Глава 46 "Завтрак"

      В доме Скуталу, где та назначила Миднайт встречу, уже кипели приготовления к завтраку. Скуталу жила в старом доме своих родителей, который она выкупила несколько лет назад у предыдущих владельцев. Опираясь на собственные воспоминания и новые вкусы, она воссоздала подобие некогда существовавшего декора, дополнив комнаты новой атрибутикой и мебелью взамен старых.       От раскладывания оладий и фруктов по тарелкам ее отвлек звонок в дверь. Впрочем, звонившая не стала дожидаться хозяйки дома у порога и вошла, это была Эппл Блум.       — Доброе утро, Скуталу, вижу, ты уже вся в работе. Тебе помочь?       — Доброе утро. Была бы очень признательна. Хоть я и не сильно полагаюсь на пунктуальность Миднайт, но сама хочу быть образцом пунктуальности и закончить сервировку в срок. А Эпплджек и Рэйнбоу не с тобой?       — Они скоро будут. Я больше беспокоюсь за то, что Рарити опоздает.       — Белль обещала зайти за Рарити, поэтому я склонна думать, что она придет вовремя.       — Хорошо бы.       Эппл Блум принялась помогать Скуталу раскладывать тарелки, и как только они закончили, в дом явились Эпплджек и заспанная Рейнбоу Дэш.       — Утро доброе. — поприветствовала их Скуталу. — Пока мы ждем остальных, можете угощаться кофе и бисквитом.       — Спасибо, сахарок, но я, пожалуй, не буду перебивать себе аппетит.       — Только кофе и бисквит, я думала, будет полноценный завтрак.       — Он будет Рейнбоу, но только ровно в десять часов.       — И зачем же меня так рано разбудили? Я почти побила рекорд прохождения марафона из 50 летных кругов на арене Клаудсдейла. Может, вы разрешите мне удалиться и досмотреть этот сон, а я явлюсь к концу завтрака и дам всем по автографу? Только оставьте мне горячего кофе и клубники.       — Нет, Рейнбоу, ты никуда не пойдешь, я хочу представить тебя моей гостье, и поэтому ты должна быть минимум на 20% бодрее. Поэтому выпей чашку кофе и начинай просыпаться.       — Гостье? Я не помню, чтобы ты говорила о чем-то подобном. Кого мы ждем?       — Мы ждем Свити Белль, Рарити и...       — О, Скуталу, мы будем ждать Рарити еще час, да и к тому же меня им представлять не нужно. — прервала ее Дэш со скоростью молнии.       — Не будем. — уверенно заявила Скуталу. — За ней зайдет Рарити, а я говорила о...       — А вот и мы! — послышался голос Рарити из прихожей, и на кухню зашли две белые единорожки, сестры. — Кажется, вы уже успели начать сплетничать о нас.       — Ну наконец-то они здесь, может, начнем завтрак пораньше. — запричитала Дэш.       — Нет! Мы ждем последнюю гостью.       — Кого? — хором спросили Эпплджек, Рарити и Рейнбоу.       — Мы вам не рассказывали, чтобы устроить сюрприз, но в Эппллузе мы подружились кое с кем очень хорошим, добрым и преданным.       — Одним словом, с невероятной личностью. — поправила Свити Белль.       — С кобылкой или жеребцом? — поинтересовалась с явным интересом Рарити.       — С кобылкой.       — Я и без того их знаю много.       — Такую не знаешь. — самоуверенно сказала Белль.       — Откуда же она? Вы, кажется, сказали, из Эппллузы.       — Мы ее там встретили, но сама она из Мэйнхеттена.       — Ладно, это уже интереснее. И чем же она запала вам в душу?       — О, это такая увлекательная история.       — Со спасением принцессы из башни? — усмехнулась голодная Дэш.       — Почти. Итак, мы уехали впятером на карнавальную неделю в Эппллузу.       — Это мы знаем.       — Да, но мы не сказали вам, что там всех, кроме Скуталу, похитили разбойники в ночь с пятого на шестой день нашего отпуска.       — Чего? Разбойников уже лет десять нет в окрестностях Эппллузы. — подметила Эпплджек.       — Нет, теперь они снова там есть, сестра. Эти появились там несколько месяцев назад и уже успели нагнать на город жути. Они застигли нас врасплох и, воспользовавшись нетрезвым состоянием, угнали в плен. Нам заявили, что мы пленники и что мы должны им выплатить выкуп в тысячу битс за душу. Мы написали Скуталу, но, как потом оказалось, у нас просто не было достаточной суммы. Мы надеялись, что в случае нужды она обратится к Брейберну или Бэбс. Да, кстати, мы повстречали там Бэбс, и она может подтвердить эту историю. Срок был назначен на шесть утра, и если бы за нас не внесли к этому времени выкуп, то нас бы, скорее всего, отправили бы к праотцам.       — И Скуталу привезла сумму выкупа?       — Нет, она просто приехала в сопровождении нашей соседки, о которой мы вам рассказываем.       — Значит, та, о ком вы говорите, просто раскидала всех разбойников в одиночку? — удивилась Рейнбоу. — С ней что, был целый арсенал оружия?       — Нет, она никого не била и даже ничего не принесла с собой на встречу.       — Тогда это она заплатила им выкуп?       — Она провела разъяснительную беседу с атаманом разбойников, и тот освободил нас и даже извинился перед нами.       — Кто же такая эта ваша подруга.       — Ее зовут Миднайт Рейн.       — Я не ослышалась? Миднайт Рейн? — переспросила Рарити. — Та самая Миднайт Рейн.       — Я догадывалась, что ты ее знаешь.       — Только из писем Коко. Я предпочитаю знать имена своих лучших клиентов. Но разве она способна на такое?       — Как оказалось, вполне.       — И это ее ты попросила меня познакомить с Кантерлотом?       — Именно так.       — Что еще за Миднайт Рейн? — уточнила Дэш.       — Она занимается производством промышленной и бытовой химии для всего западного побережья. — сказала Рарити, но, поняв, что ее слова не возымели должного эффекта, уточнила. — Ее компания также производит твой любимый дезодорант, Дэш.       — Правда? Вот черт, это что получается, она одна из наших спонсоров? Надо быть аккуратнее со словами в ее присутствии.       — Думаю, тебе не стоит так волноваться, она вполне лояльно и снисходительно ко всему относится в рамках дружеских бесед.       — Всё же как-то с трудом верится в то, что это та самая пони, о которой говорит Рарити.       — И ты туда же, Эпплджек?       — Простите, девочки, но вы рассказываете о таких маловероятных вещах, что я с трудом отличаю их от лжи. Может, вы перебрали с чем-нибудь крепким или не совсем легальным, и вам все это приснилось?       — Эпплджек, от тебя я ожидала услышать подобное в последнюю очередь!       — Прости, сахарок, я ни в чем вас не обвиняю, а просто строю догадки. Ты упомянула, что вы были не совсем трезвы в эту ночь, и я сложила два плюс два.       — Я тоже извиняюсь, но мне кажется, что в чем-то Эпплджек права. Сомневаюсь, что если бы это была та самая Миднайт Рейн, то все было бы именно таким.       — Всё, о чем мы говорили, точно было!       — Всё на этом свете возможно.       — Всё, конечно, возможно, но не каждая пони сорит золотом, как бумагой, имеет связи у всех и вся, объездила весь мир, ест мясо и...       — Она ест мясо? — с усмешкой переспросила Дэш.       — По крайней мере, то, что она ела, было похоже на что-то некогда живое. — с неуверенностью оправдалась Скуталу, повергнув в шок Эпплджек и Рарити.       — Ну и ну, да она, наверное, вампир. — продолжала Дэш, не воспринимая слова Скуталу всерьез.       — Смейся сколько хочешь, но Бэбс, между прочим, говорила также.       — Потрясающе, Скуталу, тебе пора писать о ней книги. Начни так: Миднайт Рейн имела большие красные глаза с вертикальным зрачком, заостренные черты лица, открытый лоб, перепончатые крылья, чрезмерно бледную кожу и шерсть, темную гриву, блестящие жемчужные зубы, которые были остры, как и ее манеры. Что вы на меня так смотрите?       — Ты только что почти в точности ее описала. — пробормотала Свити Белль. — Да, манеры у нее местами колкие и острые, особенно когда ее начинает клонить в меланхолию и отрешенность.       — Теперь, когда вы подтвердили описание Рейнбоу, у меня появилось еще больше сомнений. Надеюсь, если я спрошу: «Просила ли она вас расписаться кровью на пергаменте из высушенной кожи?», вы ответите мне «нет».       — Нет. — обиженно сказала Эппл Блум.       — Хвала небесам, хоть такое вам не снилось.       — Не сон всё это, и вы сами в этом скоро убедитесь.       — Девочки, признайтесь, что вы нас просто пытались разыграть и что шутка уже слишком сильно затянулась. Никаких разбойников не было.       — Как и вампиров. — добавила Рарити.       — Как и Миднайт Рейн. — закончила Рейнбоу Дэш. — Слышите? Часы бьют десять, вашей подруги нет, а нам пора начинать завтрак.       