Сегодня, враги Социализма нанесли подлый удар нашим товарищам из Афганистана, заняли приветельственное здание, захватили основные пункты обороны. Свергли правительство и навязывают людям свои капиталистические идиалы. Наши союзники запросили нашей помощи и часть войск уже направлено в Афганистан. Наша задача будет в поддержке наших войск в освобождении. Так что приказ. Всем офицерам провести подготовку солдат и после мы направимся на границу. — И вот тут мои ноги чуть ли не подкосились… Вот тебе сука раз и не два… И я уже знал к чему это приведёт и с чем я буду иметь дело… Остальные же солдаты и курсанты толком и не поняли что к чему…

Осень 1988 года. Город Кушка, Туркменская ССР. Граница с Афганистаном.

Прошло две недели после объявление о выдвижении нашей роты в Афганистан… Сейчас мы проехали на БТР через блокпост границы Афганистана и туркменской ССР. Я, Лис и Гусар сидели на броне и держали в руках выданные нам автоматы и в полном комплекте снаряжения, Заяц, Шархай и Гуталин с Кравецем сидели по другую сторону и смотрели по сторонам… Шархай же на пару с Кравецем были самыми видными, так как у одного гранотомет, а у другого пулемёт… Заяц же явно нервничал, как и Гуталин… Да и я тоже если честно… — Эй, Немец, чего так нервничаешь? — Спросил меня Гусар… Мы ехали четверытыми в коллоне, нашей целью было добраться до деревни под Гератом, занять там оборону и ждать прихода войск подкрепления, а там уже и в сам Герат… И далее никто ничего не знал толком… Точнее, то что я только что сказал, это единственное что я знаю… А ситуацию и прочее нет… — Да так… Плохое предчувствие… — Сказал я и сжал автомат в руках… Мы ехали довольно долго и вот колона по какой-то причине остановилась… Я решил повернуть голову и увидел, как одна из БМПешек встала и с брони спрыгнул парень, а обратил он внимание на новый видеомагнитафон с двумя кассетами… По правую сторону был каменисиый склон, а по левую поле… Не нравится мне… Взрыв. Как только парень взял в руки видак, то он сразу же рванул и от парня ничего не осталось, а дальше я услышал лишь выстрелил со склона… Я чуть ли не машинально взял за плечи Лиса и Гусара и вместе с собой скинул их с БТРа… Твою блять мать…