Не успели часы отбить и пяти ударов, как дверной звонок издал звон, который заставил вздрогнуть от неожиданности Рарити, Эпплджек и Рэйнбоу, тем самым показав, что разговоры о Миднайт все же запали им в душу. Скуталу отошла, чтобы открыть дверь, и вскоре вернулась в сопровождении бледно-розовой пегаски с несменяемой легкой улыбкой на лице.       Одета она была довольно просто, но даже взыскательный взгляд Рарити не нашел то, к чему можно было бы придраться в ее наряде. Все отвечало самому изысканному и современному вкусу. Рарити сразу же подметила, что к ее наряду приложила копыто Коко, и это сразу же добавило ей несколько баллов в копилку положительных впечатлений о Миднайт, ведь она, как никто другой, встречала по одежке.       Войдя на кухню, гостья равнодушно пробежалась глазами на Эпплджек и Рейнбоу Дэш, затем её взгляд стал мягче, когда она ненадолго остановила на Рарити, и в итоге она остановила его на Эппл Блум и Свити Белль.       — Точность — вежливость монархов. Таким, как я, бывает трудно преодолеть указанное расстояние точно в срок, особенно в Эквестрии, где нельзя бить плетьми извозчиков. — отшутилась Миднайт. — Надеюсь, все присутствующие простят мне эти несколько секунд, на которые я, кажется, опоздала.       — Всё в порядке, Миднайт, ты пришла вовремя, ведь мы только-только собирались сесть. Позволь представить тебе Рейнбоу Дэш — капитана команды «Вондерболтов», Эпплджек — владелицу местной яблочной фермы и сестру Эппл Блум, и Рарити, знаменитого на всю Эквестрию модельера.       — Боже, — произнесла она тем самым тоном, которым это слово любила произносить небезызвестная в Эквестрии личность, из-за чего все присутствующие вздрогнули, как от легкого укола. — Никогда бы не подумала, что мне представится возможность познакомиться с самими воплощениями элементов гармонии. Еще и с тем, что я ценю больше всего: честность, щедрость и преданность. Позвольте и мне представиться, я Миднайт Рейн, бизнесс-пони из Мэйнхеттена.       — Опять ты скромничаешь, Миднайт. Но что стало с твоим эппллузким акцентом?       — Изменила его на кантерлотский. Я всегда использую акцент той местности, в которой нахожусь, чтобы не смущать тех, с кем говорю, а раз мы едем в Кантерлот, то я решила воспользоваться им заранее.       — Как элегантно, — подметила Рарити. — Вам, наверное, это тяжело дается.       — С годами привыкаешь. Но вы правы, я потратила много времени на постановку своего голоса. — с едва уловимой насмешкой сказала Миднайт.       — Думаю, откладывать завтрак нам нет нужды, поэтому предлагаю начать.       — Скуталу, я хотела заранее предупредить тебя кое о чем. Не сочти за грубость, но я стараюсь есть мало, но часто, поэтому прошу не обижаться на то, что я мало к чему буду прикасаться за завтраком. Кто ест мало — живет долго, ибо ножом и вилкой роем мы могилу себе.       — Не могу согласиться. — сказала Рейнбоу, набрасываясь на оладьи.       — С другой стороны, сегодня у меня довольно хороший аппетит, ведь я уже пару дней не ела хорошей еды.       — Как ты нормально не ела два дня?!       — Ты же знаешь, какая еда в наших поездах. — отшутилась она, покашливая в платок. — Помимо этого, я бы попросила у тебя полчашки сливок. Ты не против?       — Да-да, держи. — сказала Скуталу, передавая молочник со сливками.       — Большое спасибо.       Миднайт отлила в чашку немного сливок и, достав из сумочки бумажный конверт, высыпала из него белый порошок себе на язык, после чего запила сливками.       — Вы чем-то болеете? — поинтересовалась Рарити.       — О нет, дорогая моя, это не лекарство, а обыкновенная смесь ядов.       — Смесь ядов?! — с опасением переспросила ее Эппл Блум.       — Ну да. Я с пятнадцати лет практикую митридатизм и еще ни разу не пожалела о том, что обладаю иммунитетом к определенным ядам. Наверное, подобное поведение порождает обо мне дурные слухи, но уверяю вас, биография моя куда скучнее, чем может показаться.       — Не знала бы я, кто вы такая, посчитала бы вас умелой фокусницей.       — Госпожа Эпплджек, вы не далеки от правды, я действительно знаю несколько магических трюков.       — Покажите?       — Эпплджек, не донимай гостью.       — Ничего-ничего, госпожа Рарити, мне не трудно. Видите эту вилку? — сказала она, поднимая столовый прибор маховыми перьями. — Хотите я ее съем?       — А вы можете?       — Помилуй, Миднайт, ты меня как хозяйку позоришь. — со легким смехом сказала Скуталу. — У тебя места для десерта не останется.              Легким движением крыла она положила верхнюю часть вилки в рот. Раздался противоестественный хруст вперемешку со скрипом, пронесшийся мурашками по спинам сидящих. Вытащив оставшиеся 2/3 вилки, Миднайт начала жевать то, что некогда было ее зубцами, с тем же самым противоестественным хрустом, после чего проглотила. Проделав эту операцию еще два раза, она полностью избавилась от вилки под молчаливое удивление окружающих.       — Да, это вы от души. — пробормотала Эпплджек, собираясь с мыслями после увиденного. — Достойно восхищения. Как Биг Мак случайно проглотил ложку, я видела. Но чтобы так, за завтраком, да еще и острый предмет. Замечательно. Примите за это наше искреннее, сердечное признание. Но если, конечно, вы еще и фарфор можете употребить, тогда просто слов нет. — продолжила бормотать она, протягивая Миднайт блюдце.       — Благодарю, госпожа Эпплджек, но от фарфора у меня будет изжога.       — Как вы это сделали?       — Фокусник не раскрывает своих секретов. — сказала она, доставая вилку из-за уха Рейнбоу Дэш.       — Вам точно нужна моя помощь, Миднайт? По-моему, вы бы и без меня совершили фурор в Кантерлоте. — говорила переполненная восторженными чувствами Рарити.       — Ну конечно, госпожа Рарити, я боюсь, что меня посчитают слишком эксцентричной, мне определенно нужен кто-нибудь, кто будет меня сдерживать или сглаживать впечатление обо мне. Так что я всецело полагаюсь на вас.       — Можете не волноваться, я никогда не оставлю в беде ту, кто спас мою дорогую сестру.       — Значит, теперь ты поверила моей истории? Представляешь, Миднайт, наши сестры не хотели верить в то, что ты для нас сделала.       — Я бы не стала их осуждать за это. Но помнишь, ты обещала мне не упоминать о такой мелочи.       — Я ничего такого не обещала. Ты, наверное, путаешь меня с кем-то, кому помогла так же, как и нам. Наоборот, я прошу рассказать нам больше о произошедшем.       — Но ты и так прекрасно знаешь обо всем, что произошло, не хуже меня.       — А можешь рассказать, как ты познакомилась с их бандой?       — Ну что ж, против этого я ничего не имею. Эта история крайне стара. Сможете ли вы поверить, что впервые я их встретила, когда была еще жеребенком?       — Правда?       — Да, я наткнулась на их лагерь во время моего путешествия по Эквестрии, и вместо того, чтобы отобрать у меня последние гроши, они накормили меня, пополнили мой запас воды и указали на ближайший город.       — Ты путешествовала по Эквестрии, будучи жеребенком?       — Да и поскольку я круглая сирота, то делала я это в одиночку. Их атаман оказался добрым малым, и, если быть полностью откровенной с вами, то я частично обязана ему тем, что у меня появилась приемная семья и мое состояние. Ведь именно его совет направил меня по тому пути, по которому я и иду до сих пор.       — Невероятно.       — Есть кое-что более невероятное. Спустя почти десять лет, когда я приехала в Эппллузу, то узнала, что их шайка села в тюрьму. В благодарность за давнюю услугу я выкупила их у тюрьмы и отпустила на волю.       — Взяв с них обещание, чтобы они исправились? — с усмешкой спросила Дэш. — По-моему, они не слишком охотно пересмотрели свои жизненные ценности после тюрьмы.       — Нет, госпожа Дэш, это была лишь услуга за услугу, и я не ставила им никаких условий. Может, мои слова покажутся странными для самих воплощений элементов, но я не спешу заботиться о ближнем по доброй воле. Все, о ком я забочусь, либо нужны мне, либо симпатизируют мне, а потому моя забота — лишь проявление собственного эгоизма, потакание собственной прихоти по наблюдению за радостью дорогих мне существ. Я никогда не пытаюсь защищать общество, которое не стремится защищать меня и которому я нужна лишь для удовлетворения собственных потребностей или когда оно может навредить мне. Я стараюсь придерживаться нейтралитета, находя выгоду то тут, то там и заручаясь неоплатными долгами у всех, кто может мне быть полезен.       — Это весьма честный ответ, — удивилась Эпплджек. — И весьма эгоистичный.       — Что поделаешь? Мир не делится на черное и белое, и по-настоящему живет лишь тот, кто успевает прочувствовать весь спектр серого оттенка. Эгоизм — это не всегда плохо, если он основан на стремлении сделать счастливым кого-то близкого, по крайней мере, я придерживаюсь этой странной философии.       — Я рада, что ты изменила своим принципам, спасая нас.       — В чем же я изменила?       — Но, спасая нас, чужих для тебя пони, ты служила и ближнему, и обществу. Разве нет? Ты утверждаешь, что ты эгоистка, но ты бескорыстно заботилась о нас всю неделю с начала карнавала, наслаждаясь всеми видами общества, от светского до провинциального.       — Давай восстановим факты, Свити Белль. Вы не были для меня чужими, я была знакома с вами, вы были моими соседями, перед которыми я сильно провинилась и старалась загладить свою вину. Мы вместе ели, развлекались и разговаривали. Разве незнакомцы так поступают?       — И такое бывает.       — Да, но не пять дней подряд. И разве я могла оставить своих друзей в лапах разбойников? Кроме того, я, кажется, говорила вам, что когда я вас спасала, у меня была задняя мысль о том, что вы сможете оказать мне услугу. Надеюсь, я не слишком вас расстроила этим?       — Совсем не расстроили. Но разреши мне придерживаться того мнения, что ты все же зачем-то стараешься скрывать свои достоинства, приписывая себе недостатки.       — Как тебе будет угодно, дорогая моя. Если это потешит твой собственный эгоистичный взгляд на мир, я буду лишь рада.       — Всё это, конечно, хорошо, но мы совершенно забыли об очень важной теме. Миднайт, я, безусловно, поделюсь с вами своим опытом в вопросах комфорта, знакомств и знаний магазинов, но сейчас мне больше интересно, нашли ли вы для себя хорошее место проживания в Кантерлоте. Может, мы могли бы предложить вам пожить вместе с нами во дворце?       — Рарити, я думаю, Миднайт не этого ждет от поездки в Кантерлот. Дворцовая жизнь совершенно отличается от всего, что есть в Кантерлоте. Сомневаюсь, что ей понравится смотреть на городскую жизнь с высоты дворцовой башни.       — Как насчет бульвара де Жюмо?       — Ах, Дэш, дорогуша, ты только и знаешь этот бульвар. Тебя поселили там один раз, и с тех пор ты только там и останавливаешься.       — А что такого? Хорошее же место.       — Оно совершенно не подходит Миднайт. Может, лучше отель «Жемчужная корона»?       — Белль, ты отклоняешь вариант с дворцом, чтобы поселить ее в отеле? Ей же будет некомфортно жить там весь месяц.       — В Эппллузе она жила очень даже комфортно. Правда, ты, наверное, истратила состояние на свой номер, Миднайт. Может, у тебя есть какие-нибудь пожелания по поводу места, где тебя можно устроить?       — Не стоит так беспокоиться, скорее всего, место для меня уже готово.       — Правда? — удивилась Рарити.       — Я отправила вперед свою горничную неделю назад, чтобы она все устроила.       — Мисс Лемон? Но разве она знает Кантерлот?       — Нет, она там, как и я, впервые.       — Как вы могли отправить горничную в Кантерлот совсем одну, да еще и подобрать вам место в совершенно незнакомом ей городе? Бедняжка, наверное, в полном смятении.       — Вы не знаете мисс Лемон, дорогая госпожа Рарити. Я натренировала ее лучше, чем заводчик дрессирует охотничьих собак. Она в лепешку расшибется, но устроит все по первому разряду для меня. Я в этом так уверенна, что говорю это до того, как прочла это письмо. — Миднайт достала из сумки бумажный конверт и продемонстрировала его остальным. — Это письмо мне сегодня утром прислала мисс Лемон, думаю, тут указано мое место проживания. — раскрыв конверт, она вначале молча прочитала письмо. — Похоже, она арендовала мне дом на Рассветных полях, под номером 44.       — Вы будете жить на Рассветных полях, да еще и в арендованном доме? Миднайт, вы просто нечто! — воскликнула от радости Рарити.       Эпплджек и Рейнбоу Дэш лишь переглянулись друг с другом, совершенно не понимая причин такого восторга, и продолжили трапезу.       — Ого, что-то мы засиделись. — взглянув на часы, сказала Скуталу. — нужно потихоньку заканчивать завтрак и прибираться, а не то опоздаем на поезд. Мне жаль, Миднайт, я так хотела сводить тебя на экскурсию в школу дружбы и дворец Твайлайт, но, похоже, мы не успеем.       — Ничего страшного, Скуталу. Может, в другой раз.